Tidal-Bore

      Утром Уён не покидал кровати. Он дремал в объятиях крепких рук Сана, притуплявших любую боль и дарящих чувство безопасности. Его тело приятно, до блаженства, ныло. Расслабившись рядом с Саном, он спал в течение всего утра, пока Атлантида была занята подготовкой к отправлению учёных.       Он не объявился даже к тому моменту, когда терпение Ёсана кончилось. Все остальные собрались в назначенном месте, и Сонхва был готов сопроводить их наружу, но им не доставало одного человека. И нетрудно было догадаться, куда он запропастился.       Когда внизу послышались нетерпеливые шаги, Сан крепче обнял Уёна. Он уткнулся лицом в чужой затылок, крепко обнимая своего возлюбленного, пока сонливость постепенно рассеивалась, уступая место ледяному ужасу.       У них не осталось времени. Его было недостаточно, чтобы высказать всё, что хотелось. Жизнь разлучит их слишком жестоко.       Когда Уён задрожал, Сан прижался к нему обнаженным телом. Они отчаянно разделяли последнее тепло, затуманенным взглядом замечая силуэт человека, появившегося из-за занавески. Ёсан не выглядел раздражённым, скорее беспокоящимся. Обнаружив их прижавшимися друг к другу, он крикнул в сторону лестницы.       — Они здесь, Сонхва!       Уён попытался закрыть глаза и прогнать их, понимая, зачем они пришли. Понимая, что сейчас им придётся прощаться.       К сожалению, те не растворились в воздухе. Сонхва, поднявшись по лестнице, встал позади Ёсана, и в его взгляде читалось сочувствие. Видя, как они настолько тщетно цепляются друг за друга, его сердце разбивалось так же сильно, как и их.       — Уён… — обратился к нему Ёсан без нужды говорить что-то большее. В ответ Уён лишь повернулся на другой бок, зарываясь головой в грудь Сана. Следы от поцелуев усеивали их тела, словно напоминание, которое могли понять только они. Сан по-собственнически притянул его ближе.       — Он не хочет уходить, — прошептал Сан, как будто это что-то изменит. Как будто другие и так этого не знали.       — Он должен, — ответил Ёсан. Он не был холоден, но в его голосе звучали материнские нотки, будто ему надоело, что его ребёнок всё играет в прятки. Время пришло.       Уён закрыл глаза и попытался скрыть слёзы. Дрожащими руками он вцепился в Сана, надеясь, что их не разлучат, если он будет держаться достаточно крепко. Только сила и воля уже не имели значения. Другого выхода, кроме как разжать пальцы, не было.       — Ты должен понимать, Сан. Это нелегко для каждого из нас, — согласился Сонхва. Уён хотел засмеяться, потому что для некоторых из них всё было очень даже легко. Даже Ёсан, смотревший на Юнхо и Минги с таким обожанием в глазах, оставил их. Он не цеплялся за них до самой последней минуты. Это было не то же самое.       — Давай, Уён. Давай вернёмся домой. Позаботимся о Петре и обо всём остальном в институте, а потом ты сможешь вернуться во время следующей экспедиции.       Когда это произойдёт? Сколько времени потребуется, чтобы вернуться? Пять лет? Десять? Он не мог жить без Сана так долго.       По его коже пробежали мурашки, когда он вспомнил, что Сынён был там, на поверхности, просто ожидая продолжения их ругани. Уён прижался к Сану настолько близко, насколько было возможно, на что медиум обхватил его только сильнее. Ему хотелось спрятаться в нём, проскользнуть под чужую кожу и засесть там, где его никто не сможет найти.       — Я не хочу, — прохрипел Уён, и это было первое, что он сказал за сегодня. — Разве ты не можешь просто сказать, что я умер здесь, внизу? Вычеркнуть меня из записей? Мне никуда не нужно будет возвращаться, я могу жить здесь.       Ёсан покачал головой.       — Смерть Петры была несчастным случаем, но если мы потеряем двух ценных учёных за такой короткий промежуток, Атлантида будет считаться опасной зоной, и вернуться будет намного сложнее. Давай расскажем им о вас, сообщим твоему дяде. Возможно, у тебя получится вернуться через пару месяцев.       Этого было недостаточно. Кто знал, что произойдёт, и сможет ли он вернуться? Что, если нет? Как он будет жить дальше, зная, что Сан здесь, внизу, но они никогда не смогут увидеть друг друга?       Уён упрямо продолжал держаться за Сана. Успокаивающие прикосновения руки медиума, скользящей по спине, не могли облегчить его боль. Ни один из них не хотел выползать из своего кокона безопасности, последнего гарнизона между ними и бессердечными требованиями Ёсана.       — Может быть, есть другой способ, — встрял Сонхва. Его взгляд был нерешительным, словно он извинялся за решение Ёсана. Однако, похоже, он счёл несправедливым не возразить. — Вы сказали, что могли бы жить здесь, внизу. Неужели нет ничего, что удерживало бы Вас на поверхности? Ваша семья, Ваша прежняя жизнь?       Жизнь Уёна была разрушена в тот самый момент, когда он поймал Сынёна на измене. Всё там, наверху, будет напоминать Уёну о нём. Атлантида исцеляла его душу своей невероятностью.       — Я не хочу возвращаться, совсем. Здесь намного лучше, — он сжал Сана в объятиях, показывая, что имеет в виду.       Сонхва обменялся взглядом с Ёсаном.       — Может, ему стоит остаться?       Прищурившись, Ёсан попытался догадаться, о чём идёт речь.       — Что значит «остаться»?       — Я говорил об этом с Хонджуном и Шкскаем прошлым вечером. Отношения Сана с Уёном вызвали возмущение среди наших людей, но только потому, что они боялись, что Уён может попытаться забрать его на поверхность. Что, если мы сделаем всё наоборот? Если Уёна ничего не удерживает в его прошлой жизни, он мог бы начать новую здесь. Наш народ полюбил вас, особенно с тех пор, как вы помогли нам во время наводнения. Я уверен, что ваш институт мог бы извлечь выгоду, если кто-то останется здесь, внизу, и будет передавать сообщения. Он мог бы выучить наш язык и стать дипломатом, как и я, только со стороны поверхности. Я буду только счастлив обучить его.       Уён лежал с пустым взглядом во время большей части речи, но оживился ближе к концу. Одеяло соскользнуло с его обнажённого плеча, и Ёсан, покраснев, отвёл взгляд. Однако, он всё ещё помнил о своих словах.       — Так внезапно? Я был уверен, что потребуется больше переговоров, пока мы не сможем установить благоприятные отношения, — подозрительно спросил Ёсан. Черты его лица смягчились, но он не был тем, кто сразу же бы доверился чужому предложению.       Сонхва успокоил его яркой улыбкой.       — Вы заложили впечатляющий фундамент для нашего сотрудничества. Я уверен, что если Уён останется здесь, в отношениях, мы сможем построить будущее вместе. Более того, преданность Сана ему вызывает уважение у многих атлантийцев, — его нежный взгляд скользнул по их телам, замершим в надежде на лучшее. Рука Сана покоилась на спине Уёна, соединяя их теплом.       — Это неожиданно, но мне нравится ваша идея. По крайней мере пока. Мы уладим всё со своей стороны, и Уён сможет продолжать вести работу отсюда. Что ты на это скажешь? — Ёсан повернулся к Уёну. Ответ уже был написан на его лице, но он всё равно кивнул, полный энтузиазма.       — Я бы хотел этого! Пожалуйста, позвольте мне остаться! Я буду вести себя наилучшим образом!       Сонхва хихикнул от его громкого голоса.       — Я в этом и не сомневаюсь. В таком случае, пожалуйста, одевайтесь и приходите проводить ваших друзей. Я займусь приготовлениями, как только вернусь во дворец.       Он изящно кивнул и вышел, но Уён вскочил с кровати, чтобы прокричать ему вслед.       — Большое вам спасибо! Дайте нам всего минуту!       Когда Ёсан и Сонхва оставили их наедине, предпочтя поговорить о развитии дальнейших событий снаружи, Уён прыгнул в объятия Сана.       — Мы сделали это, Сан, мы сделали это! Я останусь, и никто не сможет забрать меня на сушу! — он обхватил плечи Сана руками, сжимая их как можно крепче, и медиум сделал то же самое в ответ. Сан, упираясь в плечо Уёна, неразборчиво бормотал.       — Я рад. Очень рад.       Они прижались друг к другу, дрожа, но больше не плача. На этот раз у Уёна было больше желания выпустить его из объятий и одеться. Они торопились, чтобы Ёсану больше не приходилось ждать, и он не успел пересмотреть своё решение. Хотя Уён был медлительным и пошатывался на ногах, Сан поддерживал его за талию, когда они бежали вниз по лестнице.       Ёсан и Сонхва ждали их снаружи, и они улыбнулись, увидев взъерошенную, но энергичную пару.       Вместе они проследовали на пляж. Некоторые атлантийцы пришли проводить их, а другие последовали за общим потоком, образовав толпу вокруг. Сонхва пришлось протискиваться мимо людей, чтобы провести их.       