Часть 5
11 мая 2025 г., 01:02
Примечания:
Приятного чтения, дорогие мои🤗
Прошло несколько дней после того, как советник хокаге покинул Суну. Можно было бы сказать, что жизнь в деревне пошла своим чередом, но это было отчасти. Волнения утихли, шиноби вернулись к своим обычным обязанностям, стало спокойнее. Темари бы даже сказала, что все вокруг приободрились. Визит советника не прошел впустую, новые соглашения и новые возможности вселили в жителей деревни небывалый энтузиазм, что напоминало былое процветание до войны. Даже старейшины и другие высокопоставленные джонины не выглядели слишком хмуро, занятые делами деревни.
На душе у Темари стало спокойно впервые за долгое время. Она, как и раньше, проводила все дни напролет в стенах резиденции, но теперь во время работы на нее не давил прежний груз переживаний. Она заметила, что даже Канкуро после переговоров с делегацией из Конохи стал чуточку приветливее и уже не срывал злость на своих подчинённых. А вместо этого, как это частенько бывало, он мог подолгу отлынивать от работы на перерывах, перекидываясь шуточками с подопечными чуунинами.
Единственное, что осталось неизменным, так это вечная занятость Гаары в многочисленных делах деревни. В отличие от брата и сестры, работы у него прибавилось, из-за чего он все реже проводил время с ними. У них даже не появлялось возможности поговорить друг с другом наедине после отбытия советника. Казекаге то и дело пропадал на совещаниях и встречах, а у нее самой и без того хватало забот на собственной должности.
Но тем не менее в ее мысли временами прокрадывались воспоминания их последней встречи с Шикамару. Она не могла понять, что чувствовала после его ухода. Наверное, ее все же гложило то, что у них так и не появилось возможности поговорить друг с другом на прощание, хоть этого и не было у них в порядке вещей. Их последняя ночь прошла точно так же, как когда-то проходили их деловые встречи в гостинице Конохи. Опьянённые страстью, жадные до прикосновений и поцелуев, ночь для них пролетела незаметно, пропитанная похотью и сигаретным дымом. Они больше не разговаривали, не обсуждали произошедшее, сразу заснули после секса, а на следующее утро в спешке собирались, заметая следы их ночных безумств.
Но Темари не могла больше отрицать: многое изменилось за столь короткое время, пока Шикамару гостил в ее доме. Сначала появилось то странное чувство, словно между ними возникло нечто большее, чем обязательный секс, затем тот разговор, ставший невозвратной точкой в их запутанной истории. После него все былые домыслы казались перечеркнутыми. Она пришла к нему на прошение очередной уступки для Суны, но все равно этот раз показался совсем иным. Они сами были иными друг с другом.
С одной стороны она все ещё находилась под потрясением, узнав всю правду, но с другой стороны она продолжала относиться к нему, как к совершенно особенному человеку, не входившему в ее естественный уклад жизни. Будто он был для нее в другой реальности, в которой Темари без какого-либо стеснения отдаётся чужому человеку, поддаётся непристойным желаниям и стонет от удовольствия во весь голос. Она не думала об этом, но знала: для него она точно такая же, из другой реальности, спрятанной от посторонних глаз.
Ещё одним поводом вздохнуть спокойно стала услышанная ею неожиданная новость. Перед тем, как уйти, советник хокаге дал согласие Гааре на организацию совместных миссий. Он с полной уверенностью заявил, что убедит госпожу хокаге подписать все нужные для этого распоряжения, после чего лично займётся этим вопросом и объявит итоги на общем собрании альянса. Темари узнала об этом от Канкуро, ставшим свидетелем этого разговора. Приподнятое настроение брата передалось и ей. Даже осознание своего вмешательства при этом решении не помешало ей обрадоваться вместе со всеми.
Как бы абсурдно это не звучало, но несмотря на все потрясения, жизнь в Суне после визита Шикамару стала гораздо легче. Сколько бы она не думала над его словами, сказанными в кабинете казекаге, они больше не омрачали ее мысли. Теперь при воспоминаниях того дня в голове больше крутились образы его искреннего выражения лица, обеспокоенного ее реакцией. Как он не упускал возможности коснуться ее лица, мягко поглаживая щеки, как он уверял ее, что ему неважно, будут ли вокруг другие люди, если рядом будет она. В ушах все ещё стояли отзвуки его взволнованного голоса, просящего поверить, что ему тоже было невыносимо сложно скрывать всю правду от нее, потому что это она.
Стоило ей вновь прокрутить в голове тот разговор, как внутри ее сжимало что-то до странного щемящее. И это пугало ее. Она тут же переставала думать об этом, пытаясь сконцентрировать свое внимание на чем-то другом, на чем угодно, что никак не относилось к их тайне. Что-то не давало ей зайти дальше, трезво поразмыслить над тем, что она чувствует, что творится в ее душе и в душе Шикамару. Это что-то неизведанное до ужаса пугало ее, заставляя хотеть вернуться в то время, когда ей не положено было знать большее, когда их отношения ограничивались лишь простым сексом, не вмещающим в себя слова и разговоры. В один момент они начали позволять себе большее, переступили черту и сделали то, чего никогда не происходило прежде: стали настоящими.
Наступил конец месяца. Темари возвращалась в свой кабинет после того, как отнесла очередной отчет в отдел шифрования, когда наткнулась в коридоре на Канкуро. Он говорил с двумя опытными джонинами, всегда возглавлявшими специальные отряды для длительных миссий. Заметив сестру, Канкуро быстро кивнул двоим мужчинам, показывая, что разговор окончен.
— О чем ты с ними говорил? Что-то назревается? Выглядишь серьезным. — Темари еле сдержала усмешку, не упустив случая поддеть брата.
— Вообще-то мне всегда положено быть серьезным.
— Впервые слышу. В таком случае ты крупно пренебрегаешь своими обязанностями.
— Очень смешно, Темари. Смотрю, ты сегодня веселее обычного. Ежемесячные отчёты повеселили?
— Неважно. Так о чем вы говорили? Не похоже, что ты просто спрашивал, как у них дела.
