Сцена 17. Твой курорт
22 июня 2023 г., 11:12
Чимин едва ли не пищал от восторга, наблюдая за тем, как Намджун и Сокджин укладывают все чемоданы в багажники машин. Благодаря Хосоку Пак даже не опоздал, как обычно это делал. Альфа буквально за шкирку вытащил парня из постели и заставил в спешном темпе собираться. Как итог, они прибыли даже не самыми последними.
— Еще пять минут и хен побежит за машиной на своих двоих, — ворчит Тэхен, который уже четыре раза звонил Юнги, и все четыре раза получал в ответ бессвязное бурчание о том, что альфа скоро будет.
— Он скорее полежит, а не побежит, — хихикнул Чимин, укладывая голову на плечо приобнимающего его Хосока.
— Мы все равно едем с запасом, так что не опоздаем, — нежно поцеловал брата в макушку Сокджин, тут же забирая стоящий рядом с ним чемоданчик.
— Хен, лучше ко мне, мой багажник вместительнее, — крикнул Чанель, который вызвался предоставить свою машину, чтобы все девятеро смогли разом уехать. — Потом разберемся, где чьи вещи.
Да, автомобиль Пака выглядел намного внушительнее, чем у Намджуна, как раз за счет огромного багажника, в который, в шутку, решили поместить последнего пришедшего. Учитывая комплекцию Юнги, он даже и среди чемоданов поместится. Конечно же это была лишь шутка и никто беднягу Мина в таких условиях везти не собирался.
Где-то позади послышалось недовольное ворчание, а затем и трехэтажный мат. Никому даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять, кто именно к ним приближается. Вдруг раздался оглушительный хохот Чонгука, а за ним и скрипучий смех Сокджина. Чимин с Хосоком любопытно обернулись и не смогли сдержать улыбок. Юнги был похож на огромный шар на тонких ножках. Пуховик, казалось, был размера на три больше, а из-под него выглядывали несколько слоев теплых кофт.
— Автобус по дороге сломался, пришлось топать пешком и ждать еще один, — буркнул Мин, поправляя перекинутую через плечо сумку с вещами.
— Не, он точно в багажник не поместится, — покачал головой Чанель, вызывая новый приступ смеха у окружающих и праведный гнев у своего парня.
— Чего? — непонимающе уставился на него Юнги.
— Не обращай внимание, хен. У этого идиота совершенно нет чувства юмора, — добродушно улыбнулся Бэкхён и не менее добродушно пнул своего альфу под зад.
Пока эти двое спорили, у кого чувство юмора хуже, Чимин несмело подошел к новоприбывшему и протянул свою ладошку для рукопожатия.
— Я рад, что ты решил все же поехать с нами, — ласково улыбнулся омега.
Юнги лишь кивнул, слабо сжимая чужую руку своей. Его последний экзамен кончился вчера и альфе стоило бы проспаться, отдохнуть, провести время под пледом и с кучей мандаринок под боком, но он не мог противиться желанию отправиться в поездку с Чимином. Мин тактично опускал тот факт, что помимо них есть еще семеро людей. Это была их с Чимином поездка.
Когда последние вещи были загружены, все документы перепроверены, а утюги дома выключены, парни наконец начали рассаживаться по машинам. Не обошлось, конечно, и без привычного намджунового «Я потерял…», а дальше можно было подставить что угодно, но Сокджин своего жениха не первый год знал, поэтому каждый раз все перечисленное альфой магическим образом оказывалось в бездонном рюкзаке старшего Кима.
Решено было, что к Намджуну и Джину сядут Тэхен с Чонгуком, так сказать семейный комплект, а к Чанелю и Бэкхёну на задние места усядутся Хосок, Чимин и Юнги, которого все же уговорили снять чертов пуховик, потому что печка в салоне работала так, что в пору в плавках сидеть. Все еще немного боясь оставлять альф в непосредственной близости друг от друга, Чимин вызвался разместиться посередине.
Дорога должна была занять около четырех часов, в течение которых каждый развлекался как мог. Джин объяснял Намджуну, почему идея купить множество живых цветов для свадьбы — плохая, и если ему так хочется цветочную поляну в феврале, то они могут в аренду взять искусственных. Чонгук учил Тэхена рисовать стилусом на своем планшете, которых захватил в поездку. Омега постоянно высовывал от старания язык и ворчал на Намджуна, когда тот делал резкий поворот или наезжал на камешки. Чон с этого только тихо хихикал, постоянно прикасаясь губами то к скуле, то к виску своего парня, успокаивая и помогая убрать лишние штрихи на холсте. На самом деле, даже при условии езды, у Тэхена выходило довольно неплохо. Чонгук даже подумал, что можно будет попросить парня нарисовать ему что-то личное и потом набить небольшое тату среди всего многообразия, украшающего его руку.
В машине Чанеля довольно шумно. Бэкхен с Чимином и Хосоком во все горло подпевают каким-то старым песням, играющим на радио. Чанель с Юнги лишь перекидываются понимающими взглядами через зеркало и молча терпят все это безобразие, надеясь, что репертуар этих непризнанных звезд скоро закончится. Мин старается отвлечься на мелькающие в окне автомобиля дома и деревья. В салоне и правда тепло, даже для такого мерзляка как он. В салоне жарко, потому что бедро Чимина слишком ощутимо прижимается к собственному. Юнги сгорает заживо от невозможности прикоснуться, обнять, заговорить. Да, они медленно движутся к тому, чтобы стать друзьями, доверять друг другу, ощущать комфорт в обществе друг друга, но этого чертовски мало. Между ними слишком много неловкости, которая безмерно раздражает.
