Гетерохромия

— И о чём ты хотел поговорить? — поморщился Феликс и потёр всё ещё горящее после чужих рук запястье. Они стояли за углом столовой, куда его притащил Хёнджин. Тут практически никто кроме курильщиков и не бывал. Сверху накрывала тень от высокого здания, от чего по голым рукам то и дело пробегала неприятная дрожь. Хотя Феликс уже не был уверен в том, что это из-за холода. Мгновение назад он мог бы вырвать запястье и уйти, но странное поведение Хёнджина и слишком быстро сменяющие друг друга события словно выбивали землю из-под ног. И чтобы удержать равновесие, Феликс решил замереть на пару минут и дать себе время осмотреться. А смотреть было на что. Стоящий напротив Хёнджин в тени казался темнее со своими чёрными волосами и одеждой. Белела только оголённая кожа. Хван засунул руки в карманы штанов и слегка отклонился назад. Его голова была слегка опущена, и из-за этого направленный из-под бровей взгляд казался ещё проницательнее, чем обычно. Серьёзное выражение на его лице казалось чем-то странным. Это сбивало с толку, потому что Феликс привык к дерзкому блеску глаз и хитрой ухмылке, а не напряжённому вниманию к своей персоне. — Я скажу, если ты не попытаешься убежать. Опять, — чужие губы тронула слабая усмешка. Феликс закатил глаза. Но вместе с раздражением его посетило облегчение, ведь теперь перед ним стоял привычный Хван Хёнджин, который жить не может без насмешек. — Давай быстрее. У меня нет ни времени, ни желания быть тут. Хёнджин встал ровно и поднял голову, возвысившись над Ли на несколько сантиметров. Феликса передёрнуло от отвращения, когда чужой взгляд прошёлся по нему сверху вниз. «Высокомерный ублюдок», — процедил блондин про себя и скрипнул зубами. — Я хотел… — Отойди от него, — громко раздалось справа и Феликс резко повернул голову на знакомый голос. К ним быстрым шагом направлялся Чан. Но вместо привычного комфорта рядом с другом Феликса накрыло волной исходящей от него ярости. Он даже вздрогнул, когда резко подлетевший к нему парень схватил за предплечье и оттянул за свою спину. Секундное замешательство быстро сменилось недовольством. Ли хотел возмутиться и снова напомнить другу о том, что ему не нужна была помощь, но глухой от злости голос Чана и слова вставить не дал. — Что тебе нужно от него? — прорычал Бан. — Ха… — с наигранной усталостью выдохнул Хёнджин и прикрыл глаза, одной рукой поправляя пряди волос, — Бан Чан, — выражение на его лице, голос и положение тела сменились моментально. К былому высокомерию примешалась презрительная усмешка, руки сплелись на груди, а голос насквозь пропитался ядом. — Не лезь не в своё дело. Феликсу показалось, что он слышал исходящий из груди друга рык. От этого звука по его спине потёк холодный пот. Ситуация вошла в опасный поворот. Таким Феликс Чана видел примерно никогда, но точно был уверен, что ничего хорошего друг делать точно не будет. Нужно было срочно прервать опасный диалог, но Феликс не имел ни малейшего понятия как, потому что такое с ним происходило впервые. Он просто продолжал тупо стоять за широкой спиной-стеной друга и из-за его плеча сквозь шум в голове следить за эмоциями на потемневшем лице Хёнджина. — Не в своё дело?.. — медленно повторил Чан, и Феликс со страхом понял, что имеют в виду люди под фразой «затишье перед бурей». — Да ты вообще понимаешь, что делаешь?! — взревел он и дёрнулся к брюнету, но Феликс успел в последний момент, сжав чужую одежду в дрожащих ладонях и потянув на себя. Чан же этого, кажется, и не заметил совсем, потому что так же громко продолжил, — Всю последнюю неделю один из самых дорогих мне людей был похож на живого мертвеца именно из-за тебя, ублюдок. А ты, как ни в чём не бывало, продолжал к нему лезть, делая всё хуже и хуже! Если в тебе осталась хотя бы какая-нибудь совесть, то просто отвали от него уже, — Чан сжал кулаки, — если ты не сделаешь этого сам, то мне придётся помочь. Я хотел тебе врезать ещё тогда, когда узнал обо всём, но благодаря Феликсу, с которым ты обошёлся как с бесчувственной куклой, не сделал этого. Да даже сейчас он не даёт мне выбить из тебя всё дерьмо, блять! Чан с силой встряхнул плечами в попытке избавиться от державшего его Феликса, но тот даже не думал о том, чтобы дать Чану совершить подобное. Пусть ему в душу словно провели канализацию, а из рук и ног выкачали все силы, он продолжал сосредоточенно смотреть на точку между чужими лопатками и кусать бледные губы, чтобы не дать себе