5. Утешение
1 апреля 2023 г., 02:53
— Тсс, Айен-а. Просыпайся, у нас тренировка. Я приготовил тебе кое-что лёгкое на завтрак, — кто-то тряс его за плечо, заставляя проснуться от запоздалого первого нормального сна с тех пор — вообще-то никогда, на самом деле.
Он давно не спал настолько хорошо.
— Ммм... Я не хочу... — отвечал Чонин своим хриплым, сухим утренним голосом, поворачивая голову в другую сторону, лицом к Хёнджину.
— Давай же, Айен-а. Ты вчера ничего не ел. Пойдём, я приготовил нам овсянку и чай. Я обещаю, это не так уж много, тебе просто нужно что-нибудь съесть, чтобы пережить день, — Хёнджин настаивает на том, чтобы разбудить его, тряся за плечо снова и снова, пока Чонину, наконец, не надоело, и он не проснулся, глядя Хёнджину прямо в глаза.
— Отлично, Джинни. Я приду к тебе через некоторое время, ты можешь пойти первым, — Чонин трёт глаза, когда тянется к своему телефону, открывает его и ослеплён яркостью. Он мысленно проклинает свою собственную голову.
— Ладно, не торопись. Я уже сказал остальным, что мы опоздаем в студию, так что не нужно беспокоиться о времени, — Хёнджин встаёт с кровати Чонина прежде, чем выйти из комнаты и закрыть дверь. Чонин нажимает на значок Twitter своём телефоне, просматривая сообщения, которые фанаты сделали о нём.
Чонин решил открыть аккаунт в Твиттере ещё в 2019 году, примерно через год после их дебюта. Маленькая причина в том, что он хотел пообщаться с фанатами, а также узнать их мнение о каждом контенте, который выпускает группа.
Он быстро просматривает, и все, казалось ... обеспокоены его здоровьем. Он не знает почему. Они опубликовали его фотографию вместе со своими подписями, такими как "он так сильно теряет в весе :(" или "почему JYP не заботятся о своих кумирах? состояние, в котором он находится, вызывает беспокойство " — ему казалось, нет , — он выглядит толстым на всех этих фотографиях. Или здоровым, он выглядит здоровым на этих фотографиях.
Не было никаких причин для беспокойства вообще. Им не стоит беспокоиться.
Он нажимает на одно из этих сообщений и видит ответ.
"Он thinspo". "Я хочу когда-нибудь иметь его ИМТ ".
Thinspo?
Он знает про ИМТ и всё такое, это первая базовая вещь, которую узнают в школе о здоровье, но thinspo ... это новое слово.
Он заходит в строку поиска и набирает "thinspo".
Вышли результаты, в основном демонстрирующие худых девушек, публикующих своё тело или полностью, или только живот.
Чем дальше он пролистывал, тем больше он видел фотографии других женских, а иногда и мужских кумиров.
— Значит, могут быть подборки, вдохновленные определенным человеком? — он нажимает на одну из этих учётных записей, которая создала подборку — и, по совпадению, там был прикрепленный твит о подборке "thinspo", вдохновленной в основном им и другими из Stray Kids, —... А? — он нажимает на неё, и та заполняется его фотографиями и других мемберов из различных источников: сценические выступления, влоги, SKZ-код ... и некоторые, которые он даже не помнит.
Он смотрит на фотографии других участников, и его лицо искажается чем-то — ревность, зависть.
Остальные были такими худыми. Он никогда не был.
...Он решает нажать кнопку "подписаться" в профиле человека перед тем, как положить телефон в карман и выйти из комнаты, направляясь прямо к обеденному столу.
Как и ожидалось, Хёнджин был там, просматривая Твиттер в телефоне, лежащем на столе, в то время, как сам ел свой завтрак ложкой.
Чонин взглянул в экран Хёнджина, тот был похож на его ленту. Твиты о нём, люди беспокоятся о его здоровье ... и так далее.
— Я не понимаю, почему они обеспокоены, — Чонин смотрит на свой завтрак, прежде чем взять ложку и съесть его.
— О, я тоже. Но я думаю, что в твоём случае, поскольку немного ... очевидно, что ты потерял значительное количество веса, они имеют право беспокоиться. Но не настолько, понимаешь? Ты всё тот же.
— ... Да. Кроме того, это действительно вкусно, Хёнджин. Тебе следует готовить это чаще.
Что он имеет в виду, говоря "всё тот же"? Неужели он недостаточно сбрасывает? Чёрт возьми, он не должен думать о нём плохо. Может быть, он просто слишком много думает.
— Эх, знаешь, каково это, я опытный анорексик здесь. Этот вкус абсолютно ничего для меня, учитывая, сколько я его ем, однако, я рад, что тебе понравилось.
