Под ножом

В дверь постучали. Мадара отвлекся от экрана компьютера, где была длинная таблица с данными о финансах и распределениям за неделю, и выпрямился в кресле, подперев подбородок кулаком. — Войдите. В кабинет зашел Шисуи и тихо прикрыл за собой дверь. — Дядя, — поздоровался он. Он подошел к столу, за которым сидел Мадара, и достал из внутреннего кармана костюма толстый конверт. — Я принес информация, которую ты запрашивал. —Уже? — удивился Мадара. Шисуи лишь кивнул. — Ты сказал, что это срочно. Мадара молча принял конверт и вскрыл печать. В кабинете было тихо, пока он с интересом просматривал документы. Шисуи терпеливо ждал. В конце концов он спросил: — Дядя, могу я спросить, зачем тебе понадобилась информация о владельцах ближайших больниц? Мадара закончил читать абзац и взглянул на своего племянника. Шисуи смотрел на него сверху вниз, слегка пощипывая брови, как будто он действительно не понимал, почему Мадара интересуется другими больницами. —Потому что Хаширама — очень богатый человек и ему принадлежит двадцать процентов госпиталя доктора Харуно. Такие, как он, не хранят все свои активы в одном месте. Я хочу знать, куда он еще вложился, — спокойно объяснил Мадара. Шисуи кивнул, но не стал расспрашивать. Мадара подумал, что его племянник так и не понял его намерений, но не стал объяснять. Шисуи не к чему было в это влезать. Снова взглянув на своего племянника, взгляд Мадары остановился на свежевыглаженном костюме Шисуи и начищенных туфлях. Даже его обычно растрепанные кудри были уложены, и он был чисто выбрит. Не отрывая взгляда от племянника, Мадара сложил документы обратно в конверт и отложил его в сторону. Он долго смотрел на Шисуи, прежде чем до него дошло. Сегодня был день рождения Ино. — Вы проверили охрану? — спросил Мадара. Это был лишний вопрос, потому что он уже сам дважды или трижды проверил, чтобы защита Ино и Сакуры сегодня вечером была безупречной. Сегодня они будут более неприкасаемыми, чем большинство правительственных чиновников. — Да, — с готовностью заверил его Шисуи, — наши люди обеспечивают охрану клуба, также будет дополнительная охрана из дежурных полицейских. Даже Сенджу не рискнут вызвать гнев полиции. И я лично буду сопровождать доктора Харуно и мисс Яманако. В груди Мадары поднялось кислое и неприятное ощущение. Это он должен был сегодня вечером сопровождать Сакуру, но он также понимал, что не смеет даже надеяться на этот вариант. После их ссоры несколько дней назад Мадара сделал все возможное, чтобы дать ей свободу. Ему не терпелось хотя бы мельком увидеть ее, но он заставил себя уважать ее желание и держался в стороне. Так что Мадаре пришлось довольствоваться тем, что его место занял племянник. — Очень хорошо. Держи меня в курсе, — сказал Мадара. Шисуи кивнул. — Конечно. Мы скоро должны выехать. Взгляд Мадары метнулся к компьютеру и циферблат в углу показал, что сейчас около шести. Они должно выйти в течение часа, если хотят прибыть вовремя. Потянувшись, Мадара открыл верхний ящик стола и достал конверт. Это была простая поздравительная открытка с небольшим подарком внутри - квитанция на кресло для салона красоты Ино, которое будет доставлено на следующий рабочий день. Уже несколько дней Мадара обдумывал, как ему искупить инцидент с Тобирамой. Это была его вина, что Ино насильно втянули в эту ужасную историю, но, как правильно сказала Микото, он не умел извиняться. У Мадары уже закончились идеи, пока он случайно не услышал один из телефонных звонков Ино, когда блондинка требовала объяснений, как прочное кресло могло так легко сломаться при вращении. Это было лучшее извинение, которое он мог придумать, замаскировав его под подарок на день рождения. — Обязательно передай мои поздравления Ино, — сказал Мадара, протягивая конверт Шисуи. Его племянник принял конверт и аккуратно сложил его во внутренний карман пиджака. — Конечно. Я буду на связи, если понадоблюсь. — Если все пойдет хорошо, то вечер будет спокойным, — пробормотал Мадара. Он жестом отпустил Шисуи, тот вежливо извинился и вышел из кабинета, плотно закрыв за собой дверь. Комната снова погрузилась в тишину. Экран компьютера напоминал Мадаре, что его ждет работа. Несмотря на это, его мысли были далеки от финансов. Он опять вспомнил ту ужасную ночь и их последний разговор в коридоре. Последние слова Сакуры навязчиво звенели в его голове, но что заставляло его страдать еще больше, так это ее признание. Она не сказала это прямо, но Мадара достаточно хорошо знал ее, чтобы понять, что она искренне верит, что война между ней и Тобирамой закончится только одним способом — её смертью. Внутри него было какое-то ледяное предчувствие. Взгляд Мадары