В какой-то момент Чимин ощутил, как на его плечо легло что-то тяжелое. Повернув голову, он увидел мирно сопящего Юнги. Альфа умудрился заснуть даже под такой шум, видимо и правда слишком устал за последнее время. Пак довольно громко шикнул на друзей, призывая к тишине. Если Бэкхён и Хосок были слегка недовольны таким положением дел, то Чанель чуть ли не светился от счастья, наслаждаясь негромкой музыкой из динамиков и ничем более.
— Маленький, все нормально? — шепотом спросил Чон, нежно приобнимая задумавшегося омегу за талию.
— Да, Хоби, все хорошо, — тут же улыбнулся Чимин, но вышло как-то натянуто. — Я просто задумался, что впервые буду отмечать новый год в такой большой компании. И почему-то это не ощущается, как какая-то сходка в загородном домике на один раз, а будто семейные посиделки. Может быть, я просто слишком эмоциональный в преддверии течки.
— Хэй, но в этом же нет ничего плохого. Наоборот, круто, что ты ощущаешь себя будто внутри семьи, — альфа нежно коснулся губами чужого лба. — Ты таблетки взял? За циклом следишь?
— Да, мамочка, — морщится от поцелуя в нос Пак.
— Мне больше нравится, когда ты меня папочкой зовешь, — едва слышно шепчет прямо на ухо парень.
— Чон Хосок, играете не по правилам, — шипит Чимин. — Нельзя такое говорить при людях! И тем более, когда мне до течки осталась неделя, сам же знаешь…
— Знаю, я тебя дразню, маленький, — тихо смеется альфа и поглядывает на слюнявящего омежье плечико Юнги. — Ащ, вот всегда он так, может уснуть на любой поверхности, хоть стоя.
— Ну вот пусть и поспит, полезно будет, — качает головой Пак. — Вот выспится и его как раз отправим за продуктами в магазин. Намджун-хен говорил, что наш домик слишком далеко от главного здания, так что кушать проще в магазин ходить закупаться, чем в столовую переться.
— Тогда пойдешь со мной, умник, — не открывая глаз, ворчит Мин, поудобнее устраиваясь на чужом плече. — Нашелся мне тут распорядитель труда.
Хосок с Чимином переглядываются и начинают тихо хихикать.
***
— Ва-а-ау, — восхищенно выдыхает Чонгук, разглядывая огромный домик посреди огромного количества снега. — Он такой большой. — Рассчитан на пятнадцать человек, но нас только двенадцать, — пожимает плечами Намджун, помогая братьям Ким вытаскивать вещи из багажника их машины. — Двенадцать? — непонимающе переспросил Бэкхён, сидящий на капоте и координирующий деятельность своего альфы. — Ага, с нами будет мой друг, который является одним из директоров этого курорта, а еще на одну ночь к нам заедут его сестра со своим мужем, чтобы не готовить им отдельный домик, — пояснил мужчина. — А зачем директору этого места ютиться с кучей незнакомых людей? — вклинился в разговор Тэхен, который уже успел мартышкой повиснуть на спине Чонгука. — Ну, типо, он же мог отдельный себе приказать подготовить. — Во-первых, он просто хочет провести время в большой и веселой компании, — цокнул языком Намджун. — Во-вторых, готовить отдельный домик нецелесообразно. В него можно заселить несколько гостей, которые будут приносить доход, а в наш домик уже никого не заселишь без нашего соглашения. — Ладно, так и быть, может жить с нами, — по-царски разрешил Тэхен и тихо пискнул, когда жених брата отвесил ему легкую затрещину. — Это он, вообще-то, все здесь нам оплатил. Так что не возникай, мелочь. — Джин-и! Я требую, чтобы ты не выходил замуж за этого ужасного альфу! — почти искренне возмутился омега, удобнее устраиваясь на чоновской спине. — Он меня избивает! Так еще и посуду твою любимую постоянно бьет! — Ну, тигренок, я его больше посуды люблю, — добродушно смеется Сокджин, подхватывая чемоданы брата, чтобы утащить их в дом. — Даже больше твоей сковородки с облачками? — удивленно хлопает глазами Намджун. — Ты палку-то не перегибай, — тут же ворчит альфа, вызывая у всей компании громкий и заливистый смех. Перекидываясь шутками и подколами, парни кое-как разбрелись по комнатам, утащив в каждую свои сумки и чемоданы. Всем достались двухместные номера, кроме Юнги, которого определили в царские односпальные покои на первом этаже. Чонгук с Тэхеном, Намджун с Сокджином и Чанель с Бэкхёном мгновенно оккупировали второй этаж, осознав, что комнаты там по размерам больше, оставив всем остальным чуть более скромные внизу. — Тэтэ! Там комната с бильярдом есть! — вбежал в спальню друга Чимин. — Мы обязаны поиграть! — Да хоть сейчас, — усмехается омега, уже продумывая план, как спихнет разбор всех вещей на Чонгука. — Сейчас он идет со мной в магазин за продуктами, — слышится голос Юнги. Альфа стоит в дверном проеме, опираясь на него плечом. — Напишите мне или ему в сообщениях, что надо взять. Можете писать много, я стащил у Чанеля ключи. — Ты правда стащил?! — округлил глаза Чимин. — Ну, сначала стащил, потом спросил разрешения взять машину, он разрешил, так что это и воровством-то не назовешь, — пожимает плечами Мин и широко улыбается, демонстрируя десна. — Ты… — пытается подобрать слова Пак. — Ахуенен? Я знаю, — самодовольно усмехается музыкант. — Думаю, он хотел сказать, что ты аморальный ворюга, — смеется Тэхен, расстегивая очередную секцию своего чемодана. — Я все еще для тебя хен, мелочь, — ворчит Юнги