Механокультиватор

      Сложив два и два и получив четыре, я резко обрадовался:       — А как там Астра и Макс? — если меня не было трое суток, значит, их уже совершенно точно должны были выписать!       — В больнице, — с непонятным вздохом ответил капитан, покосившись на всё ещё тихо шипящего что-то матерное деда.       — Как в больнице? — удивился я. — Их же обещали выписать вечером того дня, что я вышел?       — Выписали. А они за тобой рванули. В разведку. Четыре раза. Последний раз вернулись буквально за два часа перед тобой. И каждый раз — по уши в демонической энергии, задолбались уже их чистить! Как ты думаешь, с чего бы нам возле ворот держать полную тачку поглотителя?       Слова для ответа как-то не находились, но капитан меня понял правильно, и продолжил:       — Придут, почистятся — и опять тебя искать. И каждый раз натыкаются на чёртову стену демонической энергии… и вражьи Доспехи ещё, уже больше двух дюжин набили.       — Стоп-стоп-стоп! — замахал я руками, едва не снеся шкаф и немедленно остановившись. — Ещё раз! Их выписали вечером того дня, как я вышел, и они сразу рванули за мной и вляпались в стену демонической энергии? Это во сколько примерно было и где?       — Выписали за час до заката, пока собрались — как раз на закате и вышли, — несмотря на то, что это он тут главный, капитан ответил чётко и подробно. — Немного не добежав до Клыка, примерно в десять тридцать, доложили, что наблюдают тёмные сполохи на юге и востоке-юго-востоке и связь пропала. Вернулись под утро чуть не на четвереньках, мастер Салим их сразу порошком обработал, а врачи на печать уложили, но после обеда они опять побежали, в этот раз дошли до Клыка, подтвердили разрушение, вышли на видимость баррикады, но вернулись, потому что очень высокий фон. Мастер Салим и врачи хором заявили что-то про повышенную устойчивость к демонической энергии. В третий выход они попытались дойти до баррикады, но пройти её не смогли, опять отлечивались. По четвёртому разу ещё не докладывали подробно, сказали только, что возле баррикады их накрыло волной адского ужаса и очнулись они уже только возле самых ворот и опять по уши отравленные. Что ты в них такую настырность вбил — это, конечно, хорошо, но вот ещё и капельку здравого смысла добавить тоже было бы не лишне! — попенял мне капитан под конец.       — Виноват! Исправлюсь! — на автомате взял я под козырёк, опять чуть не задев многострадальный шкаф. — Надо ещё раз сверить хронометраж, но навскидку получается, что в первый раз они наткнулись на стену вскоре после того, как капитан Ши активировал тот узор…       — Очень похоже на печать очищения, — неожиданно перебил меня библиотекарь, всё это время старательно изучавший мои наброски рассмотренной части узора. — Только какую-то слишком большую, такой только Доспехи чистить…       — Ну так вот он меня, видимо, вычистить и хотел! — сообразил я неожиданно. — Он, видимо, считал меня демоном, просто хорошо замаскированным…       — Энергии очень много нужно… — библиотекарь явно ухватился за мою идею, и именно поэтому стал искать в ней слабые места.       — Там были четыре энергета-рукопашника, если они добавят… — напомнил я расклад.       — Рукопашники? — как-то донельзя скептически произнёс Сияющий Пион, и продолжил вполголоса крайне задумчиво: — Это надо половину пересчитывать…       Капитан многозначительно постучал пальцами по столу.       — Остальные столкновения, как мне кажется, довольно точно совпадают с основными изложенными мной моментами, а последняя волна — это практически без вариантов уход той сущности в её родной мир… уж не знаю, это она сама так напоследок рукой помахала, или из того мира через форточку надуло… не знаю и знать не желаю! — я передёрнул плечами, предусмотрительно отодвинувшись от шкафа, и чуть не снёс диванчик для посетителей.       — Гипотеза рабочая… — явно задумался капитан. А я наконец сообразил глянуть на его личный жетон, как бы с намёком проступивший сквозь дорогую тонкую ткань блузы, благо, с моими возможностями могу сделать это совершенно незаметно. Капитан Каменный Варан Самум — из известного, даже Ли слышал, и древнего рода Каменных Варанов и названный в честь пустынного ветра… странное имя, но не мне судить. А вот у зловредного деда жетона не наблюдалось, оч-чень интересно! Капитан меж тем продолжил, обернувшись: — Сияющий Пион, поручаю вам сверить доклады достойных подмастерьев Астры Четырёх Небес и Мин Макса и достойного воина Грифона Ляуи на предмет упомянутых совпадений по времени.       Фигассе! То, что ребят произвели в подмастерья — не удивительно ни разу, одного нашего похода более чем достаточно, а вот «достойные» из уст самого капитана — это круто… С другой стороны, если они его четыре раза уломали отпустить их на поиски меня, особенно после того, как возвращались по уши в демонической энергии — заслужили! Однозначно заслужили! Ну и я тут тоже не погулять вышел…       Ага: пободался с кем-то уровня местных богов и ушёл своими ногами… меня неожиданно накрыло понимание, на что же мы с Сиренью замахнулись. Не особо помогало даже знание, что та сущность не набрала не то что сотой — тысячной доли даже не от своей полной силы, а от тех жалких крох, что смогла продемонстрировать в этом мире, призванная во времена демонических войн! То есть, или она сама настолько хотела обратно, что тупо нам подыграла, даже не сопротивляясь, а всего лишь слегка зацепив нас своей силой, уходя, или нас незаметно прикрывал кто-то сравнимого уровня — ну, как минимум сравнимого с тем, который она успела набрать здесь…       Объяснить её прощальный дар как-то иначе было весьма затруднительно… С другой стороны, хоть на одной поддержке мы бы далеко и не уехали, но возле центра того узора уже совсем хреново было, так что, скорее всего, верны оба варианта…       Самый главный аргумент в пользу поддержки: кто-то же меня в этот мир затащил, всякими ништяками снабдил, ещё и везение сказочное обеспечил. Зачем? Если для борьбы с вот такой вот хтонью — ну, как бы да, я не из этого муравейника, на многое смотрю иначе: вместо того, чтобы сначала сто лет искать мудреца, который про эту хтонь знает, потом сто лет у него выпытывать правильный ответ, подбирая правильный вопрос, как с хтонью совладать, а потом ещё сто лет мучительно качаться и армию собирать, ибо за время поисков рекомая хтонь набралась сил и приспешников — я сразу бросаюсь с голой пяткой на шашку… Как там дед-то говорил? «Мозги и яйца»? Вот с мозгами, он, похоже, кре-е-епко промахнулся!       