По двум путям

───── ◉ ─────

      От запаха чужого пота тошнит, вся съеденная недавно еда подступает желчным комом к глотке. Дыхание тяжёлое от комплекса упражнений, назначенных тренером. Рубиновые волосы сосульками свисают на влажном лбу, и подкрашенные глаза терпят крах. Зачем только косметику перевёл — стоит она недёшево. Сону чувствует свист в лёгких как при тяжёлой болезни, но всё равно продолжает продавливать коврик для фитнеса ладонями и кроссовками.       И ходит только ради чего каждые выходные, прекрасно зная свою непереносимость к физическим нагрузкам. Если было бы можно, Сону бы просто сидел на лавочке и наблюдал, как Ники с серьёзным лицом тягает штангу на двадцать фунтов больше его собственного веса. В подобный момент подросток выглядит чересчур привлекательнее, да и старше на лет десять. Сону в Ники всегда нравилась страсть к спорту, а ещё слабость перед своими чувствами.       Сону — манипулятор, умеющий пользоваться собой в выгодных ситуациях, особенно находясь в тренажёрном зале. На него и так отвлекаются многие: тренера, девушки на беговых дорожках и взрослые мужчины, проходящие мимо. Но Сону тошно от их внимания, а Ники ревностно. В его глубоких глазах пляшет огонь, потухающий вмиг от милой улыбочки рядом.       Подростков в спортивный центр ходит множество и у всех свои причины, а у Сону — любовник, на виду у всех показывающий свои возможности.       На бледных пухлых бёдрах спортивные шорты, чуть выше колена, а талию обтягивает тренировочная футболка. Ещё забавные носки, дотягивающиеся до середины голени с разноцветными бабочками. Сону одевается как обычно, но Ники расценивает иначе, только отмалчивается, недовольно покусывая губы. Сону особо любит подчёркивать свою хрупкость и идеальность пропорций, а также зависимость от Ники. Его из стороны в сторону тормошит, когда Нишимура впивается своим соколиным взглядом и рассматривает оголённые из-за упражнений части тела.       Ники не единожды задавал ему вопрос о нахождении здесь. Но Сону ни в какую, просто хочет и гнёт свою линию. Его упрямство порой доводит до невроза. Приходится осознать свою зависимость и быть рядом с ней. Если Сону желает проводить с ним время, то Ники никогда не будет против. Только в этом плане просыпается его странность — Ники несколько раз звал его на свой матч по волейболу, но рубиновый принц противился. Особенно отговаривался тем, что не любит подобные мероприятия.       У Ники второй заход на хаммере, он присаживается на железную махину и хватается за рычаги весом по тридцать фунтов. А Сону на месте замирает, пытаясь отдышаться после партии упражнений от тренерши, занимавшейся им. Его коленки трясутся, и футболка пропитана влагой. Каждый раз для себя Сону осознаёт одно — ему приятнее смотреть на Ники, чем глотать воздух до ветра в лёгких от нагрузки. Сердце, кажется, в при смерти колотится, Сону присаживается на лавочку рядом с собой и хватает бутылку с холодной водой, жадно глотая до подтёков на подбородке.       — Сону, сходи умойся, дальше тяжелее будет, — тренерша, одетая в топ и спортивные легинсы, останавливается рядом с парнем и по взгляду обнаруживает место, куда пялится подросток. — До силовых тебе ещё далеко, — присвистывает она.       — Юнджин, вот скажи, нормально таким быть? — Сону даже не поворачивается, проговаривая сквозь сжатые зубы.       — Не знаю, меня подростки не интересуют, Ники вроде младше тебя даже, — девушка всё-таки сдаётся и присаживается рядом.       Сону не может отрицать очевидного — Юнджин выглядит, как идеальный тип девушек со сформированной благодаря спорту фигуре, подтянутой задницей и хорошей осанкой. Она старше его всего на десяток лет, а выглядит словно на два — не больше.       — Он мой одноклассник, — Сону оборачивается к тренерше и улыбается. — У меня, кажется, ляхи отвалятся сейчас и задница тоже, — его ехидные глаза образуют полумесяцы, а на губах лёгкая улыбка стынет.       — Вот принцесса, — она шлёпает парня по бедру и поднимается с лавочки. — На следующей неделе не пощажу.       Своим уходом заставляет напрячься; Сону поднимается, накидывая на шею небольшое полотенце, и следует к тренажёру, на котором Ники делает последние рывки. Выглядит он грозно и до одури привлекательно. Вновь параллель между ними.       Сону нравится именно такой Ники, моментами беспечный и моментами заботливый. Парень что-то бубнит, отпуская рычаги; он указывает на бутылку с холодной водой, за которой без слов бежит Сону.       — Можешь собираться, — Ники осматривает парня, подмечая состояние, и делает пару жадных глотков. Капли скапливаются на его подбородке и срываются на ключицы и грудь под футболкой. — Надеюсь, всё в порядке, а то ты выглядишь слишком уставшим, — он тянется к Сону, сплетая их ладони меж собой. Тепло, исходящее от связки, побуждает парня на тяжёлый вздох.       — Юнджин дала упражнения на ягодицы! Представляешь, как у меня сейчас задницу тянет, — жалуется Сону, выравниваясь с Ники, когда он встаёт и накидывает на шею сухое полотенце.       — Не понимаю, почему ты так зациклен на ней, — Ники чуть тормозит, оставаясь позади, и подмечает округлые формы своего возлюбленного. Но Сону только дуется и мигом ретируется за него, толкая в спину. — Вроде всё прекрасно.       — Хочу, чтобы вдвойне было прекрасно, — Сону подмигивает ему, улыбается своей хитрой улыбкой и бежит в раздевалку.       По выходным обычно ближе к вечеру сходятся все, оттого и раздевальня полупустая. Сону открывает забронированный на время ящик и тормошит вещи в поисках футболки и штанов. Времени займёт много. Ники приземляется рядом с ним, тянет к себе за талию и сажает на колени. Парень, переодевавшийся до этого, уже в душе.       Похоже — думает Сону, присаживаясь на крепкие бёдра. Они даже по форме похожи, только Ники зависим от физических занятий, а Рики пассивен, ему по душе спокойствие и бездействие. Касания — нравятся, но теснят и душат от нахождения не в той среде. Сону спихивает с себя влажные ладони, только на коленях остаётся, елозит мягкими бёдрами и оборачивается.       — И что на этот раз? — знает, что Ники хочет чего-то, касающегося не развлечений. Ему нужно — он и меняется.       Бесится, Сону ужасно бесится от сего примечания, ведь Ники изредка позволяет себе подобную роскошь в людных местах. Видно, Ники обижается на него, выпуская из рук, и встаёт, чтобы удобно стянуть влажную футболку.       — Я хотел позвать тебя на игру в этот четверг…       Четверг…       — Стой, милый, я бы очень хотел, но мои дополнительные… — английский, не сдавшийся ему вообще. Сону просто не может из-за того, что на игру придёт вся его семья. — Ты же знаешь, как я усердно учусь.       — Знаю-знаю, хорошо, но я рад, что у тебя хотя бы есть желание, — Ники улыбается; «утенок», — думает Сону, смущенно ныряя в свою верхнюю одежду.

