Раскрась мои серые будни

Когда ей позвонил Жарницкий, Мария имела огромную кучу отмазок. Но стоило ей услышать его голос, как они почему-то забылись… — Ты написала об изменениях в планах, но потом ушла из сети. Что-то случилось? — Ничего особо… Страшного. Просто мне понадобилось кое-куда съездить… Мария откладывала поход в тот магазин, но посчитала, что ремонт — идеальное прикрытие. Когда-то же его бы всё равно пришлось сделать… — Думаешь, я стал настолько плохо тебя знать? Или что стану тебя к чему-то принуждать? — Я просто… — она не могла подобрать слово. — Волнуешься? Не волнуйся, я не стану настаивать. Даже если кого-то из нас уволят. Это идёт против моих принципов. Ты куда-то действительно собираешься? — Да, в магазин. А что? — Ничего, — усмехнулся Жарницкий. — Просто была вероятность, что ты пыталась улизнуть, не вылезая из-под одеяла. — Могла бы. Но всё равно… Я уже настроилась на поездку и ремонт. — Ого-го, — удивился Алексей. — Помощь понадобится? — Справлюсь. — Потому что не хочешь меня видеть? — Потому что не хочу тебя напрягать. Ай! Мария что-то неразборчиво прошипела. — Тумбочка? — предположил Жарницкий. — Шкаф. Я настолько увлеклась разговором, что забыла, что вчера его отодвигала. — Сама? — Да, сама. Я много что привыкла делать так. И не настолько хрупкая. — Надеюсь, ты найдёшь парня, который будет делать за тебя всю такую работу, чтобы ты напрягалась только неся книжки на кассу. Мария рассмеялась. — Кстати, как там Солнышко? — Скучает по тебе. Это почти обидно. Он услышал, как девушка заперла на ключ входную дверь в квартиру. — Передай, что я бы с удовольствием погуляла с ней. Когда приеду, нам нужно будет встретиться. — Меня возьмёте в вашу женскую компанию? — Посмотрим на твоё поведение. За разговором девушка почти дошла до магазина. — Если бы я в этом ещё и разбиралась… — сказала она, намереваясь попрощаться. — Могу проконсультировать. — А? — Я прошёл через это. Так что? — Я буду очень благодарна. — Ты в каком магазине сейчас?

