Голос

Am I dreaming Am I lost again Gone forever more Dust and sand My intruder Am I true to you You wonʼt follow me When Iʼm gone. Crimson Blue, песня «Road To Oblivion» Sometimes heʼs worlds apart and elsewhere lies his dream And he wonʼt never shift the blame on you Sometimes a parting kiss speaks louder than action When life turns suddenly like a bolt from the blue. Edenbridge, песня «Shine»

Эрик молча ждал меня, не в силах произнести ни слова… Его грудь сотрясали рыдания, он закрыл руками лицо, боясь взглянуть мне в глаза. Подойдя к нему ближе, но все еще стоя по щиколотку в воде, я стала ожидать его решения… — Ты любишь его… — от этих слов мое сердце будто бы сжали тисками. -Уходи с ним, уходи! — задыхаясь, стенал он.- Я знал, что ты уйдешь… Я обречен на одиночество. Справлюсь, не думай обо мне! Ты права, я не могу обрекать тебя на несчастье, не могу допустить, чтобы виной твоей грусти был я… Уходи! — его крик оборвался, и он ударил кулаком по стене. — Нет, прежде чем что-то решать, выслушай меня. А пока позволь выйти из воды — что-то я замерзла, — не дожидаясь, пока я выйду, он подошел ко мне, подхватил на руки и вынес из озера. Поставив меня на землю, он не дожидаясь того, что я ему хочу сказать, шагнул в свет комнаты… Я ринулась вслед за ним, схватив подол мокрого платья, мешавшего ходить. Эрика сильно шатало, он даже схватился за стену, чтобы устоять на ногах. Было видно, что он на грани помешательства, что он не верит в то, что смог отпустить меня. — Зачем ты здесь? Беги за виконтом¸ еще успеешь его догнать. Оставь же монстра в его пылающем аду! — Эрик сам не знал, что с ним происходит. Впервые он поступил так, как было правильно. Впервые за столько лет он пожелал счастья, в первую очередь, не себе, а кому-то другому.- Не волнуйся, жандармы меня не найдут здесь, мой дом тщательно скрыт от посторонних взглядов. Прошу лишь об одном — храни тайну Призрака Оперы! Храни память о монстре, который любил тебя и готов был положить весь мир у твоих ног! Не знаю, как мне его переубедить… — Эрик, милый, любимый, — голос дрожал, выдавая мое волнение, — выслушай меня. Я не могу остаться с тобой не потому, что не люблю тебя, а потому что я должна вернуться домой. Ведь, Аннет тебе не всё сказала… Я из другого времени, из другого мира. Знаю, звучит, как бред сумасшедшей, но я не вру. Меня специально прислали сюда, чтобы я исправила ошибки прошлого, но, как мне кажется, сделала только хуже. Настоящая Кристина вернулась, и я должна освободить ей место, иначе я стану частью её души… Пусть мы с ней и единое целое, но моя жизнь течет по другому руслу, понимаешь? У меня осталось совсем мало времени на то, чтобы хоть как-то поддержать тебя, убедить в том, что я тебя… Прости, что врала тебе и Раулю. Рауль не должен был ни о чем догадаться, поэтому я всегда была так нежна и ласкова с ним. Зачем отнимать у него счастье? Ты всё равно отпустил бы Кристину, я знаю, у тебя светлая и добрая душа, ты бы не захотел разрушить её счастье. Я не сказал тебе всю правду, потому что боялась, что ты не выдержишь и что-то сделаешь с Раулем. Прости, что так всё вышло, я не хотела тебя ранить, — слезы стекали по моим щекам, но мне было плевать на это.