и, махнув рукой, скрывается в коридоре. — Жду у входа через десять минут. — И что ты только в нем нашел? — качает головой Ким, доставая белье и укладывая его на полку. — Ой, молчи уже, — закатывает глаза Чимин, а потом театрально вздыхает. — Ты реально взял трусы с уточками и те, которые тебе брат четыре года назад дарил?! — А что не так? Они удобные, — Тэхен звучал оскорбленным до глубины души. — Ащ, всему тебя учить, — качает головой Пак. — У меня с собой есть несколько новых интересных комплектов, притащу вечером. Иначе мне перед Чонгуком стыдно будет пускать тебя в этом к нему в постель. — Так, вообще-то постель не его, а наша общая. И знаю я твои комплекты, там либо рюши, либо составляющие от БДСМ-набора, — смеется омега. — А Гук-и меня и в трусах с уточкой любит. Ты бы если его видел, на мои так бы не смотрел. Это в зал он таскает всякие кляйны и прочее, потому что одежда часто задирается и белье видно, а дома ходит в трусах с персонажами любимых аниме или каких-то угарных, явно подаренных Хоби-хеном. — Явно лишняя для меня информация, — наигранно поморщился Чимин. — Вы друг друга стоите. И это ж при том, что я знаю, что у тебя есть классное белье. Потому что тебе его я дарил! — Ага, оно лежит где-то в упаковочке дома и ждет своего часа, — хохотнул в кулак Тэхен, но тут же старается вернуть серьезное выражение лица, видя недовольный взгляд лучшего друга. — Шучу, мои любимые трусы, ношу не снимая. Сначала их надеваю, а потом уже сверху уточек, честно-честно. — Ой, иди ты, — машет рукой Пак, направляясь к выходу из комнаты. Вдруг на его пути резко возникает Чонгук, держащий в руках неизвестно откуда взявшуюся упаковку бананового молока. Альфа испуганно дергается назад, едва заметно вздрагивая. Он явно слышал недовольные голоса, но сейчас видел лишь едва сдерживающего смех Тэхена и похожего на тучку Чимина. — Купите себе нормальное белье! — возмущенно говорит обоим омега и скрывается на лестнице. — А… что это было? — непонимающе вертит головой Чон. — Ему не понравились мои труселя, — наконец в голос смеется Ким. Он изящно поднимается с колен и подходит к альфе, тут же обвивая его шею руками. — Уточки ему видите ли не по душе. — Оу, — наконец понимает, что тут произошло, Чонгук и тут же расплывается в хитрой улыбочке. — А мне свою коллекцию покажешь? Можешь и на себе даже. — Много хочешь, кроль, — игриво шепчет прямо в губы омега, прежде чем утянуть обоих в мягкий и долгий поцелуй. Чон легонько приобнимает парня за талию, медленно проходясь языком по его губам. Казалось, целоваться с Тэхеном — лучшее занятие, которое только можно придумать. Они попеременно шепчут друг другу в губы о том, что надо вещи разобрать и старшим с обустройством помочь, но все равно продолжают лениво целоваться, прижимаясь горячими телами друг к другу. Какая может быть зима, когда не только снег, но и само пространство начинает плавиться от этих двоих?***
Чимин спускается вниз и, захватив с вешалки свою курточку, выбегает на улицу, на ходу застегивая замок. Юнги, как и обещал, ждал у входа в домик, настукивая носком ботинка какую-то мелодию. — Прошло больше десяти минут, — бесцветно констатирует Мин. — А ты засекал? — несмешливо фырчит омега. — Зачем, если Бэкхён, вон, как часы. Ровно через каждые две минуты доносится крик о том, какой Чанель придурочный, — усмехается парень, направляясь к машине. — Идея складывать все вещи в один чемодан явно была не самой гениальной в их головах. — Ну, они оба решили брать мало вещей, поэтому подумали, что сложить их вместе будет экономнее и правильнее, — пожал плечами Пак. — Хосок мне вон тоже несколько своих штанов, в которых утонуть можно, запихнул, потому что в его сумку не влезли. — Я никогда так не радовался тому, что у меня нет никого, — хохотнул альфа, открывая дверцу машины и садясь за руль. — Там ребята должны были списки скинуть. Возьмешь мой телефон и перекинешь себе сообщения, которые они мне отправили? — Ого, не боишься доверять мне свой телефон? — удивленно спрашивает Чимин, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье, и берет из чужих рук разблокированный смартфон. — Будто у меня там есть что прятать. — Дик пики? — Вся галерея в нотах или еще каких-то фотках для учебы. — История браузера? — Ну, если тебе интересны темы для билетов по моему экзамену, то милости прошу. — Чаты? — Самое позорное, что ты там можешь увидеть, так это сотня стикеров от Тэхена, которые он мне прислал, пока мы ехали сюда. — Фу какой ты скучный, — надулся Чимин, утыкаясь в чужой экран, чтобы проверить входящие от парней из домика. — Какой есть, — пожимает плечами альфа, выруливая на дорогу. До ближайшего магазина спокойно можно было и пешком дойти, но вот до большого супермаркета как раз на машине и стоило ехать. Чимин старательно сортировал списки по отделам, чтобы не мотаться туда-сюда по залу. Наверное, Юнги был единственным, с кем омеге было комфортно молчать. Обычно он старался с любым человеком поддерживать непрерывный разговор, иначе становилось неловко или нервно, но с Мином почему-то было даже как-то уютно. В супермаркете было довольно мало людей, в основном такие же приезжие на отдых. Юнги с