— Да это по поводу дипломатических миссий. Гаара сегодня подготовил послания в другие страны, решил поручить им. Мы обсуждали сроки. — Темари удивлённо вскинула брови. В последнее время все важные дела казекаге по случайности проходили мимо нее.
— Странно, что я об этом ничего не знаю. Насколько я помню, дипломатические миссии всегда были на мне.
— Не знаю. Наверное, Гаара не хотел портить тебе хорошее настроение долгими походами.
— Звучит неправдоподобно. — она сложила руки на груди, сузив глаза. — Я постоянно торчу в своем кабинете, и мне никто не передаёт о дипломатических миссиях.
— А чего ты у меня спрашиваешь? Ты же знаешь, отношения с другими странами не входят в мои полномочия. Просто я с утра был у Гаары насчёт перевозки строительного груза, и так вышло, что мы обсудили сообщения из Тумана и Облака. Тем более на носу собрание альянса, забыла? Гаара думает над нашим отчетом и ищет, кого бы послать туда.
Темари раскрыла рот, но ничего не сказала. Все мысли перемешались. Она действительно совсем забыла про собрание альянса. А еще она вдруг осознала, что по какой-то причине отстранилась от всех важных дел. Оказывается, Канкуро присутствовал при обсуждении таких важных вопросов, а она сама за все время после переговоров с Конохой ни разу даже не заходила в кабинет казекаге. И ее никто не звал.
— Но почему мне не доложили? На собрание альянса с отчетом всегда отправлялась я. Тем более я участвовала во всех последних переговорах.
— Так пойди и сама спроси! Чего ты от меня хочешь? К тому же ты прекрасно знаешь, что сейчас все заняты строительством. Никто не будет присылать тебе особые приглашения. Гаара вечно у себя в кабинете с кучей документов. Иди и сама подготовь отчёт от Суны.
— Да поняла я! Сейчас пойду и узнаю сама! Толку ведь от тебя ноль.
Гневные причитания Канкуро она пропустила мимо ушей, решив не бросать слов на ветер и сразу же отправиться к Гааре. По пути до кабинета казекаге Темари раздумывала о том, как же так вышло, что о ней будто позабыли, когда дело касалось дипломатических миссий. И почему так сложилось, что за все дни ей ни разу не удавалось поговорить с Гаарой и обсудить с ним дела Суны. Она целые дни проводила в резиденции, разбирала доклады и моталась между отделами, контролируя работу чуунинов и генинов. Бывали случаи, когда она хотела наведаться к казекаге, но именно в эти моменты он отлучался на всякие встречи и собрания. До этого времени она не придавала значения таким совпадениям, но сейчас это ни на шутку взволновало ее.
Если бы не случайная встреча с Канкуро, она бы на вряд ли вспомнила о собрании альянса, которое неизменно посещала с однотипными отчётами для представителя Конохи. Эти собрания перестали быть чем-то важными по сравнению с миссиями в Коноху. Когда-то от Скрытого Листа представителем был Шикамару, но он уже давно занят более важными обязанностями в качестве советника хокаге.
Дойдя до кабинета, Темари резко остановилась, решив поубавить свой пыл. Глубоко вздохнув, она быстро постучала для приличия и, не дождавшись ответа, вошла. На этот раз Гаара был у себя, сосредоточенно склонив голову над бумагами. Когда дверь за ней закрылась, он поднял голову, задержав на несколько секунд взгляд на сестре. Он казался удивлённым, словно никак не ожидал увидеть перед собой Темари, и это не могло не остаться незамеченным для нее.
— Я только что разговаривала с Канкуро. Он сказал, что ты посылаешь других джонинов, чтобы передать послания в Туман и Облако, и ищешь, кого отправить на собрание альянса. Разве это не моя работа? — она снова по привычке сложила руки на груди.
— Темари, я... — казекаге закашлял, чтобы прочистить горло. Весь его вид говорил о том, что его застали врасплох. — Я не хотел нагружать тебя, тем более мне понадобится твоя помощь здесь, в деревне. А с этими поручениями может справиться и кто-нибудь другой. — Он опустил глаза на стол, вернувшись к чтению по-видимому очень важных бумаг.
— Но ведь за нашими отношениями с другими странами всегда отвечаю именно я. И я больше остальных осведомлена о нашей деятельности, чтобы вести переговоры с другими деревнями. Не стоит беспокоиться обо мне, я прекрасно справляюсь со всеми обязанностями и смогу помочь вам и здесь, когда вернусь.
— Я знаю. — Гаара ответил немного резко, будто был чем-то крайне раздражен. При этом он так и не поднял больше головы, чтобы взглянуть на нее. — Я не хочу, чтобы ты отвлекалась на такие мелкие поручения, когда у нас есть дела поважнее. — добавил он уже спокойнее. После его ответа весь пыл Темари мигом испарился. Она уже не чувствовала того серьезного настроя, с каким шла сюда.
— Хорошо. Пусть этими посланиями займутся другие. Но что насчёт собрания альянса? Как бы то ни было, Суна должна представить свой доклад перед всеми странами альянса. Эта миссия куда серьезнее, и к тому же я имею больше опыта и информации. Я не могу просто так доверить свою работу кому-то другому, чтобы остаться с вами.
На несколько долгих секунд Гаара замолчал, задумавшись о чем-то. Уже встревоженная Темари замерла в ожидании его ответа. Что-то его явно гложило, но она не могла понять, что именно. Спросить об этом она не осмеливалась.
— На собрании альянса будут представители Конохи. А мы и так уже все обговорили с ними недавно, так что нам незачем волноваться по поводу отчета. — Гаара тяжело вздохнул, продолжая вглядываться в документы. Он говорил медленно, уставшим голосом, но все же в нем было необычное напряжение, которое пытались тщательно скрыть.
— То, что мы обговаривали недавно с Конохой, мало касается дел альянса. И на собрании будут другие шиноби из Конохи. Советник хокаге их не посещает, так что мы не можем бездумно пренебрегать своими обязательствами перед другими скрытыми деревнями.
— Он их не посещает? — после недолгой паузы произнес Гаара скептически.
— И уже очень давно. Сейчас делами альянса занимаются другие шиноби из Скрытого Листа. — он снова замолчал, погрузившись в раздумья.
