Ты можешь назвать эту песню набором бессмысленных фраз...

На следующий Сашин день в школе, с утра, как только прозвенел звонок, в класс ввалился светловолосый парень с щедро рассыпанными на лице веснушками, видавший виды потрёпанный портфель висел на одном плече. — Андрей! Снег пойдёт, не иначе, раз ты решил почтить нас своим присутствием. — Светлана Дмитриевна театрально схватилась за сердце, потом строго спросила. — Где был? — Болел, — не моргнув глазом, ответил парень. — А справка где? — Будет, обязательно. Я просто это… Дома забыл. — И прокатывает же каждый раз, — протянула Ксю с удивлением и лёгкой завистью. Андрей плюхнулся на парту перед ним, с грохотом отодвинув стул. — Что, каникулы себе продлить решил? — насмешливо спросила она. — Ну а что? — отозвался он, закинув руки за голову. — И тебе привет, кстати, Ксюх. Андрей пожал её руку, потом повернулся к Саше. — А ты новенькая, да? — Нет, просто кому-то в школу надо ходить почаще, а то вот, уже одноклассников не узнаёшь, — вмешалась Ксю, полюбовалась напряжённым сосредоточенным лицом и попытками вспомнить, потом призналась. — Ладно, шучу. — Саша, — представилась она после этой шутливой перепалки. — Прикольное имя. А тебе нравится, когда тебя Саня называют? — Да. — Хм… А Шурочка? Или, вот, ещё лучше, Шунечка? — весело спросил Андрей. — Да иди ты, — раздражённо бросила Саша, кажется, чуть громче, чем нужно. Учительница постучала указкой по столу, привлекая внимание. Ребята замолчали, но сосредоточиться на уроке у неё всё равно не вышло, тем более что Ксю то и дело толкала её в бок и шептала что-нибудь на ухо. Саша смотрела то в тетрадь Андрея, где он рисовал на полях неприличные рисунки, то скучающе поглядывала в окно. — Какие вы знаете разноспрягаемые глаголы? — спросила учительница. — Кофе, — вдруг ответил Андрей. По классу прокатились смешки. — Андрей, тебе лишь бы что-то сказать, — устало вздохнула русичка. — Кофе — это, по-твоему, глагол? — Да это так, мысли вслух. — Их необязательно озвучивать. — Не отвечаю — не нравится, отвечаю — тоже не нравится, да как так-то? — с искренней обидой в голосе воскликнул Андрей. — Девчонки, я понимаю, что двадцать третье февраля нескоро, но у меня для вас идея. Давайте Андрею скотч купим, — предложила учительница. — Я согласна, — тут же отозвалась Ксю. — Зачем в школу только пришёл, ругаются все… — Андрей! — Понял-понял, молчу, — Андрей сложил руки на парте. Молчания хватило ровно на несколько минут. — Среди ублюдков шёл артист в кожаном плаще… — запел Андрей. — Мёртвый анархист… — не удержавшись, допела Саша. Светлана Дмитриевна постучала указкой по столу: — А ну-ка что это за концерт? — Стойте, подождите минутку, — сказала учительница после звонка. — Нужно провести урок в пятом классе. Есть желающие? Желающих ожидаемо не нашлось. — Значит, выбираю я. Вот вы, любители музыки, — показала она на Андрея и Сашу. — И Ксению с собой берите. Оценки вам за это поставлю. — Хорошие? — уточнил Андрей. — Лично тебе поставлю два, — пообещала Светлана Дмитриевна. — Вот скажи, как тебе вообще в голову пришло петь на уроке, придурок? — прошипела Ксю и отвесила ему подзатыльник. — Теперь ещё мне нужно заниматься этой хернёй. — Ну, чё я, думал, что ли… — пробурчал он. — Заметно, что нет, — ядовито ответила Ксю. — Так, всё, расскажем что-нибудь мелким, и всего делов, — сказала Саша. — Андрей их разве что материться может научить, — фыркнула Ксю. Не прекращая пререкаться, компания вышла из школы. Едва они завернули за угол, Ксю и Андрей синхронно щёлкнули зажигалкой, доставая сигареты. — Да