Ну вот, помянешь зло всуе — оно и вылезет из норы!       — Надо этого капитана Ши уконтрапупить! — в полный голос, правда, в более резких и витиеватых выражениях, с уточнениями, что и как именно надо с тем капитаном сделать, заявил дед, сверкая глазами поочерёдно на меня и на Самума.       — Один не пойду! — решительно заявил я, с предельной осторожностью выставив перед собой ладони. — Хватит с меня сольных подвигов без свидетелей! Хочу поделиться славой, желательно — вообще из последнего ряда!       Капитан, на первых словах было нахмурившийся, с некоторым трудом всё же разобрал шутку и хмыкнул — устало, но одобрительно.       — Нам бы сутки, а лучше двое, чтобы себя в порядок привести, — попросил я вполне серьёзно и даже немного жалобно. — После этого адова ада я уже вообще с трудом понимаю, где тут я, где ночные кошмары, а где дырка из-под здравого смысла… Заодно и ребята долечатся нормально, вот зуб даю, что они на одной удали молодецкой держатся!       — Вам? — нахмурился капитан. Я толкнул локтем Сирень, незаметно для всех опять провалившуюся в скрыт. — А! Гладиолус!       — Сирень, достопочтенный капитан! — весьма вежливо, с сообразным поклоном и удивительно вменяемым голосом поправила его она. — Хозяин Лю изволил наречь эту недостойную служанку новым именем.       Капитан лишь отмахнулся, мол, ему без разницы: хоть Сирень, хоть Гладиолус, хоть вообще весь гербарий сразу, а вот дед нахмурился. Впрочем, нахмурился он не из-за имени моей подчинённой:       — Двое суток не дам, — твёрдо и как-то насупившись заявил он. — Выйдем завтра на закате, за ночь как раз до лагеря дойдём, а с утра я покажу этому щенку Ши, почём фунт лиха!       Я оглянулся на капитана, но тот лишь незаметно для деда закатил глаза, всем своим видом показывая «не спрашивай!» — ну я и не стал. Я, по совести, и на сутки-то отдыха не особо рассчитывал.              * * *              Когда я спросил Чачу про личный жетон для Сирени, оказалось, что он его уже давно подготовил, просто со всей этой кутерьмой данный вопрос так ни разу и не всплыл. В архиве мы буквально за пятнадцать минут жетон заполнили и оформили, и теперь Сирень Предательница абсолютно официально значилась в документах заставы как Доспех-воин и моя личная собственность, а как только мы разберёмся с капитаном Ши, крепостью и повреждённой железной дорогой — записи уйдут наверх, вплоть до канцелярии самого Императора.       Приклёпывать его к нагруднику, как мой, даже не пришлось: Сирень просто вложила его в шрам от собственного тесака и жетон буквально врос, став её частью. Ещё одна странность в копилочку… такими темпами того и гляди копилочка лопнет, мативо!       Заодно Чача и мой жетон обновил: я теперь, оказывается, старший лейтенант… Не то чтобы прям неожиданно или незаслуженно.              Добравшись наконец-то до своей каморки возле Кузни я почувствовал ни с чем не сравнимое облегчение: дом, милый дом! Сирень чувствовала себя не столь комфортно, но глядя на мои ощущения через нашу связь тоже заметно расслабилась и даже перестала постоянно пытаться уйти в скрыт.       Я поудобнее устроился в углу — хотя со стороны, наверное, это выглядело потешно: бесчувственная стальная туша Доспеха, способная сквозь стену пройти хоть вдоль, хоть поперёк, ёрзающая на каменном полу. Сирень очень благопристойно пристроилась рядом. Вообще, её поведение несколько изменилось, как мы вошли на заставу — не иначе, сказалось наличие посторонних зрителей.       — Сутки медитации… Даже тридцать часов, и всё равно потом никуда не опоздаю! — я мечтательно улыбнулся, предвкушая возможность наконец-то хотя бы приблизительно разобраться в той каше, что творится у меня в… ну пусть будет в голове.       — А мне что делать, хозяин Лю? — Сирень по связи воспринималась как маленький ребёнок, которому впервые в жизни дали немножко денег и разрешили тратить как угодно — хоть на мороженое, хоть на конфеты, и он сам не верит собственному счастью… и даже не очень понимает, что с ним делать.       — Я полагаю, тебе тоже было бы полезно помедитировать? — на самом деле, я в этом был абсолютно уверен. — Можем устроить совместную медитацию, и поможем друг другу, и получше друг друга узнаем… а то только и делаем, что непонятно что делаем, даже поговорить некогда…       — Да, хозяин Лю! — идея ей явно понравилась.              * * *              Я открыл глаза, а мгновением позже глаза открыла и Сирень. Смутно знакомый кузнец опять со всей дури ударил большой кувалдой по моему щиту.       — Я очнулся, — сообщил я ему с некоторым удивлением.       — Уф, наконец-то! — подмастерье утёр пот со лба, а я заметил лежащую рядом кувалду поменьше. — Мастер Салим сам вас разбудить не смог и уже ушёл к капитану. Он велел разбудить вас и передать, что капитан вас вызывает тоже. Сейчас два часа пополудни… половина третьего, — поправился он, глянув за дверь, — Вы начали медитацию вчера, мастер Салим велел обязательно сказать об этом.       — Спасибо, — я слегка кивнул, поднимаясь на ноги.       Сутки времени, даже чуть больше, как корова языком слизнула… Но не совсем. Я не помнил, что именно мы делали, но осталось ощущение… я посмотрел на Сирень.       — У тебя тоже ощущение, будто мы много-много лет в школе проучились? — спросил я её.       — Да, хозяин Лю… Это было… странно, — голос её звучал донельзя задумчиво, и я её прекрасно понимал.       