бессознательно упал на телефон, лежавший на темном столе рядом с компьютером. Уже четыре дня он обдумывал свой следующий шаг; тщательно взвешивал все за и против, возможные исходы и последствия. Прошло много лет с тех пор, как он звонил Хашираме, но других вариантов было мало. Он должен был обеспечить безопасность Сакуры, даже если это означало встретиться с его старым врагом. Мадара взял телефон и набрал сообщение. Он отправил его на номер, который никогда не сохранял в своем телефоне. Просто время и место встречи сегодня вечером. Он не ждал ответа, но знал, что Хаширама получил его сообщение. В течение следующего часа Мадара заставил свой разум сосредоточиться на электронных таблицах. Он просчитывал числа и проценты, проверял счета и платежи. Через какое-то время зазвонил его телефон. Мадара мельком взглянул на экран и увидел имя Микото. Он сразу же ответил: — Здравствуй, Микото. — Добрый вечер, Мадара, — вежливо сказала она. Ее голос, как всегда, был ровно мягким. — Как ты? — Хорошо, — машинально ответил он, — чем я обязан удовольствию тебя слышать? — Я попросила своего шеф-повара приготовить на ужин пару стейков. Интересно, не мог бы ты присоединиться к нам? Я уже отправила приглашение Изуне, — сказала Микото. Интересно. Его кузина нечасто устраивала обеды в своем доме. Она предпочитала, чтобы ее семейная жизнь была отделена от их бизнеса. Он мог только предположить, что она хотела обсудить что-то важное. Взглянув на часы в нижнем углу экрана, Мадара сохранил документы. — Конечно. В какое время? — Как только ты будешь свободен. Пообещав, что он приедет в течение часа, Мадара повесил трубку, сложил и запер ноутбук в ящике стола. Он быстро направился в свою комнату, чтобы переодеться в свежий костюм и сменить часы. Вскоре он был готов и стал спускаться вниз. Когда Мадара спустился до конца лестницы до его ушей донесся до боли знакомый голос: — Ино, клянусь, если ты не выйдешь через три секунды, я поеду на вечеринку без тебя. Сакура. Мадара замер, и его взгляд метнулся к коридору, ведущему из кухни. В замешательстве он нахмурился и взглянул на часы. Сакура и Ино должны были выехать около часа назад. Почему они все еще здесь? — Расслабься, — поддразнила Ино с легкой небрежностью в голосе. — Это мой день рождения. Или ты забыла? — Как будто я могу это забыть. Я планировала этот вечер несколько недель. А ты рушишь всю мою тяжелую работу, — сказала Сакура. Ее голос был ровным, но даже из холла Мадара узнал теплую нотку игривости в ее тоне. В груди поднялась сильная волна, одновременно приятная и болезненная. Он так жаждал ее. Его поразило, как сильно он скучал по чему-то такому простому, как ее голосу. Но ничто не могло подготовить его к моменту, когда из-за угла вышли Сакура и Ино. Обе девушки были красиво одеты, но Мадара смотрел только на Сакуру. На ней было платье темно-малинового цвета со спущенными плечами. Ткань облегала скромную грудь и подтянутый живот, а затем свободно падала на ее бедра и заканчивалась чуть ниже колен. На ней были туфли на трехдюймовых каблуках, и напряжение между его лопатками моментально исчезло, когда он увидел, что она больше не хромает и держит спину прямо. Она выглядела совершенно потрясающе. И от этого страдала каждая клеточка его души. Мягкая улыбка играла на ее розовых губах, когда она смотрела на свою лучшую подругу, но она исчезла, как только ее изумрудные глаза остановились на нем. Как будто выключили свет. Все ее поведение изменилось. Ее глаза потеряли свою теплоту, а спина напряглась. От этого у Мадары все сжалось внутри, но он заставил себя надеть давно отрепетированную маску. — Добрый вечер, дамы, — сказал он любезно. Ино вежливо улыбнулась, а Сакура ответила на его приветствие легким, но немного натянутым голосом. Мадара быстро перевел взгляд на блондинку, прежде чем напряжение успело бы усилиться. — С днём рождения, Ино. Вы двое только отправляетесь на вечеринку? — Да, мы немного опаздываем, — сказала Сакура, бросив косой взгляд на свою лучшую подругу, — но Шисуи скоро будет здесь. Словно по сигналу входная дверь открылась и вошел Шисуи. Кудри, которые были расчесаны и уложены всего час назад, теперь небрежно развевались от ветра. — Ух, как там холодно, — сказал Шисуи, плотнее закутываясь в куртку и проводя рукой по своим снова непослушным волосам. Тут он увидел Ино и Сакуру, стоящих в прохожей, и улыбнулся: — Я уже прогрел для вас машину. Вы, дамы, готовы хорошо провести время? Мадара смотрел на своего племянника, и та же горечь, что и раньше, вернулась в его грудь. Только теперь ему стало еще хуже, когда в нескольких метров от него была Сакура. Она была так близко, и в то же время она, как