***

С трудом найдя в торговом замке отдел с валиками и краской, Мария принялась выбирать. Консультант видел, что не нужен, но всё равно следил за ней горящим взглядом. И постепенно начал приближаться. — Любимый, если я возьму зелёную краску, нам подойдёт? По ту сторону телефона Жарницкий то ли поперхнулся, то ли воздух ему не в то горло пошёл. — Ты что, химией там дышишь? — уточнил он. — В следующий раз обязательно возьму тебя с собой, солнышко. Ощущаю себя мышкой, загнанной голодным и большим котом. Она действительно была в невыгодном положении — самый последний отдел, за спиной тупик, впереди — консультант, который почему-то облизнулся… — Подожди. Ты не шутишь сейчас? — Нет, конечно, — максимально нежно и спокойно ответила девушка. — Кстати, как тебе сегодня завтрак? Сбоку — склад. С другой стороны — пространство, но слишком далеко… — Мужчина, не смотрите на меня так, пожалуйста, — попыталась остановить его девушка, но в тот же момент он сделал несколько шагов к ней. От неожиданности Мария вскрикнула и сжала телефон. Какая-то часть её надеялась, что Алексей окажется рядом, но реальность говорила о другом. — Маш. Маша! — попытался вывести её из состояния зацепенения соавтор. Но она замерла, в ужасе смотря на расплывающегося в усмешке консультанта. — Не приближайтесь… Ко мне, — попыталась пригрозить она, но сил от страха почти не было. — Ещё хоть шаг — и эта краска окажется в твоём организме, — с явной злостью заявил Жарницкий. — А ты ещё кто? — нахмурился тот. — Тебя это не касается, — в два шага преодолев оставшуюся дистанцию, писатель заслонил собой коллегу. — Важно лишь то, что ты был бы мёртв, если бы посмел прикоснуться к ней. Жарницкий ощутил своей спиной нервное дыхание коллеги. — Считай, что ты уволен. — Что? Да кто ты такой, чтобы… Без лишних слов Алексей ударил его в челюсть, не отходя слишком далеко от Марии. После взял её за руку и потащил в сторону выхода. Девушка так ничего и не взяла, поэтому они пошли сразу на улицу. — Как ты? — посмотрел он в её глаза цвета кофе и шоколада. Она не смогла сформулировать чёткий ответ. — Как хорошо, что я сегодня пришёл поздравлять с Днём рождения друга. Он владелец этого магазина. Мария прижалась к нему, стараясь успокоиться. Её слегка трясло, но не от холода. — Всё будет хорошо, — Алексей погладил коллегу по волнистым волосам. — Он ответит по заслугам, а ты сейчас съешь что-нибудь вкусное за мой счёт. Что думаешь насчёт фруктовых пирожных? Она подняла на него взгляд мокрых карих глаз. — Они очень вкусные. — Тогда давай подумаем о них. Какие тебе больше нравятся? — С апельсином, — улыбнулась Мария. Приобняв её за талию, Жарницкий взял курс на кондитерскую. — Я начинаю думать, что это наказание от Вселенной. Мол, я отказалась целовать тебя, а теперь… Или у меня в книге жизни прописано сегодня поцелуй, причём совсем не важно, с кем именно. Жарницкий вздохнул. — Я без понятия, но точно ни при чём. Нам очень повезло, что я задержался после поздравления, выбирая обои… — Согласна. Но о пирожных мне нравится думать больше… Я вот к чему сказала о книге жизни. Мы ведь можем менять то, что в ней пишется? Жарницкий кивнул. — Тогда… — она посмотрела на него каким-то странным взглядом. — Я меняю сценарий сегодняшнего поцелуя. С этими словами она привстала на носочки и коснулась губами его щеки. Жарницкий округлил глаза от шока. Он посмотрел на коллегу, которая указала на светофор. — Можем идти. Оказавшись по другую сторону дороги, Мария объяснила: — Это было не совсем то, чего от нас ожидает начальство. Что-то среднее между выполнением задания и благодарностью. Ты же не против? — Я просто всё ещё удивлён. Ты меня достаточно давно не целовала. — Будем считать, я тебя не смутила. — Ремонт откладывается? — уточнил её соавтор. — Ненадолго. Его всё равно нужно делать. Хочу перестроить всё под место своей мечты. Но преисполнилась решимости — и что… Если не считать спасителя и пирожных, которые он хочет мне купить. Жарницкий усмехнулся. — О. Вот она. Здесь очень вкусные сладости. — Я знаю, — улыбнулась Мария. — Живу не очень далеко. Они собирались входить, но девушка вдруг взяла его за руку. — Ты не обязан тратить свои деньги на меня. — А я хочу, — подмигнул Алексей. Сидя на лавочке среди деревьев и уплетая пирожные, девушка вдруг спросила: — Я могу стать твоей подругой? — Конечно, — пожал плечами он. — А с чего вдруг такое стремление? — Ты стал моим другом, потому что спас и продолжил заботиться, несмотря на то, как мы расстались. Логично, что я хочу, чтобы дружба была двусторонней. — Ты же спасла мои нервы, силы и труды, когда забрала с собой флешку. — А-а… — поняла Мария. — Тогда мы можем стать друзьями? Жарницкий улыбнулся. — Разумеется, Шахерезада. Прозвище из подростковых лет отозвалось приятным теплом в груди девушки. — Тогда ты не отвертишься, Чешир. До этого он отказался от пирожных, но с этой фразой Мария взяла одно и поднесла к его губам. — Если я твой друг, мой отказ ничего не значит? — уточнил Алексей. — Если ты мой друг, мы всегда делимся вкусным. Забыл, что ли? Жарницкий приоткрыл рот, в который тут же аккуратно положили прекрасную сладость. Мария старалась не задерживать взгляд на таких прекрасных губах, но не могла отказать себе в таком невероятном удовольствии. — Знаешь, нам давно стоило помириться. Да, в прошлом ты поступил плохо, но сейчас ничем не отличаешься от того Лёши, с которым я дружила. — Если смотреть с моей стороны, грубой была ты, когда не давала мне возможности объясниться. Есть силы переварить информацию? — Да, — уверенно ответила Мария. — Ты же помнишь, что за человек мой отец? И наверняка слышала, что сейчас он сидит в тюрьме. Кивок. — В тот день он собирался убить мою маму. Запрещал разводиться, но решил перейти к более ужасным мерам. Её спас коллега, поэтому всё хорошо, мило и сладко. Но в этой истории важно ещё и то, что он не хотел, чтобы кто-либо помешал совершить злое… Потому запер меня в кладовке, предварительно связав и вколов что-то. А потом забрал мой телефон. Я не мог с тобой связаться несколько дней! И, можешь поверить, рад этому не был. Мария замерла. Казалось, время тоже. — Я не оправдываюсь. Действительно не предавал тебя. Он достал телефон, открыл папку и протянул ей. — Это… — Документы. Полиция не оставила этот случай просто так. И я пытался доказать тебе, что невиновен. В любом случае, прошло слишком много времени. Просто знай, что расстались мы по стечению обстоятельств. Он не стал требовать ответа. Провёл до перекрёстка, а потом пошёл другой дорогой. Мария не знала, что делать после получения этой информации. Скорее всего, он уже разлюбил её, и это справедливо и логично… Но это не мешало одному вопросу терзать её голову. Оказавшись по ту сторону порога своей квартиры, девушка всё же позволила ему прозвучать в мыслях, находящихся на первом плане. Что же не хотела признавать она?