— Раз так, то, пожалуй, ты права. Мы не можем доверить это поручение кому-то другому. В таком случае отчёт от нашей деревне полностью на тебе. Подготовь его в ближайшие три дня и можешь отправляться в Скрытой Туман. На этот раз собрание пройдет там, мизукаге недавно прислала письмо.
— Поняла. — Темари решительно кивнула, не сводя пристального взгляда с брата, который так и продолжил смотреть куда-то вниз на бумаги, но, очевидно, просто не желал смотреть на сестру.
Получив наконец важное задание, которое и без того предназначалось ей, она с новой силой погрузилась в работу, приложив на этот раз больше усердия, чем обычно. Ее не переставали терзать мысли по поводу странного поведения Гаары, который не только по необьяснимой причине не хотел доверять ей дипломатическую миссию, но и при разговоре вел себя скованнее и напряжённее обычного. За пролетевшими как один миг днями подготовки к собранию альянса она ни разу не вспоминала Шикамару, вытесненного напрочь из ее головы новыми заботами.
Очередное собрание не предвещало ничего сложного, но Темари все равно постаралась на славу, таким образом доказывая, что прекрасно может справится со всем. На руку ещё было то, что на этот раз альянс собирался в деревне Скрытого Тумана, а располагась она все же ближе, чем Страна Железа. Никто не удивился этому, все просто сочли, что мизукаге, скорее всего, пожелала заодно показать всем участникам собрания, что положение в их деревне куда лучше, чем у остальных, и они могут даже принимать у себя гостей.
На исходе четвертого дня после разговора с казекаге Темари снова пришла к нему в кабинет, теперь уже, чтобы представить свой отчёт. За окном уже сгустились сумерки. Гаара сидел точно так же, склоненный над переданным Темари свитком. Рядом стоял уставший Канкуро, весь день разгребавший дела со строительством. Наконец после долгого молчания Гаара поднял глаза на сестру, и та увидела в них какую-то отчуждённость, но списала на ту же усталость, вполне уместную при его работе.
— Отчёт одобрен. Завтра можешь отправляться в Скрытый Туман. Я уже послал мизукаге весть о твоём приходе.
— Хорошо. Тогда я пойду готовиться. Больше нет никаких дел ко мне?
— Нет. Можешь быть свободна.
Дверь за Темари закрылась. Канкуро с интересом взглянул на младшего брата.
— Кстати, а чего это ты не хотел отправлять ее на собрание альянса?
Гаара ничего ему не ответил, отвернувшись к окну с вмиг потяжелевшим взглядом. Сколько уже прошло времени с той ночи? Воспоминания все равно продолжают стоять перед глазами, словно он увидел это только что. Стоило только взглянуть Темари, как его грудь сдавили невидимые тиски. А самое главное, он не знал, что ему делать. Он пытался избегать встреч с ней, окольными путями сделать так, чтобы она не покидала больше деревню, но ничего не вышло. Бывали моменты, когда он даже жалел, что не смог заснуть той ночью, начал прислушиваться к шорохам, бесконечно думать о пугающем чувстве чужого присутствия, не покидавшем его в те дни. И внезапно посреди ночной тишины раздались еле различимые звуки в коридоре, которых абсолютно точно не должно было быть.
Гаара знал, что кто бы это ни был, он скрывается и не хочет быть замеченным. Выходить в открытую было рискованно. Помимо гостей из Конохи этажом ниже ему не давало покоя ощущение, что что-то было не так, и это ощущение появилось уже очень давно, а с приходом советника хокаге лишь усилилось. Что-то подсказывало ему о некой взаимосвязи между этими двумя явлениями. И из всего этого он сделал вывод, что ему не следует прибегать к прямой атаке, нужно затаиться и все вызнать втайне. Первым делом было необходимо проверить безопасность брата и сестры, спящих в соседних комнатах. Призвав песок и наполнив его чакрой, он осторожно заглянул сначала в комнату Канкуро, а затем Темари, которой там не оказалось. Возможно, именно ее шаги он услышал посреди ночи, но куда ей понадобилось идти в такое время? Он подождал некоторое время, надеясь, что скоро сестра вернётся к себе. Но этого не произошло.
Спустя долгие минуты сомнений он все же решился незаметно нарушить покой гостивших шиноби из Скрытого Листа. И в одной из принадлежавших им комнат он увидел то, что точно не должен был видеть. Как только песчаный глаз проник в комнату, которую занимал Нара Шикамару, и Гаара узнал, куда же Темари ушла глубокой ночью, рука казекаге дёрнулась, и техника развеялась. После этого мгновения все вокруг переменилось, и ничто уже не могло вернуться к тому, как было прежде. Как по накатанной, Гаара все больше и больше без устали думал об этом, и мрачные мысли все плотнее сгущались в его голове.