сорваться в бездну приближающейся истерики. Хён, как и всегда, был прав. Но почему-то именно в этот раз от правды было так больно. Внутри словно открылись свежие раны, капающие на сердце ядовитой кровью. «Да, моя гордость пострадала из-за выходок Хван Хёнджина. Но разве всё было настолько плохо, что сейчас мне словно тысячу иголок под кожу вводят?», — задался вопросом Феликс и, ища ответа, поднял блестящие от подступающих слёз стыда, обиды и злости глаза на того, кто стал началом всего этого. Хван Хёнджин стоял на том же месте, но вместо пренебрежения ко всему перед собой от него исходило ледяное спокойствие. Он стоял всё так же, со сложенными на груди руками и ровной спиной. Прямой взгляд его проходил сквозь чёрные пряди чёлки и пронзал насквозь. От этого зрелища Феликс не заметил, как его рука упала со спины тяжело дышавшего Чана, оставив после себя глубокие трещины складок. Точно таких же, какие сейчас пошли по его представлениям о людях. Потому что нормальный человек после таких слов, какие сейчас услышал Хёнджин, испытывал бы стыд и вину, а не безразличное ничто. — Именно поэтому я здесь, — ровно произнёс Хван, смотря только на белого, как полотно, блондина. — Я хотел извиниться перед тобой, Ли Феликс. Феликс отступил на шаг назад и с рваным вдохом шокировано вылупился в ответ на холодный и твёрдый, словно лёд, взгляд брюнета. Он, кажется, не шутил, потому что его сквозящий серьёзностью голос и прямой взгляд не моргающих глаз говорили сами за себя. «О Небеса, можете обрушиться на меня прямо сейчас, если мне послышалось. Хван Хёнджин… извиняется?!», — в истерике метались мысли в голове, даже не думая о том, чтобы собраться в кучу и осознать происходящее. Феликс не мог отвести глаз от Хвана, потому что сейчас он казался для него совершенно другим человеком. Хотелось убедиться, что они действительно сейчас стоят за углом столовой факультета экономики и разговаривают. Он готов был начать щипать себя за руки, но тогда пришлось бы отвлечься на боль и пропустить смену настроений на чужом лице. Краем глаза Феликс заметил, как Чан быстро обернулся на него и нахмурился, заметив месиво из эмоций на чужом лице. Потом сразу же повернулся обратно к Хёнджину и резко похолодевшим голосом спросил: — Это всё? Феликсу показалось, что на секунду под идеально ровной маской Хёнджина показалось замешательство, но оно тут же скрылось за недовольным изгибом бровей. — Если да, то этот разговор закончен, — прервал молчаливую паузу Чан и повернулся к всё так же стоявшему Феликсу, чтобы взять его за руку и повести за собой прочь. Ноги машинально сделали пару шагов вслед за Чаном, но вырванному из статичного наблюдения сознанию хотелось остаться на месте. В голове Феликса появилось огромное количество вопросов, которые он хотел задать Хёнджину, но вместо этого Феликс смог лишь за секунду кинутого через плечо взгляда встретиться с потемневшими омутами в окружении иссиня чёрных волос. Руку потянули вдвое сильнее, и не оставалось ничего кроме привычного движения за другом. Тёмная макушка недолго маячила перед глазами, потому что уже через пару десятков шагов они оказались у лавочки на одной из дорожек кампуса. Чан смахнул невидимую пыль с дерева и резким движением усадил туда Феликса, после тоже сев рядом. Феликс почувствовал упёршийся в висок взгляд, но не мог встретиться с ним, потому что тогда пришлось бы вынырнуть из круговорота мыслей. Он не мог так быстро осознать всё то, что только что с ним произошло. — Феликс, — позвал Чан. — М, — слабо отозвался он. — Всё нормально? «Нет и быть не может!» — истерично раздалось в голове, но в реальности лишь выразилось в неопределённом движении плеч. — Вижу же, что нет. Чан устало откинулся на спинку лавки и тяжело вздохнул с тихим: — Сраный Хван Хёнджин. — Хён, — вдруг подал голос Феликс, разорвав накрывшую их тишину. — Что мне делать? — голос предательски дрогнул. Прозвучало так жалко, что захотелось дать себе оздоровительную пощёчину. — Не знаю, Ликси, — спокойно ответил откуда-то сзади Чан. — Потому что даже для меня его извинение было неожиданностью. Страшно подумать, чем это было для тебя. Феликс перевёл потерянный взгляд на друга, желая найти поддержку и помощь. Чан улыбнулся ему и с полными заботы глазами положил ладонь на плечо. В тот момент Ли почувствовал, как сжавшие в железных тисках эмоции растворяются в чужом тепле. Уголки губ слегка приподнялись в безмолвной благодарности. — Но тебе точно