Миссия: Hurt/Comfort

18 мая Х782 года – Делимся на две группы: одна едет в Маранту, вторая остается здесь. Пока на Магнолию не напали, но оставить её беззащитной мы не можем. Города уже сражаются, поэтому времени на долгие сборы нет. Всё ясно? – Да, мастер! Марк стиснул кулаки, мысленно проклиная Эдварда, и догадался, в какую группу попадет даже до того, как услышал собственное имя. Меньше двух часов назад химеры атаковали двенадцать городов Фиора, обрушившись на них, словно цунами. Сильнее всего досталось трем из них: Маранте, Астре и городу Дубов. Они уже запросили подкрепление, и все гильдии, которые могли оказать помощь, собирали магов, чтобы направить их в горячие точки. Хвост Феи шел в первых рядах. Согильдийцы так часто отправлялись на выручку, что быстро и четко сориентировались, прибыв на инструктаж во всеоружии. Поневоле это напомнило родной мир и последние месяцы в нем. Напрягало лишь то, что на два важных города химеры не обратили внимания: на Магнолию, что волновало всех уже давно, и на Крокус, что стало неожиданностью для многих. Либо на них должны были напасть позже, когда основные силы увязнут в сражении, либо в них планировалось тихо провернуть какой-то план, переведя внимание людей в другое русло. Оба варианта Марку не нравились. Отчасти он даже радовался, что не пойдет в Маранту, ведь чувствовал, что не в ней будет основной действие, а здесь, в Магнолии. Правда, пока оставалось непонятно, что именно задумал Эдвард. С тех пор, как появились селф-шарики – маленькие артефакты, защищающие от ментальных воздействий, Марк не расставался с ними. В прошлый раз они отлично помогли. Эдвард взбесился, не сумев проникнуть ему в разум и не догадался, что противостоял не одному сильному изобретению, а двум десяткам крохотных артефактов. Марк надеялся, что при следующей встрече это не изменится, и никакие чужие мысли и желания не проникнут ему в голову. Сожалел он лишь о том, что пока не успел зачаровать новый посох, ведь ещё учился пользоваться новой рукой и с трудом выполнял мелкую работу. Если Эдвард заявится в Магнолию, придется сражаться с ним иными способами. – Готовы? – гаркнул мастер, и хвостатые феи резво закивали. – Тогда вперед! – Удачи, – пожелал Марк согильдийцам, отправляющимся в Маранту. – Она понадобится не нам, а химерам, – оскалилась Мира. – Уж мы им покажем, верно? Нацу ударил кулаком по раскрытой ладони, широко ухмыльнувшись: – Я аж воспылал! Согильдийцы во главе с мастером ушли. На помощь Маранте отправились Лексас, Мира, Нацу, Грей, Фрид, Бикслоу и еще дюжина магов среднего ранга. В Магнолии за главную осталась Эльза. Как опытная старшая волшебница, она должна была отразить атаку химер, если они вздумали бы напасть, и никто не усомнился в её авторитете. Вместе с ней защищать город остались Макао, Вакаба, Кана, Лисанна, Эльфман, Леви, Джет, Дрой, Ридас, Лаки, Марк и несколько новичков. Кроме того, здесь был Хибики, а также несколько рунных рыцарей. Оборона выглядела не слишком крепкой, но в критической ситуации каждый из Хвоста Феи показался бы во всей красе. К тому же Марк сомневался, что Эдвард вздумает снести город подчистую. Когда гильдия на половину опустела, остальные, переглянувшись, занялись привычным делом. Кто-то поднялся на крышу, чтобы приглядывать за горизонтом, кто-то сел около большой связной лакримы, кто-то решил проверить снаряжение и начистить оружие. Марк вернулся к своему столу и перебрал артефакты, которые взял из дома. К сожалению, посох был не готов, пистолет потерялся во время боя с Эдвардом, поэтому в арсенале остались лишь всевозможные бомбочки, небольшие щиты, дымовые шашки, светощумовые гранаты и… Жало. Марк оглядел артефакт со всех сторон, размышляя. Когда он только вступил в Хвост Феи, то решил потренироваться и сделать