***
Темари без остановки мчалась сквозь сырой туман по горной местности. Вокруг, казалось, кроме нее самой больше не было никого живого. Лишь биение сердца нарушало тишину повсюду и негромкие звуки бега по каменистой земле. По ее расчетам оставалось совсем немного до деревни Скрытого Тумана. Название как нельзя лучше подходило деревне. Туман появился ещё прошлым вечером и с того времени неизменно окружал куноичи со всех сторон. Стоило отдать должное шиноби из страны Воды: Темари была абсолютно уверена, что ее присутствие не осталось незамеченным, но тем не менее она сама не ощущала никаких признаков слежки или хотя бы того, что неподалеку располагается целая деревня со множеством жителей. Спустя получаса непрерывного бега туман немного поредел, и впереди она разглядела еле заметные каменные стены, сливающиеся со скалами. Перед тем, как подойти вплотную, она замедлилась и к воротам подошла уже шагом. В тот же миг, когда она остановилась, перед ней словно из ниоткуда возникли две высокие фигуры в тёмно-синих жилетах. В установлении ее личности Темари не нуждалась. Сторожевые шиноби лишь коротко кивнули ей и, подав короткий знак, открыли ворота, впуская ее в деревню Скрытого Тумана. Точно так же из ниоткуда возник сопровождающий, тоже не отличавшийся разговорчивостью. Он кратко доложил ей, что собрание назначено на вечер, и до того времени она сможет отдохнуть в выделенной для нее комнате в гостевом доме рядом с резиденции мизукаге. От Темари не укрылись чрезмерная помпезность местных и напускная серьезность. Всегда ли ниндзя из Скрытого Тумана так важничали? Или они пытались только произвести впечатление на гостей из других деревень, придавая столько значения обычному собранию альянса, на котором даже каге не присутствовали. Сопровождающий шиноби провел ее до самой двери ее комнаты и, дежурно пожелав хорошего отдыха, сразу же исчез. Отдых действительно был ли не лишним для Темари. В оставшееся время до собрания она приняла душ и запоздало пообедала в ресторане на первом этаже. Там она пересеклась с другими гостями, с которыми была хорошо знакома ещё со времён войны, а после они постоянно встречались на собраниях альянса. Куроцучи из Скрытого Камня и Даруи из Скрытого Облака уже о чем-то переговорились, когда Темари подошла поприветствовать их. При их виде она первым делом вспомнила о злосчастном собрании каге, на котором ее не было, но зато про него ей весьма подробно поведал Канкуро. Она старалась вести себя сдержанно, откинув как можно дальше уколы совести и стыда. К счастью, ее коллеги никак не показывали напряжённого отношения их деревень к Суне. Они немного обсудили, кто как добрался до Тумана, и, невзначай, каждый поделился своими наблюдениями по поводу чересчур серьезного поведения местных. Темари спокойно вздохнула, узнав, что не она одна подметила такую перемену. После разговоров все вернулись к себе, ожидая начала собрания. В назначенное время Темари явилась в большой зал для заседаний в резиденции мизукаге. Заняв свое место, отмеченное символом Ветра, и быстро оглянувшись, она по привычке оценила обстановку. Помимо нее за столом уже сидели представители Камня и Облака, а повсюду молчаливо притаились темные фигуры шиноби Тумана. Оставалось лишь дождаться представителей из Конохи и самих хозяев резиденции. Спустя пару минут безмолвного ожидания дальняя дверь распахнулась. Первым вошёл Чоджуро, приближённый мизукаге и по традиции представляющий свою деревню в альянсе. К неожиданности собравшихся, за ним вошло ещё несколько людей, среди которых показался человек, которого Темари, безусловно, ожидала увидеть меньше всего. На лицах остальных членов собрания точно так же возникло удивление при виде самого советника хокаге, Нары Шикамару. Чоджуро, обычно тихий и понурый мечник из Тумана, сейчас выглядел гораздо серьезнее и собраннне. Очевидно, для него тоже присутствие советника хокаге внушало чрезмерное напряжение. Встретившись с Шикамару взглядом на короткий миг, Темари спохватилась, взяв эмоции под контроль и мгновенно натянув на лицо маску хладнокровия. К ее облегчению, остальных тоже немало поразило появление советника, поэтому никто не мог ничего заподозрить. Чоджуро и Шикамару заняли места "Воды" и "Огня", за последним встали ещё несколько шиноби из Листа, видимо телохранителей. Прочистив горло, представитель Скрытого Тумана начал говорить. Он поприветствовал всех собравшихся и поблагодарил их за то, что прибыли сюда по приглашению мизукаге, а решение провести собрание альянса здесь было связано с визитом советника хокаге, решившего заодно и послушать доклады других деревень. В сосредоточенном разуме Темари стали мутно проявляться воспоминания их первого разговора с Шикамару в Суне, когда он рассказывал о планах с проверкой всех Скрытых деревень. Выходило, что следующим пунктом в его планах был Туман, и вполне вероятно, что именно он настоял на проведении собрания альянса здесь. Неужели это тоже был повод встретиться с ней? Он как никто другой прекрасно знал, что Темари является представителем Суны в альянсе. Как только она об подумала, тут же прогнала эти мысли прочь, сконцентрировавшись на собрании. После недолгой речи Чоджуро слово взял советник, проинформировав участников собрания о делах Конохи и ее ближайших планах, которые несомненно напрямую касались и остальных стран. Прозвучало также и принятое хокаге решение об организации совместных миссий, предложенное Гаарой на их последней встрече. Темари про себя удивилась тому, как быстро был решен вопрос и как далеко Коноха успела продвинуться в реализации этих планов. Было ясно, что ко всему этому приложил руку лично Шикамару, позаботившись о быстром решении хокаге. Дальше собрание прошло как обычно. Остальные представители по очереди выступили с докладом, не содержащем ничего нового или важного. Главный слушатель в лице советника больше ничего не говорил. Наконец Чоджуро на правах принимающей стороны объявил об окончании собрания. Большая часть собравшихся шиноби, не задерживаясь, покинули зал заседания, и Темари в их числе не спеша последовала к двери, незаметно поглядывая в сторону советника. Шикамару ещё о чем-то беседовал с Чоджуро, а его