вас обоих, я смотрю, к детям подпускать нельзя, — усмехнулась Саша, спросила у Андрея. — Неужели тебе никогда не хотелось бросить? — Не-е, ты чё, — помотал головой он. — Уж если гробить своё здоровье, так хоть с удовольствием и без угрызений совести. — Короче, давайте я всё сделаю, а потом просто текст выучите, и всё? — предложила Саша. — Хорошая идея, мне нравится, — обрадовался Андрей. — Значит, я могу идти домой спать? — У тебя что, совсем совести нет? — вскинулась Ксю, тоном, не терпящим возражений, заявила. — Саш, пиши всё сама, если хочешь, но мы сейчас идём с тобой — помогать. Ну или хотя бы морально поддерживать. — Это у тебя совести нет, садистка, — тоскливо простонал Андрей, но всё же нехотя согласился. — Значит, музыкой увлекаешься? — спросил Андрей. — Я, кстати, тоже. На гитаре играю. — Везёт мне в последнее время на знакомых-музыкантов, — усмехнулась Саша, села за компьютер. Андрей и Ксю ушли на кухню, чтобы ей не мешать. Саша застучала по клавиатуре, прислушиваясь к очередной перебранке за стеной. На душе отчего-то было очень тепло, Саша иронично подумала, что, пожалуй, готова поблагодарить и Андрея, решившего попеть на уроке, и даже учительницу, заставившую их сейчас это готовить это всё. — Вот, держите. — Саша раздала всем листочки с текстом. — Э, а чё так много-то? — Он просто больше трёх абзацев не переваривает, — ехидно сказала Ксю, уворачиваясь от свёрнутых в трубочку листов с текстом. — Я для чего тебе распечатывала, идиот? — Саша отобрала у него листы, решительно заявила. — Репетируем. — Ну заче-ем? — протянул Андрей. — Потому что я не хочу, чтоб мы вышли и опозорились. Так что давай, лентяй, начинай. Ты, кстати, первым выступаешь. Наскоро прогнав пару раз материал, ребята разошлись по домам. То, насколько это была фатальная ошибка, Саша поняла только тогда, когда Андрей вышел рассказывать: — Ал… Алч… Саша, чё это за слово вообще? Дети это поймут, по-твоему? — Ну ты думаешь я прям сама всё писала? — громким шёпотом ответила Саша. — Пропустил бы. Потом запоздало поняла, что на первых партах её точно было слышно, порадовалась, что хоть учительница куда-то вышла. Саша забрала у Андрея листок, решив хоть как-то попытаться разрулить неприятную ситуацию, незаметно включила телефон. — Алчущие. Происходит от слова «алкать». Ударение на второй слог. — Саша мужественно проигнорировала смешки. — Значит, чего-то очень сильно желать. Вам понятно? Теперь скажите, какое это спряжение? Пятиклассники отреагировали тишиной и искренним недоумением в глазах, тогда Саша перевела взгляд на Андрея. — Алкаш, — выдал он. — Ты про себя, что ли? — закатила глаза Ксю. Дети отреагировали дружным хохотом, Саше отчаянно захотелось провалиться сквозь землю. Она поняла, что ещё чуть-чуть, и урок будет безнадёжно сорван, крикнула, от души стукнув ладонью по столу: — Тихо всем! Сейчас двойки ставить начну, подряд, по списку. Когда Светлана Дмитриевна вернулась, относительный порядок был восстановлен. Остальное Андрей дорассказал без приключений. Саша с облегчением выдохнула, когда он передал указку Ксю. Андрей сел за первую парту, шумно отодвинул стул, задел железную парту, в классе раздался грохот. Андрей своей широкой спиной заслонил заслонил вид сидящей позади пятикласснице, понял это и встал с таким же грохотом, матернулся себе под нос. Класс вновь отреагировал дружным смехом. Ксю, вышедшая к доске, тоже тихонько засмеялась, прикрыв лицо листочком. Саша тоже не смогла сдержать смешка. Андрей сел на место, на этот раз тихо, но класс всё равно никак не мог успокоиться. Ксю раз