Механокультиватор

      Добровольцы нашлись быстро — Астра из моего звена и неизвестный мне пилот-середняк, тоже закончивший школу в этом году, представившийся Максом из рода Мин. К счастью, сообразил я не сразу, а потом уже и лицо удержать сумел… в смысле не заржать в голос, так-то я по-прежнему даже челюстью при разговоре не двигаю.       Полагаю, были и другие добровольцы, но мудрое начальство решило более опытных бойцов попридержать — авантюра на то и авантюра, что удел авантюрных, сиречь, молодых и горячих. С Доспехами, однако, нам пошли навстречу в полный рост: обоим добровольцам выдали внеклассовые, долго пылившиеся в ангаре по причине сомнительной боеспособности. Насколько я понимаю — когда-то очень давно их отправили сюда чисто для галочки, мол, на каждой заставе в запасниках должно быть Н внеклассовых Доспехов, а что они не под бой заточены — то уже несущественные для бюрократии мелочи.       Средний из средних, быстрый, и все его штатные малые усиления — тоже на скорость, а суперприём и вовсе заточен исключительно под драп: Доспех разделяется на несколько абсолютно идентичных дублей, которые с совершенно феерической скоростью разбегаются в разные стороны, как тараканы при включении света на кухне… А когда кончается вложенная в приём энергия, уничтожаются лишние дубли или пилоту попросту надоедает бежать во все стороны сразу — он назначает один из оставшихся дублей настоящим и все остальные исчезают. Вот такой вот, блин, кот Шрёдингера на шесть центнеров… или это дифракция с интерференцией получаются?       С легким из лёгких ситуация вообще анекдотическая: у него спецприём был пассивным и неотключаемым — практически абсолютное игнорирование атак из задней полусферы, комбинация какого-то искривления пространства, радикально затрудняющего прицеливание, и усиления брони. Скажем наше гордое «нет!» подлым трусам, бьющим в спину… и, фактически, оставим Доспех без нормального суперприёма. Учитывая, что от лёгкого Доспеха ожидается в первую очередь высокомобильный и высокоманёвренный бой — на самом деле не так уж и бестолково, ибо позволяет спокойно сосредоточиться на одной цели, вот только энергии на активацию этот "москит" требовал поболе, чем иной тяжёлый!       В ангаре нашлись и другие интересные варианты примерно сопоставимого уровня бредовости, но тяжёлые, а тяжёлых добровольцев кроме меня как-то не было. Ну или начальство не пустило — тоже, в общем-то, правильно, это я такой шустрый, а классические тяжи обычно весьма неторопливы и в концепцию мобильной группы вписываются плохо.              * * *              Расщедрилось начальство и на куда более ценный в текущей ситуации ресурс — время мастера Салима. На личные средства командования была скуплена чуть ли не половина имевшихся в наличии «заплаток» — исключительно для улучшения наших Доспехов. Я немедленно наложил жадные лапы на те, что давали максимальные «штрафы», правда, когда мастер Салим посоветовал одну из выбранных мной заплаток поставить на средний Доспех — без возражений поменялся, в конце концов, у меня и «авоська» есть.       Не знаю, как у ребят — наверное, никак, им-то Доспехи не по живому правили — а у меня ощущения были своеобразные. Как будто я внутри весь растягиваюсь, становясь сильно больше, чем снаружи… а потом ещё и сжимаюсь, не уменьшаясь внутри… и ещё снаружи весь словно коркой покрылся, которая потом как бы впиталась… В общем, в человеческом языке нужных слов я не нашёл, а писать старшим письмом не умею… вроде бы. В результате этих манипуляций я получил некоторое небольшое более-менее равномерное улучшение всех характеристик и примерно удвоение базового резерва. Если меня вот-прям-щаз из Доспеха вынуть — активировать его опять я, наверное, смогу… с большим трудом… а вот чтобы полностью его зарядить понадобятся уже десять обычных пилотов…       И это всё моё!       Ребятам Доспехи прокачали с максимальным упором в эффективность, ибо бегать нам предстояло долго, ни на что другое денег уже особо не оставалось даже с учётом всех мыслимых финансовых махинаций — вроде скидок за опт, военное положение и спасение самого мастера в рассрочку. А давать в долг ему религия не позволяет, в смысле — лицензия кузнеца.              * * *              Выход нам назначили на четыре часа дня — чтобы живые успели нормально пообедать и немного отдохнуть, в идеале — поспать.       Я же отправился медитировать, давно этого не делал… по ощущениям, во всяком случае, и у меня накопились некоторые вопросы, правда, к сожалению, к себе, так что на внятные ответы рассчитывать особо не приходится.       Начал я было с обычной глубокой медитации, но картина там выглядела настолько неправильной, что пришлось вернуться на уровень попроще. На уровне попроще затрофеенный — похоже, с куском души пилота или, как минимум, духа вражьего Доспеха — меч плакал, бился головой об стену и вообще всячески страдал. То ли не хотел служить мне, то ли не хотел сидеть без дела — я даже не стал разбираться, скомандовал ему мысленно «стой! смир-рна! кр-ругом! отставить!», построил квадратно-гнездовым и банально утопил в своей энергии, подключая к арсеналу параллельно уже имеющемуся оружию… даже не особо поняв, что и как я делаю. Подозреваю, что эти вот стрёмные фокусы — это последствия контакта с тем клятым «мастером», чтоб ему на том свете икалось. Видимо, какие-то его куски в меня впитались и теперь вот так пытаются прорасти, чтоб ему ни дна, ни покрышки!       После этого глубокая медитация пошла… заметно тяжелее, чем раньше — я прямо чувствовал, как инородный кусок медленно и неохотно растворяется во мне, разделяясь на то, что я от него взял своей волей, и ненужный мне шлак, который приходилось выжигать своей энергией, которую, между прочим, стоило бы поберечь для предстоящей вылазки.       По итогу я всё же вышел в плюс, пусть и совсем крохотный: ещё даже не дойдя до середины процесса растворения, очистки и ассимиляции, новый кусок начал давать энергии больше, чем я тратил на его освоение, а ближе к концу перекрыл и расходы на выжигание шлака. Плюс ещё сразу после боя замеченное увеличение скорости восстановления резерва мне ни разу не померещилось. В общем, манчкин обыкновенный, одна штука, ещё несколько таких апгрейдов — и вообще стану Марти Сью.       Учитывая специфику этого мира — крайне необходимо для выживания…              * * *              Ребята из-за ерунды не рефлексировали, новым крутым Доспехам радовались искренне и от всей души, а возможности мир посмотреть и себя показать без оглядки на здравый смысл радовались ещё больше. Я построил их на полигоне, посмотрел на сияющие даже сквозь Доспех лица и мысленно вздохнул.       — Значит, так. У нас есть две задачи, одна очень большая, а другая — очень важная. Большая — это дожить до подхода подкреплений, которые должны прийти через два дня. Шансов, прямо скажу, мало. Важная — это собрать о врагах как можно больше информации и максимально испортить им всё, что можно, и хотя бы плюнуть в то, что испортить нельзя никак. Шансов, сами понимаете, побольше, но тоже не сказочно много. Посему порядок действий такой: берём амулеты связи с заставой, каждый, и докладываем обо всём, что кажется подозрительным, опасным, интересным или просто выглядит не так, как было вчера, даже если это всего лишь перевёрнутый камень. Нас будут слушать круглосуточно и важное выберут без нашего участия. Друг на друга не оглядываемся, друг с другом не обсуждаем. Заметил — доложил. Думать — не надо! Дальше. В любой непонятной ситуации — быстро бежать на контрольную точку и ждать остальных. Если контрольная точка не назначена или занята противником — в два раза быстрее бежать на заставу. Отсутствие связи — ситуация очень непонятная! Любые добытые сведения абсолютно бесполезны, пока они не доставлены командованию, а трупы докладывать не умеют. Так что героизм отставить, здравый смысл включить, а кто сдохнет — тот потом всех пивом поит за свой счёт! Первая контрольная точка, до заката — знаете прудик возле холмика, что в получасе ходьбы на северо-северо-восток от заставы, там ещё ива расколотая? Вот возле ивы и собираемся, если что. Вторая контрольная точка, от заката до полуночи — овражек такой каменистый, и там три тополя сверху, это от заставы на северо-запад, чуть поближе первой точки. Следующую точку назначу позже, по обстоятельствам.              Чисто формально Мин Макс был знатнее меня — у него целый род, а я числился потомком крестьянина бесфамильного. С другой стороны, у меня был титул воина, а он был всего лишь выпускником, как и Астра, и потому командовать назначили меня… ну или инициатива наказуема исполнением, не суть важно. Мою вводную речь ребята прослушали не особо внимательно, про пиво похихикали, нацепили амулеты и мы пошли творить дичь.       Ну, то есть, они-то думали, что мы пошли воевать, но командиром-то назначили меня…              * * *              Из ворот заставы мы отправились прямо на север, бодрой трусцой: я впереди, Макс посередине и Астра замыкающим. На вопрос Макса, почему бы не пустить лёгкий Доспех вперёд на разведку, как ему предписано по классу, я пояснил, что своим сенсорам доверяю несколько больше, посему иду впереди, шансов пережить удар в спину у него больше, чем у нас обоих вместе взятых, посему он позади.       Восприятие Доспеха от обычного человеческого отличается заметно — оно шире, глубже и острее, хотя и ограничено только зрением и слухом (мизерная капелька осязания не в счёт). Исходно сенсоры Доспехов как бы дублируют соответствующие каналы восприятия, но, как мне недавно продемонстрировал мастер Салим, есть нюансы.       Я чуть-чуть подумал об этом и закрыл глаза… ну, не полностью, а примерно так, как тогда в Кузне. Окружающая действительность изменилась, точнее, изменились привычные цвета. Я подумал ещё и вспомнил древнюю-древнюю игрушку «чужой против хищника». Сама игрушка сейчас не важна, важна хищникова маска-визор с переключением режимов. Я попробовал переключить режим зрения… и ничего не произошло. Я мысленно нахмурился. Картинка изменилась вновь. После примерно минуты экспериментов я добился нужного эффекта: если слегка прищуриться, сделать брови домиком и смотреть как бы искоса — окружающий фон заметно сереет, а Доспехи начинают металлически отблёскивать и слабо светиться. Напитав глаза энергией я немного увеличил контрастность эффекта. Надеюсь, и чувствительность тоже.       Но до хищника мне, конечно, как до Китая в неудобной позе…       — План такой: бежим на север, пока не встретим противника, там по ситуации — или бьём их, или драпаем на юго-запад через лес. Левее дороги, дальность четыреста-пятьсот, два Доспеха на уровне земли. Средние или тяжёлые. К бою товьсь! — если бы не вбитая тренировками привычка, расслабившиеся ребята, наверное, так и прохлопали бы ушами моё предупреждение. Я скинул короткими кодами на заставу доклад об обнаруженном противнике. — Астра, по команде обходишь меня слева, влезаешь между ними, спиной дразнишь ближнего, бьёшь дальнего! Макс, по команде обходишь меня справа, берёшь дальнего в клещи с Астрой! Главный приоритет обоим — защита. Я бью ближнего, кто первый управится — помогает с последним. В атаке нужна напитка, у засадников была энергетическая защита, но без фанатизма, нам ещё всю ночь бегать.       За десять метров до врагов я скомандовал атаку, и с топором и щитом рванул следом за резко ускорившимися бойцами.       Весь план чуть не пошёл псу под хвост из-за двух маленьких нюансов: мои подчинённые врагов не видели до самого последнего момента, а наведение с чужих слов оказалось предсказуемо неточным, враги же не поняли, что мы их обнаружили, не ожидали от нас столь резкого ускорения, и поднялись из засады слишком поздно. В результате Астра, немного недооценивший дистанцию, бодро пробежался и по ещё лежащему ближнему, и по едва приподнявшемуся дальнему, после чего, поняв свою ошибку, заложил лихой вираж, возвращаясь на дорогу. Немного отставший Макс, который дистанцию переоценил, да ещё и решил, что враги заметно левее, чем на самом деле, тоже пробежался по ближнему, вновь не дав ему подняться, долбанул клевцом дальнего куда попало и только после этого развернулся… И как раз в этот момент я, дабы поддержать командный дух, просто всем весом прыгнул на всё ещё пытающегося подняться ближнего, с прыжка и замаха всем весом опуская от души раскрученный топор на голову дальнего… точнее, куда-то в район его правого плеча, он попытался откатиться боком в сторону дороги. Не дожидаясь реакции всё ещё валяющегося ближнего, я кувыркнулся вслед за подранком, заорав во весь голос «бей тюленя!» — как ни странно, ребята поняли меня правильно, и Астра немедленно скользнул к поднимающемуся врагу, получив от выкатившегося на дорогу бывшего дальнего удар в спину, который даже не заметил.       Только сейчас я заметил, что у врагов тяжёлые Доспехи. Чисто формально лёгкий и средний вместе как бы равны по силе тяжёлому, но это только в теории. Я уже убедился утром, что наши противники весьма сильны и опасны. Впрочем, данный конкретный тяж, стоящий прямо передо мной, особо опасным не ощущался. Он был чуть легче меня, похоже, средний из тяжёлых, и медленнее, видимо, сильный, а не быстрый. Да, у него было много энергии, да, его так же покрывала уже знакомая защитная плёнка, но… Я его просто бил. Он парировал мои удары, менял оружие, он даже был чуть-чуть сильнее меня под своим малым усилением, но… Я его просто бил. Он ускорился и почти меня догнал — но я ускорился тоже и снова его бил. Это было ни с чем не сравнимое удовольствие: встретить врага своей весовой категории и убедиться, что ты сильнее, быстрее, лучше… Хотелось бы, конечно, насладиться этим чудесным ощущением подольше, но, увы, именно на приятные вещи чаще всего выпадает абсолютный минимум времени, так что я совмещал приятное с полезным: со всей дури гвоздил противника топором, не забывая подливать энергию — но, как и бойцам велел, без фанатизма.       К моему немалому удивлению, ребята со своим тяжем уже практически закончили, даже не было смысла вмешиваться. Астра на новом Доспехе делал именно так, как Лю учили не делать никогда: удары нагинатой с полным оборотом, открывающим врагу спину… и враг каждый раз, уже даже зная, что это бесполезно, делал так, как и в нас всех тоже вколачивали: в эту самую спину бил, пусть на миг, но отвлекаясь от Макса, который именно в эти моменты бил его своим клевцом с максимальной напиткой, немедленно прячась обратно за своей бронедверью, как только тяж возвращался к нему. Я совершенно уверен, что этот тяж тоже пробовал ускоряться и ему тоже не помогло. И сфокусироваться на лёгком Астре он тоже наверняка пробовал — столь же безрезультатно.       — Застава, говорит Ляуи, — связался я голосом. — Седьмой километр северной дороги. Обнаружены и уничтожены два тяжёлых Доспеха противника. Потерь нет. Продолжаем движение.              * * *              Граница с северянами проходила по реке. Река широкая, метров триста, полноводная, и течение не прям бурное, но заметно катящее волны на запад. Через реку был перекинут монументальнейший мост — в несколько раз шире той дороги, по которой мы к нему подошли, длиной без малого километр, высотой метров шестьдесят над водой и всего в три невероятно длинных пролёта. Мост был не просто старый — даже «древний» про него звучало преуменьшением, но несмотря на возраст и несомненную нехватку присмотра и ремонта, пребывал в идеальном состоянии, даже декоративные статуи, изображающие с нашей стороны драконов, были целы до последней чешуйки. Можно было бы подумать, что мост стоит тут от силы век или даже меньше, если бы не заросли мха, полностью скрывающие быки и бока, и добравшиеся с нижней стороны до самого верха арки, невзирая ни на какие законы физики и здравого смысла… а, ну да.       Но на вражеский берег мы не пошли, свернули на прибрежную тропу и двинулись на восток, чтобы садящееся уже солнце было за спиной. Доспех ослепить затруднительно, но разглядеть нас против света будет пусть хоть самую капелюшечку, но сложнее.       — А мы здесь точно кого-нибудь встретим? — с подозрением спросил Макс, дотаптывая за мной очередной куст.       — Понятия не имею! — честно ответил я. — Наша первоочередная задача — как раз сбор информации.       — А-а-а… — как-то неуверенно начал он, но я перебил.       — А вот если встретим — тогда будем действовать по ситуации: слабый отряд постараемся уничтожить, а сильный — разделить, обмануть и деморализовать. И пусть они голову ломают, что мы здесь делали и зачем вообще здесь шляемся! Авось да придумают что-нибудь, да сами же и испугаются… Ну или хотя бы осторожничать начнут на пустом месте!              К сожалению, мои предельно скромные надежды на тихую и спокойную прогулку предсказуемо не оправдались: примерно через час пути, не пройдя и половины расстояния до следующего моста, я заприметил слева, на самом берегу реки, несколько вражеских Доспехов. Это моё новообретённое странное зрение всё ещё оставалось весьма неудобным и непривычным, и оценить хоть вес, хоть силу было крайне затруднительно. В отличие от количества: шесть Доспехов, расположенных заметно выше уровня земли, практически на уровне верхушек деревьев. Или там очень незаметный холм, или хорошо замаскированный помост, с которого… если я правильно помню карту — то хорошо просматривается как раз значительная часть северо-восточного сектора территории нашей заставы.       Местность у нас здесь всё больше равнинная, но не плоская, а изрезанная небольшими овражками и озерцами, усыпанная небольшими холмиками и местами утыканная одиночными валунами-переростками, за неимением настоящих гор именуемыми здесь скалами… не, ну так-то метров двадцать высоты — это вполне изрядно, хоть и не выше местных деревьев.       Увы, за все прошедшие века ничего одновременно и дальнобойного, и мощного местный прогресс не породил. Доспехи, по большому счёту, ограничены ближним боем, даже суперприёмы вроде моего, кхегм, рывка — всего лишь способ сблизиться на дистанцию холодного оружия. Известные мне (в основном через третьи руки — из книг, рассказов и воспоминаний Грифона) «магические» приёмы, вроде огненного или ледяного «дыхания», не обладали ни заметной дальностью, ни серьёзной силой, и при этом жрали энергию, как не в себя — впрочем, это вообще общее свойство суперприёмов. Разве что против пехоты использовать… Капитанский кнут и то эффективнее, мне кажется, чем такая «магия». А как было бы здорово шарахнуть сейчас чем-нибудь крупнокалиберным, да не входя в зону обнаружения!       — Метров восемьсот в ту сторону, — я указал направление. — Шесть Доспехов на каком-то возвышении. Вес и класс оценить не могу.       — Да как ты их вообще заметил с такого расстояния?! — искренне возмутился Астра.       — О! Точно! — я негромко хлопнул себя по лбу.       Мои путанные объяснения про разные режимы зрения и устроенную мастером Салимом демонстрацию ребята выслушали очень внимательно, но воспроизвести результат не смогли, пока Макс не вышел из Доспеха и не повторил трюк кузнеца. Не знаю, как это работает, но после донельзя удивлённого «вижу!» от Астры, вернувшийся в Доспех Макс тоже разглядел врагов, правда, даже количество посчитать не смог. А вот Астра, оправдывая гордое звание разведчика, уверенно заявил:       — Два тяжёлых, два средних и два лёгких… Точно оценить не могу, но класс высокий и пилоты сильные…       — Широкое звено, да? — у меня в голове крутилась какая-то безумная идея, но поймать её никак не получалось… — Надо бы подойти поближе…              С трёхсот метров, когда даже Макс смог оценить уровень противников, ситуация выглядела ничуть не лучше, зато хотя бы стало понятно, как они «летают»: в сравнительно мягкий прибрежный грунт были вбиты толстенные брёвна в несколько рядов, и на них был сооружён небольшой помост в несколько ярусов. И ведущая наверх лестница. И когда только успели?       — Макс, а если делиться по минимуму — сколько ты сможешь пробежать? Желательно в одну сторону. Метров триста пробежишь? — моя идея начала приобретать немного странные, но вполне реалистичные черты.       — В одну сторону? — удивился Макс и замолчал, прислушиваясь к себе. — Если три или четыре дубля — то смогу, наверное…       — Итак, в первом приближении план выглядит так: кто-то бежит впереди, за ним гонится Макс, третий замыкает. В процессе громко кричим что-нибудь, чтобы наблюдатели на помосте нас точно заметили и решили, будто это северяне гонятся за одиночным нашим. Пробегая мимо башни я активирую свой суперприём и пытаюсь её разрушить. Бежим вдоль реки до поворота и прячемся. Наиболее логичная реакция — выслать нам в подмогу короткое звено. Встречаем за поворотом и валим. А потом валим, — я махнул рукой, уточняя разницу.       — А если никого не пошлют? — поинтересовался Астра.       — Тогда просто идём дальше вдоль берега. На заставу об обнаружении я уже доложил, надеюсь, и вы тоже не забыли.       — А если они все за нами рванут? — а это уже Макс.       — Тогда сразу валим. Против двукратного превосходства мы не вытянем, а задача стоит вообще другая.              Для осуществления немного, самую-самую малость безумного плана мы взяли ещё ближе к берегу и метров за сто пятьдесят пошли на разгон, метров за сто добавив и сообразные вопли в духе «лови его!», «живьём брать гада!» и всё такое. Особенно старался Макс, вопящий во все четыре глотки и практически наступающий Астре на пятки, даром, что тот был на лёгком Доспехе, да ещё и под ускорением. Нас, разумеется, заметили, я даже уловил какое-то движение не в смысле движения, а каких-то изменений в этом вот изменённом зрении, но разбираться было некогда и я врубил свой суперприём.              