***
Остаток завтрака прошёл нормально. Они прибыли в студию через час, когда остальные уже начали. Все поздоровались с Чонином и спросили, как у него дела, на что он ответил просто "хорошо" и "извини за вчерашнюю выходку". Однако несмотря на это, Хан всё ещё не разговаривал. И всё же, Чонин заметил это. Он знает, что это обеспокоенное лицо Джисона говорило, что у него что-то на уме — как будто он хочет извиниться перед ним, но не может. Честно говоря, это Чонин должен извиняться. Но поскольку они оба оказались в таком неловком положении, никто из них не подошёл друг к другу. Чонин пытался подхватить вместе с остальными куплет доносящейся из динамиков песни, под которую они танцуют. Песня, которую они сейчас танцуют, тоже должна была быть синхронизирована как можно лучше, и не помогает то, что он находится слишком далеко от того, как прозвучит его сольная партия. Так что он должен был перебегать с одного места на другое. Он запыхался, у него потемнело в глазах, и всё вокруг казалось лёгким. Но, по крайней мере, никто не указывал на какую-либо ошибку в его танце — вот, что важно. До тех пор, пока он мог выдержать эту адскую танцевальную практику. Когда они наконец добрались до финала, за которым последовала ещё одна сольная партия Чонина, его тело прислонилось к стене. Ему было всё равно, что он опоздал вступить сейчас, всё, на чем он мог сосредоточиться, это на своём дыхании частоте сердечных сокращений. Он упал на пол, сидя в вертикальном положении, прижав колени к груди. Он же позавтракал, почему он так устал сейчас?! Это не имеет смысла. К счастью, другие не возражали, просто позволили ему отдохнуть (поскольку это не было видео с танцевальной практикой или что-то в этом роде). Он слышал их приглушенные голоса. Чан и Минхо, похоже, учили Сынмина и Джисона правильному движению рук. Феликс и Чанбин, казалось, играли в углу, а Хёнджин... Он почувствовал, как что-то холодное касается его локтя, поднял глаза и увидел, как Хёнджин протягивает ему какой-то голубой напиток. — Выглядит так, как будто тебе это нужно, Чонин-а. Не волнуйся, это не разрушит твою жизнь или что-то ещё – это то, что поможет зарядиться энергией. Ты же не хочешь, чтобы мы сейчас потеряли сознание? — Хёнджин говорил немного приглушённым тоном, ровно настолько, чтобы Чонин мог услышать, а другие – нет. Чонин взял бутылку у него из рук, посмотрев сначала на этикетку. Это был какой-то электролитный напиток – он никогда их не любил. Но он может пройти ему через это, он догадывается. Чонин откручивает крышку бутылки и выпивает половину напитка, прежде чем закрыть бутылку и, наконец, встать с пола. — Ты уверен, что с тобой всё в порядке, Чонин-а? Тебе действительно нужно что-нибудь съесть или отдохнуть, — сказал Чан из другого конца комнаты, заставляя всех замолчать и повернуть голову к нему. Чонин сначала смотрел на Хёнджина, который только слегка пожал плечами губами указал на остальных, давая знак что-то сказать. — Я поем позже, Чан. И я в порядке, просто немного не в себе, я думаю, — Чонин заставил себя улыбнуться. — Тогда хорошо. Ладно, итак.... Остальная часть танцевальной практики проходила хорошо, но ни секунды не было, чтобы Чонину не казалось, что он упадёт в обморок. Конечно, то и дело случалось потемнение в глазах — но это лучше, чем на самом деле обморок. Они даже успели снять видео для сегодняшней танцевальной практики, что было чудом для всех них. Они пошли домой с улыбками на лицах и по дороге начали обсуждать, как отпраздновать это. — Эй, мы должны устроить вечер караоке! В конце концов, мы все неплохо поработали над этой танцевальной репетицией, и прошло так много времени с тех пор, как мы её проводили, — Джисон шёл задом наперёд просто, чтобы встретиться лицом к лицу с остальной группой. На губах у него была глупая ухмылка, совсем не такая, как тогда, когда они были в студии. — Йен-а, ты должен присоединиться к нам! Я бы хотел снова услышать, как ты поёшь, — Феликс вступал в разговор, хватая Чонина за руку. — Ребята, вы уверены ..? Я не выучил ни одной новой песни за последнее время, — Чонин пытался вырвать руку Феликса из своей, но у него это не получалось. — Ты можешь спеть свои старые любимые песни. На самом деле нам всё равно. Мы просто хотим посмотреть, как ты поешь, понимаешь? И, кроме того, это будет чем-то, что могло бы снова собрать нас вместе! — Джисон говорил, сопровождаемый кивками остальных. Может быть, он что-то получит от этого. — Отлично.***
