Под ножом

Вода плескалась о края бассейна. Она отражалась эхом от плитки и отскакивала к высокому потолку, через который только-только начал просачиваться утренний свет. Сакуре пора собираться на работу. Сделав еще один глубокий вдох, она опустила голову под воду и поплыла вдоль бассейна. На краю она нырнула под воду, оттолкнулась от стены и развернулась в обратном направлении. Прошло всего несколько недель с тех пор, как она начала плавать, а сила уже возвращалась к ее спине и плечам. Она чувствовала себя хорошо, бодро. Даже почувствовала разницу в работе. Долгие часы в операционной уже не казались такими утомительными, и ее внимание стало более сосредоточенным. Не говоря уже о том, что это было отличное средство от стресса. Потому что когда ты живешь с мафией, стресса было предостаточно. Проплыв еще несколько кругов, Сакура остановилась на глубине, чтобы отдохнуть. Сердце колотилось в груди, кровь стучала в ушах, она переводила дыхание после кардиотренировки. Стянув очки на лоб, она потянулась к бутылке с водой, которую оставила на серебристых камнях у края бассейна, ее глаза метнулись к настенным часам. Было около пяти утра. Скоро начнется ее смена. Уже не в первый раз в ее животе вспыхнула нервозность. Прошло три дня после сбора средств, и все это время Сакура не ходила на работу, сославшись на болезнь. Может быть, это было непрофессионально с ее стороны, но в каком-то смысле она чувствовала себя нехорошо. Теперь, когда она знала, кто такой Хаширама, одна мысль о том, что она увидит его в когда-то безопасных стенах своей больницы, вызывала тошноту. Встряхнувшись, Сакура сделала еще один глоток прохладной воды и отложила бутылку в сторону. Она решила, что у нее хватит времени, чтобы проплыть еще несколько кругов, и снова надела очки и погрузилась в кристально чистую воду. Солнце только начало подниматься над горизонтом, когда Сакура наконец вышла из бассейна. Вытершись, она накинула халат, собрала свои вещи и пошла обратно на третий этаж. Когда она вернулась, комната Мадары была пуста. Не то чтобы она ожидала, что он будет там. Он не сообщал ей подробностей того, что происходит, но последние несколько ночей он был занят. Она замечала усталость на его лице, когда он возвращался домой в ранние утренние часы. Тем не менее, Сакура чувствовала себя здесь как дома, повесила халат на крючок в ванной, чтобы он высох, и сняла с себя купальник. Мадара ясно дал ей понять, что он ей всегда рад. И за это она была очень благодарна. Было что-то успокаивающее в том, чтобы находиться в его пространстве. Своего рода комфорт, которого не было в ее комнате. Может быть, это просто оттого, что здесь все было его. Его костюмы в шкафу и туалетные принадлежности, аккуратно разложенные в шкафчике за зеркалом в ванной. Все это было напоминание о том, что она не одна. Что она не одна в этом темном, страшном мире. Сакура убрала резинку из волос, распутала мокрые косы, насколько могла, и посмотрела на себя в зеркало. На ее коже вдоль ключицы и груди были засосы и пятна в тех местах, где Мадара впивался зубами в ее кожу. Те, что были с их первой ночи, уже начали тускнеть, но рядом с ними были новые, более свежие укусы. Она прикоснулась к синякам на бедрах и легкая волна возбуждения тепло закрутилась внизу живота. Они были со вчерашнего вечера. Мадара загнал ее в угол и взял ее, прижав к стене в коридоре, где любой из прислуги мог наткнуться на них. К счастью, никто их не видел, и он отнес ее в свою комнату и они продолжили на его кровати. Возможно, эти синяки были немного собственническими. Она не до конца понимала его одержимости оставлять постоянное напоминание о своих правах на нее. Она подозревала, что это связано со шрамом, который Тобирама навсегда оставил на ее коже, но поведение Мадары не беспокоило ее. Вместо этого пространство между ног пульсировало при воспоминании о нем над ней, напротив нее, внутри нее. Заставив себя отвернуться от зеркала, Сакура скользнула в душ. Она смыла запах хлорки со своей кожи и начала мыть голову. Она как раз смывала кондиционер, когда услышала, как открылась дверь душевой кабинки. Мгновение спустя сильная рука обняла ее талию. На ее лице тут же заиграла улыбка. Она не успела открыть глаза, как почувствовала поцелуй на своих губах. — Добрый вечер, — сказала Сакура, моргая и открывая глаза, когда Мадара отстранился. Перед ней стоял беззастенчиво обнаженный глава мафии Учиха. Она никогда не устанет любоваться им. С его выраженными мускулами и устрашающей силой. Татуировки на его руках напоминали ей о его авторитете босса мафии, вызывая дрожь по спине, но это был не страх. Нет, это точно был не страх. Она положила руки на плечи Мадары и ее большой палец погладил шрам возле его правого плеча. Это был тот самый надрез, который она сделала, чтобы извлечь осколки пули из его мышцы, когда они попали под обстрел, и она была рада видеть, что рана так хорошо зажила. — Доброе утро, — ответил Мадара чуть хриплым голосом. Палец Сакуры замер, а губы скривились. Это был плохой знак. Скорее всего ночью он сильно орал на кого-то и перенапряг голосовые связки. — Сложная ночь?