никогда, была так далеко, как будто какая-то невидимая сила давила между ними, воздвигая стену и делая его беспомощным и неспособным достучаться до нее. — Ты будешь с нами всю ночь? — спросила Ино. — Да, если ты не против, — любезно ответил Шисуи. Мадара взглянул на подругу Сакуры и увидел на лице блондинки кокетливую улыбку, когда та смело осмотрела Шисуи с ног до головы. — О, конечно, я не против. Почти беззвучный вздох сорвался с губ Сакуры, когда Ино пересекла прихожую и присоединилась к Шисуи. Мадары оглянулся на нее как раз тогда, когда она слегка улыбнулась, глядя на подругу, словно девушки проходили эту ситуацию уже много раз. В этот момент Мадаре захотелось дотянуться до нее. Чтобы тоже почувствовать ее нежность. Лезвие льда вклинилось между его рёбер, когда Сакура поняла, что он снова смотрит на нее, и ее взгляд тут же растаял. Они встретились глазами лишь на долю секунды, и она отвела взгляд. — Спокойной ночи, — тихо пробормотала она. Мадара кивнул. — Хорошо провести время, — так же тихо ответил он. Не говоря больше ни слова, Сакура отошла, чтобы присоединиться к Ино и Шисуи. Мадара заставил себя отвернуться. Дверь закрылась. Повернувшись спиной, он пропустил взгляд, который она украдкой бросила на него через плечо. *** Менее чем через час Мадара припарковался возле особняка Микото. Она жила в большом доме, как и он, но, в отличие от его жилища, здесь царило радушное гостеприимство. Теплый свет освещал кирпичные стены и дорожку, ведущую к входной двери. Вдоль дорожки красовались цветы, а дверь украшал изящный плетеный венок из коричневых ветвей с темно-фиолетовыми цветами и гроздьями винограда. Мадару поприветствовал дворецкий и пригласил внутрь. Как только он перешагнул порог, морозный ночной воздух испарился и его сгорбленные плечи автоматически расслабились от тепла. — Добрый вечер, сэр. Могу я взять вашу куртку? — спросил пожилой джентльмен, когда Мадара снял верхнюю одежду. — Да, спасибо, — сказал Мадара. Дворецкий аккуратно перекинул куртку через руку и жестом показал вглубь дома. — Госпожа Микото и господин Фугаку ждут вас. Они в гостиной. — Изуна уже прибыл? — спросил Мадара. Он не видел машину брата на подъездной дорожке. Пожилой джентльмен отрицательно покачал головой. — Нет, сэр, но госпожа Микото ожидает его в близжайшее время. Мадара кивнул и прошел по знакомым коридорам к гостиной. Там сидела Микото рядом с мужем. Он был одет в серый костюм, а кузина Мадары была в стильном темно-синем вечернем платье. Шелковая ткань облегала ее фигуру, при этом платье было скромным и сдержанным. В шикарной гостиной Микото выглядела как знатная королевская особа. Когда он вошел, супруги прервали разговор, Микото подняла на него глаза и искренне улыбнулась. — Мадара, я рада, что ты смог сегодня присоединиться к нам. Пожалуйста, присаживайся. Предложить тебе что-нибудь из бара? Она жестом указала на барную стойку из лакированного красного дерева в углу, но Мадара быстро отказался. — Ничего не надо. Спасибо, — сказал он, устраиваясь поудобнее на диване напротив. Их разделял низкий кофейный столик, Микото потянулась за своим бокалом вина и спросила: — Как прошел день? Надеюсь, без происшествий. — По большей части, — кивнул Мадара. — Все отчеты точны, и на вечеринки Ино все проходит гладко. — Рада слышать. Я передала с Шисуи небольшой подарок на ее день рождения, — с улыбкой сказала Микото. Затем она добавила серьезно. — Сакура пошла с ней. Как она после аварии? При ее имени спина Мадары напряглась, но выражение лица оставалось предельно спокойным. — Лучше. Ее раны, кажется, заживают. Улыбка скользнула по лицу его кузины, но ее глаза остались серьезными, как будто она поняла, что они с Сакурой не разговаривают. К счастью, в комнате был Фугаку, и Микото быстро сменила тему. Она рассказала, что задумала сделать ремонт в гостиной, и хочет переделать каминную полку и добавить светильников в люстры. Вскоре приехал Изуна. После этого был подан ужин. Согласно правилам Микото, во время еды они не обсуждались дела и бизнес. Микото рассказывала им о новом торговом центре, строящемся в центре города. — В нем разместится около пятидесяти магазинов с кинотеатром и подземной парковкой. Мне очень интересно посмотреть, откроется ли там мой любимый бутик одежды, — сказала она, отложив в сторону нож и вилку, когда закончила с блюдом. Мадара тоже был заинтересован в этом строительстве, хотя его причины были не такими невинными. Новый торговый центр станет отличным местом для открытия новой точки. Возможно, ему нужно предложить строительной компании щедрое вознаграждение в обмен на частный гараж без опознавательных знаков, которого не будет в