что-то вроде лазерной указки. В ходе экспериментов его пару раз отправило в нокаут из-за взрыва прототипов, но в итоге удалось закончить разработку. В первоначальном виде Жало наносило легкий огненный урон и больше создавалось шутки ради, откуда и получило название. Однако позднее Эдвард усовершенствовал его, превратив в грозное оружие. Сейчас с помощью Жала можно было прожечь огромный валун насквозь, а уж человеческое тело оно пронзало на раз. В условиях дефицита оружия, оно могло сослужить хорошую службу, но хотелось верить, что его не придется применять. Ощущение приближающейся беды не оставляло ни на миг. Почти не получалось сосредоточиться на записях в тетради, и взгляд то и дело соскальзывал на главный вход, будто вот-вот двери должны были распахнуться, впуская согильдийцев, вернувшихся с задания. Однако минуты тянулись за минутами, но ничего не происходило. Прошло слишком мало времени, и, вероятнее всего, друзья только прибыли в Маранту. Пылающую, кричащую от боли и разрываемую на части лапами химер. Без большей части согильдийцев стало тихо. Тревожно. Унялись драки, исчезли пьянки, даже громкие разговоры смолкли – всё пропало, погрузившись в липкую паутину ожидания известий. Сейчас Хвост Феи мало напоминал себя, и от этого неприятно болело в груди. В глубине души Марк хотел бы растормошить остальных, подбодрить их, заверить, что всё будет в порядке, но не мог подобрать правильных слов. Он и сам не находил себе места. В голове толкались разные мысли, а воображение рисовало кровопролитные картины сражения. Хуже них были только размышления об Эдварде и истинной причине нападений. С тех пор, как стало понятно, что Эдвард пытается запугать Фиор, главным вопросом стало: зачем ему это? Даже если все королевство будет дрожать при упоминании его имени, что ему это принесет? Если такое задание выдала Система, то чего она намеревалась достичь? Марк не знал. Он только отчаянно пытался предугадать следующий шаг Эдварда и найти способ его остановить. У пояса что-то треснуло. Марк вздрогнул, непроизвольно вскинув взгляд, и с лица смыло все краски. Селф-шарик раскололся. За ним ещё один. И ещё один. В ушах застучало, будто каждая клеточка тела схватила по маленькому молоточку и забила тревогу. Желудок упал, ладонь взмокла от пота, а взгляд заметался по гильдии, натыкаясь то на одного товарища, то на другого. Те пока не обращали внимания на его странности и занимались своими делами. Однако стало понятно, что кого-то из них подменили. Возможно, вырубили или убили, натянув его личину, словно маску, и теперь, прикрываясь им, пытались влезть Марку в голову. Только один человек мог это сделать. И он, наконец, прибыл в Хвост Феи лично. Марк медленно выдохнул, нащупывая в кармане магическую бомбу, и снова прошелся взглядом по остальным. Макао и Вакаба обсуждали что-то у барной стойки, Кана раскладывала гадание, Лисанна, Эльфман и Лаки пили чай, Ридас рисовал, команда Теней склонилась над картой, а Хибики прогонял модели в Архиве. Никто из них не вел себя подозрительно. Даже рунный рыцарь, приставленный Брайаном, скучающе листал газету, однако селф-шарики продолжали разбиваться. Один, второй, третий… Марк изготовил их всего два десятка, решив, что этого количества хватит, но, похоже, Эдвард решил долбить до победного. Перспектива вернуться к слепому уважению и подчинению не прельщала. От мысли, что снова в разуме появятся ментальные закладки, становилось тошно и жутко. Нервно облизнув губы, Марк вскочил, зная, что выдает себя этим. Несколько человек обернулись. – Что случилось? – нахмурился Хибики, когда Марк подскочил к нему. – Ты такой бледный. – Кто-то ломится мне в голову, – прошептал он. – Кто-то здесь чужой. – Магия смены личины? – напрягся тот, сворачивая прежние панели и открывая