Заметка на будущее: не использовать «Стремительный Бросок Разгневанного Грифона» (официальное полное название доставшегося мне суперприёма) возле воды. Даже если очень приспичит.              Мотаясь туда-сюда по дороге во время прошлого боя я как-то не особо обращал внимание на сопутствующие спецэффекты. Как оказалось — очень напрасно. Скорость звука я, скорее всего, не превысил, во всяком случае, характерного хлопка не было ни разу. Тем не менее, почти полкилометра всего за пару секунд — это как-то очень близко к ней, родимой… И возле воды это вызвало совершенно феерический эффект. Ну и ещё немножко «помогло» то, что песок под моим весом подался слегка сильнее, чем я ожидал, и меня занесло заметно влево — как раз в сторону воды.       Подправить траекторию я всё-таки успел, разве что вместо того, чтобы снести своими крыльями (не такие уж они и декоративные, как оказалось) помост целиком — я срубил только опоры со стороны воды. И окатил чудовищными веерами брызг и падающий помост, и стоящие на нём вражьи Доспехи, и лес… и, кажется, даже немножко другой берег тоже.       К моему счастью, русло реки забирало севернее, и мой суперприём, в который я с перепугу ещё раз от души влил энергии, вынес меня на берег, оставив позади полосу изрядного бурелома метров десять шириной — основную часть, понятное дело, крыльями срубил, но размах у них всё же поменьше был, не знаю, как уж так вышло, «в прошлый раз оно так не делало», как говорится.       Не знаю, какие уж у врагов были инструкции и что уж они там собирались делать, когда нас обнаружили, но теперь выбора у них не было: мокрые и донельзя удивлённые они вместе с помостом падали в реку.       Обзор назад у меня был не очень хороший — видимо, пережитки человеческого восприятия — так что я решительно развернулся на сто восемьдесят и осторожненько бочком-бочком, чтобы не оставлять совсем уж заметных следов, двинулся прочь от реки и навстречу Астре с Максом, насколько хватало глаз внимательно следя за противниками.       Плавать Доспехи не могут в принципе: даже самые лёгкие весят четыре центнера и больше при габаритах пусть и очень здорового, но всё же человека. Это не считая того, что герметичных пустот внутри нет, а железо само по себе тяжелее воды почти в восемь раз. С другой стороны, пилоту в Доспехе дышать не нужно, так что и утонуть ему не грозит — надо лишь найти достаточно твёрдое и пологое дно да выйти на берег, аки Черномор с тридцатью тремя витязями, что на внешней стороне изгиба русла оказалось неожиданно затруднительно: невзирая на довольно существенное расстояние, я вполне отчётливо наблюдал, как головы тяжёлых Доспехов показывались над волнами, делали пару шагов к берегу и вновь ныряли, чтобы вскоре появиться опять примерно там же, откуда начинали… только малость ниже по течению.       Оба лёгких Доспеха с падением справились гораздо лучше, видимо, вовремя включив ускорение и спрыгнув на берег, и сейчас, ярко светясь в моём восприятии, во весь опор гнались за Астрой и Максами. Следом за ними, потихоньку отставая, бежал средний Доспех. Второго середняка видно не было.       Я связался с заставой:       — Срочно! Передайте Астре и Максу! Голос не подавать! Полрумба левее! Погоня два лёгких и средний! Бить среднего, я перехвачу лёгких!       И как только оба едва заметно изменили траекторию, опять врубил свой суперприём, на этот раз максимально аккуратно прикинув решение торпедного треугольника и всю дорогу плавно подливая энергию — так выходило дешевле и точнее, чем судорожно вбухивать большими порциями.       Расчёт получился идеальным: правым плечом (а потом ещё и крылом, отбросив в сторону) я протаранил одного вражеского москита, а второму со всей дури ударил по шее ребром щита (и потом тоже ещё добавил крылом, правда, уже заметно слабее, потратив львиную часть импульса на первого).       Немедленно развернувшись и выхватив топор, я рубанул его по шее ещё раз, уже с другой стороны, правда, совсем не так успешно: сделав пару шагов от первого удара, он прикрылся небольшим щитом с уже знакомой защитной плёнкой. Силой удара его покачнуло, заставив сделать ещё пару шагов вбок и смазав ответную атаку… и перекрыв линию удара второму москиту, не пожелавшему остаться в стороне и попытавшемуся достать меня длинным выпадом нагинаты.       Продолжая ровным потоком энергии поддерживать данную суперприёмом прочность, я от души плеснул энергии в ускорение, и, не собираясь тратить время на пропиливание защитной плёнки, сменил верный топор на лёгкое копьё. Первые два укола враг принял на щит, каждый раз вздрагивая всем корпусом и отходя, мешая напарнику, а потом, видимо, вспомнил, что у него тоже есть ускорение и рванул в атаку, использовав свой прямой меч на манер копья.       Выпад я принял на щит, своим копьём чуть сбил щит противника, подпустив совсем близко, и со всей дури пнул в грудь, активировав ту половину суперприёма, что отвечала за катапульту.       С мерзким скрежетом москит отлетел назад, целиком насадившись на нагинату второго, который, видимо, опять собирался «незаметно» атаковать меня из-за его спины, но чуть-чуть не угадал.       Прыгнув следом за подранком (ну или вовсе трупом, если мне повезло), я что было силы ударил кулаком по плоской части лезвия… точнее, попытался: второй успел выдернуть оружие из напарника.       И всё-таки подранок — выглядел он хреново, но всё ещё был жив, во всяком случае, шевелился и даже попытался подняться. Не дожидаясь, пока он преуспеет (или нет), я всадил в свежую дыру уже своё копьё, только повернув поперёк… и ещё провернув потом, мысленно поблагодарив создателей Грифона за овальное сечение и рифлёную поверхность древка. По уже готовой дыре копьё вошло на весь наконечник, и даже бы и глубже вошло, наверное, если бы я поднажал, но врагу и так хватило. Это подловить москита на тяже сложно, но уж если подловил — второй удар редко требуется.       Второй москит уже знакомо впал в ярость при виде гибели напарника и стал отчаянно рубить меня своей нагинатой. Максимально разогнавшись я принимал удары слева на щит, а справа по мере сил парировал своим новым лёгким мечом. В руках лёгкого Доспеха под разгоном двуручная нагината была быстрее, чем мой меч, но я всё равно изредка пытался атаковать сам, чтобы до взбешённого легкача не дошла мысль… ага, а вот и ребята!       Со средним они управились едва ли не быстрее, чем я с первым москитом, дольше до меня добирались, но разминуться было бы крайне затруднительно — шум от нас стоял на весь лес! И сейчас они синхронно ударили врагу в спину, а я, ещё самую малость ускорившись, не дал ему и тени шанса вовремя их заметить и обернуться.       — Застава? Говорит Грифон Ляуи. Обнаруженный на берегу реки наблюдательный помост разрушен, средний и два лёгких Доспеха противника уничтожены, — я внимательно посмотрел в сторону, где стоял помост и обнаружил, что один тяж вылез-таки на берег и сейчас, если судить по позе, старательно вытаскивает второго, цепляя, видимо, копьём, как багром. — Наблюдаю два тяжёлых Доспеха противника. Второй средний Доспех не наблюдаю.       — А что, ребят… А может, ещё им накостыляем? Если там два тяжа — шансы в нашу пользу! А если второго тяжа вытащить не успеют…       Коротко переглянувшись, мы во весь опор помчались обратно к обломкам помоста.       — Если видим среднего и второго тяжа достали — сразу сматываемся, троих не потянем! — на бегу уточнил я. Мало ли куда тот середняк делся?       — Вижу среднего! — немедленно отозвался Астра, — идёт по дну в сторону вражеского берега!       Я проследил взглядом за указывающей рукой лёгкого разведчика… пошевелил бровями, попробовал прищуриться и так, и эдак, и в конце концов всё же разглядел едва заметное движение под водой.       — Молодец, Астра! Так держать! Значит, спокойно валим тяжей, отходим от реки и отдыхаем.       В голове мелькнула мысль опять врубить рывок, чтобы второй тяж точно не успел выбраться, но два соображения меня остановили. Во-первых, нехорошо отделяться от коллектива — у нас тут, вообще-то, регулярная армия, так что всё должно быть параллельно, перпендикулярно и в зелёный цвет покрашено стройными рядами. Во-вторых, хоть резерв у меня теперь совершенно огромнейший, и восполнение тоже ого-го, если постоянно энергию тратить — она рано или поздно таки кончится. Так что — ножками, ножками.       Когда мы добежали до развалин помоста, оба вражьих тяжёлых Доспеха, покрытые тиной и водорослями, только-только отошли от кромки воды и, похоже, с тоской обдумывали, как они сейчас будут оный помост чинить…       Во всяком случае, нашему появлению они однозначно обрадовались.       Первый тяж выглядел смутно знакомым, но опознал я его только в тот момент, когда за его спиной начали раскрываться до зубовного скрежета знакомые расписные крылья. Времени думать не было, и я просто врубил свой рывок навстречу врагу. Масса и тяга у нас оказались практически одинаковыми, во всяком случае, с адским грохотом столкнувшись и подняв вокруг себя здоровенное облако из мгновенно просохшего песка, мы остались на месте, пока не прошли те самые две секунды.       В отличие от меня, противник шёл на таран с голыми руками, и увидев (и оценив!) мой щит даже вроде бы что-то одобрительно хмыкнул. А потом заряд катапульты кончился и он выхватил лёгкий двуручник. На его месте я бы поступил так же, но, к моей радости и его огорчению, я был на своём месте, а не на его, поэтому, не убирая щит достал донельзя похожий, но одноручный трофейный клинок, изрядно врага удивив.       Первый же обмен ударами подтвердил мою правоту: пробить мой щит он не мог, а минимальная разница в длине клинка и скорости позволяла мне не только парировать его удары, но и бить его в открывающийся на замахе бок. Разорвав дистанцию он сменил оружие на хорошо мне знакомый дисковый топор, только раскручивать его не спешил. Новый обмен ударами — я старательно парирую топор в рукоять, хоть это и неудобно, и тяжелее, но сравнительно небольшое лезвие топора такой трюк позволяет, а второй удар, слева, мысленно перекрестившись принимаю на щит в лоб и использую дополнительный импульс, чтобы всадить как раз удачно изогнутый меч, напитав его энергией, прямо в шарнир под левый наплечник.       Не знаю, от чего противник удивился сильнее: от того ли, что мой щит выдержал удар весьма опасного, как я сам прекрасно уже оценил, стремительно раскрутившегося в самый последний момент диска, или от того, что я пробил его защитную плёнку одним ударом, да ещё и так успешно. Впрочем, эти тонкости мне были глубоко безразличны: следовало по максимуму использовать не такое уж и большое преимущество, на чём я и сосредоточился.       Новые обмены ударами — теперь мы оба старались не подставляться, с той только разницей, что, окончательно уверившись в надёжности щита, я смело им прикрывался, несказанно раздражая этим оппонента.       И снова враг разрывает дистанцию и меняет оружие — и на этот раз уже мой черёд удивляться: такая же пара из щита и короткого копья на самом деле совсем не такая же. Если щит уже знакомо раскрылся прямо на руке, являясь её неотъемлемой частью, то вот копьё оказалось закреплено в раздувшемся правом наруче… на манер бура в эдаком мегаперфораторе! Что-то примерно такое мне с самого начала про это копьё и думалось!       Не знаю, как уж оно себя покажет, но памятуя прошлую жизнь — принимать буду только на щит! Риск, конечно, дело благородное, но я и без дополнительного риска уже нехилую карьеру сделал — из безродных крестьян фактически в младшие дворяне.       Мысленно хмыкнув, я тоже сменил оружие, достав топор, и демонстративно раскрутил его сразу… а потом ещё и прибавил оборотов до ультразвука. Вот теперь враг точно стал по-настоящему серьёзным.       Техника боя копьём-перфоратором ожидаемо отличалась от всего, что я видел раньше: раздувшийся в толстую трубу и сильно вытянувшийся наруч фактически сросся с тыльной стороной ладони, превратив предплечье и кулак в единую метровой длины прямую бандуру, внутри которой и скользило копьё… и если бы не знания моей прежней жизни, подсказавшие чего-то такого и ожидать, я бы мог и попасться на самый первый удар, когда копьё вылетело вперёд на весь почти метр длины наконечника и ещё примерно на две трети длины древка… или правильнее сказать хвостовика? Щит выдержал — ну, я как бы и не сомневался… а вот последующая серия, то самое «ды-ды-ды! привет, соседи, зацените, какой у меня агрегат есть!» из десятка ударов быстрее, чем за секунду, заставила напрячься. Причём обоих и в обоих смыслах: отдача от долбёжки была адская, но щит выдержал… а вот щит противника — нет. Прикрываться щитом и одновременно налегать двуручным топором было сложно, но благодаря частичной нематериальности щита я смог не только подвести раскрученное лезвие к левому плечу противника, но и как следует надавить. Веер искр, судорожный рывок назад — и его левая рука, и так уже плохо двигавшаяся в плече, падает на землю.       Враг смотрит на неё с искренним удивлением, как на последнего предателя, поднимает взгляд на меня, с уважением салютует копьём и уже знакомо рассыпается пылью.       Сволочь бессовестная! Я же хотел затрофеить наруч-перфоратор! Теперь придётся самому изобретать… или искать ещё одного такого же.              Сокомандники тем временем по отработанной схеме медленно, но верно разбирали второго тяжа и уже почти разобрали. Свой суперприём он, похоже, использовал заметно удачнее, чем мой двойник: и Астра, и Макс двигались довольно скованно, что, впрочем, не могло нейтрализовать превосходство ни в классе, ни в скорости, ни в численности. Этот тяж был экипирован более привычным по школе вооружением — во всяком случае, сейчас он прикрывался знакомой бронедверью и отбивался из-за неё топором с клевцом вместо тупого обуха. Судя по зарубкам и вмятинам, почти пробоинам на бронедвери Макса — довольно неплохо отбивался.       Сменив оружие на длинное копьё я с подшагом со всей силы воткнул его врагу сзади под колено опорной ноги… да на том и успокоился: обернувшийся к внезапной новой угрозе враг получил удары от Астры и Макса, явно повредившие ему левую руку со щитом, и дальше уже банально «посыпался», пропуская удар за ударом из-за потерянных манёвренности и защиты.       — Застава, говорит Грифон Ляуи. Уничтожен ещё один тяжёлый Доспех противника. Один средний Доспех сбежал, пересёк реку по дну. Ещё один тяжёлый Доспех противника под вопросом: будучи побеждён, он рассыпался пылью, и я полагаю, что это некая система эвакуации пилота. Прошу отдельно отметить, что рассыпавшийся Доспех был практически идентичной копией Грифона: использовал тот же суперприём и как минимум три совпадающих вида оружия. Парное к щиту лёгкое копьё у него было закреплено в модифицированном правом наруче и работало как автоматическое долото, лёгкий длинный двуручный меч полностью идентичен, дисковый топор наблюдаемых отличий не имел. Прошу также довести до всеобщего сведения, что такой дисковый топор крайне опасен.       Мне очень не хотелось сливать в открытый доступ возможности моего топора, но выбора не было: сослуживцы всё равно узнают, вряд ли у врага такой топор был один, а вот вопросы ко мне возникнут.              Дальше на очереди была инвентаризация, и результаты её удручали. Старательно следуя моей мудрой команде беречь энергию, ребята удержали затраты в пределах допустимого — на уровне просто изрядной усталости, которую снимет обычный сон. Однако на фоне повреждений их Доспехов — неглубоких, но весьма многочисленных — лучше бы с отдыхом и ремонтом не затягивать…       Мне пришла в голову неожиданная мысль. Чем больше я её обдумывал, тем сильнее она мне не нравилась, однако, одновременно выглядела и более продуктивной. В конце концов, я решил, что за спрос не бьют в нос, как говорится, а ребята сами разберутся.       — Астра, помнишь, после первого боя я меч затрофеил? — тот в ответ лишь неодобрительно фыркнул, мол, забудешь такое, как же. — Так вот, помимо меча я получил ещё и заметный прирост скорости восстановления резерва…       — Рассказывай, — со вздохом после долгой паузы и несколько раз переглянувшись с напарником сказал Макс.       — Мою ситуацию вы знаете, застрял в Доспехе и сижу в нём безвылазно уже скоро два месяца. Поэтому, во-первых, не знаю, достался прирост мне или Доспеху. Во-вторых, полная ассимиляция трофея потребовала нескольких часов медитации и довольно много энергии — уже после присоединения, но энергия потом вернулась с процентами. В-третьих и главных — вообще никаких гарантий, что вам поможет… или вообще получится…       Мой несколько мрачный тон перебил Астра:       — Кто не рискует — тот не пьёт шампанское! — на самом деле, вино называлось иначе, но сути поговорки это не меняло.       — Ну ок. Вырубаешь кусок, который хочешь забрать, и заявляешь свои права на него. И у нас там в лесу ещё средний и два лёгких Доспеха лежат…       — Это ты так толсто намекаешь, что хочешь затрофеить себе что-то с тяжа? — ехидно уточнил Макс.       — Это же ваш тяж! — искренне удивился я. — Мой трофей рассыпался, сволочь такая, а я с него наруч для копья хотел!       Ребята даже несколько опешили от моего напора.       — Не, ну так-то — командир же… — несколько нерешительно протянул Макс. — Право первого выбора…       — Командир, но не жмот же! Я даже не знаю, что у вашего интересного было! И вообще не уверен, что мне что-то нужно… ну разве что если у него кнут был, как у капитана, и то, с ним учиться, поди, до хрена долго…       — Кнут у середняка был, который в лесу… — со странной интонацией ответил Астра. — И вообще тот середняк на капитанов Доспех походил очень…       — А мой тяж — вылитая моя копия был! — поддержал я его. — Очень странно! На заставу доложили? Доложите немедленно и в подробностях! — скомандовал я, увидев, как они мнутся. — На кнут кто-нибудь претендует? Нет? Тогда себе заберу. У лёгких видел прямой меч и обычную совню, что там ещё — без понятия.       — Во! Меч хочу! — совершенно неожиданно и очень мечтательно заявил Астра.       — Так у тебя же есть уже, куда ещё один? — удивился Макс, а я согласно кивнул.       — Чтобы было два! — веско провозгласил наш москит.       — А ты в обоеручь умеешь? — искренне восхитился я.       — Учили… — несколько замялся и смутился Астра. — В детстве. Семейная школа, но у меня пилотские способности обнаружились, а на Доспехах парные мечи редко-редко бывают, и вот…       — А я тогда заберу с него большой щит! — неожиданно перебил совсем уж засмущавшегося сослуживца Макс.       — Дык, у тебя же свой есть? — удивились мы с Астрой хором. — Или ты собираешься в два щита, в пару Астре?       — Просто поменяю, у него больше и крепче! — ответил тот со смехом и смутился, поняв, насколько неоднозначно это прозвучало.       — Зависть — это плохое чувство! — старательно делая вид, что не уловил двусмысленность, прокомментировал я и с демонстративным энтузиазмом поддержал: — А вот развитие — это архиправильно! Хватаем тяжа и тащим к остальным, буду на месте показывать, а то на словах это сложно как-то…       На самом деле, я просто напрочь не помнил, как я это делал, но признаваться не хотел: хоть и маленький — но всё равно начальник, авторитет надо блюсти!              Несмотря на повреждения и вес будущего трофея добрались мы быстро. Средний Доспех так и лежал, помятый, и действительно изрядно напоминал капитанский. В арсенальных гнёздах на поясе у него были, помимо вожделеемого мною кнута, уже знакомая бронедверь, сравнительно короткий меч с односторонней заточкой, эдакий тесак примерно в половину моего тяжёлого двуручника по всем статям, простое длинное копьё, и пара клевцов — под одну руку и под две, двуручный ещё и как топор другой стороной мог рубить.       — Смотрите внимательно и запоминайте! Не уверен, что смогу повторить, да и нет тут ничего соблазнительного, — я оглядел подчинённых, которые реально смотрели во все глаза, прикинул их экипировку и с сожалением взялся за лёгкий двуручник. Топор, конечно, был бы гораздо лучше — но у них нет ничего даже близко похожего… пока, по крайней мере.       — Тщательно сосредотачиваемся на том, что мы забираем свой по праву трофей, — прокомментировал я свои действия, напитывая меч энергией.       Двумя аккуратными ударами выше и ниже я отделил длинный участок пояса от остального Доспеха, а потом ещё двумя — вырубил нужный мне кусок…       — Забираем его! Трофей достаётся убийце! — в этот раз я старательно растягивал каждое движение, каждое поползновение энергии — не только чтобы показать ребятам, но и чтобы разобраться самому, и что-то таки понял. — И присоединяем его!       Трофейный кнут очень-очень хотел пристроиться где-нибудь на поясе, как и положено нормальному оружию, например, сзади, но, памятуя, как лёгкое копьё «обитало» в правом, на минуточку, наруче — я решил извратиться.       — А вот так уже делать не надо! — с трудом прохрипел я, втыкая и гнездо, и рукоятку самого кнута куда-то в наруч… под наруч… не в смысле между наручем и рукой, хотя и это тоже, а ко внешнему ребру наруча, которое со стороны локтя…       С трудом удерживая себя в сознании, я продолжил объяснение:       — В медитации трофей нужно подчинить своей воле, разместить параллельно с остальным оружием Доспеха и тщательно пропитать своей энергией. После этого в глубокой медитации надо медленно растворять трофей, разделяя на взятое и шлак, который я своей энергией просто выжигал, но, наверное, можно и как-то иначе от него избавиться, не знаю. Всем удачи!       