───── ◉ ─────

      Сону изредка поддаётся на уговоры, предпочитая отстаивать своё, но Ники… перед его чарами он бессилен, есть в нём некое, пленяющее и побуждающее на отключение рациональности. В доме парней он был около трёх раз, занимался с Рики математикой, а в остальные отказывает. И прямо стыд не позволит сказать причину, ведь для обоих она будет единая:       Я сплю с твоим братом.       И иначе никак не расценить, любит — верно, но делает что? Только трахается, предпочитая умалчивать поочередно. Ники пообещал ему: Рики вернется ближе к вечеру с дополнительных, и они успеют разойтись. Интересно, почему юноша все еще не спрашивает насчет предосторожности своего возлюбленного. Сону настораживает, но и успокаивает. Смесь противоположных чувств — она преследует его с начала старшей школы.       Они приехали в частный дом Нишимуры на такси, Сону уже и подзабыл сюда дорогу. Помнит только высокие ворота с точеными пиками. Ники берёт его за влажную от волнения ладонь и ведёт ко входу, где на панели набирает: «240603». Сону дёргает головой, надеясь, что в мыслях его — чушь. Надежда в глазах парня расслабляет, Сону натянуто улыбается и плетётся за ним, разглядывая цветущий сад забытой привлекательности. Ремонт — подмечает Сону, видя масштабные изменения. Он с самого начала знает, что близнецы из обеспеченной, даже чересчур, семьи.       Если бы не загнанность Сону, он бы наслаждался красотами намного чаще, ведь оба всегда желают пригласить его. В голове всплывает картина возможного: парни давятся истиной и зверски обиженно смотрят в его наполненные смолью и слоем стекла глаза. Сделать бы всё, чтобы не допустить оплошность, ценою в искреннюю любовь.       Любит — просто сказано. У Сону безликая страсть в сосуде его души кипит при виде парней. О своей склонности к полиамории он, к сожалению, узнал поздно, оттого и часто находится в заблуждении собственных чувств. Тяжело.       И как же сей факт вещает о его уникальности.       Словно просыпается; Сону оступается на ступеньках и валится на Ники, громко охая. Он растерян и потихоньку приходит в себя. Парень ловит его за ладонь и тянет на себя, успокаивая вмиг бушующее сердце.       — Осторожней, — Сону кивает и перешагивает ступень. — Последний раз ты был у меня, когда занимался с Рики. Год назад где-то? — камень скользит на дно, а к горлу ком вскарабкивается. — В общем, у нас много что изменилось.       Ники ключами открывает входную дверь и пропускает парня, подталкивая в спину, чтобы не тормозил. И да… Сону замирает на месте, разглядывая новый интерьер коттеджа. Он оборачивается к Ники и выдыхает тихое «вау».       — Хочешь перекусить? Можем что-нибудь заказать, — а Рики бы предложил сготовить. Сону хмурит брови и качает головой.       — Мы недавно вернулись с тренировки, пусть организм расслабится, а потом уже что-то поедим, — отказывает Сону, он поправляет спортивную сумку на плече, и Ники любезно берёт её, закинув к себе.       — Как скажешь. Пошли в комнату или ты…       — В комнату! — Сону вскрикивает, оттого и парень морщится, но просто кивает и берёт его ладонь в свою.       В спальне Ники Сону ни разу не был, он даже не мог представить дизайн, расстановку мебели или отголоски увлечений. Знал только о полке с гантелями на утро и коллекции волейбольных мячей у окна — фотографии видел. И его прельщает желание Ники делиться своей жизнью с ним. Потому что Сону в ответ делится только фотографиями себя на пустом фоне, в красивых вещах и с лёгким макияжем. Он недостаточно раскрыт для всех, и близнецы стоят в самой последней очереди.       Любишь — доверяешь, и он доверяет, только играет с недосказанностью. Ещё нет трещин, они ожидаются в ближайшее никогда.       Сону хлопает в ладони, войдя в комнату — у Рики свет так включался. А сейчас будет магия. Люстра на потолке загорается, утопая в молоке натяжного потолка. Ники рядом задирает голову вверх и усмехается, вопрос так и остаётся немым — Сону указывает на пульт на тёмно-синей тумбе. Молчание щекочет слух, оттого Сону и тянет бесстыдно парня на себя, облизывает влажные губы; жаль не в бальзаме. Но от него всё равно несёт спелой вишней, в кармане электронка даёт ощущения. В нём просыпается желание властвовать над покорностью Ники, играть с ним и безустанно целовать.       