другие. – Дай мне минуту, сейчас разберемся. На золотых панелях замелькали данные, а чужой взгляд прожег лопатки. Марк сглотнул. Эдвард был где-то здесь, на расстоянии вытянутой руки, но его не удавалось найти, а селф-шарики продолжали разбиваться, отсчитывая мгновения до краха. Он давно хотел вернуть Марка в хижину: писал послания, посылал химер, но безрезультатно. По всей видимости, ему надоело ждать, и он решил лично прибыть в Магнолию, чтобы забрать его. Но зачем? Неужели он действительно так дорожил им, чтобы идти на такие меры? Или же в привязанности Эдварда крылась другая причина? Марка осенило. Система… Что, если Система выдала на него задание, и теперь он стал таким же важным, как война в Фиоре? Мурашки пробежали от макушки до пяток, когда знакомая тяжелая аура врезалась в спину. Марк медленно обернулся и пересекся взглядом с Эдвардом. Катастрофа. Полный провал. Только так можно было назвать то, что происходило в Хвосте Феи сейчас. Марк тяжело опустил руку Хибики на плечо, отвлекая, и тот нахмурился. Однако вместо того, чтобы остановиться, забарабанил по полупрозрачным кнопкам Архива с такой неистовостью, будто от этого зависела чья-то жизнь. – Достаточно, – сказал Марк. – Не ищи, сейчас он сам покажется. – Уже не ищу, – бросил тот тихонько. – Пытаюсь накинуть на тебя ментальную защиту. Если это тот, о ком я подумал, это не будет лишним. Марк ничего не ответил. Он только неотрывно глядел на рунного рыцаря, которого привел Брайан, и проклинал себя за беспечность. Словно туман, с него стекла оболочка, обнажая привычный, но всё ещё фальшивый образ Эдварда. Медленно, шаг за шагом, он пошел к Марку, и хвостатые феи вскочили с мест, заняв боевые стойки. Они были где-то на периферии, вдалеке, и сложно было сказать, что они планировали и о чем торопливо переговаривались. Мир сузился до одного человека. Сердце тяжело и гулко билось в груди. По спине катились капли пота. Что-то во взгляде Эдварда, в его походке и молчании заставило сделать шаг назад, а за ним и еще один. Марк попятился. Из головы вылетели все мысли, а руки почему-то никак не могли нащупать в карманах бомбы и Жало. Он чувствовал себя крохотным зверьком, загнанным в угол, и не было шанса уцелеть, а потому оставалось лишь скалиться и поднимать шерсть в тщетной попытке прогнать хищника. Дыхание перехватило, когда Эдвард прищурился и набрал в грудь воздуха, чтобы что-то сказать. Словно вспышка, в голове пронеслись десятки вариантов его фраз, каждая из которых раскрывала Марка перед согильдийцами и уничтожала шансы завершить задание Системы. Бежать! Марк дернулся, прислушиваясь к магическому потоку, но прирос к земле, когда Эдвард спокойно и негромко сказал: – Подумай дважды. Ты хочешь оставить гильдию, когда я здесь? Заклинание рассеялось. Марк вжался в стену, неотрывно глядя вперед, и не мог произнести ни слова. Он еще не видел Эдварда в такой ярости, когда ничто не сдерживало удушающую ауру и огромную магическую силу. Казалось, вся мощь сосредоточилась здесь, придавливая Марка к земле. Землетрясение, цунами, извержение вулкана – всё это меркло перед гневом Хозяина Химер, и противостоять такому мог разве что Гилдартс, но его сейчас не было в Магнолии. Никого, кто справился бы с Эдвардом, не нашлось. – Хватит! Отойди от него! Перед Марком появилась Эльза в Алмазной Броне, готовая поднять щит в любую минуту. Лишь в этот миг удалось заметить остальных согильдийцев, бросившихся на помощь. Они подтянулись ближе, сжимая кулаки, и со злостью и ненавистью взглянули на Эдварда. Марк похолодел. Если они разозлят его, то точно умрут. Напрасно отдадут жизни, ввязавшись в заведомо проигрышную битву, и оборвут свои истории, не успев дойти даже до середины. Он не мог этого допустить. – Какая прелесть, – неприязненно протянул