Миссия: Hurt/Comfort

      3 марта Х782 года       — Как здесь красиво!       Венди с горящими глазами оглядывалась, едва не пища от восхищения, пока Марк и Нацу показывали ей город. Невозможно было сдержать улыбку, видя такое неподдельное любопытство и искреннее счастье. Казалось, не было в мире чего-то более прекрасного, чем полные жизни глаза маленькой девочки, решившейся на опасную дальнюю дорогу к людям, которых едва знала. Трудно было поверить, что она преодолела такой путь без взрослых. С ней приехала лишь кошечка Шарли — по-своему очаровательное, но строптивое создание. Марк одновременно радовался, что Венди оказалась в Магнолии, и тревожился, что она подвергла жизнь опасности. Даже магу нужно было оставаться начеку за пределами родной гильдии, ведь разбойников, желающих поживиться выручкой за задания, было даже слишком много.       Изначально в Магнолию должна была приехать и Ринни — нирвитка, которая присматривала за ней в деревне и учила зачаровывать одежду. Однако, судя по словам Венди, в последний момент она заболела и смогла проводить её лишь до вокзала, посадив на поезд. Что именно с ней случилось, осталось загадкой. Даже Венди не поняла, с какой болезнью столкнулась, ведь её целительное волшебство не подействовало.       — Почему-то я не могу лечить никого в гильдии, — поникнув, поделилась она. — Всех остальных живых существ могу, а их — нет. Мастер Роубаул говорит, что это из-за древней магии, которую наложили их предки.       Марк не поверил такому объяснению. Гораздо более вероятно было то, что Венди не удавалось вылечить эфирные тела, коими были все волшебники гильдии, ведь они не являлись настоящими людьми из плоти и крови, а лишь умело маскировались под них. Никто в мире не знал, что на самом деле никакого Кошкиного Дома не существовало. Мастер Роубаул был не то призраком, не то сгустком магии, который присматривал за древним артефактом, Нирваной, в течение последних четырехсот лет, а когда одинокая Венди появилась в лесу, он создал для нее гильдию. Семью.       К сожалению, Венди не хотела размышлять о странностях нирвитов. Быть может, потому что боялась потерять их, а, быть может, потому что ещё была мала для этого. В любом случае, она переживала за «заболевшую» Ринни, желая ей скорейшего выздоровления, а Марк думал, что та, вероятно, не смогла далеко отойти от Роубаула, поэтому и осталась в деревне.       К счастью, путь прошел без происшествий. Прибыв в Магнолию и встретившись с ними, Венди с удовольствием согласилась на экскурсию. Несмотря на присущую ей скромность, она с жаром расспрашивала обо всем, что было интересно, и с упоением слушала ответы. Причем с одинаковым вниманием относясь к информации Марка о важных строениях города и их истории, таких как собор Сердца или штаб рунных рыцарей, так и к байкам Нацу. Венди была очаровательна в своей тяге к знаниям и всему новому. Даже хмурая Шарли позволила себе меньше бурчать и одергивать её, тоже засмотревшись на красивый город.       Марк мысленно выдыхал с облегчением, наблюдая за Венди. Радовало, что она быстро сдружилась с Нацу, и он сам с готовностью принял её. Не только потому, что они оба искали своих родителей-драконов, пропавших в один и тот же день, но и потому что чувствовали себя чужаками в этом мире и разительно отличались от других магов. Для всех оставалось загадкой, почему убийцы драконов колдовали иначе, почему их органы чувств работали лучше, чем у ищеек, почему им привычнее было жить в лесу, чем в городе. Лишь Марк знал ответ. В каноне Нацу и Венди родились за четыреста лет до основных событий и воспитывались драконами в дикой местности. Они привыкли к другим условиям жизни, и даже сейчас, годы спустя, неосознанно тянулись к ним. Это и отличало их от прочих магов современности.       