непроницаемым лицом вез тележку и рассматривал список у себя в телефоне. Вдруг он начал оглядываться и, заметив что в этом отделе больше никого нет, резко навалился на тележку, покатившись вместе с ней вперед. Заливистый смех альфы разлетелся по магазину. Чимин пораженно смотрел, как его хен катается на тележке туда-сюда, словно маленький ребенок, и широко улыбается. Омега не смог удержаться от ответной улыбки. Парень выглядел слишком мило, забавляясь в пустом отделе. — Попробуй, это весело, — подкатился к Паку Юнги. — Ага, въеду в стеллаж еще, — хихикает танцор. — Мне как-то на своих двоих спокойнее. — Тц, вот кто из нас скучный, — кривится Мин. — Хэй! Я просто… нам надо вернуться с покупками! Ребята там голодные сидят! — смущенно пролепетал омега. — Ой, ну не съедят же они друг друга, — закатил глаза альфа, но все-таки вернулся к выбору продуктов. Он еще несколько раз катался туда-сюда, будто разыскивая что-то, хотя на самом деле просто хотелось немного подурачиться. Чимин откровенно залипал на чужую улыбку и рваные движения. Впервые Юнги казался насколько живым и настоящим. За таким Юнги хотелось наблюдать часами, жаль у них было не так уж много времени. — А я и не думал, что ты можешь быть… таким, — негромко произнес Пак, когда они загрузили все покупки в машину и начали отъезжать с парковки. — Каким таким? — усмехнулся парень. — Ну, обычно ты отстраненный, спокойный, даже не сильно-то заметный, пока за инструмент не сядешь, из-за того какой тихий в сравнении с другими. А сейчас ты был совсем другим, — попытался объяснить омега. — Просто ты видел меня только в стенах универа, — пожал плечами Мин. — Я могу быть разным. Уверен, ты много нового во мне увидишь за эту поездку, потому что я на учебе и я с комфортной компанией, довольно отличаюсь по поведению. — О, тебе комфортно с нами? — широко заулыбался Чимин. — Ну, довольно неплохо. Я ожидал худшего. Даже несмотря на то, насколько вы все шумные, мне забавно за вами наблюдать. — Хэй… Альфа невольно вздрогнул. Маленькие пальчики коснулись его ладони, свободно лежащей рядом с рычагом коробки передач. Пак мягко сцепил их руки в замок и невесомо стал поглаживать чужую кожу. — Тебе не обязательно только наблюдать. Ты можешь быть частью всего этого, Юнги. Если ты, конечно, захочешь. Однако я был бы счастлив, если бы ты наслаждался отдыхом в компании, а не из какого-нибудь уголка, смотря как веселятся другие, — ласково прошептал омега, будто их кто-то может подслушать. — Иногда мне и правда хочется посидеть отдельно, мой уровень энергии очень отличается от вашего, но иногда я просто… мне кажется, что я не заслуживаю быть среди вас. Не заслуживаю находиться в одной комнате с тобой. Я все еще ощущаю ужасную вину за то, что сделал с тобой тогда, — нервно покусывая губу, ответил Мин. — Я уже простил тебя. Да и тогда это был другой Юнги. Ты сейчас очень изменился, даже Хосок об этом говорит, а он знал тебя довольно долго. Ты стараешься стать лучше, а именно это самое важное и самое сложное, — Чимин с нескрываемой нежностью смотрит на альфу. — Ты мой дорогой друг, Юнги. Прекращай уже себя винить и просто не делай в будущем глупости. Прошлое остается в прошлом. Ты вынес урок и постарался исправить собственные ошибки, но это не значит, что тебе надо зацикливаться на этом всю жизнь. — Звучишь сейчас как Хосок, — тихо смеется парень, едва ощутимо сжимая чужую ладошку и поглаживая ее. — Ты слишком прекрасный для этого мира, Чимин-и. Как ангелочек. — Ащ, это ты просто не видел как мы с Тэ деремся за пельмени, я сущий дьявол, — смеется Пак. Разговор медленно уходит в другое русло, они оба довольно ярко начинают рассказывать о разных смешных ситуациях из жизни, но замочек из пальцев так и не разомкнули. Они втайне наслаждались теплом друг друга, не желая выпускать из собственных рук. Поездка назад выдалась более веселой и приятной, потому что наконец оба начали говорить о том, что чувствуют и не прятаться в своих скорлупках.***
Хосок аккуратно раскладывал свои вещи по полочкам, напевая песню, которую использовал для постановки хореографии в студии, где сейчас работал. Парень едва заметно пританцовывал, периодически виляя мощными бедрами. Ему даже нравилось, что Чимин сейчас уехал. Не то чтобы он был против компании своего омеги, но в последнее время все чаще хочется побыть одному и о многом подумать. На самом деле им бы стоило поговорить, но Чон чертовски устал тащить на себе все серьезные разговоры с каждым. Этот курорт только чтобы отдохнуть, никаких выяснений полетов. — Да, я обязательно отправлю тебе тот документ, — послышался в коридоре незнакомый голос, как вдруг дверца номера распахнулась и в комнату вошел высокий и достаточно миловидный альфа, который как раз и разговаривал с кем-то по телефону. В его руках был просто огромный чемодан, который незнакомец едва тащил. — Я могу чем-то помочь? — вежливо поинтересовался Хосок, растягивая губы в улыбке. — Ох, простите, я перепутал дверь, — смущенно улыбнулся незнакомый мужчина, тут же принимаясь вытаскивать свой чемодан обратно в коридор, но выходило у него это, мягко говоря, ужасно. — Я все же помогу, — хохотнул в кулак Чон. Он неспешно