не стоит так из-за всего этого переживать, — мягко продолжил Чан. — В любом случае тебе решать, что делать. И я поддержу тебя в любом решении, будь это принятие его слов или нет, вообще без разницы. — Блять… Хён… — протянул Феликс и сжал волосы в холодных ладонях, — Я так тебе благодарен сейчас. Настолько, что готов расплакаться. Просто пиздец… — Ха-ха-ха, да ладно тебе, — засмеялся Чан. Феликс кинул на него быстрый взгляд и понял, что приятнее смеющегося друга он ничего в своей жизни никогда не видел. — Разве не для этого нужны друзья? — Да ты скорее мамочка моя, — усмехнулся Феликс, распрямляясь и пихая локтем чужой бок. — Да кто угодно, — развёл руками Чан и пожал плечами. — Если мамочки не дают дорогим людям мучиться из-за каких-то придурков, то да, тогда я мамочка, — он сделал руками знак «мир», высунул кончик языка и подмигнул. — Отлично, тогда с этого момента вместо «Чан-хёна» буду тебя «мамочкой» называть, — попытался серьёзно произнести Ли, но по лицу всё равно расползалась широкая улыбка. — Чанбин-хён оценит. — Ой, Чанбин-и, точно, — вдруг вспомнил Чан и засуетился, вскакивая с лавки, — он же сейчас нас наверняка в столовке ждёт! Я ему сказал, что вернусь через пару минут, но нас… — он быстрым движением проверил время на телефоне, — уже больше десяти нет! Феликс, давай булки двигай или останешься без своих вещей! Феликс понимающе кивнул и нехотя поднялся с лавки. Сейчас возвращаться в шумное течение жизни казалось чем-то неестественным, потому что разум упрямо желал хотя бы тридцати минут на решение проблемы по имени Хван Хёнджин. Однако уже на берегу до кончиков пальцев ног доставали волны повседневности. И, не желая противиться привычному, Феликс решил отложить всё непривычное на потом. Ведь Чан уже требовательно схватил за запястье и потянул за собой. И ему всё-таки помогла отвлечься обхватившая со всех сторон суета. Шумный Чанбин, безудержный Джисон, спокойный Минхо, прямолинейный Сынмин и заботливый Чан завладели его вниманием и не отпускали до самого вечера, пока не пришло время разойтись. Уставший после сытного обеда и долгой прогулки по цветущему парку неподалёку Феликс смог вернуться домой только к десяти вечера. Стоило ему защёлкнуть замок на двери, как из сумрака квартиры вылетела пушистая Джи и с счастливым мяуканьем потёрлась о гудящие ноги. Блондин выпустил из лёгких застоявшийся воздух и мягко поднял кошку на руки. Джи довольно мурлыкала из-за почёсывающих за ушами пальцев, пуская по рукам приятную вибрацию. — Тебя покормить, милая? — нежно проворковал Ли и аккуратно опустил кошку на пол, чтобы снять верхнюю одежду с обувью. Джи крутилась под ногами и что-то лепетала на кошачьем языке, пока Феликс не прошёл на кухню и достал пакет кошачьего корма. На знакомый хруст упаковки кошка сразу же навострила светлые кончики ушей и в мгновение ока переместилась к своей миске, усевшись в ожидании и накрыв передние лапы пушистым хвостом. Феликс кинул на неё быстрый взгляд и засмеялся из-за безумно милого выражения на её мордочке. Пока он набирал стаканчик корма, Джи продолжала следить за ним умными глазами, безмолвно требуя поторопиться. Серьёзный блеск в кошачьих зрачках сменился на предвкушение сытного ужина только тогда, когда Феликс наполнил небольшую миску до самых краёв. Джи принялась с хрустом и чавканьем уплетать корм. Глядя на её довольно жмурившуюся мордочку и облизывающий усы язычок, блондин почувствовал просыпающийся в желудке аппетит. Слабое урчание живота побудило поесть вместе с кошкой. Но не сухой корм, конечно, а что-нибудь съедобное. Феликс распахнул дверь холодильника и окинул взглядом его содержимое, задумчиво прикусив губу. — Джи, тебе сегодня, видимо, придётся поделиться со мной, — усмехнулся Феликс и захлопнул практически пустой холодильник. Кошка в ответ оторвалась от еды, удивлённо посмотрела на блондина и дёрнула правым ухом. — Ладно-ладно, я шучу, — Джи окинула хозяина недовольным взглядом и вернулась к еде. — Эх… Придётся заказать. Феликс уселся за стол и вытащил телефон из кармана, чтобы снова потратить и без того негустые карманные деньги. Но вместо приложения для доставки еды его внимание привлекла парочка новых сообщений от контакта «Минхо-хён». «Даже не удивлён тем, что он выбрал смски вместо мессенджера», — улыбнулся Ли и открыл чат. Минхо-хён 22:31 Привет Насчёт подготовки нашего номера на день открытых дверей Так как у нас не очень много времени Может завтра уже начнём?