чертежах. — Это стройка рядом с дилерским центром Bentley? — спросил Изуна, его тарелка была пуста, и он небрежно держал в руке стакан с виски. Микото кивнула. — Да. Мадаре стало любопытно. Его брат тоже там побывал? — У тебя же нет Bentley, — заметил Мадара. Изуна отпил виски и кивнул в знак согласия. — Пока нет. Но я подумываю обменять свою Mazda на что-нибудь более… первоклассное. — Mazda — первоклассная машина, — сказал Фугаку слегка оборонительным тоном. Мадара спрятал веселую ухмылку в уголке рта за стаканом с водой, прекрасно зная, что его свояк недавно купил новую Mazda. — Новая машина? — спросила Микото Изуну. — Это будет уже третья за этот год. — Что я могу сказать? Мне нравится запах новых машин, — с улыбкой поддразнил Изуна. — Скорее тебе быстро надоедают старые, — сказал Мадара мягким, но шутливым голосом. Взгляд Изуны скользнул к его брату. — Кто ты такой, чтобы судить меня? У тебя самого четыре машины. — Все то ты знаешь, — пробормотал Мадара. Его младший брат ухмыльнулся, но их внимание переключилось на Фугаку, когда он сказал: — Mazda — более предпочтительная машина. У нее более быстрое ускорение и лучший расход топлива. — Вряд ли, — не согласился Изуна, —у Bentley больше крутящий момент и мощность, и он разгоняется на семь с половиной секунд быстрее, чем Mazda. А что касается расхода топлива, если бы меня это волновало, я бы купил Prius. Низкий смешок раздался в груди Мадары,а Микото спрятала смех за бокалом вина. Фугаку нахмурился, но они были спасены от дальнейших споров, когда подошла прислуга, чтобы предложить еще одну порцию блюд. Все отказались. После ужина Мадара вышел на балкон подышать свежим воздухом. С балкона открывался вид на ухоженный сад на заднем дворе. Ряды розовых кустов тянулись вдоль каменных дорожек, ведущих к мраморному фонтану. В воде отражался лунный свет. Морозный ночной воздух прилипал к куртке Мадары и пытался проникнуть сквозь слои к его коже, но зажженный камин позади него сдерживал сильный холод. Он чувствовал жар спиной, и это делало горечь терпимой. В одиночестве Мадара думал о том сообщении, что отправил сегодня, о встрече, которая ждала его вечером. Прошло много времени с тех пор, как он вел переговоры с Хаширамой. Это было еще до того, как старший брат Сенджу покинул страну. До того, как Тобирама начал давить своим авторитетом и силой. До Сакуры. Многое изменилось с тех пор, как они с Хаширамой говорили в последний раз. Звук открывающейся балконной двери отвлёк Мадару от мыслей. Он услышал стук каблуков позади, это вышла к нему его кузина. — Могу ли я присоединиться к тебе? — спросила Микото. Он слегка улыбнулся. Как будто ей нужно было спрашивать разрешение в собственном доме. — Конечно, — кивнул Мадара. Дверь тихо закрылась, и она подошла к краю балкона, где стоял Мадара. Она накинула на плечи накидку из белого лисьего меха, чтобы защититься от холода. Некоторое время они стояли в тишине, глядя на сад, прежде чем Микото, наконец, сказала: — Сегодня ты был молчаливым за ужином. С тобой все в порядке? Мадара готов был соврать, но взял себя в руки. Его кузина мгновенно распознала бы его неискренность. — Мне нужно было о многом подумать. — Это были тяжелые недели, — тихо согласилась Микото. Скорее месяцы, мысленно поправил ее Мадара. — Я говорил с Итачи, — сказал он вслух, — человек, которого он приставил охранять Ино, все еще находится в критическом состоянии в больнице. Тобирама пытался убить его. Он получил две пули в грудь. В его левом легком были обнаружены осколки. На данный момент он в критическом состоянии. Микото нахмурилась. — В какой больнице он находится? — Центр города на Шестой улице. — Больница Сакуры, — сказала Микото. Это был не вопрос, но Мадара, тем не менее, кивнул. — Там он должен быть в безопасности. По крайней мере, от Сенджу. Даже если Хаширама работает в больнице, это нейтральная территория. — Если только Сенджу не решат снова нарушить границы. Мадара обдумал это. Даже если Тобирама или Хаширама решат прикончить их человека, это будет сложно. Больница находится в центре города. Некоторые из пациентов были членами мелких банд, которых полиция доставила после сопротивления аресту. Вооруженная охрана стоит у каждого входа, в том числе в приемном покое, на случай каких-либо происшествий. Было почти невозможно проникнуть в отделение интенсивной терапии, убить человека Итачи, и не быть пойманным. На балконе царила тишина, каждый из них думал о своём. Только от легкого ветерка дрожали листья на ветвях и шуршали свисающие растения в горшках. В конце концов, Микото пробормотала: — Ты говорил с Сакурой? — Почти нет, — ответил он, стараясь чтобы его голос звучал небрежно. Рядом