Сладкий и едкий дым туманит взгляд — Ники морщится, наклоняясь ближе к Сону и видя, как парень бесстыдно наполняет свои лёгкие медленным ядом. И как же ему не нравится зависимость Сону — он думает, что парень зависим. А на самом деле Сону влечёт желание проявить себя.       Грубой хваткой Ники цепляет тонкие кисти, вытягивая вместе с НQD, и смотрит в глаза, наполненные наигранным недовольством. По его губам читается неприязнь, ведь это — край. А Сону словно провоцирует, выдыхая в лицо вишнёвым запахом.       — Ты доиграешься, — почти рычит, хватая Сону за мягкие щёки. — Ещё раз, Сону, и это полетит в стену, ты меня услышал? — в ответ качок головой.       — Ты же этого не сделаешь, — наклоняет голову вбок, отпихивая чужие ладони. — Не посмеешь, — сделает, и Сону знает.       Надкол, Сону вздрагивает от треска, пробившего слух. Тёмно-розовый корпус электронки разбит в щепки, а в глазах Ники пламя, слитое в черноту. И усмехается первым Сону, бьёт его по щеке и вскрикивает — парень толкает его на кровать с твёрдым матрасом. Он игнорирует всхлип — Сону самому нравится собственное искажение в боли.       — Тебе нравится, чёртов мазохист? — Сону сглатывает, а глаза впиваются в противоположные: рассерженные и грубые. — Каждый раз меня удивляешь и удивляешь.       В Ники есть грубость, и до неё нужно довести. Сону падок на сей соблазн. Парень крепко сжимает его за бёдра сквозь плотную ткань; у него хватает силы, чтобы почувствовать кожу. Из искусанных уст льются вскрики, а лаковые глаза под толщей кристального стекла.       И Сону в моменте не думает о возможных последствиях, лишь ощущает себя податливой массой, расплавившейся в тепле ладоней. Ники рывком стягивает с мягких бедер штаны с нижним бельем и бьёт, забыв, что его силы превосходящие. Его шлепки по ягодицам, как жжённый уголь по коже — травмирует. Сону с трудом переворачивается на живот, а его задница в растерзании.       — Не могу представить, как тебе это может нравиться, — Ники чуть склоняется, для удобства ставя парня в коленно-локтевую, и кладет ладонь на красное пятно, что вскоре приобретет фиалковый оттенок. — Синяки будут…       Сону пропускает мимо ушей, причмокивая губами и постанывая от нового удара, хотя на щеках уже греются слёзы. Ники терзает его недолго, приподнимает и подтягивает к себе, вознаграждая за выдержку лёгким поцелуем.       Зря.       Вставать сложно, Сону с поджатыми губами опускается на пол, поворачиваясь к зеркалу на большом шкафу. Масштабы он оценивает с энтузиазмом, проводит ладонью по красным ягодицам и замечает, что Ники неотрывно разглядывает его. Особенно обнажённый низ.       — Я хочу трахаться, надеюсь, ты разделяешь мои интересы на ближайшее будущее? — Сону умеет манипулировать и заставлять людей подмахивать ему. А особенно владеть влюблёнными близнецами. И шансы ничтожно малы — они никогда не откажут ему, если будут на грани.       Думать об обратном, Сону не думает, живёт тем, что имеет сейчас: своей влюблённостью и чувствами других. Он с лёгкостью подпускает к себе Ники и обнимает его, вставая на носочки. Ещё их разница — Ники выше Рики на полтора дюйма. Парень тяжело выдыхает, руками сжимая искрящиеся болью ягодицы и жмёт к себе. Они оба потные после тренировки, запыхавшиеся от активности и загоревшиеся хотением.       Сону целует первым, проталкиваясь языком меж тёплых губ, он крепко цепляется за точеные скулы и прикрывает глаза. Едва растворяясь в касаниях, что пятнают его по всему телу. Сону любит быть раздетым перед ним, прекрасно зная, сколько восхищение вызывает его фигура, оттого Ники и стягивает единственную на нём вещь, скрывающую полное обнажение. Насытить лёгкие нормой кислорода — невозможно, Сону вновь и вновь сдувается от слабых укусов и ласке шее.       — Пошли в душ… — Ники выдыхает ему в ключицы, между поцелуями и выпрямляется, принуждая взглядом согласиться.       