- Когда я впервые услышала твой голос, я была ошарашена, не веря в то, что обычный человек может обладать таким голосом. Ты заворожил меня, заставил взглянуть на себя по-новому. Музыка может изменить человека до неузнаваемости, особенно, если этот человек — женщина, а музыку для неё открывает мужчина. Общаясь с тобой, я открыла для себя грани другого отношения к себе… Я осознала, как должен относиться мужчина к женщине. Пусть я не видела тебя, но фантазия рисовала немыслимые образы, я представляла себя рядом с тобой, хотя и знала, что это невозможно. Я была кратковременной заменой для другой, лишь изображением чужой жизни, к которой так неосторожно прикоснулась. Я надеюсь, нет, я знаю, что ты всегда будешь помнить именно меня. Да, я та Кристина, что хочет выбрать именно тебя, а не Рауля. С каждым днем я все больше убеждалась, что могу выбрать лишь тебя. Потом появился он — виконт Рауль де Шаньи, — и воспоминания захлестнули меня. Кристина ждала его, надеялась, что когда-нибудь он заберет её и увезет далеко-далеко… От всего дурного, что с ней случилось, от всех насмешек и придирок, увезет к новой жизни, где она будет любима. А потом она выросла и сказка закончилась. Но надежда, та зыбкая и призрачная надежда, все же теплилась в чистой душе. Он приехал, и я не смогла справиться с ней, не смогла лишить частичку той Кристины в моей душе веры в сказку. Потом мне удалось остановить её порывы, но как теперь я могла разрушить её любовь после всего, что испытала? Было очень сложно, пойми. Мне очень хотелось, чтобы ты был счастлив, но как я могла сделать счастливым одного, пожертвовал счастьем двух других? Не честно, правда? Вот только я забыла, что я в любом случае буду проигравшей, какой выбор бы не сделала. Слишком втягивала в чужие чувства, стараясь принять правильное решение. Моё сердце не понимало разум и решило играть в свою игру, не оставив мне шанс на разумный выбор. Ты столько времени знал Кристину, как ты не увидел сразу, что мы отличаемся? Это долго терзало меня… — Я мало знал Кристину. Она пришла в Оперу полтора года назад, решив, что здесь её место. Я не вру, дорогая. Ты заставила взглянуть меня на мир другими глазами, научилась доверять себе. Никогда прежде со мной не было такого… Камея душила меня, я стала тяжело дышать, но от помощи Эрика отказалась. Взяв себя в руки, я не стала тянуть свой рассказ. — И вот теперь я на краю пропасти. Я должна уйти, но как уйти, если часть меня остается здесь? Мне сказали, что сделав выбор, я найду свое счастье, но что делать, если я его уже нашла, но не могу его разделить с дорогим мне человеком, остаться с тем, кто олицетворяет мое счастье? Сколько раз я ругала провидение за то, что он влюбил тебя в неё! Сейчас я понимаю, что ты любил её душу, а её душа — это моя душа. Просто я готова к серьезному поступку, а она — еще нет, мое сердце было свободно, а её — нет. Не верила, что ты любишь меня, не верила, что смогу решиться на всё это… Хотя меня столько раз убеждала Аннет в том, что ты любишь именно меня, я не могла свыкнуться с этой мыслью. Каждый твой шаг оставлял след в моей душе, каждое твое слово звучало, как музыка, для меня. Что таить, ты открыл для меня другой мир и этот мир прекрасен, мой учитель. Как можно оттолкнуть того, кто так преданно тебя любит? Там, на кладбище, я была в шаге от того, чтобы рассказать тебе всё, избавить себя от ответственности, услышать от тебя ответы на мои вопросы. Я испытала то, что никогда не испытывала в своей жизни, я испытала твою любовь…- я покраснела и испуганно отвернулась от его взгляда, не пытаясь сдержать порыв поцеловать его. Мне стало тяжело дышать, щеки зарделись, я схватилась за шею, пытаясь оттянуть камею. Но тут я резко повернулась и, подбежав к Эрику, обняла его. Он ошарашено смотрел на меня, не знала, обнять ли меня или оттолкнуть. А я плакала, роняя слезы ему на грудь. — Не могу признаться в том, что я была не права. Мой эгоизм и, что уж, мой страх не давали раскрыть свою душу перед тобой. После того, как я увидела труп рабочего и твою тень, мир изменился для меня. Тут меня встретил Рауль, и я убежала с ним на крышу. В тот момент, мне казалось, что