с ним его кузина тихо, сочувственно вздохнула. — Она отойдет. Сакура не из тех, кто долго злится. Мадара хотел верить ей, но не мог выкинуть из головы воспоминание о Сакуре в коридоре той ночью. Ее ярость удушала. Мадара считал себя непробиваемым, но ее слова пронзили толстую сталь его доспехов, словно обожженное лезвие. Он не думал, что когда-либо слышал такую чистую, обжигающую ненависть в человеческом голосе. "Лучше бы я никогда тебя не встречала". Скрип вновь открывающейся балконной двери нарушил его мысли. Мадара стряхнул с себя горькие воспоминания и оглянулся, когда на балкон вышел Изуна. В руке он держал новый стакан виски. — Здесь холодно, — пожаловался Изуна, засовывая свободную руку в карман. — В этом году осень пришла рано, — согласилась Микото, повернув к нему голову. Изуна недовольно хмыкнул и тоже подошел к каменным перилам. — Кажется, с каждым годом осень приходит все раньше, — проворчал он. Уголки губ Микото поднялись в теплой улыбке, но она быстро исчезла и выражение ее лица стало более жестким. — Я рада, что ты присоединился к нам. Я звонила вам обоим сегодня вечером, чтобы сообщить, что у Сенджу новая активность. Мадара тут же выпрямился, а Изуна опустил стакан, хотя собирался сделать глоток. — Откуда ты знаешь? Шисуи или Итачи что-то видели? — спросил Изуна. — Нет, я сама видела, — ответила ему Микото, — когда я осматривала новый торговый центр, о котором говорила ранее, я увидела там людей Тобирамы. — Ты видела самого Тобираму? — спросил Мадара, его голос стал немного резким от интереса. К его неудовольствию или облегчению, она покачала головой. — Нет, только его людей. Но они шныряли вокруг. Интересно, планирует ли Тобирама вести там бизнес. Это даст им возможность расширить свою территорию ближе к центру города. "Ближе к Сакуре", — подумал Мадара. — Если это правда, нам нужно немедленно сорвать этот план, — спокойно сказал Мадара, — мы должны связаться со строителями и запросить частный гараж и погрузочную площадку. Не позднее завтрашнего утра. Микото кивнула в знак согласия. — Ты читаешь мои мысли. — Я могу перевести деньги сегодня вечером, — сказал Мадара. — И я могу связаться с подрядчиками завтра утром, — добавил Изуна. Микото одобрительно кивнула. — Тобирама может сохранить свою территорию на севере, но я не хочу, чтобы он находился где-то рядом с центром. Я хочу держать его подальше от города. В последнее время мы были слишком небрежны, и это дорого нам обошлось, — сказала она низким, но твердым голосом, — я не хочу, чтобы наши враги или наши союзники подумали, что мы расслабились. — Думаешь, надо избавиться от людей Тобирамы? — спросил Изуна. Мадара взвесил все варианты и покачал головой. — Я думаю, что было бы разумно не привлекать лишнего внимания со стороны полиции, но мы должны сообщить о своем присутствии Сенджу, — сказал он брату. — Я согласна с Мадарой, — кивнула Микото, — применяйте силу только в случае необходимости. Попробуйте вспугнуть их с этой территории. Если не выйдет, то делай то, что нужно. — А если Тобирама будет там? В глазах Мадары мелькнуло мрачное выражение. — Если Тобирама будет там, немедленно свяжись со мной, и я сам с ним разберусь. — У нас не будет больше инцидента, как на прошлой неделе, — твердо согласилась Микото. Бросив взгляд на свою кузину, Мадара увидел мимолетную, но зловещую тень, которая сделала ее глаза стальными. Именно тогда он понял, что она была так же зла из-за нападения на Сакуру, как и он сам. Он знал, что она питала слабость к Сакуре, но теперь было ясно, что она на самом деле хочет ее защитить. Теплое чувство смягчило боль в груди, но его мысли быстро вернулись к событиям, которые ждали их всех впереди. — Будь осторожен, — сказал Мадара младшему брату,— Тобираму не видели с момента нападения на Сакуру четыре дня назад. Мы не знаем, была ли Сакура права и Хаширама отозвал своего брата или Тобирама просто залег на дно. — Я буду глядеть в оба, — торжественно сказал Изуна. Мадара кивнул в ответ. Тут открылась дверь на балкон и выглянул дворецкий Микото. — Извините, что прерываю, госпожа, но господин Итачи только что вернулся домой, — сказал он. В одно мгновение лицо Микото смягчилось. — Спасибо, я сейчас подойду. Если вы меня извините, господа. Я буду через пару минут. Не говоря больше ни слова, она проскользнула в дверь. Дворецкий закрыл ее за ней, оставив двух братьев наедине. Долгое время они молчали. Только шелест ветра вдалеке заполнил пространство между ними, пока наконец Изуна не спросил: — Ты действительно думаешь, что Хаширама приказал Тобираме отступить? Мадара тяжело, но тихо вздохнул. — Сакура сказала, что Хаширама обещал ей, но мы не можем