Как будто мы совсем-совсем маленькими детьми попали в школу, где что-то неведомое, огромное и могучее долго-долго объясняло нам, начиная с самых азов, основы мироздания, ход светил и даже, кажется, смысл жизни, только мы всё это так и не запомнили, ибо объяснения далеко выходили за рамки понимания смертных.       Осталось лишь ощущение прикосновения к бездне знаний и мудрости… и силы.       Зато я окончательно подтвердил для себя: моё появление здесь — это не случайность, а чья-то воля. Даже, скорее, план. Не то чтобы мне это нравилось, но, во-первых, прямо сейчас я с этим ничего сделать не могу, а во-вторых, ничего совсем уж плохого со мной не случилось… в смысле, всё хорошо, что хорошо кончается.       Я застрял в Доспехе — но, во-первых, временно, а во-вторых, это один из лучших Доспехов этого мира, а для меня так и вовсе почти идеальный… и в моих силах сделать его идеальным без всяких оговорок. И хотя мне категорически не нравится доставшийся суперприём, он уже не раз доказал свою полезность, ну или я сумел его несколько раз с пользой применить — какая, в сущности, разница?       Мне досталась напрочь сумасшедшая рабыня, которая уже однажды попыталась меня убить — но, во-первых, она так больше не будет (ага, придумает что-нибудь новенькое — из глубин души подал голос мой внутренний циник), а во-вторых, не такая уж она теперь и безумная, больше напоминает какую-нибудь дикарку, впервые выбравшуюся из своего дикого племени в… более классическую цивилизацию. Даже, скорее, провинциалку — не такая уж она и дикая.       Но куда интереснее, конечно, были итоги. Поверх вплетённых в мою броню шипов и колючек лёг слой защитной плёнки, а уже поверх него — более привычный мне свободно болтающийся «плащик». Авоська приросла новыми слоями и была заполнена почти десятью резервами, резерв-другой не добрав до текущего потолка, примерно на две трети моей энергией и на треть — энергией Сирени. То же было и у неё: новые слои легли поверх и под созданную мною оболочку — создавать отдельное хранилище для энергии она так и не научилась или не стала, учитывая, что её вариант малость проще и эффективнее — и содержали примерно с дюжину её резервов, причём на мою энергию приходилось даже чуть больше половины… ну, это логично: у меня и резерв, и его восполнение заметно опережают её. Полагаю, если мы найдём ей ещё пару-тройку хороших трофеев на ассимиляцию — она меня догонит… ну или пяток… если ещё и заплатками сверху заполируем…       Главным же итогом стали даже не восстановление запасов энергии и улучшение Доспехов, а взаимопонимание, как будто все те годы в неведомой школе мы, как и положено детям, гораздо охотнее играли и общались, узнавая друг друга, нежели налегали на нудную и скучную учёбу.       По дороге к капитану Самуму мы успели обменяться лишь несколькими словами, но, похоже, в этот раз «мультики» нам достались одинаковые.              * * *              — Что так долго? — опять этот зловредный дед, и настроение у него, похоже, ещё хуже, чем было вчера… точнее… так-то он вроде поспокойнее, но это то самое злое сосредоточенное спокойствие, с которым врагу не голову срубают по-быстрому, а тщательно и вдумчиво готовят холодную закуску, «месть» называется.       — Ещё одна интересная медитация, — после секундного размышления я решил ничего не скрывать. — Полагаю, эта была с подачи беневолента.       — Кого? — капитан с дедом спросили хором, как будто репетировали, и с удивительно похожим выражением так-то заметно различающихся лиц.       — Беневолент, — повторил я, будто пробуя слово на вкус. У Сирени оно, к слову удивления не вызвало. — Некое благорасположенное существо… сущность… Словом, та самая сила, что нам помогает, хотя и та тёмная вроде как тоже не хотела особо вредить, просто слишком тёмная для этого мира.       — Опять боги? — хмыкнули и в прошлый раз не убеждённые капитан с дедом.       — Не могу знать, они мне не докладывали, — ответил я не без язвительности. — Боги или нет, но у той тьмы силищи на десятерых меня хватало, а то и на сотню, и если бы ей не хотелось вернуться — ну, жизнь наша была бы крайне познавательной, правда, полагаю, исключительно короткой.       — Уже не важно, — небрежно отмахнулся дед. — Разобрались — и плевать. Сейчас надо проучить щенка Ши!              Во дворе возле ворот нас уже ждали личная охрана деда — широкое звено сильных и явно опытных пилотов с внеклассовыми Доспехами, капитанское звено середняков, ещё одно звено тяжёлых Доспехов — лучшее на заставе и чуть ли не единственное, сумевшее в полном составе пережить засаду северян, Астра и Макс со своими внеклассовыми Доспехами и очень-очень странный Доспех. Ростом он был с лёгкий, едва два метра, но это был внеклассовый сильный супертяж, весь какой-то квадратный и чудовищно массивный на вид. А ещё он был древний… не так: ДрЕвНиЙ. Не хватало только щупалец в неожиданных местах и «Некрономикона» подмышкой. Если бы кто-нибудь сказал мне, что этому Доспеху сто тысяч лет и это вообще самый первый Доспех в этом мире — я бы не рискнул поспорить. Согласиться бы не согласился, но и спорить бы не стал.       — Что, малыш, всё ещё считаешь, что надерёшь мне задницу? — дед с законной гордостью хозяйски похлопал по исчерченному Старшим Письмом наплечнику.       — Просто, конечно, не будет, но полагаю, шансы у меня хорошие, пятьдесят на пятьдесят: или надеру, или нет.       На самом деле, я оценивал свои шансы даже выше, примерно два к одному, но многое зависит от суперприёма и дедова резерва с мастерством, так что один к одному как худший для меня расклад я тоже допускал.       — Что ты сказал? — угроза в голосе деда прозвучала на мой взгляд как-то не очень убедительно.       — Я говорю, пятьдесят на пятьдесят, или да, или нет. Это шутка такая известная про тех, кто теорию вероятности не знает, — что интересно, «теория вероятности» как дисциплина здесь, похоже, существовала, во всяком случае, в отличие от того же «беневолента», которого я сам не знаю где взял, удивления ни у кого не вызвала.       — Я знаю эту шутку! Ты правда считаешь, что можешь победить старейший из ныне существующих Доспехов, созданный ещё самими великими Винтиком и Шпунтиком? — ну вот, так я и знал! И, кажется, я его реально задел. А ещё меня ненадолго парализовало феерическим удивлением, не дав прорваться наружу совершенно неуместному хохоту. Но потом я всё же осознал, что это просто шутки подсознания и очень вольный перевод вполне адекватных для этого мира имён.       — Я, на минуточку, Доспех-воин, а это само по себе тот ещё чит. Плюс у меня тут были разные приключения, и напугать меня всего лишь Доспехом, сколь угодно древним и могучим, несколько затруднительно… Так что да, от одного к одному до трёх к одному в мою пользу.       Я пошевелил правой рукой, намеренно удлинив пальцы примерно до полуметра и выпустив шипы и крючья, и пустил наручем зелёные блики в лучах уже подбирающегося к верхушкам деревьев солнца.       Дед нахмурился и прищурился, явно пытаясь оценить мои силы. Я мысленно хмыкнул и подтянул авоську ближе к поверхности реальности, не показывая её саму, а лишь что она вообще существует — так подводный риф искажает рисунок волн, выдавая себя опытному взгляду. Дед нахмурился мрачнее, упрямо поджал губы, не желая признавать поражение в споре, но вслух ничего не сказал.       — Ребята, вы как? — спросил я Астру с Максом.       Выглядели они вполне неплохо, как минимум, отоспались, на их Доспехах появилось по паре новых заплаток, уже почти рассосавшихся, но в целом те тоже были в порядке. Новых трофеев я у них не приметил, видимо, здравый смысл пока побеждал жадность… ну или просто не попалось ничего по-настоящему интересного.       — Лучше всех! — бодро козырнул Астра, немного неловко переступив, и добавил с укоризной: — Что ж ты нас-то не дождался, командир?       — Капитан велел идти одному. Срочная разведка и никаких подвигов, — я немного виновато развёл руками. — Ну а раз без подвигов — то я и без вас справлюсь… Ну… Такой был план, во всяком случае, — добавил я, капельку подумав.       Астра уже веселее фыркнул, а Макс даже позволил себе небольшую улыбку.       — Ну да, ну да, без подвигов! — Астра согласно кивнул, а Макс продолжил: — Мы там на полпути едва живы были с этих злосчастных демонов, а ты там где-то зелёную сталь с кого-то затрофеил! Без подвигов, как же!       — Всё хорошо, что хорошо кончается, — серьёзно сказал я. — Подробности — только с разрешения капитана, сами понимаете, но… — я задумчиво посмотрел на собственный наруч, налокотник и слегка довернул руку, чтобы ребята увидели шланги. — Это был тот ещё адовый звездец, и я не уверен, что даже зелёная сталь того стоит…       — Слушай, а что за фишка с зелёной сталью, не знаешь? — спросил я уже по связи у Сирени, заметив, как удивились от моих слов ребята.       — Я… Гладиолус видела у… отца Антона… кинжал из зелёной стали… небольшой, с ладонь… с рукоятью из цельного изумруда… он как-то сказал, что это самое ценное его сокровище… — переданный ею образ небольшого кинжала с кривым лезвием и рукоятью, действительно вырезанной из цельного зелёного камня, стилизованного под поджавшего лапки скорпиона, вместо хвоста которого как раз и было лезвие, показался мне крайне странным… и он был сделан не под человеческую руку, однозначно! — Но тот кинжал был зачарован… может быть, дело и не в стали… прости, хозяин, я не знаю больше.       — Не парься, Сирень, и пасябки! Буду считать, что просто дорогая редкость. Потом разберёмся.              — Предлагаю отправить Сирень вперёд, она отличный разведчик и сообщит, если что-нибудь найдёт, — предложил я капитану, пересчитав выходящие с нашим отрядом лёгкие Доспехи. Дедова охрана вряд ли от него далеко отойдёт, а один Астра, конечно, лучше, чем ничего, тем более, что за одного битого двух небитых дают, а его таки изрядно поколотили, но в способности Сирени я верю как-то больше.       А ещё, похоже, что дед был каким-то нереально крутым перцем, раз по его прихоти с заставы сняли самых лучших бойцов, причём прямо посреди военного положения да ещё и с командиром этой заставы во главе! С мастером Салимом я нормально пообщаться не успел, но знаю, что Кузня работала безостановочно, ремонтируя Доспехи, но даже так вместе с дедом уходила очень заметная доля парка.       — Сирень? — неожиданно крайне низким басом прогудел один из легкачей дедовой охраны, не скрывая недоумения.       — Собственность господина Грифона Ляуи, достопочтенный, — она вежливо поклонилась, выйдя из скрыта, заставив того слегка дёрнуться. — Господин Ляуи неоднократно хвалил эту недостойную за наблюдательность и скрытность.       Легкач покосился на меня, как мне показалось, с осуждением.       — Долгая история. Трофей. Вассал. Отличный скрыт, а наблюдательность ещё лучше, — предельно коротко пояснил я.       — Куда уж лучше-то, — пробормотал он себе под нос практически неслышно, но я разобрал.              У могучего древнего дедова Доспеха обнаружился серьёзный недостаток: он был медленным. Не знаю, как в бою, полагаю, у него есть адекватные усиления, а вот на марше даже сильные современные супертяжи вынуждены были самую малость сбавить ход. На этом фоне план выделить целую ночь, чтобы дойти до лагеря капитана Ши, уже не выглядел чрезмерной перестраховкой. Резерв у деда, к слову, оказался довольно неплохой, хоть и не сказать чтобы выдающийся, а вот у Доспеха — даже больше, чем у моего Грифона! В смысле, был до моего в нём застревания. И сейчас этот резерв весьма шустро пополнялся — интересно, куда дед потратил такую прорву энергии перед самым выходом?       — Астра, на полдвенадцатого, дальность двести, в кустах, — передал я ему наводку от Сирени, нарезающей широкие круги вокруг отряда и наткнувшейся на полудохлого упыря.       — Не вижу! — немного встревоженно отозвался тот.       — Слабый, хорошо маскируется. Подбирай режим, — посоветовал я ему.       — Что это за адский звездец? — чтобы разглядеть упыря ему пришлось подойти почти вплотную, и зрелище чуть не вышибло его из Доспеха.       