это лучший вариант. Перевернулся мой выдуманный сказочный мир, — я отскочила от Эрика, всё еще пребывающего в шоке. — Не удивляйся, я действительно тебя боялась, ты казался мне бездушным существом в какой-то миг, но теперь… Теперь вижу, что я не должна тебя боятся, не должна больше скрывать то, что у меня на сердце. Знал бы ты, как мне было тяжело все эти полгода; каждый день был пыткой, а после того, как упала люстра, я вообще потеряла покой… А орудием пытки был ты. — Кристина, я никогда не хотел, чтобы ты страдала. Я и подумать не мог, что ты страдала из-за меня. Был настолько поглощен тем, чтобы завоевать твое сердце, что не замечал ничего вокруг. — Эрик смотрел на меня, как побитая собака на хозяина. Потом выпрямился и, сделав шаг вперед, протянул ко мне свои руки, пытаясь заключить меня в объятья, чтобы вместе пережить правду, сказанную мной. Я отбежала от него, трясущимися руками вытирая слезы на глазах. — Нет, я была инквизитором, сама мучила себя, тебя, не ведая жалости, терзала в сомнениях. Ты опытнее меня и знаешь, что испытывает мятущаяся душа. Где-то в глубине своего сердца я хранила тайну, которая доставляла мне столько боли, столько отчаяния и… столько томительного ожидания. Я страдала, потому что врала. Каждый день, каждую минуту играла роль, старалась не выдать себя. С тобой я была одна, с Раулем — другая и только с Аннет я была самой собой. На маскараде для меня все поменялось. Я увидела, что ты все же любишь меня, и я не имею право терзать тебя. Было и было, ты дал мне обещание — я поверила этому обещанию. Я была чиста перед всеми, как мне казалось. Когда директора и Рауль предложили участвовать в твоей поимке, у меня открылись глаза, и я поняла, как низко пала в глазах окружающих. Раулю было плевать, что меня используют как приманку, что я могу пострадать. Увы, он думал об этом в последнюю очередь. Его жажда мести была превыше всего. Только что ты чуть сам не угодил в ловушку жажды мщения. Поверь, это лишнее. Месть — блюдо, которое подают холодным. Ты везде мне мерещился, ты был моим наваждением, моим ночным видением… Постоянно мне снился, представляешь? Я до сих пор помню эти сны, — я закрыла глаза, вспоминая прикосновения Эрика из моих сновидений. Но вот я опять вернулась к своему откровению: — Я должна была причинить одному из вас боль, растоптать… И тогда я придумала план, при котором, как мне казалось, никто не пострадает. Ты дал мне ключ, помнишь? Я отдала его Аннет, чтобы та провела настоящую Кристину к решетке, а там Кристина встретила бы Рауля и они бы убежали вместе. Аннет показала путь Раулю к тебе домой. Он должен был придти сюда и быть в полной уверенности, что всё разрешилось благополучно, что он спас меня. Пусть это иллюзия, но так ему будет спокойнее и безопаснее. Он любит Кристину всем сердцем. Репетиции выматывали меня, я знала, что должна играть роль, потому что ты хотел этого, а разве я могла противиться тебе? — я улыбнулась, вспоминая свои чувства, когда готовилась к новой постановке.- Я испытала невероятные ощущения и… мысли, когда пела роль Аминты. Что-то новое родилось в моей душе. Во мне появился твой яд, Эрик. Я знала, что ты появишься на представлении, что покажешь свое истинное лицо. Я до последнего не знала, что ты поменялся с Пьянджи, но на протяжении всей арии я испытывала такое притяжение к тебе… Соблазн руководил мной, я забыла всякую мораль, за что мне сейчас стыдно. Я не думала, что попаду под твою власть еще раз. Но я была рада этой власти, ждала её… Ждала твоей страсти, твоей пылкости. Голос Пьянджи ты хорошо скопировал, но ты выдал себя одним — ни разу не сфальшивил. Ты идеально сыграл свою роль, Эрик, это было