быть в этом уверены. Хаширама всегда держит свое слово, обещание это или угрозы, но мы не знаем, что конкретно он ей тогда сказал. Изуна согласился и замолчал. Однако его молчание длилось недолго. — Ты когда-нибудь расскажешь мне, что происходит между вами? Этот вопрос застал Мадару врасплох. Он был благодарен низкому свету балкона за спиной, потому что он затенял то, как сверкнули его глаза, но он быстро пришел в себя. Он готов был соврать, но один взгляд Изуны остановил его. Они молчали, пока Мадара тщательно подбирал слова. — В последнее время отношения между мной и Сакурой усложнились. — Вы спите вместе. — Микото сказала тебе? К его удивлению, Изуна покачал головой и сделал глоток виски. — Ты мой брат, Мадара. Я вижу, как ты ведешь себя рядом с ней. И прежде чем ты это скажешь, я знаю, что это не только физическое влечение. Ты никогда раньше не был таким с другими женщинами. Что-то неприятное развернулось в груди Мадары, когда ему открылась правда, но он сдержал эмоции. Как и сказал Изуна, они были братьями. Они были близки с самого детства. Он узнал бы об этом, рано или поздно. — Я не виню тебя. Она привлекательна и умна. Не говоря уже о том, что она чертовски жестче, чем я думал, — сказал Изуна. У него вырвался мягкий смешок, как будто он вспомнил что-то забавное, он ухватился за каменные перила свободной рукой и посмотрел на сад. Однако вскоре выражение его лица стало мрачным. — Просто будь осторожен. Эта история с Тобирамой выходит из-под контроля. Его жажда мести превратилась в навязчивую идею. Я беспокоюсь, что даже если Хаширама приказал Тобираме отступить, он может зайти слишком далеко и ослушаться его. —Это то, что я скоро выясню, — пробормотал Мадара. Изуна бросил на него удивленный взгляд. Он посмотрел на Мадару, слегка нахмурившись, его взгляд ненадолго опустился на его руки. — Ты сегодня не выпил ни одной рюмки. Что-то планируешь? Мадара беззвучно вздохнул и, наконец, признался: — Я собираюсь встретиться с Хаширамой. Один на один, лицом к лицу. Как он и ожидал, глаза Изуны расширились от ужаса. — Ты уверен, что это разумно? — Я уже делал это раньше. — До того, как мы убили главного человека Тобирамы, до того, как Сакура выстрелила Тобираме в лицо, — тихо возразил Изуна. — И до того, как Тобирама убил Асао и чуть не убил Сакуру. До того, как он казнил Саске, — возразил Мадара, — ни одна из сторон не действовала невинно. Хаширама достаточно объективен, чтобы видеть это. — Ты слишком доверяешь ему. — Это не доверие. Это понимание того, что нам обоим есть что терять в войне. Изуна нахмурился. — Нам больше терять, чем им. — Я бы не был слишком уверен, — мягко сказал он, — Тобирама - последний живой брат Хаширамы. Изуна все еще неодобрительно на него смотрел. — И все же, почему ты думаешь, что Хаширама захочет сдержать Тобираму? Мадара уже обдумывал этот вопрос последние несколько дней. Единственная причина, по которой он был уверен, что Хаширама согласился встретиться с ним сейчас, заключалась в их прошлом. — Ты помнишь случай с Данзо? — наконец спросил Мадара. Изуна в замешательстве сдвинул брови. — Это было десятилетия назад. Какое это имеет отношение сейчас? — Хаширама связался со мной после того, как Данзо убил его младших братьев, — ответил ему Мадара, — он попросил меня помочь устранить его. Он обещал мне деньги и оружие, но ни то, ни другое мне были не нужны. Он не мог предложить мне ничего, что было бы мне интересно, но я все же выследил Данзо и убил его. Изуна выглядел еще более озадаченным. — Тогда зачем ты это сделал? Мадара мягко вздохнул и повернулся, прислонившись поясницей к перилам. Скрестив руки на груди, он посмотрел на звезды, испещряющие ночное небо. Он тихо продолжил: — Возможно, ты этого не знаешь, тебе тогда было всего десять, но до того, как Данзо пошел против Сенджу, он работал на нашего отца. После его смерти наша мать выгнала Данзо за попытку совершить втайне какую-то сомнительную сделку. Лично мне было все равно до смерти Итамы и Каварамы, но я также знал, что если Данзо действительно наберет силу, это станет проблемой для нашей семьи в будущем. Мадара снова посмотрел на Изуну, его младший брат молчал. Он обдумывал информацию нахмурившись и пощипывая переносицу. Каким бы шокирующим это ни было, это были давно отжившие новости, и Мадара пристально посмотрел на Изуну. — То, что для Хаширамы нет очевидной выгоды от приказа Тобираме отступить, это еще не значит, что у него нет скрытых мотивов. Отведя взгляд, Изуна кивнул, и отставил стакан на перила в сторону. — Ради нашего блага, я надеюсь, что у него их нет, но я буду на связи на случай, если понадоблюсь тебе. На случай, если Мадаре понадобится