свита так же осталась стоять позади него. Будто почувствовав на себе чужой взгляд, он на мгновение встретился с ней глазами, в которых ей почудилось какое-то особенное выражение, отличавшееся от обычного. Что-то заставило Темари не спешить уходить из резиденции. Почему-то её шаги стали медленнее, и она не до конца понимала, что ее задерживает. Казалось бы, они встретились в чужой для них деревне, где они не могут спокойно остаться друг с другом, и к тому же он сам ни о чем не намекал ей, тогда почему она сознательно тянет время, будто сама хочет отыскать шанс пересечься с ним снова. Подумать об этом как следует ей не удалось. Не успела она и ступить за порог двери, как услышала позади его голос. — Темари-сан, не уделите мне немного времени? Есть пара вопросов к вашему отчету. — Разумеется. — Темари живо обернулась к нему, ощутив странный прилив энергии. Всё-таки ей самой хотелось, чтобы он окликнул ее. Ей хотелось увидеть его вблизи, не на публике. Они зашли в просторную комнату для переговоров, любезно выделенную для столь высокопоставленного гостя. Шикамару осмотрительно закрыл дверь на щеколду, а Темари сделала вид, что ничего не заметила, подойдя к зашторенному окну. Небо было затянуто тучами, а деревню окружал густой туман, поэтому комната погрузилась в холодный и серый мрак. Вот-вот опустится ночь, и станет ещё темнее. Не найдя в пейзаже за окном ничего привлекательного, она со слабым интересом оглянулась по сторонам, не спеша обращать внимание на советника. Нужно было дать неистово бьющемуся сердцу передышку, поэтому она отвлеклась на интерьер. Посреди комнаты напротив друг друга стояли мягкие диванчики, а между ними располагался низкий столик из темного дерева, ковры, стены и все вокруг было разных оттенков синего. Шикамару немного вальяжно расселся на диване, не сводя глаз с ее фигуры. Темари подошла к нему не сразу. Она знала, что за дверями их сторожат его подчинённые, и скорее всего они точно позаботились, чтобы никто вокруг не сумел как-либо проникнуть сюда или каким-то образом узнать, что здесь происходит. — Какие у вас возникли вопросы к моему отчету, господин советник? — она видела, что он ещё напряжен, что прошедшее собрание и другие дела в этой деревне ещё не отпустили его. Опущенные веки, усталые глаза, ей захотелось разгладить глубокую складку между его бровей. Внезапно она вспомнила, как он часто дотрагивался до ее лица, чтобы убрать непослушные пряди волос. Стоя перед ним, она медленно потянула руку к его лицу. — Ты специально так делаешь? — он поймал ее ладонь, не успевшую коснуться его лица, несильно сжал пальцы и приблизил их к своим губам, а затем прижал к щеке, слегка наклонив голову. — Делаю что? — Темари сохранила в голосе безразличие, хотя ощущение тепла его кожи изрядно действовало на нее, заставляя внутри сжаться. — Так разговариваешь со мной. — его голос прозвучал тихо и хрипло. — А как мне ещё следует разговаривать? — Мы здесь одни. Сейчас ты можешь разговаривать со мной, как тебе угодно. — он перехватил ее руку поудобнее и потянул на себя, заставив ее опуститься поближе к нему. Темари упёрлась коленями по обе стороны от него, так что теперь она вплотную возвышалась над ним. Шикамару откинулся на спинку дивана, подняв на нее голову. Его ладони тут же опустились на ее талию и бедра, слегка задрав и так приподнявшуюся юбку. — А если я захочу назвать тебя плаксой? Можно? — она ляпнула первое, что пришло на ум, и эти слова вызвали у нее теплую улыбку. Поднявшийся в груди вихрь спутал все мысли, на что она была совсем не против. — Тебе можно всё. — несколько секунд он завороженно разглядывал ее сияющее улыбкой лицо, после чего нетерпеливо притянул ее к себе, впившись в желанные губы ненасытным поцелуем. Больше им слова не требовались. Темари поудобнее уселась на нем, нарочно ерзая прямо над его пахом. Юбка задралась уже до неприличия, а под ней ещё оставались короткие шорты, которые Шикамару так и норовил поскорее стянуть с нее. Она полностью игнорировала его попытки остраниться, чтобы избавиться от мешавшейся одежды. Все ее внимание было целиком сосредоточено на его напряжённом лице и губах. Она со всем пылом отвечала на поцелуй, пальцами поглаживая острые скулы и щеки. Затем руки опустились ниже, оттянув ворот водолазки, чтобы полностью коснуться шеи. Под одеждой Шикамару был ещё горячее, и Темари стремилась обхватить как можно больше пространства на его теле, будто очень нуждалась в тепле. Шикамару исступленно водил по ней руками, желая поскорее добраться до обнаженной кожи. Расстегнув шорты, он перешёл на блузку, на ощупь принявшись расстёгивать пуговицы. Оба ужасно торопились. Возможно, они пытались побыстрее успеть за короткое время, а может, просто наверстывали упущенное, истосковавшись по друг другу за дни разлуки. Наконец они разорвали поцелуй. Темари быстрыми движениями стянула шорты вместе с бельем, оставив их спущенными на одной ноге. Шикамару расстегнул брюки и попутно вытащил что-то из кармана. На этот раз он заранее подготовил презерватив, и теперь не оставалось сомнений, что он давно спланировал их встречу. Все, как в его духе. Она подавила усмешку, уткнувшись в его плечо. Больше в прелюдиях не было необходимости. С громким выдохом Темари опустилась на его член, покрепче обхватив руками его шею. Шикамару снова притянул ее к себе за новым поцелуем, одновременно с этим сжав грудь через бюстгальтер. Окружающая обстановка и гробовая тишина в резиденции лишь усиливали возбуждение. От одной мысли, что они занимались этим в самом центре чужой деревни, где за стенами их окружало множество незнакомых шиноби, Темари двигала тазом ещё быстрее, а из губ вырывались рваные вздохи на грани всхлипов и стонов. Предчувствуя его финал, одной рукой она медленно потянулась вниз, к эпицентру их наслаждений. Раньше Темари никогда не пробовала ничего подобого, но сейчас ей захотелось самой достичь оргазма вместе с ним. Шикамару запрокинул голову назад, выступающий кадык на его шее слабо подрагивал, вторя его неровному дыханию. Протиснув ладонь между складками смятой одежды, она одним пальцем надавила туда, где он чаще всего касался языком, принося самые яркие ощущения. Медленно массируя