— спросила она. Выражение лица Мадары было непроницаемым, но его руки сжали ее бедра чуть крепче. — Ничего, о чем тебе стоило бы волноваться. Сакура с сомнением хмыкнула, но не стала расспрашивать. У нее было достаточно своих мыслей о больнице. Вместо этого она расслабилась в объятиях Мадары, его руки гладили ее бока и спустились к ягодицам. Он притянул ее к себе, его утолщенная длина уже наполовину упиралась в ее живот. Он наклонил голову и прижался губами к ее шее. Это разожгло огонь, разгоравшийся между ее ног. Она уже почти разомлела в его руках, когда он прошептал ей на ухо: —Тебе точно нужно идти сегодня на работу? Ты могла бы остаться здесь, со мной. Сакура хотела вздохнуть. Вместо этого у нее вырвался тихий стон, когда его зубы мягко царапнули сухожилия на ее шее. Ее пальцы зарылись в его мокрые волосы, удерживая его на мгновение, потом она мягко отстранилась и посмотрела на него снизу вверх. Его глаза были словно черная дыра, бездонная и всепоглощающая. — Я скучаю по своей работе, Мадара, — мягко сказала она ему, ее руки скользнули вниз и легли на его бицепсы. Мускулы под ее ладонями напряглись, она чувствовала их силу кончиками пальцев. — Я скучаю по своим пациентам. Даже зная об угрозах Хаширамы. Мадара разочарованно вздохнул, напряжение с поражением ушло из его мышц. По большей части он согласился с ее решением продолжать работать, но она знала, что он всегда волнуется об ее безопасности. — Почему ты такая упрямая? — в конце концов нежно спросил он, крепко обнимая ее. Сакура тихо рассмеялась. — Только не надо жаловаться. Тебе же нравится это во мне. На лице Мадары появилось краткое выражение согласия, но это все, что она успела увидеть, потому что он наклонился и снова поцеловал ее. Поцелуй начался медленно, а потом стал более горячим и страстным. К тому времени, когда Сакура уехала на работу, на внутренней стороне ее бедра появилось три новых укуса, а между ног все еще мягко пульсировало после внимания Мадары. Ее сопровождающий, Асао, высадил ее перед зданием, пообещав, что будет поблизости. Она поднялась на лифте на свой этаж и зашла в комнату для персонала. Там Сакура переоделась в халат, захватила стетоскоп и отправилась в отделение неотложной помощи. Начался рабочий день. Неудивительно, что Наруто подошел к ней, когда она остановилась у списков пациентов. — Итак, неужели мы решили вернуться к работе? Неосознанно она слегка улыбнулась и бросила на него быстрый взгляд. — Что? Ты скучал по мне или как? — Или как, — парировал он, протягивая ей кофе. Ее бровь удивленно изогнулась, но она приняла стакан с благодарной улыбкой. — Где ты вообще была? Я не видел тебя со дня сбора средств. — Плохо себя чувствовала, — сказала ему Сакура. Что, можно сказать, было наполовину правдой. Наруто недоверчиво бросил на нее мягкий удивленный взгляд. — Так плохо, чтобы пропустить работу? —Да. Почему ты удивляешься? — Потому что ты никогда не пропускала работу, — сказал он. — Ну, теперь я здесь, — легко сказала Сакура, стараясь перенаправить разговор. — Как дела сегодня утром? — Могло быть и лучше и хуже, — ответил Наруто и сделал глоток кофе, — в третьей палате лежит парень с переломом таза, но его жизненно важные органы стабильны, и ортопед сегодня в больнице, так что они займутся им в операционной. — Ты выглядишь разочарованным, — поддразнила его Сакура. Ее светловолосый друг ухмыльнулся в ответ. — Не могу сказать, что мне не нравятся сложные операции. — Вот подстава. Наруто только рассмеялся, толкнув ее в плечо. — Только не говори, что ты такая же. Словно все ее волнения были смыты. Сакура улыбнулась. Ее утренние тревоги казались далекими тенями в солнечном дне, и она не могла не рассмеяться. — Хорошо, может быть, я такая же. Я пропустила интересные операции, пока сидела дома. Словно по сигналу, зазвонил телефон рядом с постом медсестер. Ответила молодая женщина за стойкой, внимательно выслушала сообщение и оповестила врачей в приёмном отделении перейти в режим ожидания. Как только она повесила трубку она обратилась к врачам. — У нас входящая травма. 43-летний мужчина упал со строительных лесов во время работ. Кусок арматуры пробил его правый верхний квадрант. Скорая помощь прибудет через две минуты. Прилив энергии сильнее любой порции кофеина захлестнул Сакуру. Она взглянула на Наруто и обнаружила, что он сдерживает улыбку возбуждения. Может быть, это было неправильно с их стороны гореть таким энтузиазмом, когда чья-то жизнь только что изменилась к худшему, но это то, ради чего они учились последние пятнадцать лет. Это был трепет перед брошенным вызовом и азарт в погоне за успехом. Чокнувшись стаканами, Наруто и Сакура допили кофе, надели халаты , перчатки и приготовились встречать первого утреннего пациента. ХХX Когда Сакура вышла после своей последней за день операции, в ее венах все еще был радостный гул. Она и Наруто успешно спасли жизнь строителю и перешли к еще двум травмам - спиной к спине. Несмотря на то, что они потеряли второго пациента, а Сакура была на ногах больше двенадцати часов, она уже давно не чувствовала такого удовлетворения. Вернуться в операционную было все равно, что вернуться домой после долгого отпуска. Все было так уютно и знакомо. Все ее утренние тревоги казались не более чем блеклым кошмаром. Сакура смыла пот и запах антисептика со своих рук и через стеклянное окно, отделяющее комнату для дезинфекции от операционной, наблюдала, как медсестры выкатывают ее последнего