Друг в друге Нацу и Венди нашли понимание и безусловное принятие, чего им так не хватало. Глядя на них, Марк мысленно желал обоим счастья. Он познакомил их раньше, чем предназначалось, но верил, что это пойдет на благо. Как минимум, Венди не останется одинокой в день, когда Нирвана будет остановлена, а мастер Роубаул исчезнет. Ей будет, на кого положиться, и это поможет справиться с болью потери. В свою очередь, Нацу обретет близкого человека, понимающего его, как никто другой, и дыра одиночества в груди немного затянется.       — А ты что думаешь, Марк? — воскликнул Нацу, едва не подпрыгивая на месте.       — Хорошая мысль, — улыбнулся тот, прерывая размышления. — Мы достаточно погуляли и можем идти в гильдию. Готова познакомиться с остальными?       Венди просияла.       — Да!       — Надеюсь, слухи о гильдии преувеличены, — пробурчала Шарли, вздернув носик.       — Мы шумные, но дружелюбные, — ответил Марк. — А если вас будут доставать, прячьтесь за мной или Нацу. Мы прикроем.       — Точно, — заулыбался подросток и ударил себя кулаком в грудь.       Шарли фыркнула, но больше ничего не сказала. Она выглядела напряженной и всё время косилась на Хэппи, который беззаботно летал рядом, беспрестанно болтая о чем-то. На попытки подружиться Шарли реагировала вяло. Было видно, что она о чем-то думала, и Марк мог предположить тему для размышлений. Эдолас. Родной мир всех говорящих котов — иксидов, который семь лет назад послал сюда сотню яиц по приказу королевы. Шарли думала, что ей поручили убить Венди, приняв видение о будущем за приказ. Очевидно, ей хотелось расспросить Хэппи, но она не знала, стоило ли делать это. Кстати, котенок не воспылал к ней страстью. Ему было любопытно познакомиться с Шарли и найти общий язык, но ни о какой романтике речи не шло. Не то в силу возраста, не то в силу иного мировоззрения.       Приближаясь к гильдии, Венди начала подпрыгивать на каждом шаге, мечтая увидеть Хвост Феи изнутри. Любопытство плескалось через край, и вскоре двери здания распахнулись, и она смогла погрузиться в атмосферу вечного веселья, взбалмошности и дружелюбия. Хвостатые феи громко болтали, обсуждали задания и последние новости, а кто-то дрался у доски заказов, не поделив какое-то задание. Мастер пыхтел трубкой, изучая жалобы Совета. Леви и Лисанна обсуждали книги, а Грей и Эльфман решили побороться на руках. В стороне ото всех Эльза точила меч.       Марк вдохнул полной грудью, невольно улыбнувшись, и скинул верхнюю одежду, повесив её на крючок. В гильдии было тепло, пахло жареным мясом, луком и выпивкой. Отовсюду слышался задорный смех, зычные тосты и бодрые голоса. Мягкий свет лакрим освещал центральную часть главного зала, оставляя уютный полумрак в уголках. При желании можно было поставить на стол светильник, что и сделали некоторые девчонки, засевшие за книгами и рукоделием. На душе стало светло, точно он вернулся домой.       — Вот ты где! — воскликнула Мира, заметив его, и замахала рукой. — Заставляешь себя ждать, чудик.       Марк улыбнулся и, оставив Венди на попечение Нацу, поспешил к Мире. Та хищно ухмыльнулась, приняв соблазнительную позу, и закрыла собой что-то на его столе, заваленном записями и лакримами. Задание в столице не прошло без происшествий. Марк понял это, увидев бинты, выступающие из-под одежды Миры. Кое-где они обагрились кровью, но, судя по всему, раны были не слишком серьезными. Во всяком случае, девушка бодро двигалась, цвет лица был нормальным, а взгляды Эльфмана и Лисанны — не подернутыми пеленой беспокойства. Когда Марк подошел к ней, Мира сделала шаг в сторону, и он едва подавил желание подпрыгнуть до потолка от восторга.       Книги! Целая стопка новых книг!       