Терпеть дальше было совсем невмочь и я провалился в медитацию — хорошо, хоть не в отключку, как в прошлый раз. Новый трофей вёл себя иначе — в отличие от прямолинейного меча, извивался и выкручивался… какое-то время, пока не «понял», что, во-первых, каким ужом не вейся — а со сковородки из-под крышки никуда не денешься, и во-вторых, я его тупо залил энергией… и поставил не вместо оружия, а вместо ещё одного большого пальца… скорее всего, именно за такой же трюк предыдущий владелец Грифона и получил своё прозвище — неожиданно сообразил я. Только это было не на Грифоне, а до того, на его предыдущем Доспехе! Такое «повышение в звании» от оружия до части тела вместе с щедрым питанием пришлись кнуту исключительно по нутру, и дальнейшее слияние прошло быстро и фантастически легко, даже пресловутого шлака почти не было… хотя, возможно, это заслуга аккуратного вырубания трофея из донора, есть у меня и такое подозрение.       Очнулся от медитации я едва через полчаса — тени сдвинулись совсем немного, да ветер переменился. Кнут на новом месте ощущался… непривычно, мягко говоря. В сложенном состоянии он теперь был заметно толще, чем раньше, почти такой же, как и в боевом, а вот в длину сокращался наоборот, гораздо сильнее типичных десяти раз… Для большого пальца самую малость толстоват и очень заметно длинён, но за счёт гораздо большей гибкости — вполне функционален… станет, когда я к нему полностью привыкну. Раскладывался он очень классно: практически мгновенно выстреливал по прямой на все свои двадцать пять метров. Но на полноценное щупальце при этом он, к сожалению, не тянул, как минимум пока — гнуть его усилием воли, как в сложенном виде, не получалось, только стегать, да переключать шипы в крючья и обратно. К слову, это переключение требовало энергии в обе стороны, но не так чтобы много, а по моим меркам — и вовсе крохи.       Но вообще сама идея мне чем-то очень сильно не нравилась, только никак не получалось понять — чем.       Ребята всё ещё медитировали, переваривая трофеи, и я внимательно оглядел окрестности. Со стороны разрушенного помоста к нам подкрадывались два лёгких Доспеха, очень толково маскируясь.       Вообще, я пару легкачей разобрал вот совсем недавно… если не считать того, что взял их на сюрприз и со вторым мне помогли. Опять же, местная военная наука решительно утверждает, что эквивалент тяжу — это лёгкий и средний, а не пара лёгких… хотя ребята на пляже тяжа разобрали, пусть и я им тоже помог… В общем, остаётся только драться и надеяться, что к врагу не придёт подкрепление, а ребята очнутся раньше, чем станет слишком поздно…       Долбануть обоих одним рывком возможности не было — заходили с разных сторон… а если одного зацепить кнутом и протаранить второго, то…              Передо мной расстилалась уже знакомая мне бескрайняя плоскость в своей первозданной гладкости. Одновременно я видел её же, но в уже более привычном виде: искажённую и перекрученную давнишней атакой демона, моими собственными необдуманными действиями и даже отчасти — попытками всё исправить, хотя пользы от этих попыток всё же было в разы больше, чем вреда… а ещё я видел эту же плоскость, но перекрученную и искажённую ещё сильнее, ещё чудовищнее, настолько, что в этом появлялась уже какая-то иная, нечеловеческая гармония… и даже красота.       Был ещё и третий путь, обещавший иные силы, нежели бытие големом, но становиться демоном я уже один раз отказался, а после прочтения «Краткой истории демонических войн» в своём решении лишь укрепился.       Здесь и сейчас я имел шансы на победу — потрёпанный, но со всё ещё огромным по обычным меркам резервом… не факт, правда, что ребята успеют очнуться или смогут отбиться. Выбрав же путь голема я превращу шансы в гарантию, навсегда лишусь надежды когда-нибудь вновь вдохнуть воздух, зато равных мне не будет во всём мире.       — Идите все в кузню! — решительно заявил я этой тупой хрени, чем бы она ни была. — Я сам создам свою судьбу, а не стану выбирать из придуманных неведомо кем вариантов!       Протянув руки я ухватил оба искажённых — очень по-разному искажённых — пространства и сдвинул их воедино, выдавливая эту бесконечно идеальную фигню туда, где ей и место, на самое дно самой глубокой ямы самого адского ада.       Было тяжело и безумно больно, и оно тянулось и длилось, но уж лучше сдохнуть, чем пойти на поводу у… этого. Как очень верно сказал мастер Салим, демоны — твари гнусные, и всё, что с ними связано — не то, чем кажется… начать хотя бы с меня самого.       Ребята? А что ребята? Это армия, и они знали на что шли!       В себя я пришёл от удара: левый москит ударил в мой щит мощным суперприёмом, вроде того, которым вот только вчера был убит Пауль… а, нет, бил-то он в торс, но я как-то успел прикрыться. Щит выдержал, и это был первый случай с момента его памятной напитки, когда вражеское оружие почти достало до поверхности металла… А вот вражеский меч — не выдержал, взорвавшись облаком осколков, и москит, сначала остановленный совершенно не ожидаемой им преградой, неуклюже провалился вперёд, прямо мне в руки. Не желая терять даже мгновение на выбор оружия, я просто ухватил его и свернул шею, почти оторвав голову.       Второй москит, здраво оценив, что до среднего Доспеха Макса ему куда ближе, чем до меня, решил сначала сократить число противников, и уж потом разбираться с дальнейшими планами… что, разумеется, никак не входило уже в мои планы.       Я рванул ему наперерез, точно зная, что не могу успеть в принципе — но, в общем-то, и не собирался. Мне нужно было лишь сократить дистанцию, чтобы наверняка дотянуться непривычным пока ещё кнутом. Мой Доспех двигался невероятно тяжело, будто я своими собственными человеческими руками тащил каждый килограмм огромной стальной туши, да ещё и сквозь воду — но, внезапно, враг двигался едва ли быстрее… тридцать, двадцать пять, двадцать — враг замахивается нагинатой — пятнадцать! Кнут! Удар!..              Хорошие новости: врага я достал. Ещё хорошие новости: я его достал трижды. Вообще отличные новости: новое оружие я теперь практически гарантированно освою очень-очень быстро. Плохие новости: новое оружие заметно потеряло в длине. Очень плохие новости: вместо четырёх пальцев правой руки — у меня теперь три пятнадцатиметровых покрытых крючьями и шипами кнута, которые в сложенном виде превращаются в вот ни разу не подозрительные пальцы… ну хоть большой палец остался без изменений… пока… осталось только вставить вместо него копьё-долбилку, ага…              Пока в моей голове осознание происшедшего боролось с охренением от него же, я, не отвлекаясь на второстепенные в данный момент переживания, резко дёрнул на себя пойманного легкача и на противоходе со всей дури влепил ему ребром щита куда-то в район головы — он пытался увернуться. В смысле, он пытался увернуться от удара кнута, и всё ещё продолжал движение, когда я его сдёрнул.       