пациента. Улыбка скользнула по ее лицу при виде стабильных жизненно важных показателей на мониторе. Операция у молодой женщине была сложной, но от этого успех был только слаще. Как только ее руки были чистыми и высушенными, Сакура, наконец, вышла в коридор. Хирургический этаж кипел вечерним движением, и она увернулась от пары каталок, направлявшихся в послеоперационную палату и обратно, и подошла к хирургической доске, чтобы стереть свое имя. К ее удивлению, она увидела, что Наруто все еще работает. Как и начальник хирургии. Наверное, он учит интернов работать допоздна. От этого ее улыбка на мгновение стала шире. Шеф ненавидел задерживаться на работе. И скорее всего, он специально усложняет жизнь молодым врачам. Что не обязательно плохо. Это сделает из них в будущем лучших хирургов. Вытащив телефон из кармана, Сакура впервые за три часа проверила свои сообщения. В их групповом дружеском чате были десятки сообщений, в последнем Хината извинялась, что не может прийти. В замешательстве Сакура прокрутила к началу беседы. Она увидела сообщение от Ино, в котором та требовала, чтобы они встретились все вместе, чтобы выпить. Они с Шикамару только что расстались. Сакура нахмурилась. Она думала, что они просто вместе тусили. Когда они начали встречаться? Она написала ответ, что приедет к ним через час. Какой бы привлекательной не была мысль о возвращении домой к Мадаре, было приятно снова оказаться вне дома, и она хотела еще немного насладиться этим чувством. — Доктор Харуно! — позвала ее медсестра. Сакура остановилась, оторвала взгляд от телефона и взглянула на пост медсестер. Девушка на несколько лет моложе Сакуры извиняющее улыбалась ей. — Извините, только что звонили из морга, — сказала она, — они сказали, что доктор Узумаки забыл подписать свидетельство о смерти пациента, которого вы прооперировали сегодня днем. Я знаю, он все еще в хирургии, но не могли бы вы… Сакура слегка нахмурилась. Это было странно. Наруто всегда был аккуратен с документами. Обычно он ничего подобного не забывал. Правда, сегодня был немного суматошный день. — Ах, да, — кивнула она, — я сейчас спущусь туда. Медсестра благодарно улыбнулась и Сакура отправилась в морг. Она пошла по коридору от операционных к кладовым, а оттуда дальний лифт спустил ее на самый нижний этаж больницы. В лифте она закончила набирать сообщение, но тут ее телефон потерял сигнал. Нахмурившись, Сакура попыталась отправить сообщение еще раз, но телефон опять выдал ошибку. Придется подождать, пока она не поднимется обратно наверх. Засунув телефон в карман, Сакура посмотрела на светящиеся красные цифры над панелью управления. Цифровой дисплей отсчитывал цифры, пока лифт не достиг подвала. Двери распахнулись в пустой холл. Там не было ни одного человека, только несколько металлических полок и брошенная каталка, придвинутая к стене. Это было немного жутковато, но ничего удивительного. В подвал спускались только два типа людей: врачи, работавшие в морге и мертвецы. И все же по коже Сакуры побежали мурашки. Она бывала на цокольном этаже уже много раз, но это всегда вызывало у нее мороз по коже. Здесь было слишком холодно, слишком тихо, и в воздухе витал запах смерти. Ее шаги эхом отдавались от плитки длинного коридора. Мистический страх заставлял ее нервничать, но она продолжала идти, проходя одну темную пустую комнату за другой, и, наконец, достигла толстой стальной двери морга. Она взяла холодную металлическую ручку и повернула ее. — Сакура. Чуть не выпрыгнув из кожи, Сакура резко развернулась. Ее сердце болезненно колотилось о ребра от испуга, а глаза остановились на фигуре, полуутонувшей в тени пустого конференц-зала. Прижавшись спиной к холодной плитке позади себя, она застыла, пока знакомое лицо не вышло на свет. — Цунаде, — выдохнула Сакура, затаив дыхание. Она положила руку на быстро бьющееся сердце и медленно выдохнула застрявший в груди крик. На лице ее наставницы мелькнуло извиняющееся выражение. — Я не хотела тебя напугать. Ты в порядке? — Я в порядке, — быстро сказала Сакура, гася резкий всплеск ужаса, пронзивший ее тело. Затем появилось замешательство и она нахмурила брови. — Что вы здесь делаете? Я думала, вы улетели после сбора средств. Блондинка кивнула голову. — Я должна была, но решила остаться. — Почему? — Из-за тебя, — ответила она, ее карие глаза пронзительно сверкнули. Сакура чувствовала недоверие. Ее глаза подозрительно прищурились, и она задумалась, что именно это означает. На сборе средств Цунаде немного рассказала ей о своих отношениях с Хаширамой и Тобирамой, но, в тоже время, ничего конкретного. И вряд ли Цунаде прямо скажет ей, что она заодно с братьями Сенджу, если пытается добиться или завоевать доверие Сакуры. Словно прочитав ее мысли, Цунаде вышла в свет коридора и протянула руку в знак своей искренности. — Я уже говорила тебе, что не участвую в политике моей семьи, Сакура. Я здесь не для того, чтобы навредить тебе. Я не причиню тебе зла. Со всем их прошлым было бы так легко ей довериться. И Сакура хотела верить ей, но ее мир слишком много раз переворачивался с ног на голову за последнее время. Она покачала головой. — Даже если бы я и поверила вам, у меня нет времени на разговоры. Меня вызвали из морга… — На самом деле, они тебя не вызывали. У Сакуры внезапно все похолодело