Вы 22:43

Привет

Конечно, давай

Я так понимаю мы для начала всё обсудим?

Минхо-хён 22:44 Ага Во сколько освободишься?

Вы 22:44

Часа в четыре

Минхо-хён 22:45 Отлично Тогда завтра в четыре жду в кофейне напротив университета Не опаздывай

Вы 22:45

Понял

Буду вовремя

Минхо прочитал сообщения и сразу же вышел из сети. Феликса это слегка смутило, потому что пусть его темперамент и не отличался универсальной для всех общительностью, но к Минхо он симпатизировал. По крайней мере, надеялся, что их совместная работа не будет состоять только из самой работы. Но, с другой стороны, краткость была одной из сторон сложного для понимания характера Минхо. Феликс сам бы хотел так же, без лишних эмоций общаться с людьми и не обдумывать потом каждое своё слово и проектировать маловероятные сюжеты будущего в своей голове. Это иногда действительно мешало и раздражало. Да будь его воля, отдал бы все деньги за избавление от мешающих мыслей в голове. Жаль только, что черта характера не зуб, который в любой момент можно удалить навсегда. Тяжело вздохнув, Феликс взъерошил чёлку и с закрытыми глазами заказал первую попавшуюся лапшу себе на ужин. Курьер обещал приехать только через двадцать минут, поэтому блондин решил дать себе время поваляться на кровати с довольно мурлыкающей и сытой Джи под боком. Вспомнив, что с утра не проверял непрочитанные сообщения, он зашёл в мессенджер. Пролистывая спам, он заметил изменившиеся цифры счётчика новых сообщений рядом с ником «Hwang_Hyunjin». Палец замер над экраном, не в силах ни пролистнуть дальше, ни прочитать написанное Хваном. Судя по времени, парень написал ему пять часов назад, сразу после того разговора за столовой. «Я хотел извиниться перед тобой, Ли Феликс» — яркой вспышкой пронеслось в голове, оставив после себя блеск чужих глаз. Феликс выронил телефон из рук и сжал чёлку до слабой боли. Но это не помогло обрести ясность. Спутанный клубок из мыслей и чувств внутри словно увеличился в размерах, стоило только обратить на него внимание. Давил на грудь, с садистским удовольствием напоминая о себе. Заставлял думать о непринятом решении, а Феликс даже в себе разобраться не мог. Сказанное Чаном «тебе решать, что делать» было слабой верёвкой, за которую Феликс держался, повиснув над пропастью неизвестности. Далеко внизу, под болтающимися в воздухе ногами, по обе стороны от пугающей темноты проступали края выборов, которые он мог сделать. Но шанс был только один. Или он приземляется на проверенное временем «отказаться от чужого извинения ради спокойствия покалеченного чувства собственного достоинства, заблокировать везде и сделать вид, что Хёнджина просто не существует», или «простить и попробовать понять». Первый вариант выглядел безопаснее, но… Но Феликс какой-то маленькой своей частью верил в искренность чужого «прости». Благодаря этому надежда, которая