Я вытянул пальцы, ухватил мерзкую тварь поперёк спины и вытащил так, чтобы всем было хорошо видно.       — Это упырь, — я перевернул тварь, показывая мягкое пульсирующее живое подбрюшье. — Зарождаются на местах больших сражений из обломков Доспехов и свежих трупов при наличии большого количества демонической энергии. Без неё быстро дохнут, этот уже совсем вялый.       Как бы подтверждая мои слова, тварь слабо подрыгала разносортными конечностями и выдавила из себя уже виденный мною шарик экскрементов.       — Тупые и довольно слабые, но отлично прячутся и действуют стаями, так что не советую считать их совсем уж неопасными… не думаю, что мы их много встретим, фон уже должен был нормализоваться. Боятся огня, можно просто разломать, но куски попытаются склеиться обратно.       Я воткнул щупальце в брюхо твари и выдал волну огня. С тихим скрипом тварь пару раз дёрнулась и рассыпалась на обгорелые куски.       — М-мерзость! — прокомментировал кто-то незнакомый.       — Редкостная! — с чувством согласился я.       Больше столь интересных сюрпризов нам не встретилось. Сослуживцы, конечно, прокомментировали сломанный Клык и потом, ещё более энергично, баррикаду с вмурованными мехами, но и только.       К слову, обломков Доспехов стало заметно меньше, и Сирень моё наблюдение подтвердила, насчитав целых три комплекта следов, самый первый из которых принадлежал, похоже, упырям, а вот два следующих — уже нормальным трофейным группам, скорее всего, посланным капитаном Ши. Впрочем, командование наш доклад не то чтобы проигнорировало, но и близко к сердцу принимать не стало.       Просека к лагерю ремонтников, в точности соответствующая моему докладу по приходу на заставу, вызвала у командиров короткое и энергичное обсуждение, по итогам которого мы двинулись дальше прежним составом. Мне было показалось, что они пошлют кого-нибудь шустрого проверить, благо, наша колонна двигалась вот ни разу не быстро, а до лагеря Ши расстояния оставалось заметно меньше, чем времени до рассвета, можно даже прямо тут подождать, но, видимо, решили не распылять наш и так-то не сказочно представительный отряд.       Первых наблюдателей мы встретили даже немного дальше, чем те лёгкие Доспехи, на которых я наткнулся во время «разведки». Два легкача, закопанных чуть не на метр в землю и очень тщательно замаскированных — одного Астра даже проморгал, а если бы не Сирень — я бы не заметил обоих. Себя они не выдали, видимо, ограничившись оповещением следующего секрета: двух гораздо халтурнее спрятанных середняков и звена тяжёлых Доспехов, которые не прятались вовсе, а стояли поперёк дороги.       — Стой! Кто идёт?       Вопрос был задан с откровенным пренебрежением и абсолютным равнодушием к ответу, и по вполне понятной причине: к импровизированному КПП стремительно приближались звено легкачей, два звена середняков и ещё одно звено тяжей, как доложила Сирень мне, а я — командиру. В принципе, с таким перевесом в численности во всех категориях они вполне могли считать себя заведомо сильнее… вот только это всё равно не повод для наглости.       — Полковник Каменный Варан Суховей, — мрачно лязгнул дед из-за рядов слегка раздавшейся в стороны охраны.       Действительно, родственник нашего капитана и целый, мативо, полковник! Это многое объясняет!       — Полковник погиб, когда пала застава пятнадцать тридцать пять, — равнодушно возразил второй справа тяж. — А ты — дезертир-самозванец или вовсе северянин.       — Застава стоит! — резко возразил капитан, и прозвучало это практически как вызов на дуэль.       Дед длинно прошипел что-то нечленораздельное, но потом всё же справился с голосом:       — Так значит, я уже погиб… — не скрывая язвительности уточнил он, и опять лязгнул: — Где этот щенок Ши? Подать его сюда немедленно!       — Всем выйти из Доспехов! — о, а вот и подкрепление, и я этот голос уже слышал!       — Господин полковник, можно я им втащу? Зае… Надоели хуже горькой редьки! — это был реально крик души с моей стороны.       — Кому? — спросили, кажется все… кроме только что подошедших тяжёлых, потому что они об ответе догадывались.       — Да вот этим! — я вытянул пальцы, указывая на то самое звено, подошедшее как раз по моему правому флангу. — Я с ними в тот раз не закончил. А вам эти пятеро, — я указал левой рукой на стоящих прямо перед нами. — Как раз хватит пар спустить, развеяться да нервы успокоить… чуть-чуть…       Как я и рассчитывал, дед по местной дедской традиции громогласно заржал. Стоящие перед нами Доспехи как-то неуверенно переступили, явно подрастеряв былой кураж.       — Где этот гнусный засранец Ши? — от души проржавшись снова потребовал полковник. — Долго мне его ещё ждать?       Кажется, такая постановка вопроса «встречающих» несколько обескуражила. Опять же, пала застава или нет — отсюда не видно, а цельный полковник на, уверен, хорошо известном Доспехе — вот он, стоит и гневаться изволит… и если застава таки действительно стоит, как этот самый полковник утверждает, то гневается он не просто обоснованно, а… в общем, лучше и впрямь как можно скорее организовать встречу полковника с капитаном Ши, и наблюдать за дальнейшими событиями с безопасного расстояния… или даже вообще не наблюдать, чтобы потом, если возникнут вопросы, совершенно честно так и сказать, что ничего не видел. Благословенное невежество и всё такое.       Видимо, как-то так рассудил и командир того самого звена тяжёлых Доспехов, который со мной уже общался:       — Капитан Ши во временном лагере отряда, — он повёл рукой за спину, мол, это там, спасибо, кэп.       — Ну так а хрен ли мы тогда тут стоим? — снова возмутился дед и махнул нам всем рукой. — Пошли, пошли! Вперёд!       И подал пример, в два шага пройдя мимо охраны и набрав свою невысокую крейсерскую скорость… а потом тупо протаранил центральный тяжёлый Доспех, который почему-то даже не попытался увернуться. Не знаю, сколько весил дедов монстр, но Доспех снесло, как у меня суперприёмом не получалось, а дед даже с шага не сбился! И тут же, словно отмерев, зашевелились сразу все. Наш отряд, более-менее сохраняя построение, двинулся вперёд вслед за дедом, охрана уже привычно взяла его в коробочку, а местные кое-как посторонились, пропуская нас.       