за разом пыталась начать рассказывать, но каждый раз неизбежно срывалась на смех. —Так, всё отвлеклись, посмеялись минутку, и хватит, — сказала Светлана Дмитриевна. Саша, с трудом вернув себе серьёзный вид, демонстративно открыла журнал. В глазах русички читались слова, которых нет ни в одном слова, которые никак не могли относиться к литературному языку. Все облегчённо выдохнули, когда наконец прозвенел звонок и дети, похватав сумки, убежали, не успев даже записать домашку. — А можно ему два, он урок сорвал, — предложила Ксю. — Всем пять — старались же, — устало вздохнула Светлана Дмитриевна, чуть ли не вытолкала их за дверь. — И идите уже, ради бога. Потом она взглянула на Андрея, взяла его за руку, сказала: — Хватит народ развлекать, Андрей. Снимай шутовской колпак. Не к лицу тебе. — А мне, может, нравится шутом быть, — упрямо ответил он, вздёрнув подбородок. — В этом и цель, понимаете? Учительница не нашлась, что ответить и Андрей, пробормотав: «До свидания», побежал догонять девчонок. — Ну теперь ори, ругай, говори, что хочешь, — выпалил он, поравнявшись с Сашей, добавил немного неловко. — Прости. Саша глубоко вдохнула, посчитала до десяти, умиротворённо сказала: — Всё хорошо. Мы провели урок, даже пятёрки за это получили, детей вон повеселили. Справились, главное. — Ну вот и хорошо, — обрадовался Андрей, перед тем, как разойтись по разным раздевалкам, предложил. — Подождать вас? — Подожди, если не шутишь, — пожала плечами Ксю. Когда девочки вышли, Андрей обратил внимание на гитару у Саши на плече: — Ты нафига в школу с гитарой таскаешься? — Занятие у меня должно было быть. Отменилось правда. — О, значит, ты сейчас свободна? — оживился Андрей. — А ты, Ксюх? — Спрашиваешь ещё, — усмехнулась она. — С меня хватит и того, что я в школе полдня отсидела. — Я вот чё думаю… Пойдёмте, может, отметим это дело? — Я правильно понимаю, что ты нас зовёшь бухать по школы? — недовольно изогнула бровь Ксю. Саша не поняла — то ли та злится на Андрея, то ли просто на что-то ещё. — Можете отказаться, — пожал плечами он. — Не настаиваю. Ксю промолчала, и Саша поняла, что решение принимать ей. — А чё б нет-то? — легко пожала плечами Саша. Андрей, кажется, обрадовался. — Удивляешь. Серьёзно, — покачала головой Ксю, потом проворчала, глядя на Андрея. — Нет, я не понимаю, тебя что, все твои друзья на хер послали? — Ты чего сегодня такая вредная? — Андрей хлопнул её по плечу. — Всегда такая, не замечал? — ответила она без улыбки. Ребята расположились на всё той же старой полузаброшенной детской площадке. — Девчонки, я вас оставлю. — Андрей склонился в шутовском поклоне, потом вернулся, кинул Саше в руки банку пива, ехидно спросил. — А может, тебе всё-таки сока надо было взять? — Пошёл в жопу, — лениво отозвалась она, открыла прохладную запотевшую банку. Она расселись на ржавой скрипучей карусели, Саша осторожно отхлебнула глоток. — Ну чё, Сань, как? — Андрей с интересом уставился на неё. — Гадость, — поморщилась Саша. — Но пить можно. «Видел бы меня сейчас отец. Надеюсь, это достаточно плохая компания?» — подумала она с мрачным удовольствием. Пиво закончилось, а Андрей заявил, что за новым идти ему лень, Саша добавила, что и хватит. А просто сидеть было скучно, хотелось веселья, и тут Ксю предложила: — Саш, у тебя ж гитара с собой. Пошли поиграем. — А давайте! — с восторгом откликнулась Саша, поняла, что именно этого ей сейчас так не хватало. Они вышли на людную улицу, Саша достала гитару, пристроила рядом чехол от неё. Они не договаривались, что будут играть, вообще это не обсуждали, но