Надо отдать противнику должное: в полёте он успел выхватить меч и в меня прилетел остриём, глубоко процарапав левый бок… Впрочем, без напитки царапина получилась едва в полсантиметра, а напитать меч враг не успел — немножко умер-с…              Меня накрыл приступ озноба — буквально трясло и колотило несколько минут кряду, были бы зубы — точно половину потерял бы! В теле ощущались какие-то странные болезненные движения, больше всего напоминающие спазмы мышц, о которых только в момент спазма и узнал впервые…       Я бы сказал, что мне надо срочно погрузиться в самую-пресамую глубокую-преглубокую медитацию на пару часиков, а лучше бы — дней, но что-то мне даже думать об этом страшно после всей той дичи, которая сегодня случилась…       Я пошевелил своими новыми пальцами. Они были чуть-чуть толще прежних, как раз настолько, чтобы втроём уместно смотреться на сохранившей прежний размер ладони — я специально сравнил с левой — и сообразно длиннее, чтобы не выглядеть сардельками, как минимум, не больше прежнего. Будучи кнутами, гнулись они… ну вот как кнут и гнулись — совсем уж пополам не складывались, но что-нибудь диаметром хотя бы в полсантиметра я уже вполне смогу обвить.       Вновь оглядевшись — вдруг, это был лишь передовой отряд, и сейчас ка-а-ак подойдёт подкрепление, ка-а-ак устроит нам весёлую жизнь… но нет, горизонт был чист. На всякий случай я попробовал «сменить прищур» и посмотреть в других диапазонах или как оно работает. Мои всё ещё не очнувшиеся подчинённые в разных режимах выглядели по-разному, но в целом я их состояние оценил как неплохое, сломанные вражеские Доспехи иной раз тоже отсвечивали странным, но активных посторонних я не обнаружил.       Ещё раз глянув на ребят, я методично проверил весь свой арсенал. Новая рука ощущалась странно — должна бы непривычно, но нет, именно странно: вроде как пальцев некомплект, а сами они длиннее, должно что-то где-то не сходиться, но наработанные навыки на неё ложатся нормально, будто так и надо.       Помимо прибавки к скорости восстановления — сравнительно небольшой, примерно как и со свежезатрофеенным мечом было, надеюсь, после завершения ассимиляции ещё подрастёт — я получил и небольшое увеличение резерва.       Именно в этот момент Астра и сразу же за ним Макс выпали из своих Доспехов, судорожно хватая ртом воздух и хрипя что-то матерное.       — Так! Две минуты выматериться и три минуты малый разминочный комплекс! Можно совместить! Пять минут, время пошло! — резко скомандовал я, едва взгляды их стали хоть как-то осмысленными и сошлись на мне.       Макс начал с матюков, ровно старый дед буквально поднимая себя с земли, а вот Астра решил совместить — и матерился куда искреннее кряхтящего сослуживца.       Впрочем, уже через минуту матюки изрядно потеряли в искренности, а ещё через пару — и вовсе сошли на нет, сменившись сосредоточенным пыхтением, а потом и приличествующим тренировке полноценным глубоким дыханием.       — Как самочувствие? Как результаты? Я так понимаю, успехи есть, но побочные эффекты не радуют?       При упоминании побочных эффектов оба поморщились, практически синхронно, но в целом вид имели скорее задумчивый, нежели недовольный.       — Состояние приемлемое, повреждений ни на каком уровне нет, — первым начал Макс, как более высокородный. — Трофей поглощён успешно, прирост скорости восстановления… большой, примерно на треть, поровну мне и духу Доспеха, не могу оценить точнее, так как резерв тоже подрос, приблизительно на одну пятую. Побочные эффекты — фантомные боли по всему телу в Доспехе, и пока не стихли — даже слияние разорвать не получалось, — он с нескрываемой антипатией посмотрел на Доспех и, явно переборов себя, хлопнул по нему, вновь инициируя слияние, сразу же продемонстрировав результат. Щит стал больше, хотя, вроде бы, и поменьше трофея, зато выглядел гораздо внушительнее. Такое впечатление, что размер двух щитов усреднился, а вот прочность — сложилась. — Щиты слились в один, ассимиляция трофея полностью завершена. Шлак… готово!       Он встряхнулся, и с Доспеха будто тончайшая чёрная пыль осыпалась… только на самом деле её не было, в смысле, материальной пыли не было.       — Аналогично, — под моим вопросительным взглядом коротко доложил Астра, и тоже хлопнул по своему Доспеху. — И резерв, и восстановление примерно плюс четверть оба, поровну мне и духу, ассимиляция завершена, шлак… готово.       Он так же, как и Макс минутой ранее, встряхнулся, сбрасывая пыль, и продемонстрировал два меча, затем сделал несколько движений, видимо, вспоминая давнишнее обучение.       — Отлично, отлично, — порадовался я, глядя, как постепенно и незаметно расправляются мелкие вмятины на Доспехах подчинённых. — Мне ещё медитация понадобится, чтобы закончить ассимиляцию, у меня и в прошлый раз с одного захода не получилось, видимо, оборотная сторона… — я встряхнулся, отбрасывая лишние мысли. — Неважно! Сейчас предлагаю пройти ещё немного на восток и возвращаться на заставу. Ремонт и отдых…       — А это что? — Астра заметил два новых вражьих Доспеха.       — Шумели, отдыхать мешали… — я напоказ пожал плечами, и продолжил уже серьёзно: — Пришли со стороны помоста, видимо, тот смывшийся середняк подмогу вызвал. Потому и предлагаю тут не засиживаться. Но и прямо сразу на заставу возвращаться как-то не хочется…       Договорить я не успел: Макс, внимательно рассматривавший легкача из первой пары, вдруг с каким-то утробным рычанием вырубил с его пояса крепление нагинаты.       — Я, Мин Макс, из рода Мин, никогда не позволю страху взять надо мной верх! Трофей достаётся победителю! — прорычал он не вполне разборчиво, но вполне понятно. Похоже, первая ассимиляция досталась ему куда тяжелее, чем он пытался показать поначалу. Я лишь одобрительно показал большой палец — и он рухнул, как подкошенный, плашмя, стальной мордой в грязь…       А Астра вырубил себе лёгкий клевец с притащенного нами тяжа.              …Ладно, признаю: это была хреновая идея.              Пока ребята переваривали свои новые трофеи, я старательно занялся тем же, что им велел прямо перед этим — выполнял малый разминочный комплекс. Ибо ощущение той странной тяжести меня, откровенно говоря, порядком напрягло… и никуда не делось: двигаться было тяжело, будто сквозь воду. Того, самого первого ощущения, будто моё человечье обличье сквозь воду тащит вот эту вот стальную тушу, к счастью, уже не было, возможно, это мне и вовсе показалось по первости, но легче от этого было… ну ладно, от этого было сильно легче, но всё равно тяжело. Впрочем, судя по результатам, это был лишь вопрос моего личного комфорта, на боевую эффективность не влияющий, так что — улыбаемся и машем, в смысле, ждём возможности впасть в спя… глубокую медитацию и навести порядок в своих нематериальных структурах, а до той поры — просто терпим и тащим.       Вторая ассимиляция заняла у ребят едва двадцать минут… да, у моего читерства есть мерзкая изнанка, кто бы мог подумать. А уж что меня ждёт в медитации…       На этот раз ребята из Доспехов не выпали, хотя говорили с трудом… зато — почти без мата. По итогам двух ассимиляций Макс примерно на четверть увеличил резерв и без малого удвоил скорость его восстановления, а Астра увеличил и то, и другое чуть больше, чем в полтора раза, сохранив баланс. Неприятные ощущения во второй раз, по их описанию, были не сильно слабее, но уже знакомы и гораздо более терпимы. Навскидку у обоих бонус поделился более-менее поровну между пилотом и Доспехом, что и мне внушало некоторые надежды на «последоспешную» жизнь… скромные, конечно, но маленькая рыбка лучше большого таракана!