внутри. Все ее чувства легкости и удовлетворения от последней, успешной операции выпали из нее, как камень, брошенный в ледяное озеро. До нее дошло. Это Цунаде позвала ее сюда, а не работники морга. В самое изолированное, безлюдное место во всей больнице. Осмотрев глазами коридор в обе стороны Сакура поняла, что они здесь одни. Как легко она может сейчас исчезнуть и никто о ней больше не услышит. Страх скользнул по позвоночнику сковывая ее льдом. Каждый мускул в ее теле напрягся и сработала реакция «бей или беги». Медленно она перевела взгляд на, казалось бы, невинную женщину напротив нее. — Что вам нужно? — Я здесь только для того, чтобы поговорить. Больше ничего, — ответила Цунаде. Бровь Сакуры настороженно изогнулась. — В подвале больницы? — Это единственное место, где я могу побыть с тобой наедине. Единственное место без камер, — мрачно ответила ей женщина. — Хаширама не узнает, что я говорила с тобой. Это только усилило опасения Сакуры. — Почему? Знакомое нетерпеливое выражение мелькнуло на лице ее наставницы. Оно появлялось, когда Сакура была студенткой и задавала вопросы, на которые уже должна была знать ответы. — Я думаю, ты знаешь, почему. Моя семья хочет тебя, Сакура. И есть только одна вещь, которая может защитить тебя от них. — И что это? — спросила Сакура, пытаясь скрыть дрожь. Если Цунаде и заметила это, то никак не подала виду. Она лишь спокойно скрестила руки на груди. — Тобираме нужна твоя кровь, но Хаширама считает, что ты можешь ему пригодиться. — В каком смысле? — Из-за твоих отношений с Мадарой. Сакура тут же покачала головой. —У меня нет никаких отношений с Мадарой… — Мы здесь одни, Сакура, — незлобиво прервала ее наставница, — и даже если бы это было так, ясно, что ты больше, чем просто защищаемый интерес. Ты не живешь в своей квартире уже несколько недель. И твой сопровождающий отвозит тебя в западную часть города. Туда, где живет Мадара. Это осталось невысказанным, но Сакура могла читать между словами наставницы достаточно легко, чтобы точно понять, что она имеет в виду. Если бы кровь могла замерзнуть, то вены Сакуры покрылись льдом. По ее коже выступил холодный пот, и она тяжело сглотнула. —Тобирама следит за мной. Цунаде кивнула. — Да. Отведя взгляд, Сакура провела шероховатой рукой по косе, скрепляющей ее волосы назад. Тревога сжалась в груди и она попыталась вспомнить каждое место, где она была за последний месяц. Где он мог преследовать ее и с кем ее могли видеть. — Я не пытаюсь напугать тебя, Сакура, — через мгновение сказала Цунаде, ее голос стал мягче. — Я просто хочу, чтобы ты поняла. Тобирама не будет слушать ничего и никого, кроме своего старшего брата. Хаширама — единственный, кто может защитить тебя от него. Если бы ты смогла достичь какой-то золотой середины… Сакура недоверчиво моргнула. — Вы предлагаете, чтобы я заключила с ним сделку? — Это единственный способ положить конец тому, что сейчас происходит между тобой и Тобирамой. — Вы имеете в виду, кроме способа, когда один из нас умрет, — сухо сказала она. Цунаде торжественно кивнула. — Да. Твердая уверенность в ее голосе смыла мрачное веселье Сакуры так же быстро, как оно появилось. Она скрестила руки на груди и крепко сжала губы. — Почему я должна вам доверять? — Я знаю тебя много лет, Сакура. Я уважаю тебя как хирурга и женщину, которой ты стала. Нашего прошлого должно быть достаточно, чтобы понять, что ты можешь мне доверять, — сказала Цунаде мягким искренним голосом. Несмотря на то, что ей больно было это говорить, Сакура покачала головой. — Но это не так. Этого недостаточно. Вы, как никто другой, должны знать, что для доверия нужно нечто большее. — Я, как никто другой? — Такие, как вы, кто родился в мафии, — объяснила Сакура, — если вы действительно хотите вернуть мое доверие, тогда расскажите мне, как вам удалось выйти. Неожиданная тень горя промелькнула на лице Цунаде. Это внезапно состарило ее не по годам, и она глубоко вздохнула и потянулась, чтобы провести пальцами по цепочке своего ожерелья. Это был голубой кристалл с двумя серебряными шарами по бокам. — Это из-за Дэна. В замешательстве Сакура покачала головой. — Кто такой Дэн? — Он был моим женихом. Мы… мы собирались пожениться. А потом его убили в засаде. Я уехала из страны во время траура, — объяснила Цунаде. Ее голос был еле слышен даже в тихом коридоре, но Сакура могла расслышать боль в ее словах, словно она все еще скорбела. — А когда я вернулась, то уже была вне политики семьи и Хаширама не нуждался в моих услугах. Я вольна делать, что захочу, но предпочитаю держаться в стороне. — По крайней мере, пока Хаширама снова не призовет вас. — Да, — кивнула Цунаде. Сакура медленно сглотнула. — И он призвал вас? — Еще нет. Но из-за нашей истории я подозреваю, что скоро он это сделает. Сакура прикусила нижнюю губу, размышляя об этом. Вопреки здравому смыслу, она верила своей наставнице. Сакура знала, что ей не следует даже думать об этом, но она не могла не задать вопрос. — Допустим, я попытаюсь заключить сделку с Хаширамой. Что я могу ему предложить? — Свои услуги, — уверенно сказала Цунаде. Сакура быстро покачала головой. — Нет. Точно нет. — Это единственный способ обезопасить тебя и твоих друзей, Сакура. Сакура застыла. Она смотрела на свою наставницу секунду, длившуюся целую