Эдвард. – Поздравляю, Марк, ты нашел столько хороших друзей, оставив позади свою семью. – Я задержу его, – прошипела Эльза. – Уведите Марка отсюда. – Не советую дергаться, – улыбнулся Эдвард, и многие сглотнули. – Иначе я напомню, чем закончился мой прошлый визит. Согильдийцы застыли, точно попав под заклинание окаменения. Марк заметил, как помрачнели их лица от упоминания трагедии, унесшей жизни друзей, и на несколько долгих секунд всё погрузилось в молчание. Лишь иногда снаружи доносилось карканье химер-воронов. Однако оцепенение слетело слишком быстро. Эльза стиснула зубы и стукнула щитом о пол, точно пробуждая остальных, и хвостатые феи один за другим подняли взгляд, полный непримиримой решимость сражаться. Как и всегда, даже загнанные в угол, они не сдавались. Продолжали бороться, силой духа и крепкими узами уничтожая препятствия на пути. Если бы здесь был Нацу, он был уже бросился на Эдварда с кулаками, наплевав на всё. Согильдийцы переглянулись, разделяя общие мысли, а Хибики прищурился, едва заметно двигая пальцами. – Идиоты, – бросил Эдвард, закатив глаза и вскинул руку. – Стой! – воскликнул Марк, выскакивая перед Эльзой и закрывая её собой. – Подожди, не горячись. Давай поговорим. Согильдийцы всполошились: – Марк, назад! – Не делай глупостей. – Он убьет тебя! – Нет, – Марк резко мотнул головой, сглотнув. – Он не причинит мне вреда. Правда, Эдвард? Тот с ухмылкой бросил заклинание в сторону, словно ненужную вещь, и бахнуло так, что некоторые не удержались на ногах. Половина главного зала разлетелась в щепки. Похожей магией Эдвард пытался убить Эву, но на сей раз она выглядела слабее, мягче. Вероятно, он подозревал, что Марк попытается закрыть собой друзей, поэтому изменил формулу. От этой мысли легче не стало. Напротив, желудок скрутило от тревоги, а во рту пересохло. Когда Эдвард улыбнулся, захотелось и вовсе сбежать на край света, но Марк лишь сделал ещё один шаг навстречу. Согильдийцы переполошились. – Я пришел забрать тебя домой, – сказал Эдвард, протягивая руку. Очередной селф-шарик сломался. – Ты достаточно нагулялся, и пришло время вернуться в лес. – Я не могу уйти, – выдавил Марк, молясь, чтобы хвостатые феи не рванули в бой. – И ты знаешь, почему. – Разве я не говорил, что добыл информацию? Если бы ты не упрямился, то узнал бы, что от Системы можно избавиться. Я нашел тех, кто её создал. Мы в шаге от свободы, Марк, поэтому уйми ребячество и вернись со мной домой. Я спасу нас обоих. Марк отшатнулся. Согильдийцы нахмурились, ничего не понимая, и обменялись напряженными взглядами. Кто-то положил Марку руку на плечо, но он не отреагировал. Застыл. Идея избавиться от Системы звучала слишком хорошо, маняще, приятно. Хотелось кинуться к Эдварду, крича: «Да! Да, я согласен! Я иду домой!», но он усилием воли удерживал себя на месте. Ложь. Это могла быть ложь, призванная заманить его в лес, ради какой-то цели, пока непонятной, а от того опасной. Ни одному слову Эдварда нельзя было верить, ведь он слишком хорошо знал, на какие болевые точки давить. Эльза сильнее сжала пальцы на его плече, и Марк коснулся её руки, окованной в броню. – Я не верю тебе, – выдавил он, глядя Эдварду точно в глаза. – Больше не верю. – Тогда ты не оставляешь мне выбора, – притворно вздохнул тот. – Через три дня я уничтожу Крокус. – Что? – донеслось сразу с нескольких сторон. – Ты не посмеешь! – Да кто тебе позволит?! – Делай, что хочешь: беги, стой на месте, борись, но ты не сможешь помешать, – Эдвард сложил руки на груди, и давление его магии усилилось, заставив всех охнуть, пригибаясь к земле. Марк с трудом поднял на него взгляд. – Когда твои драгоценные друзья отвернутся, возвращайся. Я великодушен и умею прощать. Мы всё ещё семья. Помни об этом. Марк ударился коленями, когда его придавило, а в