Tidal-Bore

      С ярко-красными волосами и сияющим жёлтым чемоданом, катящимся за ним по бетону, Уён подошёл к институту. Он был одет в свою повседневную одежду, сочетая кожаную куртку в гоночном стиле с рваными джинсами. Солнечные лучи отразились от его круглых солнцезащитных очков, когда он выглянул из-за них, чтобы найти Ёсана.       Снаружи собралась группа исследователей. В общей сложности пятеро погружались в воду, и трое из них взволнованно болтали, в то время как Ёсан — ответственный руководитель группы — стоял в нескольких шагах от них. Он ждал у входа, не отрывая глаз от телефона и своего багажа, стоявшего рядом. Коричневая сумка с книгами была перекинута через плечо, а его очки, как у ботаника, сидели на переносице, постоянно сползая. Когда он заметил броский внешний вид Уёна боковым зрением, то положил телефон в карман. Его приветливая улыбка была искажена, будто в муках.       — Доброе утро, — пропел ему Уён, когда обнял Ёсана в знак приветствия. Напрягшись, тот похлопал его по спине.       — Доброе… Мистер Уизли. Ты же знаешь, что это деловая поездка, да? Не мог устоять перед своими желаниями?       — Да ладно тебе, это не цвет Уизли. Уизли — рыжие. Это красный, как у Ариэль. Прямо в яблочко же, — он окинул Ёсана беглым взглядом. — Чего не скажешь о тебе. Это что, Индиана Джонс, если бы он был девственником?       Румянец Ёсана был почти таким же ярким, как волосы Уёна.       — Эй!       Пронзительный смех эхом разнесся по двору их института. Выглядя уже не так гордо, Ёсан поправил очки и провёл рукой по волосам, чтобы придать им идеальный уложенный вид. Идеальный по меркам людей с суши.       — Я понимаю, что ты через многое прошёл, но мы бы не хотели надсмехаться над их культурой при первой встрече. Это дипломатическая миссия, и изучение их обычаев — очень редкая возможность, — обратился Ёсан к Уёну, который был достаточно образованным, чтобы понять всю важность.       Вздохнув, Уён наклонился, взял багаж Ёсана и потащил их чемоданы за собой.       Частный автобус только завернул за угол, чтобы забрать их.       — Ёсан, никто не видел этот мультфильм, если только у них там нет настоящей Ариэль. Насколько нам известно, у них даже нет электричества. Можешь расслабиться.       Люди Атлантиды не были нецивилизованными дикарями. По-своему первобытные, они полагались на технологии, которые поддерживали жизнь их сородичей на протяжении тысячелетий. Но их технологии также были достаточно продвинутыми, чтобы противостоять океану в течение многих тысяч лет. Они бы не возразили против красных волос и байкерской куртки.       Ёсан проворчал, следуя за Уёном к автобусу. Остальные последовали за ними, и Уён получил возможность поприветствовать их после того, как они все забрались в транспорт. Он тренировался улыбаться перед зеркалом заранее, хотя мог сказать, что его улыбка потускнела из-за увиденного им сочувствия в чужих глазах.       Ёнгук был самым старшим из них и тем, кто проработал в институте дольше всего. Он специализировался на истории и отслеживании её следов сквозь время. Хотя он был немного скучным и замкнутым, Уён всегда считал его способным в своей области.       Кико была родом из Японии, и у неё была степень профессора морской биологии. Её глаза сверкали, когда она увлеченно рассказывала о глубоководных существах и о том, насколько они отличны от всего, что было на поверхности.       Петра была их добровольцем из Германии. Она присоединилась к команде совсем недавно, но сделала несколько впечатляющих открытий о технологиях, которые жители Атлантиды использовали на дне моря для поддержания жизни. Атлантиец, поддерживавший с ними связь, попросил её приехать, поскольку она произвела положительное впечатление своим стремлением к обучению, и Петра была невероятно рада сопровождать своих старших товарищей.       Все в команде весело и взволнованно болтали друг с другом. Они были первыми, кто получил официальное приглашение, и их босс был на седьмом небе от счастья, отправив их в Атлантиду. Они должны вести себя вежливо и дружелюбно, но в то же время искать ответы на все скрытые истины. Если они преуспеют, то в будущем может произойти больше обменов, и некоторые из атлантийцев смогут приехать к ним на сушу.       