подкрепление. Легкая, но благодарная улыбка появилась на лице Мадары. Он знал, что Изуна всегда прикроет его спину. — Спасибо. *** Около трех часов ночи Мадара прибыл в место, которое назначил Хашираме в сообщении. Это был единственный в городе круглосуточный ресторан в небоскрёбе. Единственное место, где такие, как они, могли уединиться, чтобы обсудить бизнес без лишних глаз. Единственное место, где они чувствовали себя достаточно комфортно и безопасно. Оставив свою машину у камердинера, Мадара поднялся по маленькой лестнице в вестибюль здания. Швейцар поприветствовал его, когда он прошел внутрь и направился к лифтам в середине холла. Там он нажал кнопку на самый верхний этаж. Ресторан занимал весь сорок шестой этаж. Там был пол из красного дерева и роскошные темно-бордовые портьеры, защищающие гостей от яркого света городских огней. Вместо этого зал освещали хрустальные люстры с теплым светом. Каждый стол был расположен на достаточном расстоянии от другого, чтобы беседы оставались конфиденциальными, а роскошные стулья с высокими спинками создавали уединение и комфорт. Мадара, стоя у входа, осмотрел ресторан. В это время ночи зал был в основном пуст, но целая команда персонала стояла наготове, ожидая вызова, если их гостям что-нибудь понадобится. — Добрый вечер, сэр, — приветствовала его женщина лет тридцати, — вы один или с компанией? — У меня бронь на имя Учиха, — сказал он ей. Она тут же узнала его и улыбнулась. — Конечно, сэр. Ваш гость уже прибыл. Он за столиком. Я сейчас отведу вас к нему. Хостес провела Мадару через зал к дальней стороне возле одного из окон, скрытых за длинными портьерами. За высокими стульями Хаширама был почти полностью скрыт от глаз. Мадара мог сказать, что стол занят, только по начищенным ботинкам, торчавшим у изножья стула, и по полупустому стакану виски на льняной скатерти. Когда Мадара подошел, Хаширама повернул голову и посмотрел на него. Он выглядел почти так же, как и много лет назад, с длинными каштановыми волосами и острым расчетливым взглядом. Однако теперь вокруг его рта и глаз появилось несколько морщин. На нем был светло-коричневый костюм и галстук, на запястье — дорогие, но скромные часы. Он молча изучал Мадару с нейтральным выражением лица, но не произнес ни слова. Только не в присутствии других. — Вот и мы, сэр, — сказала молодая женщина, легким жестом указывая на стол, — ваш официант скоро подойдет к вам. Затем она ушла, оставив Мадару наедине с Хаширамой впервые за более чем пять лет. — Добрый вечер, Хаширама, — сказал Мадара с максимальной вежливостью. Слабая, но приятная улыбка скользнула по губам Хаширамы. — Мадара, ты приехал. Пожалуйста, присоединяйся ко мне, — поприветствовал он, указывая на стул напротив себя, — могу ли я угостить тебя чем-нибудь? Мадара подавил смешок и опустился в бархатное кресло. Хаширама вел себя так, будто этот ресторан принадлежит ему, но Мадара прекрасно знал, что это не так. Все его заведения находились в нескольких кварталах к северу. Вежливо покачав головой, Мадара отказался. — Нет, спасибо. — Надеюсь, ты не обидишься, если я поем. У меня была напряженная ночь, — сказал Хаширама. Он допил остаток виски и поднял пустой бокал в сторону ожидающей официантки. Она поспешила быстро забрать его, и снова исчезла, чтобы принести новый. — Надеюсь, потом не надо будет разбираться с последствиями, — непринужденно спросил Мадара. Уголок рта Хаширамы дернулся. — Тебе не о чем беспокоиться. Надо было кое-что подчистить. Они оба знали, что Мадара не требовал информации, но ответ Хаширамы принес ему облегчение. По крайней мере, Хаширама был слишком занят своими делами, чтобы заботиться о делах Мадары. Только когда официантка вернулась с напитком для Хаширамы, и он сделал глоток, их разговор продолжился. — Прошло немало время с тех пор, как мы с тобой в последний раз разговаривали, — сказал Хаширама. Мадара кивнул. — Да. За это время многое изменилось. — Отсюда и причина нашей сегодняшней встречи,— Хаширама снова отпил виски и махнул рукой в воздухе, — скажи мне, что тебя беспокоит? Как будто он не знал. Любезности закончились. Мадара сразу перешел к делу. — Мое терпение подошло к концу по отношению к твоему брату. Я давно смирился с тем, что Учиха и Сенджу всегда будут враждовать, но в последнее время Тобирама поднял ситуацию на совершенно новый уровень. — Ты имеешь в виду покушение на жизнь Сакуры. Мадара напрягся от того, что Хаширама назвал Сакуру по имени, но сохранял выражение лица тщательно нейтральным. Он даже не моргнул. — Да, доктор Харуно Сакура. — Я скажу тебе то, что сказал ей, — равнодушно сказал Хаширама, ставя свой стакан обратно на стол, — то, что мой