Мира привезла не только те, что он попросил купить, но и несколько других фолиантов, о которых ныл когда-то, не имея возможности приобрести сейчас. Дело было не только в том, что они продавались в единственном магазине в Крокусе, но и в том, что сожрали бы всю его выручку за месяц. Выбирая между сырьем для артефактов и новой дорогущей книгой, Марк предпочел первое. Оттого оказалось радостнее увидеть, что Мира купила их. Более того, рядом со стопкой учебников по артефакторике нашлась шкатулка с высококачественными лакримами, которых как раз не хватало для завершения прототипа посоха. Оглядев добро, Марк выдавил:       — Ничего, если я немножко умру от счастья? — спросил он, взглянув на Миру. Та расхохоталась.       — Раз здесь малышка с магией исцеления, то умирай сколько угодно, — сказала она, а затем оперлась бедром о стол и сложила руки на груди. — Нравится?       — Спрашиваешь? — засиял Марк. — У меня словно день рождения! Сколько я тебе должен? Даже если придется горбатиться несколько лет подряд, я всё выплачу.       Мира пренебрежительно отмахнулась, но не заметить, как она засветилась от удовольствия, было невозможно.       — Забудь о деньгах, — сказала она. — За задание заплатили больше, чем мы думали, так что можем себе позволить траты. Эти книги не ударили по моему кошельку.       — Зато ударили по сердцу Марка, — хихикнула проходящая мимо Милли.       — Я смогу закончить посох! — воскликнул он, не обратив внимание на последнюю фразу. — Всем оставаться на местах, — скомандовал он, хватая очки Смотрящего и аккуратно доставая новенькую лакриму. — Если всё взорвется и я умру, знайте, что я сделаю это с улыбкой на лице!       Согильдийцы, услышавшие это, взорвались от хохота, кто-то из них задал вопрос, кто-то бросил предостережение, но Марк ничего не услышал. Он погрузился в мир артефактов и рунных цепочек, на некоторое время теряя реальность. До завершения его собственного посоха оставалось всего несколько этапов. Он всё подготовил и выбирал достаточно мощную лакриму, которая смогла бы выступить концентратором. Из-за того, что он не мог подавать магию непрерывно, требовалось создать «бесперебойник», который выравнивал бы магические импульсы. Для этого он изобрел особую рунную цепочку, которая направляла краткие всплески магии по нужной траектории, накапливая их в лариме. В этом помог учебник, который он нашел в штабе рунных рыцарей: «Влияние кратковременных импульсов магии на работу рунных цепочек в артефактах средней и низкой мощности». Теперь, по требованию Марка, импульсы могли высвободиться в виде заклинания, сработав как надо. В стандартных посохах рунных рыцарей это не требовалось.       Марк осторожно присоединил лакриму на положенное место, каждую секунду ожидая, что всё взорвется, однако… Стыковка прошла успешно. Рунные цепочки выдержали, а символы сработали в соответствии с задумкой. Это был успех. Победа! Марк закончил первое настолько сложное оружие, которое создал специально для себя, и оно даже не разлетелось на ошметки. Теперь он мог сражаться, используя посох, который в борьбе с химерами мог стать более эффективным оружием, чем пистолет. Марк всё ещё не мог убивать магических зверей, поэтому планировал отбрасывать их порывами ветра или запирать в клетках. Это казалось лучшим выходом из положения.       — Я закончил! — провозгласил Марк, вскидывая посох над головой. — Кто хочет увидеть, как он работает?       — Марк сам это сделал? — удивилась Венди, покосившись на Нацу. — Я видела такое только в лавках оружейников.       — Ага, — закивал тот. — Он и не такое может. Идем скорее, будет интересно посмотреть, как это работает.       Венди, Нацу и остальные согильдийцы высыпали на задний двор гильдии, похватав куртки. Многие вышли с кружками выпивки, не то, чтобы обмыть изобретение, не то, чтобы отпеть Марка, которому решила составить компанию Эльза. Девушка твердо заявила, что нет лучше способа испытать оружие, чем во время спарринга. Несмотря на то, что Марк меньше всего на свете хотел снова пропахать носом землю, он согласился. В идее Эльзы была своя логика.       — Делаем ставки, народ! — крикнул Грей, подзывая остальных. — Кто ставит на Эльзу? Кто — на Марка? Живее, пока они не начали.       — Два на Эльзу! — вскинул кружку Вакаба.       — Я за Марка! — замахал руками Нацу.       — Прости, чудик, но я за Эльзу, — засмеялась Мира, и Марк закатил глаза.       — Вам напомнить, что это тренировочный бой? — спросил он.       — Нет нужды, — закивал мастер. — Сосредоточься на главном — на проверке посоха, а на это веселье не обращай внимания. Кхм, Грей! — старик подошел к парню, и на его лице вдруг появилось пакостливое выражение. — На Эльзу.       — Мастер! — воскликнула Лисанна, схватившись за грудь. — Как так можно?       Старик рассмеялся и поспешил занять лучшее место. Как только все, кто хотел принять участие в тотализаторе, вложили деньги и выстроились, чтобы посмотреть на представление, мастер дал сигнал к началу боя. Чтобы максимально приблизить условия к реальному сражению, Марк и Эльза начали безоружными. Девушка в мгновение ока призвала Чернокрылый Доспех, а Марк — в два движения собрал посох и ударил им о землю, активируя все рунные цепочки. Лакрима на набалдашнике вспыхнула, сигнализируя о подключении всех систем и их исправной работе.       Согильдийцы грянули радостным криком.       Эльза перешла в наступление. Она не попыталась дать Марку фору или сделать скидку на новое оружие, поэтому пришлось спешно уклоняться, чтобы не получить мощный удар в живот. Так как сражение было тренировочным, Эльза не пыталась задеть лезвием клинка. Мечи покоились в ножнах, но даже так могли легко отправить в нокаут, в чем Марк не раз убеждался на других тренировках. Впрочем, и он был не лыком шит. Проведя достаточно спаррингов с Эльзой, он изучил её обычный стиль борьбы, поэтому легко предсказал первый выпад. Марк исчез с того места, где был, раньше, чем удар достиг цели, и появился за спиной Эльзы, перехватив посох удобнее, а затем резко взмахнул им снизу вверх.       — Ого!       — Вот так порыв!       — Какой ветер!       Согильдийцы загалдели, когда Эльзу отбросило ветряной волной на несколько метров, но она успешно приземлилась на ноги. Марк мысленно засчитал себе первую маленькую победу — атакующее заклинание сработало как надо. В следующий миг девушка перевооружилась в Доспехи Ветра, буквально исчезнув с того места, где была секунду назад. Не зная, где она появится снова, Марк телепортировался, быстро оглядываясь, и скользнул в один из карманов штанов. Он выхватил пару маленьких шариков и бросил их под ноги, заволакивая поле боя черным дымом. Выиграв себе пару секунд, он успел заметить Эльзу и провести по земле посохом, вычерчивая руны барьера. Вот только даже они оказались слабы перед мощью Титании.       Эльза врезалась в них, как стенобитное орудие в ворота, и всё заискрилось. Магия забурлила, воспротивилась, ощетинилась, но уступила. Марку прилетел удар такой силы, что перед глазами засверкали звездочки, когда его швырнуло в толпу согильдийев. Чьи-то добрые руки подхватили его, а одна крайне нежная ладошка прописала такого леща, что он мгновенно пришел в чувство.       — Собрался? — воскликнула Мира, тряхнув его. — Тогда в бой!       — Покажи ей!       — Не сбавляй темп, Эльза!       Марк сжал зубы и телепортировался, оказавшись ровно над девушкой. Та на мгновение растерялась, потеряв его из виду, и он воспользовался заминкой, чтобы кинуть пару слабых бомб. Послышалась череда взрывов, от которых Эльза с успехом уклонилась, а затем Марк, подкравшись под завесой дыма и пыли, попытался врезать ей в спину посохом, активируя заклинание для ближнего боя. Эльза не зря носила титул старшей волшебницы. Она успела заметить его и сбить удар в сторону. В итоге набалдашник попал в землю, но почему-то дополнительного удара не последовало. Согласно задумке, накопленная магическая сила должна была резко высвободиться, оставляя в почве выбоину. Почему рунная цепочка не сработала, Марк не понял.       