Командир звена тяжей как-то затравленно тихо-тихо выматерился себе под нос и пошёл вперёд, показывая дорогу. Мужика даже немного жалко — опять в его дежурство всякая жопа случается… ну, с другой стороны, какой командир — такая и служба, что тут ещё скажешь! Хотя у нас, конечно, тоже не сказать, чтобы прям всё шоколадно…       — А что, думаешь, справился бы с теми пятью? — дед незаметно оказался рядом и задал провокационный вопрос.       — Если бить сразу насмерть — вообще без сомнений, — немедленно ответил я. — А вот если без экстремизма, чтобы потом и Доспехи починить можно было, и пилоты живы остались — то хрен его знает, — я пожал плечами. — Раздёргать да лупить по одному, но это долго, опять же, вопрос, что у них за суперприёмы, а энергию на идиотов жечь жалко… Так что, наверное, двух-трёх положил бы по-быстрому, а остальных уже живьём брал бы.       — Один, против пятерых… — дед не то чтобы прямо спорил, но и скепсис не скрывал.       — До… встречи с той х… тьмой, — даже зная, что та сущность ушла обратно в свой мир, отзываться о ней невежливо показалось мне не самой удачной идеей, — я был на уровне охренительно сильного пилота на охренительно сильном Доспехе, к тому же, практически идеально подходящем, так что не побоялся бы один против двух выйти, особенно с полным резервом. Но то было до встречи. А вот после… На пути к заставе мы встретили засаду, два лёгких Доспеха и три средних, я докладывал. Средних я уделал буквально в четыре удара, они даже среагировать толком не успели. Я, конечно, был сильно… заряжен… демонической энергией, она силушки-то прибавляет, зато сейчас соображаю лучше. При размене десятая часть силы против трёх четвертей мозгов — однозначно выберу мозги десять раз из десяти, — я задумчиво посмотрел на свою правую руку, пару раз сжал пальцы в кулак. — Та х… тьма что-то сделала со мной… и с моей душой, и с моим Доспехом. И ещё тот п… беневолент тоже руку приложил. Может, ваш Доспех чем-то и круче моего, да вот только пилота под него, чтобы вровень со мной встал, найти ой как трудно!       — Всё ещё считаешь, что и со мной справиться сможешь? — на этот раз дед спросил серьёзно, без лишней показухи, видимо, в ответ на мой развёрнутый рассказ.       — Пятьдесят на пятьдесят, — я пожал плечами. — Резерв у меня раз в десять побольше, скорость восстановления тоже повыше, раза в два, наверное. Всё упирается в суперприём, выучку и опыт. Про суперприём ничего не знаю, с выучкой большой разницы нет, у меня все воспоминания Грифона, а Шестипалый Рю на нём изрядно повоевал. С опытом похуже будет, но тоже не сказал бы, что прям разрыв большой.       — А если я скажу, что у Джаггернаута два суперприёма? — дед задал вопрос, не скрывая подвоха.       — Да хоть три! — фыркнул я в ответ. — Басню про кошку и лису все знают. Не количество приёмов важно, а умение применять к месту… и не к месту.       — Всё время забываю, что тебе на самом деле не четырнадцать, — дед покачал головой, что в исполнении Доспеха смотрелось довольно странно. — Если придётся с Ши драться, как думаешь, справимся?       Я задумался.       — Там мечники были… рукопашники… Он их как-то вызвал, когда испугался, что я демонической энергией заражён и могу его заразить. Не знаю, насколько они к ней сами устойчивы, а вот обнаружить могут запросто и точно. И главный их… Красный Ирис… Тон Красный Ирис, высокий мастер, — я наконец-то вспомнил полное имя и титул, — он про Доспех-воинов знает, и вообще вроде адекватный. Можно его позвать, чтобы подтвердил, что мы не заражены и не северяне.       — Тон Красный Ирис? — удивился полковник. — А он-то там откуда?       — Не могу… Минуту! — мне пришла в голову мысль. — Сирень, ты не помнишь, в лагере про мечников ничего интересного не говорили?       — Нет, хозяин Лю, не… не помню… — голос её звучал весьма неуверенно и расстроенно.       — Досадно, но, скорее всего, и не говорили, — я передал по связи ободряющее похлопывание по плечу, мол, я даже и не надеялся, просто на удачу спросил.       — Там много мечников было, хозяин Лю, большой шатёр, человек на двадцать или даже тридцать, а если рядовые — то и все пятьдесят! Но… Гладиолус не подходила близко, они её почти заметили.       — Ай, молодец! Спасибо большое, Сирень, ты умничка! — искренне похвалил я разведчицу, и вновь вернулся к полковнику. — Сирень говорит, что в лагере у мечников большой шатёр, на двадцать-тридцать человек. И что они отличаются фантастической наблюдательностью, ибо почти заметили Гладиолус.       — Так Сирень или Гладиолус? — неожиданно заинтересовался Суховей.       — Я же докладывал? — удивился я. — Гладиолус меня предала и попыталась убить, но её убивать насмерть было жалко — сил много вложил и вообще прикольная, так что настучал по мозгам и дал новое имя… теперь она Сирень и предать уже не сможет. Ну и сил у неё тоже заметно прибавилось. Верить мне или нет — воля ваша, но я абсолютно убеждён, что та тьма нам на прощание подарок сделала… ну, как смогла, конечно, — я передёрнул плечами, вспомнив то далеко не самое адекватное состояние, в котором мы шли обратно к заставе.       Дед посмотрел на меня, как на идиота — даже в Доспехе ухитрился впечатление передать.       — Хорошие разведчики на дороге не валяются, — пояснил я. — А Сирень — не просто хороший, она великолепный разведчик. Ещё и боец не из последних. К слову о разведке. Мы почти пришли и нас встречают. Два десятка мечников, но Красного Ириса, кажется, среди них нет, два широких звена Доспехов и легкач с двумя середняками. Наверное, сам Ши…       — «Богомол»? — я не понял вопрос полковника, но Сирень подтвердила.       — Немного переделанный, — передал я её слова.       — Просто старый, — пренебрежительно фыркнул дед. — Трофей. Основатель рода Ши его восемь тысяч лет назад отбил у северян и они до сих пор этим страшно гордятся.       — Видел я этого Ши… может, я и ошибаюсь, но ему легкач — как корове седло…       — Так да не так, — дед резко посмурнел. — Главы рода Ши всегда сражаются на этом Доспехе. В архивах есть упоминание, что он хранит умения всех своих пилотов, а потому подходит любому… — он задумался на пару секунд, а я велел Сирени по возможности держаться от подозрительного Доспеха подальше. — Нам, как супертяжам, может, и не подойдёт, конечно, но даже это не факт. Значит, ты твёрдо собираешься драться? — неожиданно сменил тему дед, видимо, именно этот вопрос его на самом деле и занимал с самого начала, а остальное было так, просто поболтать.       — Только если они откажутся решить дело миром, — я пожал плечами. — Ну то есть практически без вариантов.       Дед вновь заржал и двинулся обратно к капитану, с которым до того что-то обсуждал. Однозначно местная традиция, надо будет про неё кого-нибудь спросить… только кого-нибудь не слишком старого.              * * *              — Стой! Кто идёт? — крикнул с ворот дежурный, но дед уже знакомо вышел вперёд мимо расступившейся охраны и прошёл сквозь запертые ворота, которые этого, разумеется, не пережили, прямо на плац, к встречающим нас Доспехам.       — Щенок Ши! Что ты тут устроил, шакалья отрыжка? — мне кажется, что голос деда было слышно даже в крепости. — Я, полковник Каменный Варан Суховей, клянусь честью и именем Императора, что ты не уйдёшь отсюда живым, если не объяснишься немедленно!       — Полковник Суховей убит! Взять самозванца! — меня даже немного интригует такая устойчивость на курсе этого Ши, но я подумаю об этом позже. После драки.       Врубаю суперприём и влетаю в два супертяжа, стоявших слишком близко друг к другу. Мой фланг — правый, приоритет — тяжёлые. Со средними пусть разбирается звено капитана, насколько я его успел узнать — сомневаюсь, что ему понадобится помощь. А вот уже встреченное мною в прошлый раз звено тяжёлых в драку как-то лезть не рвётся, построились в два ряда, спереди три мечника со щитами, за ними — двое с копьями, и ждут, кто к ним сам придёт. Я приду, но попозже.       Прикрываясь щитом от левого, бью кулаком в голову правого, он пытается атаковать коротким мечом, идеально подходящим именно для такой дистанции, но я быстрее. Смещаюсь ещё левее, сильнее толкая левого, распускаю пальцы, обхватывая голову противника, и дёргаю на себя, лицом об колено. Ещё раз и отталкиваю под ноги ощетинившимся ежом знакомцам.       Поворачиваюсь к левому, как раз сменившему бесполезный клевец на такой же короткий тесак, распущенными пальцами спутываю ему ноги, отбиваю щитом тесак и тем же щитом со всей дури бью плашмя в голову, вкладывая весь вес. Попытка шагнуть назад, разумеется, превращается в падение, я шагаю следом, практически взбегая на ещё падающего противника, и пинаю его в челюсть… ну, некоторый шанс выжить у него есть… был…       Оборачиваюсь к внимательно следящим за мной «ёжикам», показываю им неприличный жест и завершаю оборот. Ши на своём легкаче носится вокруг деда и хронически не успевает. Один середняк с отчётливо повреждённой ногой не сходя с места орудует копьём, второй прикрывается бронедверью и пытается достать деда клевцом. У деда в руках парные тесаки — подлиннее и потяжелее тех, что я уже видел, но машет он ими на зависть любому, уверенно отбиваясь от двух с половиной вроде как более быстрых противников. Это ходит он медленно, судя по всему.       Наше звено тяжёлых вполне уверенно держит двух тяжей на левом фланге и крепко поддерживает средних против вдвое превосходящего тех численностью противника. Выгадываю момент и вновь активирую «Бросок», оставив за спиной двух «своих» изготовившихся к драке середняков, и сбиваю с ног троих, насевших на капитана Самума. Четвёртого просто бью кулаком в затылок, подставляя под удар молота тяжёлому. Упавшим тоже прилетает, кажется, кто-то активировал площадной суперприём, во всяком случае, угрозы они больше не представляют, хоть и живы… едва.       Резко разворачиваюсь, изрядно мешая врагам крыльями. А вот теперь — время!       Два «моих» середняка как раз оказались перед «ёжиками», пусть и чуть более широким фронтом, чем мне бы хотелось. Выстреливаю в них пальцами, только не протыкаю никого, а просто хватаю и стягиваю вместе — и вбиваю их суперприёмом в строй «ёжиков», явно такой подставы от меня не ожидавших.       Хватаю молот и со всей дури бью три раза подряд по головам переднего ряда… два раза по головам, третий раз — по плечу, он попытался прикрыться щитом и даже почти успел.       Принимаю одно копьё на щит, пинаю коленом в грудь попытавшегося подняться середняка, второе копьё ловлю пальцами и дёргаю на себя. С противным скрежетом шипы и крючья моих щупалец скользят по древку почти до самого наконечника, но всё же цепляются. Рывок смазан. Забегаю по всё ещё валяющимся середнякам и рыбкой прыгаю через головы тяжёлых, не выпуская копьё. Ухожу в перекат, пытаясь намотать копьё на себя, точнее, вырвать из рук, но противник держится за него крепко, так что реально копьё погнул.       В узкую щель между противниками змеёй проскальзывает ещё копьё, едва не достав меня в колено — это какой-то середняк меня ткнул, даже не поднимаясь на ноги. С выдумкой мужик, уважаю!       Парирую древком удерживаемого копья меч второго тяжа-копейщика и всем весом топаю по вновь выскочившему копью середняка. Ребром щита бью левого копейщика в голову, отпускаю его копьё и обратным сальто разрываю дистанцию: два тяжа из тех, что были в переднем ряду, развернулись и собрались присоединиться к веселью. Пятый, похоже, из боя выпал.       Легкач из широкого звена пытается атаковать в спину и я просто отмахиваюсь от него крылом, далеко его отбрасывая. До дедова Джаггернаута мне, конечно, далеко, но против легкачей — получается неплохо.       