была похоронена уже довольно давно, внезапно сделала первый свой вдох и открыла глаза. Надежда на то, что, может быть, Хван Хёнджин просто не умеет нормально общаться и нуждается в шансе, который Феликс может ему дать. Терпения в ослабевших пальцах становилось всё меньше и меньше. Он был близок к тому, чтобы упасть в бездну и окончательно опустить руки, позволяя потерять часть себя. От одной мысли об этом в голове поднялась стена непринятия и отгородила сознание от странно дёрнувшегося в сторону сердца. Верёвка выскользнула из ладоней, и в следующую секунду Феликс осознал, что приземлился на неожиданно приятную мягкость выбора под именем «простить». Удивившись самому себе, он отнял руки от головы и замер. «Серьёзно? Простить этого? После всего дерьма?» Этот вопрос ещё не до конца сформировался в его голове, когда в ответ прозвучало такое простое и понятное: «А почему бы и нет? Я же не жизнь с ним связывать собираюсь. Просто приму извинения и посмотрю, как он будет себя вести в дальнейшем». В памяти всплыла непривычная серьёзность Хёнджина, которую он никогда ранее в нём не замечал. «Хорошо, — он легко вздохнул, — я попробую» И когда решение было окончательно принято, Феликс заметил разлившуюся по всему телу лёгкость. Такое с ним случалось каждый раз, когда он справлялся с трудными задачами. Блондин счастливо улыбнулся и потрепал сопевшую в ногах Джи. Вдруг вспомнил про уже наверняка давно привезённую лапшу, которая терпеливо дожидалась под дверью квартиры. Феликс вскочил с кровати, потянулся и быстрой поступью отправился за своим пусть и не очень здоровым, но вкусным ужином. Стрелка часов уже давно прошла десять вечера и приближалась к двенадцати ночи, когда Феликс, наконец, поужинал и завернулся в одеяло. Спать хотелось безумно, но не меньшим был интерес к сообщениям Хёнджина. Феликс оттягивал момент как мог, но время пролетело слишком быстро. Казалось справедливым ответить Хвану, ведь Ли уже принял решение его простить. Однако страх совершить ошибку никак не отступал. Феликс просто боялся разочароваться. Телефон лёг в подрагивающую руку. Феликс зашёл в мессенджер, нашёл чат с Хёнджином. Медленно выдохнул и придавил палец к экрану. Hwang_Hyunjin 17:10 К сожалению, нас прервали и ты не смог мне ответить Поэтому я бы хотел узнать ответ так Прочитав первое сообщение, Феликс слегка поморщился, но всё равно был в какой-то степени тронут даже такой грубой настойчивостью. Видимо, для Хёнджина это было важно. Поэтому он не видел больше смысла в молчании.

Вы 23:43

Извинения приняты

Телефон был выключен и отброшен в дальний угол кровати ради спокойного сна сегодняшней ночью. Феликс действительно очень устал эмоционально, но усталость была приятна из-за гордости за себя. В конце концов, он не сделал никому ничего плохого. Эта мысль наполняла лёгкостью где-то в районе мерно бьющегося сердца.