Саша ни секунды не сомневалась, начиная играть «Мёртвого анархиста». Она с первых аккордов поймала довольные улыбки ребят. — Крикнул он: «Хой», челюсть долой! — пела Саша, срывая голос, не жалея гитарных струн. Андрей активно жестикулировал, притопывал в такт ногой, всем своим видом показывая, как кайфует от песни. Ксю тоже подпевала, дополняя своим высоким голосом Сашин, низкий и глубокий. Может, от выпитого пива, а может, от заразительной беззаботности Андрея, Саша не обращала внимания, даже если кое-где и лажала по-крупному, не думала о том, что её голос сейчас далеко не образец идеального вокала. Прохожие останавливались послушать, улыбались, в чехол от гитары даже иногда сыпалась мелочь — ребята едва ли это замечали. Ощущение свободы и чистого кайфа разгоняло кровь сильнее любого алкоголя. Они отыграли несколько песен Шутов, Андрей с досадой сказал: — Ну вот чё я гитару не взял? Ну ты, Саш, играй, а то зря пришли, что ли? — Теперь Цоя давай, — проговорила Ксю, пытаясь отдышаться. Саша кивнула подруге, начала играть «Звезду по имени Солнце». Потом не смогла отказать себе в удовольствии спеть «Выхода нет» и «Орбит без сахара». Ксю подпевала, а Сашу до самых кончиков пальцев переполняло счастье. Играть любимые песни вот так, было совсем не то же самое, как сидеть у себя в комнате и тихо что-то наигрывать. Потом она принялась за менее известные, но нисколько не меньше любимые. Ребята то и дело предлагали ей спеть то одно, то другое, Саша не отказывалась, и они глазом моргнуть не успели, как пролетело два часа. — Нереально… — выдохнула Ксю. — Одной вот так играть — совсем не то. — Ага. Охрененно круто. И вы крутые, хоть и девчонки, — согласился Андрей, получив яростный тычок в бок от Ксю, быстро поправился. — Просто крутые, то есть. Сань, а ты раньше много на улице играла? — Ну вообще… Ни разу, — призналась она. — Обалдеть, — присвистнул Андрей. — А ты молодец, ну… не растерялась. — И что, даже не страшно? — с любопытством спросила Ксю. — Не очень, — честно ответила Саша. — Я, когда играю, вообще ни о чём не думаю… Закрываю глаза и… ну как будто бы одна пою, для себя. После они сошлись во мнении, что им непеременно надо будет как-нибудь собраться поиграть ещё. А Саша вдруг вспомнила про свою мечту, про разговор с Ксю у себя дома и спросила Андрея: — Слушай, а ты как не гитаре играешь? Хорошо? — Да ужасно, — серьёзно ответил он. — Гитару в руках держать научился, да пару аккордов выучил. — О, круто, значит, ты нам и нужен, — обрадовалась Ксю. — Мы с ней группу хотим создать, — объяснила Саша. Стало немного страшно — мало ли, как Андрей отнесётся к их затее, но отступать было уже поздно. — Группу? А я тут причём? — Саш, а тебе тоже хочется иногда треснуть его чем-нибудь по башке? — обернулась к подруге Ксю. Саша только пожала плечами, усмехнувшись, мол, что есть, то есть, Андрюх. — Да ладно, шучу я, — сдался Андрей. — А вообще, я за. Давайте. Ну чё, почему нет? Саша мысленно усмехнулась: наверное, такие решения должны приниматься как-то по-другому, но… Так, пожалуй, даже лучше. По дороге домой она принялась вдохновенно излагать идеи, рассказывать о том, пишет, Андрей с интересом слушал, и это было так необычно, так странно… — Спасибо, — искренне сказала Саша. — Да это тебе спасибо, чё, — пробормотала, смутившись, Ксю, Андрей и вовсе промолчал, а на душе у неё вдруг стало очень тепло. Ребята разошлись по домам, договорившись обсудить остальное завтра на уроках, ну или после. А Саша не слышала музыки в наушниках, потому что в голове звучали те песни, что они пели сегодня.