Шкскай и Хонджун были там, чтобы попрощаться с ними вместе с принцессой Тайрусс и её ребёнком. Юнхо и Минги стояли впереди, но даже не заметили, как Сонхва бросился сообщить лидерам об их решении. Их взгляды были прикованы к Ёсану и следовали за ним повсюду.       Сан остался рядом с Уёном, когда они подошли к Кико и Ёнгуку. Они выглядели спокойно, уходя, но на их лицах отразилась настороженность, когда они заметили, что улыбка Уёна была слишком счастливой перед расставанием со своим любимым.       Мгновение спустя всем объявили о происходящем, и по толпе пробежал ропот. Кико выглядела шокированной быстрым решением Уёна после столь недолгих отношений с Саном, а Ёнгук был удивлён, но старался этого не показывать.       — Не беспокойтесь обо мне, — усмехнулся Уён, покачивая ладонью, пальцы которой были переплетены с Саном. — Даже если мы с Саном начнём ругаться, я завёл здесь и других друзей. У меня есть Чонхо, Сонхва и Хонджун, конечно, — он оглянулся через плечо, пытаясь поймать взгляд мужчины. Когда Уён подмигнул ему, Хонджун проворчал в ответ. — Я, конечно, не планировал этого, но, в конце концов, я ведь дал обещание.       Уён показал свой безымянный палец в качестве доказательства, и Сан просиял от гордости рядом с ним. Он не мог различить все слова, однако медиум уловил общую суть, восхищаясь доверием Уёна к нему.       С этого момента всё пошло гладко. Шкскай принял Уёна и пригласил его остаться подольше. Хотя Чонхо сразу же предложил переехать к нему, Сонхва рассмеялся и сказал, что они обсудят это позже. Как важный дипломат, Уён заслуживал комнаты во дворце, и лучше, если та будет рядом с комнатой Сана.       Их возвращение на поверхность не было омрачено горем. Капитан ждал у шлюза, пока остальные прощались. После объятий Кико и Ёнгука, Ёсан крепко прижал Уёна к себе. Вздохнув, он с любовью похлопал его по плечу.       — Надеюсь, ты не пожалеешь об этом. Если тебе когда-нибудь понадобится, чтобы мы тебя забрали, просто сообщи.       — Я точно не пожалею обо всём рядом с Саном, — просиял Уён. Ёсан покачал головой, уходя к Юнхо и Минги. Застенчивый румянец отразился на его щеках от их внимательных взглядов.       — Я буду навещать вас, даже если я не могу остаться, как Уён. Пожалуйста, присмотрите за этим идиотом. Он может показаться занозой в заднице, но он дорог мне, — сказал он. Юнхо и Минги кивнули.       — Мы позаботимся о нём, — пообещал Юнхо. Когда он подошёл ближе, чтобы поцеловать Ёсана, учёный потянулся навстречу его прикосновениям, не смущаясь от количества людей вокруг. Минги был следующим, выражая свои чувства поцелуем, гораздо более нежным, чем можно было ожидать от мужчины его габаритов.       Боль их расставания отозвалась в груди Уёна. Когда те отстранились друг от друга, Сан утешающе сжал его ладонь.       — В следующий раз, когда ты вернёшься сюда, позволь нам подарить тебе жемчуг. Он был бы тебе к лицу, — пробормотал Минги своим низким голосом. Когда Ёсан посмотрел себе под ноги, воины ухмыльнулись.       — Конечно… я буду с нетерпением ждать этого, — он отвернулся, пытаясь скрыть свои пылающие румянцем щёки. Когда все собрались у шлюза, Уён остался рядом с Саном.       — Ещё раз спасибо вам за то, что позаботились о нас. Мы многому научились и с радостью будем поддерживать контакт, — Ёсан пожал руку Сонхва, чуть поклонившись.       — Взаимно, — с улыбкой ответил Сонхва.       Уён остался рядом с народом Атлантиды, помахав им вслед. Теперь их было на двоих меньше, они сильно пострадали от полученных травм, но все трое были рады вернуться домой. Уён, с другой стороны, нигде не чувствовал себя так хорошо, как здесь.       Ворота распахнулись и закрылись за ними. Вместе атлантийцы ждали, когда подводная лодка проплывёт мимо купола. Только после того, как она исчезла в глубине, направляясь домой, толпа рассеялась.       Сонхва остался с лидерами и Уёном. Сан, конечно же, тоже находился рядом.       — Попрощавшись с Вашими друзьями, мы ещё раз приветствуем Вас здесь как гостя. Давайте обсудим всё за ужином, — сказал Сонхва. Стоявший рядом с ним Шкскай улыбнулся, в то время как Хонджун обнял Сонхва за талию, поддерживая своего мужа.       Уён кивнул, не отнимая своей руки от руки Сана.       — Большое вам спасибо. Надеюсь на вашу заботу.       Они ушли, чтобы вернуться в Атлантиду вместе, в то время как Уён надеялся, что остальные удачно вернутся на поверхность.