***

Знакомый зал кофейни встретил привычными звуками, цветами и запахами. Феликс прищурился, оглядывая столики в поисках знакомой макушки Минхо. Кончики пальцев подрагивали в предвкушении встречи с человеком, который ранее и двух слов Феликсу не говорил. Но резкие повороты головы к успеху в задуманном не привели, только запутали ещё больше. Феликс на секунду успел испугаться, что он слишком сильно опоздал, заставив Минхо потерять драгоценное время, разочароваться в нём и просто уйти, так и не дождавшись блондина. Но только что обретённые опасения разбили голову о твёрдую реальность, когда краем глаза он заметил знакомый силуэт Минхо. И, как оказалось, знакомый силуэт там был не один. — Эй! Ликси! Мы тут! — звонко донеслось до его ушей. Феликс резко повернул голову в ту сторону с надеждой лишь на то, что его вымученный вздох и проскользнувшее в глазах разочарование останутся незамеченными. Ну, конечно, Хван Хёнджин собственной персоной. Сидит рядом с мирно посасывающим кофе из трубочки Минхо и улыбается во весь рот, приветливо размахивая рукой. Минхо кивнул ему и указал глазами на место напротив себя, пока Феликс проживал очередной экзистенциальный кризис, так и замерев посреди помещения с застывшим на лице удивлением. Ну, серьёзно, даже если проблема с Хёнджином была решена, он всё равно не был готов так скоро столкнуться с ним лицом к лицу! Именно ради этого Феликс игнорировал телефон с самого утра, то и дело разрывающийся от самых разных оповещений. Потому что по-идиотски боялся чужого ответа. Его мысли дошли до такой степени абсурда, что ему всё произошедшее казалось жестоким розыгрышем Хвана, главной жертвой которого стал сам Феликс. Но судя по искрящимся дружелюбием глазам брюнета и подзывающим ближе рукам, этим мыслям стоило продолжать оставаться чистейшим абсурдом. «Будь сильным, Ли Феликс. Обмани Убеди его в том, что вчерашний разговор никак на тебя не повлиял», — вынес вердикт голос в голове и чуть ли не силой заставил ноги сдвинуться с места и медленными шагами отправиться к ребятам. Блондин сглотнул вязкую слюну и попытался расслабить напряжённые скулы. — Почти вовремя, — прокомментировал чужое опоздание Минхо, поднявший безразличный взгляд на подошедшего Ли. — Ха-ха… — Феликс смущённо почесал затылок и сел на стул, скинув сумку на пол рядом. — Я старался, но автобус оказался чуть быстрее, — с большим трудом получалось не отвечать прямолинейному взгляду Хёнджина точно таким же. — Хорошо, что вообще пришёл, — по-чеширски, от уха до уха, улыбнулся Хван. Феликс кинул на него сверкнувший недовольством взгляд. На чужую колкость хотелось ответить резким «А ты зачем припёрся?», но такое было слишком грубым. Да и Минхо, скорее всего, не оценил бы. Ведь он и понятия не имеет о том, что между Феликсом и Хёнджином происходило последние пару недель. Оставалось только приторно оскалиться в ответ, глядя в хитрые глаза напротив. — Кофе заказывать будешь? — спокойно поинтересовался Минхо, словно не замечая мелькавших в воздухе молний. — А… Буду, — быстро отвёл глаза от довольного Хёнджина Феликс и поднялся, чтобы сходить за напитком. — Могу угостить, — моментально среагировал Хёнджин и привстал со стула. — Нет! — слишком громко отрезал Феликс и тут же залился краской из-за своей излишней эмоциональности. — Нет, спасибо, я сам себя угощу, — спокойно повторил и с особенным удовольствием вернул Хвану его же улыбку, прищурив глаза. — Почему же? Мне не сложно, — пожал плечами Хван и встал из-за стола. — Нет-нет-нет, — замахал руками Феликс, — не стоит. — Ну как же- — Хёнджин, сказали же тебе: «Нет». Отстань от него уже, — перебил Хвана Минхо и устало закатил глаза. Феликс ему сейчас руки готов был целовать, не меньше. — Эх, ладно, — с театральной грустью развёл руками Хёнджин и плюхнулся обратно. Феликс развернулся, облегчённо вздохнул и, наконец, ушёл заказывать кофе. Пока он ждал заказ, по его спине то и дело пробегали мурашки, потому что ему казалось, что в его спину безостановочно пялится чей-то взгляд. Он даже знал, чей именно. Когда Феликс вернулся за стол, Минхо уже допил свой стакан и о чём-то беседовал с Хёнджином. Не успел блондин и пару глотков сделать, как Минхо привлёк его внимание громким: — Отлично, — он хлопнул в ладоши и улыбнулся, — раз уж все здесь, можем начинать обсуждение. Феликс бы усмехнулся из-за чужой официальности, но настроение смеяться пропало вместе с совсем не радостным вопросом: — Все? — А, точно, — Минхо хлопнул себя по лбу, — совсем забыл тебе сказать, что Хёнджин работает вместе с нами. Феликс почувствовал, как только что отпитый кофе пошёл другим горлом и закашлялся.