вечность, и, наконец, осмелилась спросить: — А что насчет моих друзей? От взгляда Цунаде у Сакуры ужас начать наполнять вены, как кровь медленно заполняет трещины в асфальте. — Если ты думаешь, что ты единственная, за кем следит Тобирама, ты ошибаешься. Наруто защищен в связи с больницей, но Ино... Имя ее лучшей подруги из уст Цунаде заставило холод пронзить ее тело. Она вспомнила цепочку сообщений в их групповом чате. Она не знала, пришла ли Тентен, но знала, что Ино уже ждет в баре. Неужели Тобирама тоже там? Паника охватила ее, словно ей дали пощечину. Сакура не стала терять ни секунды на ответ Цунаде. Она развернулась на каблуках и побежала по коридору. У лифта Сакура лихорадочно нажимала кнопку вызова, ее палец снова и снова прижимался к панели управления, так как двери открывались слишком долго. Когда она оказалась внутри, она попыталась позвонить Ино, но связь внутри больницы всегда была нестабильной. Сакура быстро напечатала сообщение трясущимися руками и отправила его. Как только двери лифта открылись, она побежала в комнату для персонала. Переодевшись в рекордно короткие сроки, Сакура выхватила свою сумочку и куртку из шкафчика и бросилась вниз по главной лестнице больницы к входной двери, на ходу отправляя сообщение своему сопровождающему. Асао как раз остановилась у входной двери, когда она выбежала из больницы. — Мне нужно, чтобы ты отвез меня в бар Ичираку на углу Шестой улицы, — приказала Сакура. На лице молодого человека было замешательство из-за ее безумного поведения, но все же он привез ее куда надо. Всю дорогу до бара Сакура пыталась дозвониться до Ино. Но снова и снова выходила на голосовую почту. К тому времени, когда они подъехали к бару, Сакура почти сходила с ума от беспокойства. Она выпрыгнула из машины еще до того, как та полностью остановилась, и кинулась внутрь, не сказав Асао ни слова. Бар уже был битком набит посетителями, и ей пришлось привстать на цыпочки, чтобы осмотреть многочисленные столы и кабинки, разбросанные по залу. Колени Сакуры чуть подогнулись от облегчения, когда она увидела свою лучшую подругу, сидящую за столом с Тентен. Девушки беззаботно болтали, они чокнулись рюмками и осушили их одним махом. И все же Сакура быстро осмотрела зал. Когда она не увидела ничего и никого необычного, тяжелый, но благодарный выдох сорвался с ее губ. — Привет! Я думала, ты сказала, что приедешь только через полтора часа, — сказала Ино, когда Сакура подошла к их столу. Ее колени все еще немного дрожали после выброса адреналина, но Сакура небрежно пожала плечами, повесила сумочку на один из крючков под столом, и скользнула на свободное место. — Я освободилась раньше, чем думала. — Лучше, чем Хината, — пробормотала Ино в рюмку, — она, наверное, сейчас трахает Наруто. — Сомневаюсь. Наруто сейчас в хирургии, — защитила их Сакура. Потом она спросила: — Что же все-таки случилось? Я думала, у вас с Шикамару все идет хорошо? — Я тоже так думала, — жалобно сказала Ино, — но, оказывается, он все еще общается с Темари. — Нет, он не… — сказала Тентен, широко раскрыв глаза. — Ага. Этим утром они снова сошлись. Даже сквозь шум бара Сакура услышала интонацию в тоне Ино. Она была полна боли и предательства. Угроза Тобирамы все еще таилась в сознании Сакуры, как хищник в тени, но вид ее расстроенной лучшей подруги заставил сердце смягчиться от сочувствия. — Ну, хотя бы, вы двое не так долго были вместе. Ино замерла на мгновение, вглядываясь в Сакуру, на ее лице было легкое замешательство. — Мы были вместе почти пять месяцев. Сакура моргнула. Неужели это было так давно? Они познакомились примерно в то время, когда Сакура переехала в дом Мадары. Казалось, что это было всего несколько недель назад. Неужели мафия отняла у нее так много времени? Очевидно, да, судя по тому, как Ино стреляла в нее хмурым взглядом. И все же, Сакура не чувствовала себя виноватой. Ино была хорошей подругой, но она даже не могла представить весь страх и стресс, в котором находилась Сакура после встречи с Мадарой. К счастью, они были спасены от неловкого молчания, когда Аяме пришла с очередной порцией выпивки. Она поставила на стол три рюмки с чем-то вроде текилы и сочувственно улыбнулась Ино. — Это за мой счет, — сказала она и ушла обслуживать другие столики. Тентен перевела взгляд с Сакуры на Ино, схватила свою рюмку и подняла её. — Знаешь что, ты великолепна и умна и заслуживаешь гораздо большего, чем быть цыпочкой на замену, так что, ну и черт с ним. Сакура тоже взяла свою рюмку. — Ну и черт с ним, — повторила она. Это вернуло Ино к жизни и в уголках ее рта появилась улыбка. Она тоже взяла свою рюмку, чокнулась с ними и эхом повторила: — Ну и черт с ним. И они выпили. ХXX Спустя час и четыре рюмки текилы Сакура опьянела. Она давно не была такой беззаботной. Она мало что рассказала про сбор средств в больнице, но ей нравилось слушать, как Ино рассказывает историю о своей последней невесте в салоне. Даже печаль, что омрачала лицо Ино, когда Сакура только появилась в баре, исчезла. Под дымкой спиртного внешний мир был далек от их маленькой компании. Это была обычная очередная посиделка с подругами. — Я не знаю, как ты справляешься с этими женщинами, — покачала головой Тентен испытывая испанский стыд. Ино пожала плечами. — В основном они безобидные. Они могут