потрясающе. Аминта была у твоих ног, радость моя! Вот только другие ноги выбили из неё всю радость, что она испытала с тобой, — фразу звучала глупо, но Эрик меня понял. — Она решила, что ты предал её — убил еще раз. Убил надежду на спасение своей души. Но её ошибка была в том, что она слушала разум, а про сердце забыла. Поэтому так и произошло. Нельзя было допускать, чтобы толпа хотела тебя разорвать… Тебя найдет Мэг или Аннет, они помогут, ты всегда можешь на них положиться… Я сожалею, правда, но, что совершено, то совершено. Сейчас Рауля у решетки к улице Скриба ждет настоящая Кристина, та Кристина, которой я старалась стать для тебя. Она помнит всё, что произошло, даже то, что видели только ты, я и Рауль. Что может сделать обычная шпилька! Аннет прятала ту, настоящую, от меня, поэтому я не знаю, насколько мы похожи. Может, у неё моя же самоуверенность и, если бы я руководствовалась только её чувствами, делая выбор, тоже выбрала бы Рауля… Ей руководит старое чувство, воспоминания и вера в то, что Рауль остался таким же замечательным, что и был. Я не знаю, как сложиться их жизнь в дальнейшем, но пусть будут счастливы — они заслужили это. Может, я ошиблась и его чувства к Кристине не настолько сильны, чтобы воспринять её повзрослевшую, а не ту девочку, что он видел в последний раз. Но… — Любовь моя, прошу, не терзай меня, — Эрик стал метаться по комнате, хотя это мало помогло ему справиться с волнением.- Послушай, не надо больше слов. Я не хочу больше ничего знать! Я вижу, что тебе тяжело все это говорить… Приму любое твое решение, хотя… Ты уже все решила. — Я еще не все сказала, мой Ангел… Есть одно важное «но», которое заставило меня так поступить с тобой, заставило тебя сделать несчастным. Простишь ли ты меня за мой гнусный поступок, за столько жестокое отношение к тебе? Прости, что лишаю тебя частички счастья, но знай, что и себя я лишаю тем самым счастья. Я не хотела делить тебя с ней. Между нами всегда была тень моего прошлого «я», голос которого ты полюбил. Ты полюбил её голос, давай не будем скрывать истину? Могу сказать лишь одно — теперь я пою так же, как и она… Я знаю это, я чувствую… Это будет наказанием за мой грех. Когда я буду петь, я всегда буду вспоминать тебя, но и её, к сожалению. Вспоминать, что когда-то я совершила ужасную ошибку и вновь её повторила. Глупо, но… Я не могу свыкнуться, что она — это я. И никогда не свыкнусь. Для меня только ты достоин счастья. Мне придется вернуться, но они, точнее она, обещала, что ты будешь счастлив. О, как я хочу, чтобы ты был счастлив! Ты заслужил счастье за горе, что испытал, за терзания, что скомкали твою душу, за потери, что ожесточили твое сердце. Как я хочу, чтобы мое тепло вечно обогревало твое робкое сердце! Если это было в моих силах… Разве возможно перешагнуть через всё и остаться собой? Разве можно представить, что два человека так долго шли друг к другу и вот расстаются? Года, века, миры — все едино для нас, потому что наши души едины, Эрик. Я не смогу смириться с тем, что лишаю тебя своей любви. Не должна была тебя любить, но… Я согрешила, Эрик, и этот грех всегда будет лежать камнем на моей душе. Он страшен для меня, и я вечно буду расплачиваться за него. — В чем твой грех, Кристина? — с надрывом произнес обескураженный Эрик. Подбежав ко мне, он схватил мои руки, будто бы так сможет остановить меня. Его трясущиеся руки сжали мои пальцы, грудь резко вздымалась, а глаза неотрывно смотрели на меня, ожидая самых главных слов, которые так жаждало его сердце. — В том, что я тебя люблю. Я люблю тебя, слышишь? Всем сердцем люблю! И никто — ни Рауль, ни кто-то еще не смогут переубедить меня в моих чувствах! Твой голос всегда