Неугомонный Сону, а Ники — спокоен, он толкает дверь ванной комнаты и за руку заводит парня вперед. В душевой тесно, но вдвоём — хорошо. Ники зажимает Сону у стенки, приподнимая его за ноги и опуская их же на свои бёдра. Теперь он держится только за него, двинется — упадёт с последствиями. Ещё член, налитый возбуждением и влагой, скользит меж ягодиц, нанося дискомфорт от отсутствия трения. Сону смотрит парню в глаза с цветущей тенью в зрачках и берётся за шею, выпрямляя спину.       Последний раз он занимался сексом с Рики в начале недели, но недостаточно для того, чтобы без растяжки войти в него. Ники-то в безвестии, с чувством того, что Сону разделяет любовь только с ним и принимает исключительно его дозы.       Сону вскрикивает и дышит загнанно — в нём сразу три длинных пальца, растягивающих узкие стенки, требующие больших движений. Ники подпирает его крепче, перемещая ладонь на правую ягодицу.       Боль болью лечится.       Затекает спина, ощущения, словно под кожей мурашки бьют количеством. Сону вытягивает шею, стараясь расслабиться. Невозможность бьёт по осознанию. Ники без проблем погружает в него четвёртый палец, толкаясь всеми до вздохов.       Но опустошение наступает мгновенно, с дискомфортом от воздуха, ласкающего воспаленный анус. Ники опускает его на дрожащие ноги и переворачивает лицом к влажной стеклянной стенке. Сону липнет щекой к душевой кабинке. Его окатывает напор прохладной воды, но ему слишком тяжело дышать, чтобы вымолвить хоть слово против.       Он догадывается — Ники желает сладкого — он хочет вылизать его, как обычно грубо и глубоко. Уже тёплые капли воды скользят по бледным с красными пятнами ягодицам, а кожа покрывается неприятными, возбуждёнными от напора мурашками.       Ники давит на спину, заставляя парня выгнуться и предоставить себя. Он раздвигает мягкие форменные ягодицы и примыкает языком к промежности, толкаясь языком в глубь. Слышится треск — Сону от ощущения слегка бьётся лбом о стекло и выдыхает, стараясь расслабить себя.       — Не двигайся, — цедит Ники, обжигая нежную кожу, он проталкивает палец вместе со своим языком, а свободной ладонью берёт Сону за руки, заставляя держать себя.       И Сону поддаётся, раздвигает свою задницу, подставляя двойственное удовольствие, что через мгновение заканчивается.       Его раздражает привычка Ники не доводить дело до конца.       Нишимура поднимается в полный рост и обхватывает парня за талию, прижавшись бедрами к бёдрам. Его член дразняще скользит по заднице, толкаясь в промежность. Но он ждёт, пока Сону не начнёт скулить и просить.       И долго то не тянется, Сону истерически бьёт его ладонью по плечу и хнычет, выпячивая красную задницу вперёд.       — Ки… Я оторву тебе член, я отвечаю, — его обжигают слёзы от собственной оплошности, но Сону не оборачивается. Он старается не подавать виду, не находясь в курсе того, как между собой называют себя близнецы.       — Ки?.. Мне нравится, — усмехается парень, он и вправду не придаёт значение чужому прозвищу.       Толкается — привычно неожиданно и бьёт по ляжке, тогда Сону и приходит в себя, вспоминая каждое пятно на теле. Розы, цветущие на нём, ещё не скоро сойдут, а его встречи с Рики регулярные. Внутри его наполняет член, и ощущение совсем иное. Ники крепко обхватывает тряпичное тело и толкает себе на встречу.       Сону честно нравится сие положение, ему нравится, когда им управляют и когда его принуждают. А близнецы именно такие. Их характер разный, их привычки — далекие друг от друга, ещё подход к Сону… всё так не похоже между собой.       Локти больно бьются о стеклянную дверь, Сону поддается назад, насаживаясь на член и вскрикивая от ощущения. Он знает, чем заканчивается их встречи наперёд и подгоняет.       Ники доводит его до оргазма несколькими толчками и движениями на члене. Они покидают душ уставшими, но без ощущения неприятной влаги на себе. На предложение остаться, Сону качает головой и просит вызвать такси.       Ему комфортнее находится там, где есть кто-то один из них.