быть требовательными, но они просто хотят, чтобы в их особенный день все было сделано как надо. Тентен с сомнением хмыкнула и бросила взгляд на Сакуру. — Мне больше нравится твоя работа. По крайней мере, твои клиенты без сознания. — По-моему, их называют «пациентами», — сказала Сакура, вызвав приступ хихиканья у девушек. — Называйте их как хотите, — сказала Тентен, тут в ее сумочке зазвонил телефон. Она вытащила мобильник, разблокировала экран, прочитала сообщение и улыбнувшись, сказала Сакуре и Ино извиняющимся тоном. — Неджи приехал. Извините, что бросаю вас, ребята, но мне завтра на работу, и утром у меня встреча, которую нельзя пропустить. Ино надулась. — Ты уверена, что не хочешь остаться еще на один раунд? — Я всегда хочу остаться еще на один раунд, — усмехнулась Тентен, — но мне действительно пора идти. После очередного полудразнящего нытья Ино Тентен положила на стол достаточно денег, чтобы покрыть свой счет, а затем еще немного, и обняла каждую девушку, на Ино задержалась чуть дольше. Затем брюнетка покинула бар. Из-за отсутствия Тентен разговор за столом быстро сошел на нет. Сакура смотрела на свою рюмку, медленно вращая ее между пальцами. Даже гул десятков разговоров в баре не мог скрыть небольшого напряжения между ними. — Я чувствую себя одиноко. Бормотание Ино заставило Сакуру взглянуть на подругу. Легкая, натянутая улыбка сочувствия скользнула по ее губам. — Это всегда так после расставания, но потом станет легче… — Я не имею в виду Шикамару. Сакура уже знала об этом, но не могла ничего сказать. Не без того, чтобы подвергнуть Ино опасности. — Последние несколько недель было очень много работы, — сказала она заметив, что лжет слишком легко. Однако голубые глаза Ино были непоколебимы. — Я тебе не верю. Я думала, что если дам тебе немного времени, ты в конце концов расскажешь мне, но Сакура, прошли месяцы. Раньше ты всё мне рассказывала. Ты мне больше не доверяешь? — Конечно, доверяю, Ино. — Тогда, пожалуйста, поговори со мной. Сакура хотела сказать, но ничего не получилось. Она виновато опустила взгляд и посмотрела на свою рюмку, желая, чтобы она была полной, хотя бы для того, чтобы хоть чем-то занять рот. Но она была пустой. А Ино все еще ждала ответа. Ей нужно было сбежать куда-нибудь. — Мне нужно в уборную, — сказала Сакура, отталкиваясь от стола. Не дожидаясь ответа, она встала и направилась в дальнюю часть бара, где были туалеты. Внутри Сакура застыла у раковины. Она была одна и посмотрела на себя в зеркало, внимательно вглядываясь в отражение. Она выглядела старше. И дело было не в морщинах или седых волосах. На ней был отпечаток того, что за последние несколько месяцев она видела и прошла через столько всего, что и не снилось обычному человеку за всю его жизнь. Стук двери туалета, резко открывающейся и ударяющейся о стену, вывел Сакуру из задумчивости. Ее голова дернулась на звук, и все тело напряглось, готовое к бою, но она расслабилась, когда она увидела, что это просто парочка девушек, идущих облегчиться. Они обе были пьяны, судя по тому, что разговаривали друг с другом чуть громче нужного. Глубоко вздохнув, адреналин вышел из организма Сакуры в сотый раз за ночь. Она мыла руки одну минуту, другую, будто была в операционной. Она все еще не знала, что сказать Ино, но, если подумать, то ее подруга была уже немного пьяна, а Сакура уже научилась уклоняться от ее вопросов. Возможно, она сможет сменить тему их разговора, а потом придумает, что ей сказать. Смыв мыло с рук, Сакура вытерла их полотенцем и толкнула дверь туалета локтем. Она прошла по коридору обратно к бару. Зал был уже переполнен, в вечер четверга многие начали свои выходные чуть раньше. Пробираясь сквозь посетителей, Сакура нашла Ино за их столиком. Только ее подруга была уже не одна. «Предоставьте Ино найти парня, чтобы залечить разбитое сердце», — подумала Сакура. Но тут она увидела высокого мужчину с копной пепельных волос которые узнала бы где угодно. Это был Тобирама. Сакура резко остановилась, ее сердце замерло в груди. Посетители вокруг исчезли и весь мир сузился, остались только Ино и Тобирама за маленьким столиком. Он стоял в вальяжной позе, засунув руки в карманы. Сейчас он казался обычным парнем в джинсах и черной кожаной куртке, но Сакура прекрасно знала, кто он такой. Она застыла на месте, а Ино улыбалась, болтая с Тобирамой. Нет, она даже флиртовала с ним. Они давно были друзьями, и Сакура прекрасно читала движения Ино. Как она провела рукой по своим длинным светлым волосам, облокотилась на стол, оперлась подбородком о тыльную сторону руки. Сакура не могла видеть лица Тобирамы, но могла легко видеть лицо Ино. Ее улыбка была дружелюбной, но не соблазнительной. Просто немного веселья без определенных намерений, но адреналин у Сакуры разлился по венам, как прорвавшаяся плотина. Её худший кошмар воплотился в жизнь. Ей хотелось кричать, хотелось вопить, чтобы Ино бежала от него, но если Сакура и научилась чему-то от Мадары, так это тому, что мафия - это гигантская невидимая шахматная доска. Фигуры нужно перемещать с осторожностью. Прижавшись к стенке бара, Сакура стояла неподвижно, как статуя, наблюдая за ними цепким взглядом. Она не думала, что Тобирама будет настолько наглым, чтобы выманить Ино из бара, когда тут так много людей, да еще