следующий миг невидимая сила уткнула его носом в пол так, что перед глазами засверкали искры. Судя по звукам, остальные хвостатые феи не избежали подобной участи, и лишь Эльза с нечеловеческим рыком поднялась на ноги. Её доспех раскрошился и осыпался, оставляя её почти голой, однако она выхватила из пространственного кармана меч и кинулась на Эдварда. Тот закатил глаза. Хватило взмаха рукой, чтобы Эльзу снесло в сторону, как тряпичную куклу, и она влетела в обломки столов и стульев, поднимая пыль. – Ублюдок, – прошипел Макао, покрывая руки пламенем. – Зверорука! – Башня, Повешенный, Дьявол: Темное пламя! – Перевоплощение: Душа Птицы! Хвостатые феи один за другим пытались подняться, крича от натуги и ярости, пока Эдвард расслабленно шел к выходу. Несмотря на то, что Марка всё ещё придавливало к полу, он сумел дотянуться до кармана и вытащить артефакт. Но не для того, чтобы задеть Эдварда, а чтобы оставить согильдийцев. Из природного упрямства они не собирались отступать и рвались в бой, не думая о том, что их может разорвать на куски в любую минуту, и ещё дышали по той причине, что становились пешками в игре Эдварда. Если бы он хотел перебить их, то шансов уцелеть ни у кого не осталось. Для его плана было важно сохранить им жизнь, но не было гарантий, что он, разозлившись, не снесет пару голов. Марк знал, насколько шатким был самоконтроль бывшего наставника, а потому из последних сил бросил вперед артефакт и зажмурился. Свет затопил гильдию, заставив всех вскрикнуть от неожиданности, и закрыть глаза. – Молодец, Марк. Перед глазами сверкало и сияло, никто не мог пошевелиться, зато все услышали прощальные слова Эдварда. Правда, разразиться ругательствами не успели, ведь послышался топот ног, а затем громкий и четкий приказ: – Сдавайся! Ты окружен, а в этих письменах не получится колдовать. Ты обвиняешься в нападении на Фиор и будешь отправлен в Эру на суд. В случае сопротивления мы убьем тебя. Вот этого Марк не предусмотрел. Стало понятно, что делал Хибики при появлении Эдварда: он связывался с рунными рыцарями, прося подмоги, и те мгновенно среагировали. Вместо того, чтобы врываться в Хвост Феи с боем, они устроили засаду на входе, подловив его и заключив в клетку из письмен. Скорее всего, использовали новые посохи с более крепкими и сильными чарами, поэтому даже Эдварду пришлось бы повозиться, выбираясь из них. Вот только начальнику Итану, который возглавлял отряд, едва ли удалось бы одержать верх. Марк принялся тереть глаза, пытаясь вернуть четкость зрения, когда его перестало придавливать к земле. – Почему этот мир населен такими тупицами? – донеслось от Эдварда. – Что ты сказал? – Вы действительно думаете, что я пришел один? – Осторожно! – Начальник Итан, берегитесь! – Щиты! Раздался громогласный рев, за ним всё вокруг наполнили крики, звон стали, грохот взрывов и… смех. Эдвард с широкой ухмылкой наблюдал, как его творения убивают рунных рыцарей, и ничуть не беспокоился, что попал в ловушку. Марк вскочил и, спотыкаясь, бросился вперед, как и остальные согильдийцы, но опоздал. Прямо на площадь перед гильдией спустилась виверна – огромная, страшная тварь с когтями, похожими на заточенные клинки, яркими золотыми глазами и крыльями, на которых без труда уместилась бы дюжина химер. Она взмахнула лапой и снесла половину рунных рыцарей, а её рык, напитанный магической силой, завершил начатое. Всего через минуту после появления, она разобралась с противниками, и письмена, заключающие Эдварда в клетку, пропали. Он ловко вскочил ей на спину и спустя минуту взмыл в небо, улетая прочь. Остальные химеры тоже разбежались, даже не попытавшись напасть на хвостатых фей, и внезапно вспыхнувшее сражение также резко завершилось. Марк оцепенел. Всё залила кровь. На брусчатке валялись части тел, сломанные