подошел к альфе и приподнял чемодан за ручку сбоку с поразительной легкостью. — О-ого, — вытаращился на него незнакомец. — Мне в следующую дверь, как я понимаю. — Хорошо, — кивнул Хосок, выходя с чемоданом в коридор и заходя наконец в нужную комнату. Точно такая же как и у них с Чимином, только без кучи разбросанных футболок на кровати. — Чемодан тут поставить или дальше занести? — Тут, спасибо вам большое, — неловко переминаясь с ноги на ногу, пролепетал мужчина. — Да не за что, — пожал плечами Чон, аккуратно укладывая чемодан на пол. — Вы друг Намджун-хена? — А-ага, Хван Минсу, — альфа несмело протянул танцору свою ладонь. — Чон Хосок, — с улыбкой ответил парень, пожимая чужую руку. — Если понадобится с чем-то помочь, то не стесняйтесь, я в соседней комнате. — Чем же вы таким занимаетесь, что так легко эту махину подняли? — ошарашенно полюбопытствовал мужчина. — Я просто хореограф и танцор, мне без сильных конечностей никуда, — хохотнул Хосок. — О, ты уже тут! — послышался раскатистый голос Намджуна. — Говорил же, чтобы позвонил. Я бы тебя встретил, хен, — покачал он головой. — Все хорошо, я прекрасно и на такси доехал, — неловко почесал затылок Хван. — А ты что здесь делаешь, Хоби? — непонимающе вытаращился на него Ким. — Помог с чемоданом, уже ухожу, — развел руками альфа и ловко прошмыгнул между мужчинами. — Ты не говорил, что у тебя такие приличные и милые друзья, — ухмыльнулся Минсу, поворачиваясь к Намджуну. — Это друг Тэхена… Стоп! Это что значит, все мои друзья по твоему неприличные и не милые?! Напомнить, что ты тоже мой друг? — оскорбленно взмахнул руками мужчина. — Ну, меня-то точно приличным не назовешь, — с каким-то огоньком в глазах говорит директор курорта. — Тц, даже не думай. — О чем ты? — О Хосоке, я ж тебя знаю. Паренек тут со своим омегой, так что у тебя никаких шансов, Мин-и, — скрещивает руки на груди Намджун. — Господи, почему ты думаешь, что я полезу мальчишке в штаны? — закатил глаза Хван. — Хотя бедра у него ахуенные. — Минсу, блять! — Все, молчу-молчу. Я вообще вещами занимаюсь, никого не трогаю, сижу тише воды, ниже травы, — машет руками мужчина и принимается выталкивать друга в коридор. — Катись к своему женишку, дай побыть в гордом холостяцком одиночестве. Ким лишь недовольно покачал головой и пошел в сторону лестницы на второй этаж. Минсу был тем, у кого с каждого отпуска есть какой-нибудь курортный роман, а каждые выходные — интересное знакомство в каком-нибудь клубе. Только вот интересовался он исключительно альфами. И Намджун прекрасно знал взгляд друга, когда ему кто-то приглянулся. Мужчина лишь надеется, что к Хосоку не будут открыто приставать после нескольких бутылок соджу.***
Минсу неожиданно легко влился в новый для него коллектив. Сначала он казался немного отстраненным и занудным, но после второй ночи в домике, когда все решили поиграть в алкогольные игры, оказалось что мужчина просто старался быть вежливым. Теперь он спокойно подшучивал над остальными и получал язвительные комментарии в ответ. Ближе всего директор курорта разобщался с Хосоком. У них нашлось неожиданно много общих увлечений, из-за чего они очень часто отделялись от компании, уходя куда-то на дальний диванчик и эмоционально обсуждая историю вин или любимых авторов романов. Еще в первую встречу Хван подумал, что хотел бы заполучить этого жизнерадостного альфу к себе в постель. Его ни коим образом не смущало наличие у него омеги, да и пьяный Чонгук в какой-то момент выболтал, что у них не романтические отношения, а скорее взаимовыручка. Чимин оказался довольно милым и жутко тактильным пареньком, который постоянно с кем-то обнимался. Минсу тихо хихикал, когда замечал ревностные взгляды одного из альф, направленные на Пака, когда тот сидел на чьих-нибудь коленях или вис на шее. Но как-то плавно и незаметно желание переспать с Хосоком переросло в желание узнать его. Парень был очень интересным и приятным собеседником. С ним было до непривычного комфортно. Он много шутил и часто смеялся, а Хван был готов включить диктофон, чтобы записать этот смех и прослушивать каждый день по сотне раз. Когда во время развлечений на самом курорте приходилось разбиваться на пары, будь то для подъема по канатной дороге или для спуска на санях, Минсу беззастенчиво утаскивал Чона за собой, а тот, к великой радости одного альфы, был ничуть не против. Периодами Намджун пытался пристыдить друга, что тот человека из «семьи» уводит, но мужчина лишь качал на это головой. Малыш Чимин прекрасно проводил время со своим другом-омегой или тем альфой с ревностным взглядом. Да и в принципе Хосок и его омега не были похожи на большинство парочек, которые не отлипают друг от друга, они прекрасно умели находить баланс между временем для партнера и временем для всех остальных людей, позволяя друг другу получать максимум свободы. Минсу даже немного завидовал, потому что сам ни разу в отношениях с подобным укладом не состоял, а очень хотелось бы. Из всей компании, кроме Хосока и Намджуна, директор проводил часто время еще и с Сокджином и Бэкхёном. С первым будто негласная ментальная связь сложилась, да и знали они друг друга довольно давно, Хван искренне