Ёсан был представителем и лицом их группы. Он поспешил напомнить оживленной компании об их задаче и кивнул Ёнгуку, молча держащему сумку на коленях.       — Классная прическа, — Кико улыбнулась Уёну, когда первый порыв разговоров стих, и они расслабились на своих местах.       Уён накрутил прядь на палец.       — Говорят, что этот цвет означает страсть. А ты как думаешь? — он приподнял брови, глядя на неё и флиртуя теперь более свободно, когда ему не нужно думать о Сынёне, ожидающем его дома.       Кико усмехнулась, не будучи той, кто поддался бы выходкам Уёна.       — Хочешь соблазнить рыб?       — Уизли, — пробормотал Ёсан себе под нос.       Петра вежливо рассмеялась. Она смотрела в окно, пока они мчались вниз к океану. Время от времени, она украдкой бросала короткие взгляды на Ёнгука, когда думала, что её никто не заметит. С полной беспечностью и тоской человека, родившегося не в тот век, мужчина взглянул на приближающуюся синюю полосу на горизонте.       Уён участвовал в изрядной доле морских исследований. Атлантида была главным открытием их института, и, хотя его сфера деятельности не имела ничего общего с проверкой уровня воды и прослушиванием сигналов со дна океана, ему всегда нравилось быть волонтёром. Океан и его обитатели были для него чудом, поэтому люди, живущие в самом его сердце, вызывали у Уёна трепет в груди.       Атлантида была открыта ещё до того, как он присоединился к институту. Мифический город на дне океана всегда вызывал у людей интерес, поэтому они посвятили ему свои поиски. После исследований с бесчисленным количеством подводных лодок и дронами, натыкавшихся на самых непонятных существ в морских глубинах, они нашли его. Остров, затонувший в самых тёмных глубинах за пределами берегов Центральной Америки. Сначала сканирование сонаром фиксировало только здания. Чем детальнее они воссоздавали 3D-модель затонувшего города, тем больше понимали, что эти дома были не разрушающимися руинами, а новыми постройками для живых людей.       Следующий дрон сделал несколько снимков людей, и с тех пор институт работал днём и ночью, чтобы установить с ними отношения и заверить обитателей глубин в том, что они не враги.       Теперь, когда они получили официальное приглашение приехать и провести там несколько недель для исследования, их определенно ждал большой прорыв. Уён уже знал, насколько длинным будет отчёт.       Путь вниз к пляжу проходил под беззаботную болтовню, но нервозность из-за приближающихся глубин давала о себе знать. Дядя Уёна был прав, предполагая, что участие в этом исследовании отвлечёт его от всего, что связано с Сынёном. Теперь, когда ему нужно было беспокоиться об акулах и уровне кислорода, он уже не чувствовал себя так плохо. По крайней мере, они не растопчут его сердце.       Автобус подкатил к остановке в гавани, и все пятеро собрались у причала. Ёсан оставил свой чемодан Уёну, пока искал человека, который доставил бы их на глубину, желательно в целости и сохранности.       Ёнгук и Уён стояли в стороне и молча смотрели на бескрайние просторы океана, в то время как девушки размышляли, какую еду можно подавать на такой глубине.       Наверняка морепродукты.       — У тебя клаустрофобия? — Уён решил начать беседу, пока начальник порта готовил подводную лодку, которая была почти такой же восхитительно жёлтой, как багаж Уёна. Ёсан бегал за мужчиной по пятам, как потерявшийся щенок, желая помочь, но не имея для этого опыта. Как хороший лучший друг, Уён только хихикнул, смотря на это зрелище.       Ёнгук пожал костлявыми плечами.       — Океан — самая подходящая могила. Если мы не сможем создать безопасный проход в глубины, то мы не подходим для того, чтобы исследовать их.       — Мудрые слова, — Уён провёл рукой по своим огненным волосам. Морской бриз играл с ним, и он запечатлел это чувство в своей голове, зная, что еще некоторое время не испытает его.       