У деда, к слову, всё хорошо: второй середняк потерял свой клевец, похоже, вместе с рукой, и теперь только прикрывает своей бронедверью хромого напарника с копьём. Капитан Ши по-прежнему быстро и технично машет своим мечом, но деда достать так и не может, впрочем, тут у них, похоже, паритет.       В ворота наконец-то вбегают те тяжи, что нас встретили на дороге — я был уверен, что они подойдут гораздо раньше, вместе с середняками, но вот замешкались чего-то. На шум подбегают ещё Доспехи.       С моего места хорошо видно, что Астра, вовсю пользуясь своей тыловой неуязвимостью, сцепился с несколькими лёгкими и не столько бьёт их, сколько отвлекает и бесит. Макс, не иначе как набравшись от меня плохого, регулярно разделяется на три-четыре копии и практически тут же схлопывается в ту, что оказалась в наиболее выгодной позиции. Своей усиленной бронедверью он без малейших проблем держит даже удары двуручного клевца тяжёлого Доспеха, явно того страшно раздражая. Из дюжины середняков противников уже пятеро валяются на земле, к сожалению, в компании с парой наших, рядом валяются три пилота — по форме не понять, наши или местные, но, вроде, живые. Капитан вовсю орудует своим кнутом, удерживая противников на неудобной дистанции. Наши тяжи держатся чуть лучше — один охромел и перешёл на копьё, ещё подлиннее моей рогатины, а остальные его страхуют и подводят противников под удары. Похоже, ноги у Доспехов — слабое место, надо будет об этом подумать.       А сейчас надо драку завершать: во-первых, негоже своих же бить, во-вторых, их всё-таки сильно больше… не то чтобы это имело решающее значение…       Прости дед, но других вариантов я не вижу! Захлёстываю ноги Ши максимально вытянутыми щупальцами. Одно он перепрыгивает, второе пытается перерубить — к моему счастью, безуспешно — а вот третье его таки достаёт. И к нему немедленно присоединяются два других. Дедов меч немедленно сносит полруки потерявшему былую мобильность засранцу, второй пропахивает глубокую борозду через весь нагрудник, чуть не развалив пополам, но я успел его слегка отдёрнуть. Ранений оказалось достаточно, чтобы Ши выпал из своего Доспеха… полагаю, моя капелька огоньку тоже ему помогла сделать правильный выбор.       — Именем Императора, стойте! — всё же голосище у дедова Доспеха вызывает уважение… и глухоту. Во всяком случае, мечники, так и простоявшие всю драку не вмешиваясь, сейчас откровенно морщились и пытались незаметно вытрясти звон из ушей.       По связи от Сирени до меня донеслось какое-то странное, сразу пропавшее ощущение… азарт? Охота? Я уловил лишь направление и во весь опор рванул на «пеленг», если можно так сказать. Была мысль использовать «Бросок», но среди людей и шатров я посчитал это совсем уж плохой идеей.       — Сирень! Проверяю! — крикнул я слегка офигевшим от такой реакции своим.       Я нагнал их лишь примерно в трёх километрах от лагеря — Сирень и троих мечников, каким-то образом сумевших сильно заглушить мою с ней связь — ну, пока я не использовал по-настоящему толстое энергетическое щупальце — и сейчас старательно от неё отбивающихся, даже скрыт не особо помогал… И шансы у них были очень неплохие: существенное превосходство в скорости плюс безусловная заточенность именно на бой. Защита у Сирени была куда лучше, причём не только броня, но вот сама она по ним попасть не могла, хотя и разогналась до предела. Что уж там насчёт выносливости Доспеха с доступным резервом в несколько десятков сильных энергетов против троих обычных — не знаю, отродясь с этими мечниками дела не имел. По идее, без необходимости ворочать Доспех, они вполне могут и выигрывать в расходе…       Словом, как только они обернулись на шум моего приближения — я щедро плеснул энергии в Сирень, дополнительно насильно её разгоняя до самой грани безопасного, и уже с правой руки пустил волну жара, дополнительно разгоняемую удлинняющимися пальцами. В драке против них мне тем более ничего не светило, даже слив все свои нынешние запасы в самый сильный разгон, какой только получится, я всё равно буду медленнее, точнее, уступлю в манёвренности, на прямой-то я их догоню даже и без разгона, за счёт одной только разницы в росте.       А вот разогнанная мною Сирень зажатых огнём противников достать смогла: одного тесаком, сразу насмерть, насколько я могу судить, просто за счёт неожиданного скачка в скорости, а другого — своим серпообразным кинжалом, благодаря скрыту до самого удара остававшимся незамеченным. Третий трезво оценил свои шансы и попытался убежать, но Сирень просто метнула в него подобранный камень. Как гласит народная мудрость, не бегай от снайпера — умрёшь уставшим.       К моменту нашего возвращения полковник бразды правления в лагере вполне успешно перехватил, и на воротах нас встретили уже знакомые из числа наших, очень недовольные.       — Пытались сбежать, — я продемонстрировал три плотно увязанных тела. — Полагаю, господин полковник захочет задать им несколько вопросов.       Наличие добычи мою крайне несвоевременную выходку вполне оправдало, причём не только в глазах дежурных, но и капитана Самума, у которого гневное «А!» плавно сменилось на донельзя задумчивое «О!» при виде сгруженных ему под ноги мечников.       — Черепно-костяная травма, дыра в боку, труп, — озвучил я предварительные диагнозы всех трёх.       — Черепно-мозговая, — поправил меня очень расстроенный незнакомый мужик в чине лейтенанта, явно ищущий и не находящий, на ком бы вызвериться.       — Был бы мозг — он бы им подумал. А так — только кость. Пытаться сбежать в такой момент — это, считай, прилюдно чистосердечно признаться во всех грехах сразу, даже в тех, которых в природе не существует!       — Доктора. Срочно, — велел Самум лейтенанту и обернулся ко мне: — Лю, тащи их в кабинет. Полагаю, высокий мастер сможет прояснить господину полковнику некоторые подробности.       — Есть, кэп! — в последний момент я всё же сообразил и свернул ответ до максимально панибратского, поддержав капитана, обычно заметно более формального при посторонних. Не знаю, что тут происходит, но вряд ли что-то хорошее…