поблизости Сакура. Он должен был знать, что она тоже здесь. Что за игру он ведёт? Прошло еще несколько минут, пока Тобирама и Ино болтали, и, наконец, он сделал шаг назад. Он одарил блондинку последней очаровательной улыбкой, развернулся и отошел. Сакуре не понравилось, как Ино проследила за ним глазами, когда он проскользнул через бар, но она сосредоточила свое внимание на Тобираме, когда он направился к кухне и к черному выходу. Сакура не знала, было ли это влияние алкоголя, циркулирующего в ее венах, или это внезапный, непреодолимый инстинкт защитить свою подругу, вызвал в ней наплыв ярости, но прежде чем она успела осознать – тело само начало двигаться. Проталкиваясь между посетителями у барной стойки, Сакура последовала за Тобирамой. Он миновал кухню, направился по короткому коридору и выскользнул через заднюю дверь. Она поспешила за ним. Дверь вела в переулок, освещенный единственным уличным фонарем. Он был в половину ширины обычной городской улицы с контейнерами и мусорными баками вдоль кирпичных стен с обеих сторон. В переулке пахло мусором и пивом, но Сакура ничего этого не замечала. Она осмотрела переулок в обе стороны, пока не увидела идущего Тобираму. — А у тебя хватает наглости, — прорычала она. Ее голос был низким, но слова эхом отдались от кирпичных стен в тихом переулке. Тобирама остановился. — Какой приятный сюрприз, маленькое сокровище. Давно не виделись, — сказал он любезным тоном. Сакура замерла в нескольких шагах от него, ее челюсти сжались от того, как он ее назвал, и она прорычала: — Не так уж и давно. Это вызвало у него глубокий смешок. Его насмешка еще больше разожгла огонь ее гнева. И тут Тобирама повернулся к ней лицом. В полумраке он выглядел точно так же, как и раньше, с холодными глазами и жестоким красивым лицом. Только теперь на его правой щеке, где была симметричная татуировка, появился заживающий шрам. Он был немного розовым, все еще свежим, но Сакура сразу же узнала. Это было скользящее пулевое ранение. Тишина слишком затянулась и Тобирама склонил голову набок. — Что? У меня что-то на лице? Глубоко сглотнув, Сакура отвела глаза от шрама и встретилась с ним взглядом. В его ледяных глазах кипела скрытая ненависть, от которой по ее спине побежали мурашки, но она не отступила. Она не могла. Не тогда, когда на карту поставлена жизнь ее лучшей подруги. — Я не знаю, во что ты играешь, но твоя игра закончится здесь. Это последнее предупреждение, — пригрозила Сакура, ее мужество медленно возвращалось, а голос оставался ровным. — Или что, ты меня убьешь? — спросил Тобирама, уголки его рта изогнулись в слабой ухмылке, — мы оба помним, как хорошо все прошло в прошлый раз. Его высокомерие поразило ее. Ее глаза прищурились, а негодование скрутилось в груди, как змея, свернувшаяся клубком по дереву, чтобы пролезть на ветку. — Я больше не промахнусь, — мрачно пообещала она, — ты можешь преследовать и терроризировать меня, но держись подальше от моей семьи. — Зачем мне это надо? Ино кажется такой милой девушкой. Имя ее подруги из его уст заставило внутри Сакуру что-то щелкнуть. Не думая о последствиях, она быстро сократила расстояние между ними и швырнула Тобираму в угол переулка. Он ударился спиной о кирпичную стену, а она смотрела на него снизу вверх, ее ладонь впилась в его грудь. — Держись от нее подальше, — прорычала Сакура. Под ее ладонью Тобирама сделал один легкий вздох, словно ее удар даже не смутил его. — Или что ты сделаешь? Слишком разъяренная, чтобы отвечать, она промолчала, ее взгляд был единственным ответом. Он снова ухмыльнулся и его ледяные пальцы скользнули вокруг ее запястья и сжали его. Она не смогла бы вырваться, даже если бы попыталась. — Маленькие девочки не должны играть с огнем. А то можно обжечься, — пробормотал он, будто был заботливым другом, — и сейчас здесь нет никого, кто смог бы защитить тебя. Даже тот маленький мальчик, твой охранник. Скажи мне, Асао знает, что ты сейчас здесь? До Сакуры только сейчас дошло, в какое опасное положение она себя поставила, по ее позвоночнику пробежал онемевший страх. Ее глаза скользнули по переулку, но он был совершенно пуст. Они были здесь вдвоем. Лишь одинокий уличный фонарь отбрасывал холодный свет в ночную тьму. Адреналин вошел в организм Сакуры, как укол эпинефрина в бессознательное тело пациента. Она сделала шаг назад, пытаясь вырвать запястье, но хватка Тобирамы была железной. Он с силой проволок ее назад через темный переулок и прижал спиной о кирпичную стену. — И куда, по-твоему, ты собираешься? — мрачно спросил он. — Я все еще должен тебе за то, что ты сделала с моим лицом. И это длинный список всего, что я хотел бы с тобою сделать. В полумраке он поймал ее в ловушку, не оставляя шанса для побега. Она даже не могла от него отвернуться. По сравнению со всей опасностью, через которую недавно прошла Сакура, все было ничто по сравнению с этим. Она была одна и у нее не было оружия, чтобы защитить себя. Даже не верилось, что по другую сторону стены, к которой она была прижата, был бар полный людей. Мир полный безопасности. В этот момент Сакура перенеслась в то время, когда несколько месяцев назад ее похитил Тобирама. Она снова почувствовала себя той испуганной маленькой девочкой. Совсем одна в темном мире, о котором она ничего не знала. Внезапно совсем