Чтецы по-тейватски

      — Этот день — самый настоящий кошмар.       — Ты так думаешь?       — Ну, — Мелисса косо смотрит на Эгилла, а затем отворачивается и разглядывает ночное небо, проглядывающее сквозь облака. — Я потеряла сознание, очнулась в окружении представителей Бездны, те изъяли все мои наработанные материалы и наказали не шастать по руинам. Хотя бы на поверхность вытащили, спасибо вам за это.       Эгилл усмехается под её недовольные вздохи. Да, ей точно придётся не сладко, а она не похожа на человека, что постоянно остаётся с бодрым духом и трезвой головой. Но сейчас она не выглядела потеряно, что-то тихо считала, загибая пальцы. Скорее всего пыталась понять, сколько она может прожить на своих накоплениях.       Здесь было гораздо теплее, чем в самом Разломе, воздух был суше, но не было ощущения, будто ты дышишь каким-то сумерским песком. Он глубоко вдыхает и внутри становилось чуть легче. В небе можно было разглядеть звёзды, что своими скоплениями складывались в различные узоры. В такие моменты Эгилл понимал, почему Агнарр так часто уходил из недр Бездны куда-то на природу. Нет, тот никогда не пренебрегал своими обязанностями, но за… пятьсот лет жизни (или существования), наверное, любой бы взвыл.       — А? — она вновь поворачивается к нему, а её слова выводят его из раздумий. — Ты ещё не ушёл?       — Нет, с чего бы, пташка?       — Ну, Агнарр покинул нас даже не попрощавшись, — Мелисса усмехнулась. — Подумала, что это в вашем духе.       — В обычной жизни он не очень многословен, хоть и также красноречив. А ещё Агнарр очень торопился. Всё же в Бездне он важная персона, хоть особо и не принимает участие в битвах.       — В любом случае ты выполнил его наказ и телепортировался со мной наверх. Или тебе что-то ещё нужно?       — Если честно, то мне хочется переместить поближе и сопроводить тебя в Ли Юэ, — Эгилл подходит чуть ближе к краю. — Всё же между городом и Разломом большое расстояние, а ты не совсем в том состоянии, чтобы его так просто преодолеть.       Перед ним, как на ладони, расстилался карьер с причудливой формой горообразования, усеянный огнями от лагерей Фатуи и Похитителей сокровищ. Последним вообще не было смысла здесь появляться, разве что руду добывать, но такие бездельники никогда такой трудной работой заниматься не будут. Ну, не лезут в глубины шахт, и на том спасибо. А вот к Фатуи претензии у Эгилла были. Их хотелось разрушить до основания, чтобы не лезли не в свои дела, но нельзя. Это может привлечь лишь ещё больше внимания людей к этому месту, а таких проблем им точно не нужно.       — Буду благодарна тебе за такую помощь, — Мелисса улыбнулась. — Я живу не в Ли Юэ, а на постоялом дворе Чжу. Если тебе будет проще, то это около гор Тяньхэн.       — Я понял, о каком месте ты говоришь, — Эгилл кивнул. — Пойдём или хочешь ещё посмотреть на небо?       — Не хочу медлить. Да и от Разлома так странно пахнет… — девушка поёжилась, поправила натирающие лямки рюкзака.       — Я тебя понял.       Он вспомнил, что от Разлома, как ни крути, всё же доносился слабый запах гнили, грязи и проклятья. А Эгилл уже привык к нему и даже не замечает, хотя при первом спуске в шахты сам чуть ли не задыхался.       Эгилл приблизился к ней, почтительно протянул ей руку. Она некоторое время смотрит на его руку, будто сомневается, а затем протягивает свою дрожащую ладонь. До Эгилла никак не могло дойти, в чём причина такой неуверенности. Кто бы что ни говорил, но телепортировался он куда аккуратнее других Чтецов, да и Мелисса это делает не на голодный желудок.       Он берёт её за руку, плавно притягивая ближе к себе и утаскивая за собой в совершенно другое место. Мелисса испуганно задерживает дыхание и шумно выдыхает, когда чувствует под ногами землю, хотя прошло всего мгновение. Эгилл отпускает её, позволяет отдышаться, а сам отходит немного в сторону.       — Ты… — он слышит, как она взвизгивает, но это не было похоже на страх. — Ты что творишь?       — Я же сказал, что хочу сопроводить тебя до дома, а в таком моём виде нас будет задерживать каждый встречный. Подумай, я всё же не человек.       — И поэтому ты раздеваешься?!       — Да, ведь моя броня…       Стоп.       До Эгилла слишком долго, но всё же доходит.       — Стыдно говорить тебе так поздно, но, пожалуйста, отвернись, — тихо, но чётко сказал Эгилл.       — Я уже!       Он немного обернулся. И в правду, Мелисса отвернулась, прикрыла лицо рукой, и нервно ковыряла носком ботинка землю.       — Это просто недоразумение. Я, как и многие другие Чтецы, ношу особую броню, а не создаю иллюзию. Поэтому при создании новой оболочки она останется на мне, что несколько напряжно. Признаю, как-то не подумал о твоих чувствах.       