Размышлять об этом тоже не осталось времени, ведь Эльза снова сменила облачение, надев Доспех Громовой Царицы. Она атаковала копьем, и началась схватка в ближнем бою. Марк едва успевал парировать молниеносные атаки, и спасало лишь то, что он постоянно перемещался, оказываясь с неожиданной стороны. Впрочем, Эльза быстро приноровилась. Уже через минуту она легко определяла, где он окажется на сей раз, и Марку приходилось блокировать удар за ударом.       — Вот и всё! — воскликнула она, сбив посох в сторону и попытавшись с разворота заехать Марку по голове. Тот, будто в замедленной съемке увидел, как на него летит древко копья, и понял, что не успеет защититься настолько длинным и медленным оружием, как посох. Если бы оно было короче… — Что?       — Видали?       — Вот это наш чудик!       Эльза опешила, когда Марк блокировал удар, рассоединив части посоха, и перехватив копье двумя «дубинками». Он победно улыбнулся, возликовав, однако тут же получил мощный удар ногой в живот, который отправил его в полет. На сей раз быстро прийти в себя не получилось. Перед глазами потемнело, и Марк отключился на несколько минут, выронив части посоха и затихнув на земле. На мгновение тренировочную площадку накрыла тишина. Остался лишь шепот ветра и капéль таящих сосулек.       Мастер провозгласил:       — Победила Эльза!       Всё пришло в движение. Кто-то побежал поздравлять девушку, Мира рванула к Марку, а Нацу и Венди поспешили собрать составные части посоха. Марк пришел в себя ещё до того, как к нему подбежали, и медленно сел, держась за живот. Первым делом он проверил, что ребра остались целы, и только затем выдохнул с облегчением. Система осчастливила, показав, что значение доверия с Эльзой выросло на три пункта, а очередное ежедневное задание оказалось выполнено. Это не могло не радовать.       — Я осмотрю тебя, — воскликнула Венди. — Нужно проверить, что кости не сломаны.       — Только не перестарайся, — предупредила Шарли. — Целительное волшебство отнимает слишком много сил.       Венди кивнула и окутала руки целительной магией, приступив к делу. Тем временем мастер похвалил Марка и Эльзу за прекрасный спарринг и предложил всем выпить в главном зале. Подмерзшие согильдийцы согласились и толпой направились обратно, обсуждая прошедший поединок и деля выигрыш. Эльза подошла к Марку.       — Отличный бой, — сказала она, коротко улыбнувшись. — Ты многому научился.       — У меня отличный учитель, — ответил он, и девушка сурово кивнула. — Потренируемся потом ещё?       — Конечно. В любое время.       Эльза тоже ушла, и Марк уставился на Венди, которая почему-то нахмурилась, продолжая водить руками около его груди. Девочка прикусила губу, обеспокоившись чем-то, и вскинула взгляд, в котором явно отразилась работа мысли. Венди обнаружила нечто странное, и внутри Марка одновременно вспыхнули и беспокойство, и надежда. Она могла заметить его искусственное магическое ядро. Целительное волшебство могло стабилизировать его или же не оказать никакого влияния, ведь артефакт не являлся органической частью тела. В любом случае, Марк растерялся, не зная, стоило ли спрашивать у Венди о причинах задумчивости.       — Я заметила это и в первый раз, когда вы защитили деревню, — тихонько начала она минуту спустя. — С вашим магическим ядром не всё в порядке, верно? Могу я немного помочь?       — Что ты хочешь сделать? — спросил Марк, а Нацу с Мирой переглянулись.       — Разогнать магию по телу и попытаться выправить её поток, — сказала она. — Мне кажется, так вы будете чувствовать себя лучше.       — Стоит ли? — засомневалась Мира, нахмурившись.       — Хуже не будет, — пожал плечами Марк. — Попробуй.       Венди кивнула и снова приложила руки к его груди. Они засияли мягким белым цветом, и всё внутри Марка содрогнулось. Но не от боли, а от облегчения. Словно все эти дни он постоянно чувствовал, будто сотни иголок вонзаются в сердце, и настолько привык к этому, что перестал замечать. Теперь неприятные ощущения стали пропадать, и им на смену пришли спокойствие, тепло и умиротворение. Тело наполнилось энергией, и каждая клеточка запела от наслаждения. Казалось, будто что-то вдохнуло в него жизнь, позволив избавиться от привычной тяжести, боли и усталости. Сложно было подобрать слова, чтобы описать чувство, которое накрыло его с головой, но Марк осознал, что самые смелые надежды оправдались. Чудодейственная магия Венди была тем немногим, что могло позволить ему жить в этом мире спокойно.       — Ничего себе результат, — выдохнул он, когда девочка закончила. — Никогда не чувствовал себя лучше. Как ты это сделала?       — В этом нет ничего сложного, — зарделась Венди и украдкой вытерла пот со лба. — Я просто помогла той штучке внутри вас работать правильно. Мне жаль, что у вас… эм, такая необычная болезнь. Могу я ещё как-то помочь?       — Ты сделала достаточно, — улыбнулся Марк и от души сказал: — Спасибо.       Венди засияла, смутившись, а Нацу помог Марку подняться. Они собрали разбросанные повсюду артефакты и направились в гильдию. Марк провел обобщение результатов проверки посоха, установив, что защитный барьер оказался ужасно слабым даже с новыми рунами усиления, а заклинание ближнего боя не сработало вовсе. Кроме того, некоторые руны можно было расположить иначе для бόльшего удобства, поэтому он сделал соответствующие пометки в тетради. Как и ожидалось, с первого раза не удалось создать идеальное оружие, и оно нуждалось в доработке. Зато теперь стало очевидно, над какими областями следовало поработать более усердно.       Впрочем, Марк не стал углубляться в расчеты и вскоре отложил тетрадь. Вместо этого он подошел к Мире и предложил сходить куда-нибудь в кондитерскую или закусочную. Он задолжал ей угощение за подарки из столицы, да и девушка перед отъездом обмолвилась, что хочет поговорить. Момент был весьма подходящий. Мира согласилась прогуляться, и Марк оставил Венди на попечение мастера и Нацу, чему девочка оказалась даже рада. Она никогда не была в другой гильдии, поэтому всё виделось ей новым и интересным, а дружелюбие хвостатых фей подкупало.       Марк и Мира быстро дошли до милой кондитерской, в которой в это время было пустовато, и заняли дальний столик. Сделав заказ, они некоторое время болтали на отвлеченные темы, но почти сразу стало очевидно, что Мира позвала Марка не просто для светских бесед. Что-то тревожило её. Причем, сильно. Наконец, когда с пирожными было покончено, она собралась с духом и, сжав зубы, вдруг спросила:       — Ты считаешь меня красивой?       Марк опешил.       — Да, разумеется, — кивнул он. — А с чего вдруг такой вопрос?       — Я размышляла, — сказала Мира, отведя взгляд. — Когда мы были на задании вместе, ты делал мне комплименты, и сначала мне показалось, что ты хочешь меня утешить, ведь все прекрасно знают, что я — уродливый монстр.       Марк вскинулся, но не успел ничего сказать.       — После того разговора я стала задумываться, что во мне есть от демона, а что — от человека, — продолжила она медленно, тщательно подбирая слова. — Тогда и поняла, что во мне минимум половина от чудовища, а значит, может быть половина и от человека. То есть я могу быть красивой. Хотя бы иногда.       — Это… хорошая мысль, — улыбнулся Марк, пытаясь быстро придумать, как быть в такой ситуации. Он ожидал, что однажды Мира заведет об это разговор, но не думал, что это случится сейчас. — У меня действительно создавалось впечатление, будто ты считаешь, что есть только твое перевоплощение и ничего более. Однако сейчас ты сидишь передо мной, в своем настоящем теле, и магией тут и не пахнет. Что думаешь о том, как ты выглядишь сейчас?       — Сейчас? — Мира нахмурилась и опустила взгляд, осматривая руки. — Неплохо, — заключила она несколько томительных мгновений спустя. — Могло быть и лучше, конечно, но…       — А что именно сейчас тебе нравится в себе? — осторожно спросил Марк, пытаясь не вспугнуть её, развивая сложную тему. К счастью, Мира не стала закрываться, а, напротив, крепко задумалась.       — Мои руки, — тихо выдохнула она. — Тонкие пальцы с ухоженными ногтями, и ни следа чешуи и когтей.       Марк улыбнулся.       — Здорово, — сказал он. — А ты можешь сказать такую фразу: «У меня красивые руки»?       — Зачем? — удивилась она и вскинула на него растерянный взгляд. Марк принялся пояснять.       — Когда мы проговариваем важные вещи, нам проще понять их и принять. Например, если ты сейчас просто посмотришь на руки, мысленно заключишь, что они выглядят неплохо, это будет результат, но не такой мощный, как в том случае, если ты проговоришь эту фразу вслух. Сказав её, ты как бы признаешь себе, что в тебе есть красивая часть. Попробуешь?       Мира нахмурилась.       — Ладно, — выдохнула она и облизнула губы в волнении. — Сейчас скажу, — пробормотала она. — Сейчас….       Мира уставилась на свои руки, не моргая, и вдруг её глаза повлажнели. Она порывисто вздохнула и отвела взгляд, тихонько шмыгнув носом. Очевидно, даже признать то, что в ней есть что-то красивое, было нелегко. Мира переламывала себя и установки, которые внушались ей в детстве, отчего даже подумать о том, что она может быть не чудовищем, не получалось. То, что сейчас происходило, на первый взгляд могло показаться ерундой. Обычным разговором и ничего не значащей фразой. Однако для Миры это было настоящее испытание. Раньше она и подумать не могла, что в ней есть хоть капля красоты и человечности, а сейчас пыталась вслух признаться в этом. Мира не позволила себе заплакать, но губы задрожали, когда она едва слышно выдавила:       — У меня… У меня красивые руки.       На последнем слове голос подвел её, и слезы всё-таки потекли по щекам. Мира закрыла лицо, чтобы никто не видел её, а Марк, не уверенный, что тактильный контакт будет уместен, остался на своем месте. Его сердце наполнилось состраданием. Было жаль Миру, и всё внутри звенело от печали, что такая простая фраза вызвала бурю эмоций. Впрочем, был и положительный момент. Мира признала, что в ней есть нечто красивое. Это была победа. Тот самый шажок на пути к любви к себе и к выполнению квеста.       — Могу я тебя как-то поддержать? — спросил Марк. — Может быть, обнять или сказать что-то приятное?       — Просто… — Мира шмыгнула носом, порывисто дыша. — Просто побудь со мной сейчас.       Марк кивнул.       — Я рядом, Мира, — сказал он. — И никуда не уйду. Я буду здесь столько, сколько потребуется, и ты можешь на меня положиться.       Мира кивнула, не говоря ни слова, и они ещё долгое время сидели в кондитерской. К счастью, другие посетители не обращали на них внимание, и ничто не прерывало этот сложный, но важный момент. Когда Мира успокоилась, Марк заметил, что её взгляд изменился. Маленькая фраза что-то перевернула в душе, и хотелось верить, что девушка начнет потихоньку проговаривать её вновь и вновь, замечая в себе всё больше человечности и красоты. А затем однажды, когда придет время, сможет твердо сказать: «Я — красавица, а не чудовище».       И никакое перевоплощение в демона не сможет этому помешать.