смеялся над стариковскими шутками альфы, не понимая, почему другие не оценивают их по достоинству. Тэхен со знанием дела говорил, что это потому, что Минсу даже старше Джина, поэтому еще больший старик. А вот Бэкхён оказался довольно занятным парнем. Хвану отдельное удовольствие доставляло смотреть, как этот невысокий бета таскает своего альфу за ухо и отчитывает за мелкие проступки. Директор пообещал Бёну дать контакты одного знакомого агентства, которое как раз ищет молодых дизайнеров для своих экспериментальных коллекций. С младшими у Минсу складывались забавные взаимоотношения, построенные на обоюдном стебе и подколах. С ними было весело и хорошо, но все же в этой компании были те, с кем мужчине было намного более комфортно. Каждый раз при таких мыслях он невольно искал глазами Хосока. Единственные, кто не очень любезно относились к новому лицу, были Чанель и Юнги. Если первый просто банально ревновал, то второй просто почему-то не обращал внимания на Хвана. Это не то чтобы обижало, просто вызывало непонимание. Хотя, учитывая то, что абсолютно все внимание Мина было сосредоточено на одном конкретном омеге, паззл начинал складываться.***
Минсу, едва приоткрывая глаза, входит на кухню. Он только проснулся, на голове птичье гнездо, на щеке — след от подушки, но альфа выглядит очень уютно и мило. Он медленно окидывает взглядом собравшихся в комнате и цокает языком. — Вы когда-нибудь от плиты отходите, хозяюшки? — хрипло спрашивает мужчина. Джин и Хосок даже не оборачиваются, продолжая возиться с разными блюдами для сегодняшней ночи. Недалеко за столиком сидят довольные омеги, тихо о чем-то перешептываясь. — Место альфы на кухне, — самодовольно заявляет Тэхен и Чимин со смехом ему поддакивает. — Эх, а вот в мое время… — с усмешкой начинает Хван. — Опять про динозавров будешь рассказывать, хен? — смеется Хосок, нарезая порей ровными отрезками. — Ауч! Чон с максимально возмущенным видом трет ушибленный затылок. Он никак понять не может, почему все могут спокойно шутить про возраст директора, а ему постоянно то по голове, то по заднице прилетает? — Не бей мне тут детей! — возмущается Сокджин, угрожая поварешкой, измазанной в крем-супе. — Ладно-ладно, а где Джун? Мне с ним по работе надо обсудить кое-что, — примирительно поднимает руки вверх альфа. — Он… спит еще, — слегка смущенно бормочет Ким. — Да не спит он, — палит всю контору Тэхен. — Я вчера многое за стенкой слышал, так что уверен, Джун-хен ближайшее время сидеть не сможет. — А подслушивать и тем более палить старших — нехорошо, — сонно ворчит зашедший на кухню Чанель. Он сладко зевает и тянется мимо Хосока за нарезанными овощами, но тут же получает хлесткий удар по ладони. — Не трогай, это на стол. Возьми из холодильника что-то, — ворчит Чон. — Только с верхних полок ничего не трогай! — Господи, меня в этом доме хотят голодом заморить, — возмущается Пак и буквально ныряет в холодильник с головой. — М-да. Никто не хочет в магазин поехать сегодня? Потому что ближайшие два дня, судя по количеству алкоголя, мы отходить будем. — Мы с Чимином почти не будем пить, поэтому поедем первого числа днем. Как раз людей не будет, — отзывается Хосок, игнорируя возмущенные возгласы своего омеги, который не сильно-то горел желанием куда-то ехать завтра. Минсу стоял в проходе, прислонившись к двери, и с улыбкой наблюдал всю эту картину. С каждым днем в этом доме становилось все уютнее. Никому, на самом-то деле, не хотелось уезжать. Казалось, что сейчас все неожиданно преобразовались в большую семью. Громкую, разношерстную, со своими прибабахами, но семью. Хван впервые ощущал тревогу от того, что отдых скоро закончится. Эти все ребятки, скорее всего, так и продолжат тусоваться вместе, но он — не часть их коллектива. Ему только посиделки в баре с Намджуном и редкие случайные встречи с Сокджином светят. Почему-то в груди неприятно давит от осознания того, что скоро все эти люди вероятнее всего навсегда покинут его жизнь.***
Новый год прошел на ура. Все постоянно играли в различные настолки, привезенные Чонгуком, даже пытались в твистер, но после нескольких попыток все поняли, что целостность собственных конечностей под явной угрозой. Парни постоянно пели какие-то тематические песни, пытались побить рекорды друг друга в Just Dance, кто-то даже умудрялся притащить с улицы снега, чтобы запихивать другим за шиворот. К трем часам ночи в доме наконец стало тихо. Чанель с Бэкхеном ушли к себе наверх. Джин, Намджун, Тэхен и Чонгук завалились в единственную пустую комнату на первом этаже и отрубились в ней, переплетаясь конечностями на широкой кровати. Юнги и Минсу мирно посапывали на диванах в гостиной. Хосок притащил им пледы, чтобы не замерзли во сне, пока Чимин аккуратно убирал с пола бутылки. — А теперь спать? — устало зевнул омега, когда все бутылки были перенесены на кухню. — Да, — ласково улыбнулся Чон, беря парня за руку. — Кстати, маленький, мы можем с тобой поговорить, когда поспим? Я как раз поэтому хотел с тобой поехать после сна за продуктами, чтобы побыть наедине. — Да, хорошо, — сонно закивал Чимин. Оба не заметили как дошли до своей кровати и просто вырубились от