Громкий инструментал, доносящийся из динамиков, а также голос Чонина, перекрывающий его, разносились по всему общежитию. Он всё время улыбался, улыбка расползалась по его лицу, пока другие подбадривали его или присоединялись к нему для дуэта. Он не осознавал, как весело быть с друзьями, вместо того, чтобы сосредоточиваться на своих чёртовых привычках в еде. И, несмотря на то, что он сегодня съел очень мало — может быть, около отметки в пятьсот калорий (Хёнджин сообщил ему эту информацию, спасибо ему), он не выблевал всё это! Может быть, он наконец-то сможет просто заняться этим вместо того, чем он, блядь, занимался. Чонин закончил песню, и все хлопали. Затем Минхо взял сборник песен с его колен, перед тем, как Феликс положил на него руки, пытаясь вырвать тот из хватки. — Ёнбок-а! Моя очередь, ты уже спел две песни подряд! — Мне всё равно, дай это мне! Чонин остается неподвижным, сидя и наблюдая, как разворачивается драка между ними, но никто и никогда не вмешивается в передряги. Кто-то похлопывает Чонина по плечу, это был Джисон. Кажется, он ёрзает, его сцепленные руки потираются друг о друга. Он нервничает? — В чём дело, Джисон-хён? — Чонин смотрит на него, и Джисон выглядит смущённым. — Чонин-а, у тебя в комнате есть ватные шарики? Они мне вроде как нужны, — он со стыдом отворачивает голову. — Для чего? Ты ранен, Джисон-хён? — Чонин встаёт, ведёт того к двери своей спальни, затем Джисон тянет его вниз, чтобы снова сесть. — О, да. У меня небольшая рана на коленях. Антисептик у тебя тоже есть? — Да, они спрятаны в моём прикроватном столике. В синем пакете. — Хорошо, спасибо, — Джисон вскакивает со своего места и идёт в комнату Чонина, отпирая дверь и захлопывая её. ...Ха. Он мог бы просто попросить Чонина помочь ему с раной. Но он догадывается, что это может смутить его, поэтому не будет думать об этом. Чонин тянется к своему телефону в кармане, но понимает, что его там нет. — Вы не видели мой телефон, ребята? Я не могу его найти. — Нет, его здесь нет. Может быть, ты оставил его в своей комнате? Я помню, ты попросил у меня зарядное устройство, так как своё потерял, — сказал Феликс, слишком сосредоточенно набирая что-то в своём телефоне, чтобы посмотреть на Чонина. — Может быть, я проверю свою комнату, я думаю... — Чонин встаёт и идёт свою комнату, проворачивая ручку, прежде чем открыть дверь, — Эй, Джисон-хён! Я здесь только, чтобы взять свой те... — он смотрит на Джисона, жующего ватный тампон, пропитанный антисептиком. Он плакал, сидя посреди кровати, в уголках его глаз появились слёзы, а другой рукой он подтянул ноги к груди. — Айен-а! Хм, — Джисон бросает ватный тампон и пытается спрятать упаковку ватных шариков и бутылочку с антисептиком под подушкой Чонина. Конечно, было чертовски странно, что он ест ватные шарики и антисептик, но его другу сейчас нужно утешение. Чонин бросается к нему и заключает в крепкие объятия, проводя круговыми движениями по спине Джисона. Джисон не протестует и вместо этого просто позволяет обнять его и позволить своим слезам упасть на плечо Чонина. — Айен-а.. Мне жаль. Я странный, я плохой человек. Почему ты вообще меня обнял? Я монстр. Отвратительный. Я... — Джисон-хён, что случилось? О чём ты думаешь? Ты можешь мне рассказать. — Слишком много мыслей, — говорит он, ещё сильнее прячась за плечом Чонина, — Вчера, казалось, ты зол на меня. И.... и я не знаю! Думаю, я просто решил, что я тебе больше не нравлюсь. Ты злишься на меня, Йенни? Мне жаль. Я обещаю, что буду лучше. Я не буду... — Нет! Нет, Джисон. Я не сержусь на тебя. Мне не следовало так разговаривать с тобой вчера. И, кроме того, это в основном моя вина. Это я должен просить прощения, — утешал Чонин, гладя Джисона по волосам. Джисон что-то бормотал, погружаясь всё глубже и глубже в Чонина до такой степени, что просто прятался у него на груди. Через некоторое время после рыданий он просто решил отказаться от разногласия, и его плач в конце концов утих. Должен ли Чонин спросить, почему Джисон ел эти ватные шарики? — Джисон-хён, почему ты ел это? Ты же знаешь, что это опасно, верно? — У меня ... у меня расстройство пищевого поведения. Пикацизм и ...ещё ограничительное расстройство пищевого поведения. Мне поставили диагноз ранее вместе с тревогой и аутизмом. Я ем несъедобные продукты для успокоения. Я не знаю зачем — просто ем. Я ужасен. Я ненавижу это, но это единственное, что я могу делать. ...Ха. Это объясняет, почему Чонин никогда не видел, чтобы Джисон тоже хорошо питался. — Всё в порядке, Джисон-хён. Я здесь не для того, чтобы осудить тебя. — Спасибо.