брат делает в свободное время, это его личное дело. Он не ребенок. Я не слежу за ним. Его вопиющее равнодушие заставило огонь распространиться по венам Мадары, как лесной пожар. — И все же, ты сказал доктору Харуно, что прикажешь Тобираме отступить. Итак, Тобирама открыто бросил тебе вызов или ты больше не человек своего слова? Хаширама хранил молчание, но Мадара заметил, как запульсировала вена на его виске. Это длилось всего несколько секунд, а потом его лицо снова стало безразличным. Похоже, Мадаре придется давить сильнее. — Ты забываешь, сколько будет стоить нам война. Хаширама снова потянулся за своим виски и пробормотал: — Стоить тебе. — Стоить нам, — поправил его Мадара стальным голосом, — или ты забыл, где могилы Итамы и Каварамы? Стакан Хаширамы остановился на полпути, все его тело напряглось. Когда он взглянул на Мадару, его карие глаза больше не были безразличными. Даже уголки рта скривились от гнева. — Ты хочешь, чтобы наша встреча стала враждебной? Мадара жаждал вытащить спрятанное в боку оружие. Гангстер внутри него хотел увидеть, как кровь хлещет из груди Хаширамы, как жизнь утекает из его глаз, когда с его губ срывается предсмертный хрип. Темное удовлетворение, которое придет от его смерти, подарит Мадаре кайф, которого он уже давно не испытывал. Но тут он подумал о Сакуре. О ее смехе и дразнящей улыбке. О ее хриплом голосе, когда она просыпалась утром или возвращалась домой уставшей с работы. Нет, его лучший кайф был, когда он был с ней. Он назначил эту встречу ради нее. Сделав тихий, но успокаивающий вдох Мадара отбросил свои побуждения. Он был здесь не для того, чтобы пристрелить Хашираму. Его мотивы были гораздо важнее. — Я пришел сюда не для того, чтобы оскорбить тебя или спровоцировать спор. Нам не нужен еще один инцидент, как тогда в Чайна-тауне много лет назад, — сказал Мадара, на этот раз его тон был умиротворенным и более собранным. К его облегчению, напряжение Хаширамы медленно исчезло, и он снова потянулся за виски. —Я думал, что мы пришли к большому пониманию в Чайна-тауне. — Наша перестрелка закончилась тем, что целый городской квартал был сожжен дотла, — прямо сказал Мадара. — Следовало ожидать некоторого побочного ущерба. — Хм, значит, пепел — доказательство успешных переговоров… — Точно. Хаширама слабо ухмыльнулся. Он выглядел слишком довольным, вспоминая инцидент, который стоил им обоим тысячи долларов возмещения ущерба, но Мадара предпочел это, чем гнев. Взмахнув рукой в воздухе, Мадара вернул разговор в нужное русло. — Как ты знаешь, доктор Харуно — главный хирург-травматолог в больнице, в которой ты и я владеем значительной долей, — сказал он как можно убедительно,— ее безопасность необходима для бесперебойной работы наших активов, и прямо сейчас твой брат угрожает ей. Если он покончит с ней, больница потеряет деньги, пытаясь найти другого хирурга, столь же компетентного, как она. Хаширама ответил не сразу, но Мадара видел, как он обдумывает все это. Если и было что-то, что заботило Хашираму помимо его брата, так это деньги. Любую угрозу его финансам следовало быстро устранить. — Ты проявляешь к ней живой интерес, — наконец тихо пробормотал Хаширама, — должен сказать, я никогда не видел, чтобы ты заходил так далеко, чтобы защитить кого-то не из своей семьи. Интересно, каковы ваши настоящие отношения? Что-то холодное пронзило грудь Мадары от непоколебимого взгляда Хаширамы. Его взгляд был слишком любопытным, слишком проницательным. Мадара посмотрел в ответ с каменным лицом, но он знал, что Хаширама учуял важную деталь. В этом он был похож на ищейку. Не моргая, Мадара встретил его взгляд. — Доктор Харуно является охраняемым интересом. И если ты заботишься о своих активах, ты должен относиться к ней также. Прежде чем Хаширама успел ответить, появилась официантка с блюдом — свежеприготовленный стейк и картофельное пюре со сливочно-грибным соусом. Она поставила его перед Хаширамой. — Вот ваш заказ, сэр. Могу я предложить вам что-нибудь еще? Хаширама лишь отмахнулся от нее не глядя. Даже после того, как она ушла, он не сразу потянулся за вилкой и ножом. Вместо этого он уперся взглядом в Мадару. — Я хочу поужинать. Мадаре хотелось нахмуриться. Он знал, что это означало отказ со стороны Хаширамы. И хотя он пытался прийти к какому-то пониманию сегодня, он не был особо удивлен, что они так ни о чем и не договорились. Мадара сообщил о своих опасениях и забил мяч в ворота Хаширамы. Теперь ему предстояло решить, позволит ли он своему брату разрушить его репутацию инвестора или же он положит конец навязчивой жажде мести Тобирамы. Кивнув головой, Мадара встал из-за стола: — Свяжись со мной, когда примешь решение.