усталости. Первым проснулся Хосок. Он довольно долго смотрел на спящего омегу, стараясь продумать, как сказать ему то, что крутится в голове чуть ли не с самого их приезда сюда. — Выглядишь как Эдвард из Сумерек, когда он за спящей Беллой наблюдал, — с улыбкой буркнул Чимин, медленно приоткрывая слегка опухшие глазки. — Я конечно не вампир, но могу тебе отсосать, — едва слышно смеется альфа. — Ащ, говорил я тебе, не водись с Джин-хеном и Минсу-хеном, теперь такие же ужасные шутки шутишь, — ворчит юноша, переворачиваясь на живот и утыкаясь носом в подушку. — Сколько уже времени? — Почти два часа дня, мы долго спали, — Чон медленно перебирает чужие фиолетовые пряди. Хосок помнит Чимина с разным цветом волос, но именно этот вызывает какой-то отдельный восторг. — У меня еще есть время доспать мой прекрасный сон, где мне подарили миллион долларов, кыш, — бухтит в подушку омега. — Ты собираться будешь долго, а магазин сегодня только до шести. Чимин протяжно и жалобно заскулил, пихая парня ногой и сбрасывая его с постели. Только где-то через час Чимин окончательно смог раздуплиться, влив в себя две кружки кофе. Дом был похож на сонное царство. Все отсыпались в своих комнатах, иногда прибегая на кухню за водой и обезболивающим. Только Юнги все также мирно посапывал на диване, даже не сменив позы. Пак не удержался и, подойдя ближе, нежно провел кончиками пальцев по чужой мягкой щечке. Кожу приятно покалывало от прикосновения. Ближе к четырем часам дня омега наконец решил, что он готов ехать, поэтому чуть ли не в пижаме попытался утащить Хосока в машину. Альфа кое-как отбил себе возможность переодеться и уже через десять минут машина Чанеля, признанная всеми как общегрузовая, ехала по заснеженной дороге к супермаркету. — Так о чем ты там поговорить хотел? — нетерпеливо заерзал на сидении Чимин, когда они уже с полным багажником еды направлялись к домику. — Только ты не волнуйся и не переживай, маленький. Я очень сильно тебя люблю, — начинает издалека Хосок. — Ты меня пугаешь… — Уф, ладно. Проще, наверное, будет в лоб, — тяжело вздохнул альфа. — Думаю, нам стоит разойтись. В плане, не быть больше парой. — Оу, — удивленно застывает Пак. — Я… Ох, хорошо. Я согласен. — Ты… Ты же понимаешь, что я все еще очень дорожу тобой и люблю как и прежде? — обеспокоенно спрашивает Чон. — Да… Да, я… Можешь сказать почему? Ну, если есть причина, — неуверенно произнес омега. — Юнги. Ты ведь все еще его очень любишь. И я вижу это. Ваши отношения — не мое дело, и как поступать с Юнги решать только тебе, но я вижу, как ты иногда хочешь его то обнять, то за руку взять, но одергиваешься, оглядываясь на меня, — качает головой Хосок. — Это не плохо, я тебя ни в чем не виню. Наши отношения изначально строились не на романтическом притяжении и при наличии факта твоей любви к Юнги. Я хочу, чтобы ты был счастлив. И я видел, что ты был счастлив со мной, пока мы были вместе, но сейчас наши отношения начинают тебя сковывать, загонять в рамки. Я этого не хочу. Мне важен твой комфорт. — Но… Я же не собираюсь с Юнги… — Я не говорю, что ты будешь строить какие-то отношения с ним, а если и будешь, то это точно не мое дело. Я говорю о твоем комфорте, маленький, — альфа мягко касается пальцами чужой подрагивающей ладошки. — Между нами ничего не изменится. Я все также люблю тебя, мы все также можем проводить время вместе, обниматься, устраивать вечера кино. Но мы будем друзьями, не парой. — Тогда… мне наверное лучше сейчас съехать в другую комнату до нашего отъезда, да? — поникшим голосом пробормотал Чимин. — Что? Нет, конечно нет. Если тебе дискомфортно со мной, то переехать должен буду я, это же я инициатор всего этого. Но если тебе окей, то мы можем также жить вместе. Я же сказал, ничего не изменилось. И даже по поводу близости. Если ты захочешь поцелуев или секса, то всегда можешь прийти за этим. Точно также как и с течкой, я могу тебе помогать как в прошлый раз. Между нами меняется только статус и уровень ответственности друг за друга и друг перед другом. — Тогда… можно мы сейчас, когда приедем, посидим и пообнимаемся в комнате? — смущенно спрашивает омега. — Конечно, маленький, сколько угодно, — Хосок нежно переплетает с ним свои пальцы. — Я понимаю, что тебе тяжело сейчас все сразу переварить, но ты не один. Мы все также идем навстречу всем проблемам и радостям вместе. Я люблю тебя. — И я тебя, — едва слышно шепчет Пак, а потом неожиданно добавляет: — Кстати, ты ведь можешь оставаться и дальше в моей квартире. Ну, то есть, если захочешь уехать, то я не буду держать, но и выгонять не стану. Мне нравится, когда дома кто-то есть. — Хорошо, Чимин-и, мы по ходу дела будем разбираться со всеми возникающими вопросами. Только если что-то идет не так, ты сразу говори, хорошо? Омега коротко кивает, сильнее сжимая чужую руку, и переводит взгляд на происходящее за окном. Шок и страх медленно стали отходить на второй план и почему-то их постепенно замещало облегчение. Может Хосок был прав и эти отношения начали давить? Чимин был безумно благодарен за то, что у него настолько внимательный и заботливый друг.***