звучит в моей голове, твой образ постоянно перед моими глазами, куда бы я ни пошла. Прости меня, прости, что мне придется покинуть тебя, любимый! — голос дрожал, мысли путались, я не могла поверить, что сказала ему о своих чувствах. Он пошатнулся, глаза расширились и с криком: «Кристина!», Эрик стал целовать мои руки и пальцы, боясь поднять на меня глаза. Я чувствовала, как его слезы попадают на мою кожу, как он шепчет мое имя, не веря своему счастью. Он рыдал, шепча слова любви, благодаря за этот миг. Впервые за все время кто-то сказал, что любит его. Сердце сжалось в груди, понимая, что я в один миг сделаю его счастливым и несчастным одновременно. Я чувствовала себя монстром. Мерзким, подлым монстром, который дает человеку счастье и тут же его забирает. — Простишь ли ты меня…- тихо произнесла я, все крепче цепляясь за его руки и прижимая их к своей груди. — Простить? За что? За то, что ты сделала меня самым счастливым человеком на этой грешной земле? Или за то, что ответила на мои молитвы? Любовь моя, жизнь моя, душа моя! Как я могу на тебя обижаться? Я знал, что ты уйдешь, Аннет сказала мне… Я мысленно готовился к этому, хотя до сих пор не смирился с этим. Пусть мое счастье было недолгим, но оно было у меня. У меня была ты и ты всегда будешь в моем сердце. Ты дала мне крылья, которые подняли меня над грешной землей. За мои грехи мы расстаемся, а не за твои. Кристина, я люблю тебя, помни это… Я сделаю всё, чтобы мы были вместе. Клянусь, я найду способ тебя найти, пусть не в этой жизни, так в следующем воплощении. Я так долго ждал тебя и не никому не позволю нас разлучить. Я найду тебя, что бы мне того не стоило! — Любимый, — дыхание перехватило, и тут я поняла, что больше никогда его не увижу. Тоска накинула на меня свое покрывало и, не ведая, что творю, бросила к нему с поцелуем. Что это был за поцелуй… Он в первый момент не понял, что произошло, но потом ответил мне… Его руки обвили мою талию и он забыл про всё на свете: про свое уродство, про то, что я должна его покинуть, что больше меня не увидит. А может, поэтому так страстно и целовал из-за того, что хотел запомнить этот момент как можно ярче… Сколько нежности и страсти одновременно, сколько ожидания в одном единственном порыве. Мое сердце взлетело к небесам и резко рухнуло вниз. Ноги подкашивались, но Эрик крепко держал меня. Теперь мы едины и ничто не сможет разрушить нас душевный союз. Его слезы смешивались с моими, солоноватый привкус на губах напоминал, что расставание так близко. А мы не могли отпустить друг друга, наши губы были не в силах признать жестокую правду реальности… — Мне пора, дорогой, прости меня… Пусть это будет с тобой, как напоминание обо мне, — я протянула Эрику обручальное кольцо, что он подарил мне на бале-маскараде.- Может, мы встретимся в другой жизни, и тогда ты лично мне его отдашь. Как поется в одной песне:

А если он спросит, где Вы, тогда Какие нужны слова? — Отдайте мое золотое кольцо, Не нужны никакие слова…

Эрик погладил меня по волосам, а потом прижал к себе, но так, будто бы я из хрупкого стекла и вот-вот разобьюсь. Я вырвалась из его объятий, не в силах больше терпеть эту пытку. Схватившись за голову, смотрела безумными глазами на него, не веря, что все же это делаю. — Мне пора… Эрик, я хочу быть с тобой. Мне больше нечего сказать… Я выбираю тебя… Прости, я не могу, не могу, — отвернувшись от него, я закрыла лицо руками. Поглубже вздохнув, я вытерла слезы, и с твердым намерением сказать Эрику, что всегда буду помнить его и мне надо идти к Аннет, повернулась. Вот только ни Эрика, ни подземелья не было. Я стояла на своем лестничной площадке, упершись взглядом в дверь соседней квартиры.