Мелисса терялась даже от небольшой близости, а тут он ей показывает такое. Эгиллу хотелось раздражённо сплюнуть и проматериться, но он сдержался, спешно снимая с себя всю броню и убирая к себе в инвентарь.       — Обидно прозвучало.       — Прости, я действительно не хотел тебя, — он на секунду задумался, пытаясь подобрать слово, — смущать. В Бездне основной костяк мужского пола, поэтому я… — последний звук он начал растягивать, хаотично придумывая хоть что-то необидное в своё оправдание.       — Не оправдывайся, а то ещё большую яму себе выроешь, — перебила его Мелисса, догадываясь, что иначе он начнёт нести пургу.       — Спасибо, — с облегчением выдохнул Эгилл. Агнарр на его месте точно бы придумал что-то правдоподобное или вообще не попал в такую дурную ситуацию.       Он смотрит на свои человеческие руки, разглядывает завитушки на подушечках, ногти, фаланги и костяшки пальцев. Как и говорил Агнарр, человеческие тела — довольно грубая, но завораживающая работа природы. Неидеальные. Но если начать изучать, то интересные.       — Ты там скоро? — она снова выводит его из раздумий.       — Погоди, — Эгилл мотает головой, смахивая наваждение, поправляет на себе одежду. Не более чем осязаемая иллюзия, но ощущение от неё создавалось не самое приятное. Да и человеческая кожа более чувствительна. — Всё, я закончил.       Мелисса разворачивается к нему, долго и внимательно смотрит на него, от чего ему становится очень неловко.       — Что-то не так?       — Мне наконец-то не нужно задирать голову, чтобы посмотреть тебе в лицо.       Он нервно кашлянул:       — А это тебя так сильно напрягало?       — Не очень, но это первое правило приличия, и оно, я думаю, распространяется на всех. Иначе я буду смотреть прямо на… — Мелисса вновь растерялась, а после и вовсе покраснела, нервно покусывая губу. — Ну ты и сам отлично всё понимаешь! Прости, просто твои раздевания окончательно вывели меня из равновесия!       — Давай спишем все недопонимания на то, что ты устала, и мы надышались какой-нибудь грибной дурью в Разломе? И наконец-то пойдём, куда? На постоялый двор Чжу? Я правильно всё запомнил?       — Да. Можешь понести мои вещи?       — Без проблем.       Эгилл принимает от неё походных рюкзак, что даже после всех вытащенных бумаг и документов весил немало. Мелисса перекидывает ещё одну сумку через плечо, с облегчением выдыхая. Эгилл первый выдвигается, выходя из укрытия и спускаясь по почти заросшей тропинке вниз. Он знал, что она неумолимо следует за ним, но иногда он всё же останавливался, слыша, что она где-то замедлилась.       Эгилл жадно дышит. Да, воздух всё ещё суховат, но он уловил на корне языка солёно-горьковатый привкус. До исступления вкусный, не приторный и не назойливый, заставляющий себя смаковать. Первые нотки, оповещающие о том, что солёное озеро довольно близко. Он любил подобные морские запахи. Солёного, бесконечного. Эгилл в свободное время выбираться на какой-нибудь маленький островок, что по ночам практически затапливался приливами, и смотреть в синюю даль. Правда, свободного времени было не так и много. В последний раз, кажется, он так выбирался год назад.       — Так плохо видно дорогу.       — Правда? — Эгилл остановился, поджидая её. — Я думал, что ты не испытываешь с этим проблем.       — Я привыкла передвигаться в полутьме, это правда. Но сейчас я ощущаю некоторое недомогание, — она поморщилась, помассировала виски. — О, дом. Выглядит очень знакомым.       — Через пару минут мы будем уже на месте, — он проходит мимо дома, подходит к деревянной лестнице, осматривает её старые ступени, а после приглашает пройти Мелиссу первой.       — Откуда ты знаешь об этом месте? — она ступает по деревянным полупрогнившим ступеням. Те ощутимо прогибались, но всё же держали вес. — Даже я его не сразу узнала, хотя живу буквально в соседнем доме уже несколько лет?       — У меня неплохая память на запоминание местности, поэтому для меня это не проблема, — он взбирается следом, предварительно ещё раз проверив лестницу на прочность. Благо, что и его вес она выдерживала. — Ну вот мы и пришли, — прищурившись, Эгилл спешно зашагал в сторону ярких огней. — Хорошо, что мы никого не встретили. Моё задание выполнено, можно возвращаться к рутине, — это прозвучало как-то уныло даже для него. Нет, он, хоть и ворчал, но любил свою работу. Но сейчас возвращаться к книжкам и обходам как-то не хотелось.       