Вскоре подводная лодка была готова, и вода плескалась об её покрытые ракушками борта. Один за другим члены команды протиснулись через круглый люк и ввалились в скромное помещение. У них было достаточно места, но с шестью людьми быстро становилось душно.       Сканеры и индикаторы зажглись под пальцами капитана. Он проинструктировал Ёсана, как закрыть люк, и — очки почти упали с его лица — их великолепный лидер запер их внутри. Петра и Кико забились в угол, чтобы не путаться под ногами, пока остальные запирали багаж в сейфовых шкафах, чтобы он не задел их в случае, если они попадут в быстрые потоки воды.       Крошечное круглое окошко в носовой части подводной лодки выглядывало на мелководье. Его оттенок был ярким так близко к поверхности, и мелкие животные и насекомые проплывали мимо любопытного транспортного средства.       Ёсан зачитал координаты их капитану. После ещё одной проверки топлива, безопасности и кислорода, мужчина оглянулся через плечо на ожидающую исследовательскую группу.       — Мы погружаемся, — объявил он, когда все выглядели готовыми. Мгновение спустя тяжелая машина вокруг них с жужжанием ожила. Она опустилась ниже, направив нос к непостижимым глубинам. Внизу их ждала только темнота.       Уён устроился поудобнее, так как следующие несколько часов будут не более чем движением вниз. Он проверил свой телефон, не удивившись, что связи уже не было. Поскольку Сынёну нужны были его вещи, потому что должен был приехать его «друг», Уён попросил свою маму позаботиться об этом. Она была чуть ли не единственным человеком с достаточным терпением к выходкам Сынёна, и он уважал её достаточно, чтобы не доставлять ей хлопот, пока она была там.       Уён надеялся, что зонт Сынёна сегодня сломается, или что он наступит на деталь конструктора Lego. Ему не помешает немного боли.       Ёсан пристроился рядом с Уёном, напряжённый и взволнованный. В то время как Уён пролистывал список своих старых контактов и подумывал о том, чтобы связаться с кем-нибудь из тех, в чьей кровати он проводил ночь после очередной вечеринки, другой исследователь ждал их прибытия, как будто это должно было произойти через десять минут.       Не то чтобы Уён не интересовался Атлантидой, но это все ещё было его работой. И он был слишком эмоционально истощён, чтобы сосредоточиться на работе, пока в этом не было необходимости.       Он должен заставить Сынёна ревновать, даже если он не хотел, чтобы тот принял его обратно. Они были вместе достаточно долго, чтобы то, насколько быстро это переживёт Уён, ранило Сынёна, и Уён хотел побыть мелочным.       Напевая под нос о своих коварных планах, Уён сунул телефон обратно в карман. Его мести придётся подождать, пока он не вернётся из Атлантиды, так как Сынён не узнает об этом до его прихода.       Если только…       Уён взглянул на Ёсана, человека, наиболее подходящего на роль его лучшего друга, несмотря на их рабочие отношения. Ёсан был рядом, когда Сынён и Уён начали встречаться, когда Уён сходил по нему с ума, и Ёсан был здесь сейчас, когда всё развалилось.       Но нет, он стал бы ужасной заменой. К тому же он был бы слишком очевидным вариантом для притворных отношений.       Пока Кико и Петра болтали об Атлантиде и о том, какой древней она должна быть, основываясь на древнеримской истории, Уён разрабатывал свой план мести.       По мере того, как они погружались всё глубже и глубже в холодный океан, за пределами бледного света фар подводной лодки их ждала только темнота. Ни одна крупная рыба не осмеливалась подойти достаточно близко, а мелкие разбегались при приближении металлического монстра. Постоянное пиканье приборов, измерявших их местоположение и глубину, вселяло в Уёна чувство безопасности.       Хотя дно моря было тёмным, ужасающим местом, не созданным для людей, он был уверен в их успехе. В конце концов, атлантийцы были такими же людьми, как и они, живущими в океане так же, как они жили в горах. Им есть чему научить обитателей поверхности.       Уён задавался вопросом, были ли женихи-мудаки, которые шли на измену в отношениях, на самом деле наказаны смертью там, внизу.       Он предполагал, что скоро узнает. Через несколько часов город появится на их сканерах. А пока он расслабится и отвлечётся от мыслей о Сынёне.