клитор, она почувствовала, как сжимается ее нутро, от чего его толчки стали сбивчивее. Тело начало содрогаться, как от внезапных импульсов. Она резко уткнулась лбом в его грудь, глуша в ней стоны. Сразу после этого Шикамару напрягся ещё сильнее, сжав ее ослабевшее тело и проникая в него как можно глубже. С протяжным хриплым стоном он кончил внутрь. Несколько минут они провели в той же позе, не шевелясь. Темари приникла к его груди, опустив голову на его плечо и смотря куда-то в сторону. Он продолжал держать ее, но теперь это больше смахивало на объятия. Она почувствовала, как он повернул голову в ее сторону, проведя носом и щекой по ее волосам. Расслабленность после оргазма ещё не пошла, растекаясь по телу и будто парализовывая его. — Похоже, больше у тебя вопросов ко мне не осталось. — слабо произнесла Темари, еле шевеля губами. — Да. — после недолгих раздумий ответил он. По всей видимости, он тоже говорил пока с трудом, глубоко дыша. — Приходи ко мне ночью. Я буду тебя ждать. — Я не знаю, где ты живёшь тут. — Я пришлю за тобой. Есть кое-что, что надо обсудить. — она медленно выпрямилась, переводя на него взгляд. — Это тоже касается моего отчёта? — Не совсем. Это и по поводу другой работы. Но это не самое главное. — добавил он с быстро промелькнувшей усмешкой. — А что тогда самое главное? — Темари наивно приподняла брови, можно сказать, даже нарочно, чтобы вызвать у него те самые эмоции. И так и случилось. Губы Шикамару медленно растянулись в улыбке. — Приходи и узнаешь. Оставшийся вечер пролетел так быстро, по сравнению с днём, когда Темари ещё добиралась до Скрытого Тумана. Закончив "обсуждать вопросы по отчёту", они быстро оделись, мигов согнав с себя негу и лишние эмоции, и вышли в коридор уже в качестве советника хокаге и посла Суны. Темари как могла пригладила на себе блузку и поправила волосы, постаравшись побыстрее запрятать вглубь все испытанные чувства и воспоминания произошедшего. Всех гостей из других стран расположили в одном гостевом доме, как позже догадалась Темари, в том числе и советника. После того, как они разошлись в коридоре резиденции мизукаге, Шикамару ещё остался там для переговоров, а Темари отправилась в свою комнату. Гостевой дом мало напоминал гостиницу Конохи, но было видно, что в нем принимают в основном самых богатых гостей деревни. Быстро поужинав на первом этаже, она поднялась к себе. Ее комната была небольшой, явно не из самых дорогих и уточненных в этом заведении. Так как больше важных дел не предвиделось, не считая только ночную встречу с Шикамару, она полностью расслабилась, снова приняла душ, но уже подольше, и переоделась в гостиничный халат. Несмотря на насыщенный день, усталости почему-то не было, как и тревожных мыслей. Расчесав ещё влажные волосы, Темари легла на кровать, и оставшийся вечер прошел в задумчивом разглядывании потолка. Она была одна, и ее главная миссия по сути уже закончилась, поэтому она свободно могла подумать обо всем, о чем до этого ей думать было некогда. Теперь она не могла стыдливо прятать взгляд, когда в мыслях возникал Шикамару, вытворяющий с ней различные непотребства или говорящий ей искренние слова, а в ясных глазах в это время подступала юношеская наивность. Внезапно ее укололо осознание, что Шикамару ничего не сказал ей по поводу их прошлого разговора, оставившего после себя неприятный осадок незавершённости. Следом появилась досада от того, что она сама будто бы забыла обо всем, со всей готовностью последовав к нему в объятия по первому же зову. Все это лишь подтверждало простую истину их порочных отношений. В них нет места тому, о чем все больше задумывалась Темари и что все чаще замечала в его словах и взглядах. Единственное, что она должна была предпринять, это следовать его указаниям и дальше, отдавать и получать удовольствие, не задумываясь о причинах и следствиях. К тому же это было проще простого. Она ясно понимала, что ее определённо устраивала вся эта авантюра, а об остальном думать не было нужды. Но несмотря на все доводы холодного рассудка и выводы, к которым она пришла, все же внутри что-то болезненно отзывалось в ответ на эти мысли. Что-то не давало спокойно принять эту правду, что-то, что было далеко за пределами подконтрольного ей разума. Время близилось к полуночи, когда раздался стук в дверь ее комнаты. Темари не спала, поэтому сразу же распахнула дверь, увидя за ней рослого шиноби в форме Листа. Как и говорил Шикамару, он ждал ее и послал за ней одного из своих подчинённых. Она, ничего не говоря, только кивнула и последовала за немногословным шиноби. Она вошла к нему без стука, зная, что он уже дожидается ее. В отличие от той комнаты, в которой ее поселили, его была намного просторнее и богаче обставленной. Похоже, ему, как и у них в Суне, старались всячески угодить. Шикамару сидел на кровати и по обыкновению курил, устало сгорбившись. По его виду можно было предположить, что он только недавно вернулся из резиденции. При взгляде на Темари его лицо несколько изменилось, став мягче. Возможно, со стороны это было незаметно, но не для нее. — Что ты хотел обсудить? — начала она сразу, не успев и сделать несколько шагов к нему. — Подожди пока. Я расскажу обо всем чуть позже. — он устало вздохнул и стряхнул пепел с сигареты. — Сам же меня заинтриговал. — ответила Темари с нотками укора, чуть скосив взгляд. — Тогда наберись терпения. — Шикамару слабо улыбнулся, найдя ее реакцию забавной. Она фыркнула для виду, но его улыбка вызвала в ней странное шевеление. С долей обиды она поняла, что ей приятно, когда он так разговаривает с ней. — Ты что, только вернулся? Так поздно? — Да. Хотел побыстрее покончить с проверками. К сожалению, Туман подготовился не так тщательно, как вы. — Хм, приятно слышать. — Полагаю, это из-за того, что у мизукаге нет в распоряжении таких хороших помощников. — Темари сразу поняла, на что он намекает, и это ей ужасно польстило. Она опустила взгляд, чтобы скрыть невольно появившуюся улыбку. И Шикамару это увидел, довольно ухмыльнувшись. Он встал с кровати и медленно подошёл к ней. Она подняла на него голову, и в нос тут же ударил табачный дым. Сигарета в его руке уже почти истлела, но он не обратил