Они выходят на небольшой двор. Глаза быстро привыкли к свету и теперь он не кажется таким ярким, как раньше. На постоялом дворе было тихо, в доме горело всего одно окно на первом этаже. С соседней дороги слышались размеренные шаги патрульных Милленитов. Где-то в горах одиноко кричала птица, слышен шелест листьев песчаных деревьев и травы. Умиротворение и полный, нерушимый покой.       — Хочешь выпить со мной чаю? — неожиданно предложила Мелисса. — Не смотри на меня так, это просто маленький знак моей признательности за то, что вытащили меня. В тот момент я и сама бы справилась, но, признаюсь, в долгосрочной перспективе навряд ли выжила.       — Не смею тебе отказывать.       — Хорошо, тогда садись, куда хочешь, — она кивнула в сторону двух столиков, что стояли на улице перед домом. — А я схожу за кипятком на кухню, заодно поздороваюсь с мистером Чжу, судя по свету в его комнате, тот ещё не спит. Рюкзак брось здесь, потом затащу его в комнату.       Эгилл садится за выбранный стол, оставляя рюкзак у его ножки. Он не мог доверять ей полностью, знал, что может предать и обмануть. Как и он сам. Всё же Бездна и человечество являются врагами.       Достаёт несколько волчьих крюков и ступку. В Разломе он эти ягоды и вовсе сжал в своих руках, разминая их до неаккуратной кашицы, но сейчас всё по-другому. Крюки на этих ягодах острые, а человеческая кожа — нежная. В общем, нужно использовать более культурные средства для измельчения ягод, поэтому в ход и пошла ступка.       Но Мелисса быстро вернулась, вынося с собой поднос с чайничком и парой чашек.       — Спасибо, что подождал, — ставит поднос на стол, садится напротив него. — Мистер Чжу разрешил мне взять пару оставшихся лепёшек «Мора». Так любезно с его стороны. А чай, как обычно, я завариваю свой, не классический зелёный. Надеюсь, ты не очень будешь этим расстроен. А что это? — она заглядывает в ступку, принюхивается к смеси. По её глазам видно, что она узнала в этой каше волчьи крюки.       — Потом помогу тебе ещё раз перебинтовать руки. Раны у тебя, хоть и не очень глубокие, но требуют более тщательной обработки.       — Ну раз ты утверждаешь, то хорошо, — Мелисса пожала плечами, разливая чай по маленьким кружкам. — Если захочешь ещё еды, то не стесняйся, говори. Думаю, Чтецы употребляют гораздо больше пищи, нежели люди.       — Ты не права. Большинство из нас придерживается постов и определённых рационов, поэтому нам не привыкать к малому количеству пищи.       — Ну, главное, чтобы ты случайно в голодный обморок не упал. Приятного аппетита.       — Взаимно, — через мгновение Эгилл всё же добавляет, — пташка.       Он отпивает чай, смакуя его вкус. Очевидный, но приятный вкус травяного чая.       — Это цветок-сахарок, мята, кажется, ещё ветряная астра и… — Эгилл задумался, причём надолго. На языке слегка горчило, что сильно его озадачило. Нет, он знал, что некоторые добавляют себе перец и прочую экзотику себе в напитки, даже когда-то подобное извращение пробовал, но сейчас он не знал что ответить. Это было не неприятно. Скорее, неожиданно.       — Лилия калла, — дала ответ на его немой вопрос Мелисса. — Не нравится?       — Дурость не говори, — хмыкнул Эгилл. — Но тебе не кажется, что в этом чае слишком много вкусов? Та же ветряная астра почти незаметна.       — Я удивлена, что ты её вообще заметил, — слегка раздражённо фыркнула она, откусывая от лепёшки. Видно, что она хочет что-то ещё сказать, но набитый рот не позволяет ей хоть как-то выразиться.       — Не торопись. Зная твою удачливость, можешь поперхнуться, а я не намерен спасать тебя во второй раз.       Мелисса смотрит на него с возмущением, он тихо смеётся, сам пробуя пищу. На вкус ничего особенного, пробовал варианты и лучше. Но, Эгилл не ел целый день, поэтому съест эту лепёшку за милую душу и возмущаться точно не станет. До того, как он оказался на побегушках у Агнарра, питался просто ужасно.       — Я постоянно экспериментирую со смешением трав в разных пропорциях, — наконец, Мелисса прожевала и проглотила. — Поэтому чай выходит каждый раз разный. И нет, я не считаю, что слишком много вкусов намешано. И у меня к тебе вопрос, — Эгилл вопросительно приподнял бровь. — Когда ты был с Агнарром, то так увлечённо изучал мои записи и пару черновых переводов. А теперь, когда мы остались вдвоём, ты даже не интересуешься, где я хотя бы научилась переводить.       — Прости, но считаю, что это не моё дело, — Агнарр явно в разы больше разволновался от её текстов, вон как ускакал. Он догадывался, куда проповедник потащил все её труды. А Эгиллу, хоть ему и было интересно почитать, но он никогда не был в особом восторге от художественной литературы. — Куда интересней вот что. Ты решила, чем будешь зарабатывать на жизнь?       — Пока ещё нет.