посохи и обрывки обмундирования. Кто-то из рыцарей ещё был жив, кто-то уже испустил дух, а кто-то балансировал на грани. Взгляд наткнулся на знакомую фигуру, лежащую на земле в луже крови, и ноги сами понесли к ней. Собственный крик донесся точно со стороны: – Начальник Итан! Это разбило пелену ошеломления, накрывшую всё вокруг, и согильдийцы спохватились. Они бросились к пострадавшим, ища выживших, а Джет помчался предупредить лекарей и привести Полюшку. Марк судорожно пытался нащупать пульс у начальника Итана, и с каждой секундой дышать становилось труднее. Паника ледяной хваткой сжимала сердце, в ушах гудело, а с губ срывались какие-то сбивчивые фразы, не имеющие смысла. Мир рушился на глазах, и слишком знакомый голос шептал в подсознании: «Если бы ты ушел сразу, то никто бы не погиб. Ты защитил согильдийев, но подставил рыцарей. Сколько ещё людей должно пострадать, чтобы ты вернулся?». – Не той рукой, – донеслось снизу, и он встрепенулся. – Начальник! – воскликнул Марк и только в тот момент заметил, что пытался нащупать пульс протезом. – Боже мой, вы живы! Мне так жаль. Простите, это всё из-за меня, я… – Тише, парень, голова и так раскалывается, – мужчина попытался встать, но Марк надавил ему на плечи, заставляя лежать. – Не двигайтесь, скоро прибудут лекари, они вас осмотрят, – сказал он. – Ладно, – не стал спорить начальник и прикрыл глаза. Какое-то время они молчали. Хвостатые феи и неравнодушные жители Магнолии метались между ранеными, пытаясь помочь, и всё вокруг утопало в стонах боли, отрывистых приказах и причитаниях. Эдвард всё-таки напал на Магнолию, как многие и подозревали, но ушел, практически не причинив городу вреда. Единственным, что он разрушил, стали шансы Марка выполнить оставшиеся квесты Системы. Как бы согильдийцы ни были добры, они слишком сильно ненавидели Эдварда, чтобы проигнорировать всё, что он наговорил. Больше не было нужды гадать, был ли Марк связан с химерами, ведь это стало очевидно. Все странности обрели смысл. Личность загадочного наставника, о которой он с упоением трещал в первые месяцы вступления, больше не являлась тайной. Марк боялся посмотреть в правый верхний угол, где отображалась шкала доверия гильдии, ведь знал, что не увидит там ничего хорошего. Он вцепился руками в волосы, зажмуриваясь и не представляя, что делать теперь. Если его исключат из гильдии за связь с Эдвардом, он провалит глобальный квест, ведь метка пропадет с его тела. Система выставила несколько условий, о которых раньше Марк не переживал, думая, что никакая сила в мире не заставит его нарушить правила. Она запретила причинять вред хвостатым феям, подчинять их своей воле и покидать гильдию, обещая все кары мира за неповиновение. Теперь над ним нависла не просто угроза штрафа, а более мощное наказание. Возможно, смерть. – Марк, что это вообще было? – спросил начальник Итан, нарушив молчание. Лекари прибыли к месту битвы и принялись оказывать помощь раненым. – Почему Эдвард пришел за тобой и?... – И почему не убил? – закончил за него Марк. Он оглядел хвостатых фей, судорожно вздыхая, а затем надтреснуто улыбнулся, оборачиваясь к начальнику. – Простите, но… Я не знаю, как всё объяснить. – Ты тоже химера? – нахмурился тот, но в его голосе почему-то не прозвучала неприязнь, злость или упрек, там была только печаль. – Разведчики докладывали, что Эдвард экспериментировал на людях. Он и тебя изменил? Марк поджал губы, не подтверждая слова и не отрицая их. Вместо этого он сказал, поднимаясь: – Эдвард нападет на столицу через три дня. Предупредите всех, пусть приготовятся отражать атаку. – А ты куда? Марк пожал плечами. Он в последний раз оглянулся на Хвост Феи, израненный, но не сломленный, пересекся взглядом с Эльзой, бинтующей рунного рыцаря, а затем… Просто исчез.