на это внимание. Темари ожидала, что он по привычке коснется ее, но он только молча смотрел на нее. Перед тем, как молчание между ними затянулось, Шикамару заговорил. — Подождешь меня немного? Я хочу принять душ. — за короткое время его лицо чуть изменилось, как будто его начало что-то гложить. Она подозревала, что это на вряд ли связано с желанием освежиться. — Хорошо. Только сначала дай мне сигареты и зажигалку. — он потрясённо нахмурился, пару раз моргнув в недоумении. — Надеюсь, у тебя не появилась зависимость? — Вовсе нет. У меня, в отличие от некоторых, есть голова на плечах. — она уверенно вздёрнула подбородок. — Что ж, верю тебе на слово. — признав поражение, он нехотя достал из нагрудного кармана пачку сигарет и поблескивающую металлическую зажигалку. Шикамару отлучился в душ, а Темари заняла его место на кровати, закинув ногу на ногу и закурив. Вкус сигаретного дыма во рту и ощущение его в лёгких напомнили ей об их ночных встречах в стенах Суны. Воспоминания об этом оказались довольно приятными. Хоть они и злоупотребляли временем для сна, почти не разговаривали, а их самый информативный диалог оставил в ней глубокую пропасть потрясения, те дни в ее памяти отпечатались с непривычной теплотой. Она не могла точно сказать, как относится к нему. Без сомнений, после того разговора она испытывала отчаяние и обиду, но они будто были адресованы другому человеку, другому Шикамару, не к тому, которого она сегодня целовала с таким желанием и к которому сейчас пришла. Он не заставил себя долго ждать. Темари уже выкурила одну сигарету и теперь крутила в руках его зажигалку, иногда открывая ее, глядя на полыхающий огонек. Услышав, как он вошёл, она подняла голову и задержала на нем изучающий взгляд. Он переоделся в похожий на ее гостиничный халат, распущенные мокрые волосы прямыми и гладкими прядями спадали на его плечи, на которых висело полотенце. В глазах уже не было прошлой измотанности. Шикамару выглядел уже совсем иначе, но его продолжало что-то гложить. Он смотрел на нее, размышляя о чем-то другом. В мыслях Темари проскочила догадка, что это как-то связано с тем, что он хотел с ней обсудить по работе. Она твердо решила, что работу ей сейчас обсуждать совершенно не хочется. — Темари... — он позвал ее по имени неественно неуверенным голосом. Его беспокойство мигом распространилось и на нее. — То, что произошло... — Не будем сейчас об этом. — она, удивив этим саму себя, быстро прервала его. — Уже поздно... — немного отвлечённо добавила она, опустив взгляд на зажигалку в своих руках. Шикамару заметил, как она внимательно осматривает зажигалку Асумы. Внезапно на него обрушилось осознание, будто два разных мира, одинаково важных для него, столкнулись в этот момент. Оно смело в его голове все прежние мысли, и все слова, что он хотел произнести сейчас, тоже исчезли, оставив только пустоту. Темари увидела, что он остался стоять на том же месте, выглядя одновременно растерянным и чересчур серьёзным, взгляд из-под полуопущенных век потяжелел. Это даже немного пугало, поэтому она решила окончательно отвлечь его от всего того, о чем он до этого думал. Отложив зажигалку в сторону, она выпрямилась и, быстро облизнув сухие губы, тихо, но выразительно произнесла: — Иди ко мне... Громкие стоны сотрясали комнату, и теперь Темари была как никогда рада влиянию Шикамару и его незаметной для всех охране, что сторожила их ночь. А ещё её нисколько не заботили все те шиноби, что отдыхали за стенами гостевого дома. Она их не знала, и ей не было до них никакого дела. Сейчас они были не в Конохе и не в Суне, и это было одной из причин их буйства в эту встречу. Другая причина, возможно, была в том, как она открыто и беззастенчиво вела себя с ним, не скрывая своих намерений. Все произошло так стремительно, что она даже не успела все обдумать, но теперь это было неважно. Шикамару был чем-то обеспокоен, но после того, как она позвала его, все осталось позади. Несколько мгновений, и он уже со всей страстью целует ее, заставляя распластаться под ним на кровати. Ещё мгновение, и вся одежда оказывается на полу, а они нетерпеливо прижимаются друг к другу, пытаясь слиться в одно целое. Это было похоже на опьянение, когда рассудок помутнен, а телом движет что-то иное. Темари не помнила, чтобы он когда-либо имел ее так. Жадно. До неприличия громко и до невозможности дико. И она была совсем не против. Она сама была такой, даже не подозревая, что может быть настолько раскрепощенной и возбуждённой. Сейчас они оба не стыдились своих желаний, и в этом и была вся суть. Темари развела ноги как можно шире, держась руками за бедра. Шикамару судорожно рвал упаковку презерватива, и его нетерпение вызывало насмешливую ухмылку с будоражащим предвкушением. Наконец с презервативом покончено, он резко входит в нее, наваливаясь всем телом. Она слышит свои отрывистые стоны словно со стороны, все звуки вокруг стали лишь фоновым шумом, абсолютно не имеющим значения. Он трахает ее с силой, вкушая каждый толчок и каждый раздающийся ее вскрик. Ему мало, он прижимается к ней всем телом, целуя взасос нежную кожу у основания шеи. Влажные поцелуи постепенно превращаются в укусы, и она не понимает, от чего стонет громче: от боли или наслаждения, но сейчас даже боль возбуждает ее. Он что-то несвязно мычит, когда она вонзается ногтями в его спину, нещадно царапая кожу и оставляя красные следы. Она хочет его ещё больше. Полностью всего его, без остатка. Пальцы подбираются к голове, стягивают волосы у затылка, и Шикамару мгновенно реагирует, сильнее сжимая грудь. Секс стал больше напоминать яростный поединок, а грозящая развалиться на куски кровать стала полем их битвы. Когда Темари снова царапает его, по спине будто проходят лезвиями. Тогда он хватает ее руки, скрещивает у изголовья кровати, лишая возможности касаться его. Она мечется под ним, извивается, грудь подрагивает из стороны в сторону. В какой-то момент ему надоело это положение, и она не успевает опомниться, как он отпускает ее, на короткий миг отстраняясь, чтобы одним резким движением перевернуть на живот. Темари пытается сориентироваться, упирается руками в кровать, приподнимаясь. Он снова резко входит