рядом раздался громкий хлопок. Сразу они оба дернули головой в сторону неожиданного шума. Это была всего лишь кошка, опрокинувшая мусорный бак, но это было как раз то, что нужно Сакуре. Одним плавным движением она вдавила каблук в стопу Тобирамы и с силой оттолкнула его назад, ударив локтем в грудь. Она услышала как выбила из него дыхание, но торжествовать не было времени. Она выскользнула из зоны его досягаемости и быстро отбежала к задней двери бара. Там Сакура остановилась и оглянулась на Тобираму. Он кашлянул и приложил ладонь к груди, где она его ударила. Она знала, что удар был болезненным, но, похоже, не так сильным как хотелось бы. Он медленно вдохнул и взглянул на нее. — Это было не очень любезно. — Это было последнее предупреждение, — тихо ответила она, сжимая дверную ручку, — в следующий раз ты так легко не отделаешься. Взгляд, который он послал ей, пробрал ее до костей. — Это не последняя наша встреча. Мы еще увидимся, маленькое сокровище. Очень скоро. Сакура воспользовалась моментом и сбежала. Она распахнула дверь и быстро проскользнула обратно в переполненный бар. К ее облегчению, Ино все еще сидела за их столиком. На этот раз в одиночку. Блондинка оторвалась от телефона, когда подошла Сакура и насупилась. — Тебя долго не было. — Э-э, извини, — сказала Сакура, потянувшись за сумочкой. Она надеялась, что Ино слишком пьяна и не заметит как сильно трясутся ее руки. — Мне было плохо. Слишком много выпила. На обиженном лице Ино появилось сочувствие. — Ты в порядке? — Да, я в порядке, — быстро сказала она, — но нам пора домой. Давай вызовем Uber. К счастью, Ино тут же согласилась. Она была пьяна гораздо сильнее, чем Сакура. После встречи с Тобирамой Сакура протрезвела, как стеклышко, но и ей было не просто организовать их дорогу домой. Она написала Асао, приказав ему следовать за их такси до Ино. Последнее, чего хотела Сакура, это оставить свою лучшую подругу и отправиться домой в одиночестве, пока Тобирама все еще находится где-то рядом. Ино была слишком пьяна, чтобы спрашивать, почему Сакура поехала вместе с ней до ее квартиры. Сакура же убедилась, что блондинка благополучно зашла внутрь дома, и, наконец, рухнула на пассажирское сиденье машины своего сопровождающего. Очевидно, Асао был достаточно умен, чтобы не задавать никаких вопросов. Он молча отвез ее обратно к Мадаре. Каждый километр казался длиннее предыдущего, так как Сакура все время мучилась вопросом, не оставила ли она только что свою лучшую подругу в лапах кровожадного младшего брата Сенджу. Было далеко за полночь, когда Сакура благополучно добралась до охраняемого дома Мадары, но она не могла уснуть. Она сидела в одиночестве на кухне, а стресс разъедал ее желудок, вызывая физический дискомфорт. Она не знала, как долго она сидела там, пока не услышала звук шагов из коридора. По звуку она знала, что это не Мадара, и ее глаза метнулись к двери за несколько секунд до того, как появился Итачи. Он был одет в джинсы и толстовку с капюшоном, его длинные волосы были завязаны на затылке оставляя лицо открытым. Он коротко скользнул по ней взглядом и кивнул головой в знак приветствия, а затем направился к дальней стойке, где стоял горячий кофейник. В комнате было тихо, пока он готовил кофе по своему вкусу, но Сакура была слишком занята, чтобы заметить сколько сахара он насыпал в свою кружку. — Ты так смотришь на меня, — сказал Итачи, стоя к ней спиной и помешивая кофе. Моргнув, Сакура поняла, что он прав, но не отвела взгляд. Она закусила нижнюю губу, он обернулся и его бровь выгнулась в ожидании, когда она продолжала смотреть на него. — Мне нужна услуга, — наконец сказала она. Итачи молчал продолжал смотреть на нее, и выражение ее лица на мгновение ожесточилось. — Я никогда ни о чем тебя не просила. «Даже после того, как зашила тебя». Сакура не произнесла этих слов, но они ясно подразумевались. Итачи, казалось, обдумывал это, пока пил кофе, и, наконец, слегка кивнул голову. — Что тебе нужно? — Моя подруга Ино, — объяснила она, — Сенджу следят за ней. Ей нужна защита. К ее ужасу, Итачи нахмурился. — У нас нет людей, которые просто сидят и ждут, как охранники. — Ты сделаешь это для меня, — возразила Сакура. Он вздохнул. — Ты … особый случай. Это должно было согреть ее, но только обострило тревогу. — Это важно, Итачи, — сказала она ему твердым и непреклонным, как сталь, голосом. Итачи долго изучал ее, и все же смягчился. — Хорошо, я попрошу одного из моих людей присмотреть за ней. — Ты мой лучший друг. — Шисуи мой лучший друг, — возразил Итачи, но добавил через мгновение, — тебе я отдам второе место. Плечи Сакуры облегченно опустились. Она одарила его легкой, но благодарной улыбкой, сдерживая свои эмоции. Сегодняшний день был еще более длинным и утомительным, чем она ожидала, но, хотя бы Итачи помог ей. — Спасибо, — сказала она. Как обычно, Итачи только отмахнулся от нее, вышел из кухни и пошел по коридору. Она услышала как он звонил кому-то из своих людей, вероятно, отдавал приказ о защите, прежде чем его голос медленно затих. Она снова осталась одна и уверенность внутри неё быстро растаяла. Ее встреча с Тобирамой возобновила все волнения и страхи, но теперь она волновалась не за себя. Она надеялась, что сегодня вечером не подписала своей лучшей подруге смертный приговор.