Второй час ночи. Хосок неспешно допивает напиток прямо из бутылки. Он пьян. Чертовски пьян. На кухне темно, все давно спят, а Чон решил немного привести мысли в порядок. Пока что выходит лишь приводить свое тело в состояние нестояния. — Ух ты ж бля, — резко включается свет и доносится испуганный хриплый голос Минсу. — Ты чего тут делаешь? — Пью, — слегка заплетающимся языком отвечает альфа. — Да я вижу, что не в шахматы играешь, — хмурится мужчина. — Что случилось, малой? Никто не сидит и квасит в одиночестве просто так. — Мы с Чимином расстались, — медленно, чтобы не запнуться, произнес Хосок. — Он бросил тебя? — ни капли не удивленно спросил Хван. — Нет, я его, — усмехнулся парень. — Так чего тогда грустишь тут сидишь? — Минсу подсаживается совсем рядом и открывает себе банку с пивом, стоящую на столе. — Вы ж вроде и встречались-то не по большой любви. — Чонгук или Тэхен? — Чонгук. — Вот балабол мелкий, — с усмешкой качает головой Чон. — Я не знаю, чего меня так вштырило. У нас было что-то типа уговора. Я даю ему всю свою любовь и ласку, а он позволяет мне это делать. Но сейчас… я будто потерялся. У меня есть работа, учеба, интересы, друзья, но почему-то это не кажется таким важным и нужным. Словно я потерял огромный кусок себя, хотя мы даже условились, что наши отношения совсем не изменятся, просто будут иметь другое наименование. — Это называется ценности и приоритеты. Для тебя намного важнее иметь с кем-то обговоренную обоюдную эмоциональную связь, нежели все остальное, что ты перечислил, — развел руками Минсу. — А что для тебя важнее всего? — вдруг спрашивает Хосок. — Работа, — мгновенно отвечает мужчина. — На втором месте секс. Хотя в последнее время мои приоритеты неожиданно пошатнулись. — Ого. — Перемены — это не всегда плохо. Иногда и правда лучше идти дальше, нежели стоять на месте и кормить себя воспоминаниями о том, как раньше было хорошо, — Хван мягко приобнимает альфу за плечи. — Знаешь, это сейчас будет вот совсем ни к месту и ты даже можешь меня ударить, но я так чертовски сильно хочу тебя поцеловать. Ты бы только знал. — Тогда поцелуй, — мгновенно отвечает Чон. — Что? Ты сейчас серьезно? У тебя тут драма, да и тебя разве не смущает, что я тоже альфа? — тут же тушуется мужчина. Он ожидал чего угодно, но только не согласия. — Я пьян, поэтому сильно зацикливаться на проблемах не выходит. Да и, к слову, моей первой любовью, как оказалось был альфа. Парень альфа. Я всю жизнь считал, что я исключительно по девушкам. Потом появился Чимин. Я решил, что я по омегам и резко до меня доходит, что мой бывший лучший друг-альфа был моей первой любовью. Так что нет, меня теперь вообще нихуя не смущает, — Хосок отставляет бутылку и резко поворачивается лицом к Минсу. — Поцелуй меня. Третий раз мужчине повторять не надо. Он обхватывает чужие щеки руками, жадно впиваясь в желанные губы. Хван двигается ближе, продолжая буквально пожирать Хосока, который лишь кладет ладонь на его затылок и начинает медленно и мягко отвечать. Обычно и в поцелуях, и в постели ведет Минсу. Он более грубый, более напористый, более развязный. Поэтому неожиданностью становится то, как Хосок мягко и трепетно целуя, забирает бразды правления на себя. Он не пытается подавить, лишь дарит свою нежность, от которой Минсу беспощадно плавится. Мужчине впервые в жизни хочется заскулить в чужие губы и он это делает, когда юркий и горячий язык проникает в его рот. Мягкий и нежный миндаль медленно сплетается с терпким и слегка кисловатым виноградом. Внутренний зверь впервые не противится, потому что его никто не пытается подавить. Чон окутывает нежностью и именно этим заставляет прогнуться под него во всех смыслах. Никогда еще Хван не ощущал такой приятной пустоты в голове от одного лишь поцелуя. Этот мальчишка сведет его с ума. — Вау, — едва дыша, выпаливает Минсу, смотря на ухмыляющегося Хосока. — Твой лис мне поддался, — с ноткой самодовольства произносит Чон. — Он у меня неразборчивый, — пытается отшутиться явно смущенный альфа. — Стой, как ты узнал, что лис? — Сначала почувствовал. Зверь того же вида всегда ощущается иначе, а потом увидел твои ушки, похожие на мои собственные, — смеется танцор. Хван испуганно тянется к голове и реально обнаруживает медленно врастающие обратно уши. Он даже не почувствовал, как начал обращаться. Да и от чего? От поцелуя? Стыд-то какой. — Ну все, теперь ты обязан взять меня в мужья после такого, — смеется в ответ Минсу. — Я же не поимел тебя, так что не канает. Оба начинают тихо и глупо хихикать, не отрываясь от глаз друг друга. Почему-то не хочется прекращать эти переглядки. — Ты же не исчезнешь? — вдруг испуганно шепчет Хван, мягко проводя рукой по чужой щеке. — Мне было так хорошо со всеми вами, но вы скоро уедете и эти дни останутся для меня лишь самым ярким воспоминанием в жизни. — Ты всегда можешь присоединяться к нашим сборищам, если захочешь, — улыбается Хосок. — А когда я обзаведусь квартирой, то можешь даже в гости приезжать, я буду не против. Мне все еще хочется показать тебе мою маленькую коллекцию вин. — Обязательно, — едва различимо обещает Минсу, вновь прикасаясь к чужим губам своими, но на этот раз безумно нежно и трепетно, будто и правда боится, что Чон сейчас растает.