сзади, придерживая за талию, потому что ноги ее не держат, выбивает из нее стон за стоном. Тело покачивается взад-вперед, ещё чуть-чуть, и она ударится об изголовье кровати. Бурлящее возбуждение вытекает наружу, стоны становятся громче. Кажется, что она уже скоро охрипнет. Шикамару склоняется к ней, впиваясь губами в ее шею сзади, целует плечи и лопатки. Руки безжалостно сжимают талию, перемещаются вверх и вниз, к груди и ягодицам, стараясь обхватить как можно больше пространства ее тела. Скоро он вот-вот кончит. Одной рукой тянет ее за волосы, Темари изгибается, пристает на коленях, и его рука опускается к клитору, грубо надавливая туда всеми пальцами. От этих ощущений она вздрагивает всем телом, не в силах контролировать это. Ее лоно сжимается каждый раз, когда он чересчур сильно задевает чувствительную точку, и это доводит его до оргазма. Шикамару бурно кончает, продолжая стимулировать ее клитор, и оргазм накрывает и ее вместе с ним. Обессиленно рухнув на кровать, они ещё долго приходили в себя, восстанавливая сбившееся дыхание. Темари ни о чем не думала, а тело будто не принадлежало ей, она просто ощущала кожей холодные простыни и тяжесть его руки на своей спине. Шикамару продолжал так же лежать рядом, прислонившись лицом к ее плечу. Казалось, прошли долгие часы, когда в голове была абсолютная пустота. Раздался скрип кровати, это первым встал Шикамару, приведя себя в порядок и собрав с пола все вещи. Она за все время не пошевелилась, только когда он раскрыл покрывало и лег обратно рядом, накрыв их двоих, она повернулась на другой бок, прижавшись к нему и опустив голову на его грудь. К тому времени она уже ощутила, что жар в теле спал, и ей немного стало холодно. Поэтому его тепло пришлось в самый раз. Умиротворенное молчание между ними определенно устраивало их сейчас. Когда ясный рассудок вернулся к ней, внутри было лишь абсолютное спокойствие. Она не заметила, как начала водить пальцами по его груди. Прислушавшись, она могла уловить его размеренное сердцебиение. Уголки губ сами собой приподнялись, но никто из них этого не заметил. — Идём завтра со мной. — его хриплый шепот будто был частью окружающей их тишины, не нарушая ее. — А куда ты завтра идёшь? — Возвращаюсь в Коноху. — на миг ее брови слабо нахмурились, пока она в голове едва сходились мысли. — И как я пойду с тобой? Мне нужно возвращаться в Суну. — А ты пойдешь в Коноху, чтобы подписать новое соглашение о миссиях, как главный представитель Суны в альянсе. — А-а... — тихо протянула она, поняв его мотивы. — Тогда ладно. Новые соглашения будут для нас очень кстати. — немного иронично добавила Темари с улыбкой. — Я знаю. — по его тону она поняла, что тот тоже улыбается. — Тогда мне нужно написать письмо домой, предупредить Гаару. — Отправишь его завтра. — Шикамару чуть наклонил голову, чтобы поцеловать ее лоб. — Хочешь спать? — его руки под покрывалом сомкнулись на ее спине, приобняв ее. — Нет, а ты? — Темари лукаво улыбнулась, приподняв к нему голову. В ответ он улыбнулся ещё шире, приблизившись к ней за поцелуем. — Что думаешь по поводу вчерашнего? Темари завтракала в ресторане гостевого дома. Встала она гораздо раньше, чтобы успеть вернуться в свою комнату и привести себя в надлежащий вид. После завтрака она должна была покинуть деревню Скрытого Тумана и вернуться домой, но теперь ее возвращение отсрочено. Ей оставалось подождать какое-то время, пока советник хокаге закончит с официальным визитом в эту деревню. Компанию за завтраком ей составила Куроцучи, которая тоже должна была отбыть в свою страну утром. — О чем именно? — Темари подняла взгляд на куноичи из другой деревни. Они не были подругами, но как шиноби та ей определенно импонировала. — Про неожиданное появление Нары и это их решение о миссиях. С чего бы Коноха такое предприняла? Делить заработок с нами им уж точно невыгодно. — Да, ты права. Может, они наконец подумали и о других скрытых деревнях. — Не смеши меня. Для хокаге мы все угроза, забыла? Уверена, за этим стоит какой-то скрытый мотив. — Куроцучи поджала губы, нахмурившись в раздумьях. — Как бы там ни было, я вернусь домой с хорошими новостями. Представляю, как мой старик удивится. Сама понимаешь, уже давным давно никто не ждёт ничего хорошего от собраний альянса и каге. — Это уж точно. — Темари понимающе кивнула, глядя куда-то в сторону. — Ещё эти визиты советника хокаге с проверкой. Он ведь у вас уже был? Надо бы предупредить своих и подготовиться. Интересно, как мизукаге выкрутилась? Ходят слухи, дела у них были не очень. Я даже подозреваю, что это она добилась общих миссий для всех. — при этих словах куноичи понизила голос, чуть опустив голову. — Она? — Темари от неожиданности произнесла это громче, чем стоило. — Почему ты так решила? Ты ведь сказала, дела у них были не очень. — Потише. — Куроцучи быстро огляделась по сторонам. — Это только догадки. Есть у меня здесь один знакомый, мы были с ним в одной дивизии на войне. Сегодня утром встретила его, и мы разговорились. Он сам ни о чем не знает, рассказал мне только то, что слышал от своего приятеля, который здесь работает уборщиком. Так вот его приятель сегодня работал ночью, и так сложилось, что он убирался в какой-то комнате посреди ночи и услышал кое-какие непристойные звуки. Все бы ничего, да вот он клянётся, что это доносилось из комнаты советника. Затем он что-то почувствовал, вроде какой-то техники, перепугался и убежал оттуда. Думаю, ему повезло, что охрана советника не добралась до него. — Так ты думаешь, что это и впрямь была комната советника? — Темари сохранила на лице невозмутимость, но щеки предательски обдало жаром. Ей и думать не хотелось о том, что услышал этот уборщик. — Ну по крайней мере в этом уверен мой знакомый. Он далек от руководства деревни и сам не знает, как проходили переговоры у мизукаге с советником. — Но причем здесь мизукаге и общие миссии? — Я просто предположила, что сама мизукаге поспособстовала тому, чтобы Нара был всем доволен в их деревне и пошел им навстречу. Все-таки она хитрая женщина, и Скрытый Туман никогда не гнушался грязными методами. Похоже, она на все готова ради союза с Конохой, даже подложила под советника какую-то проститутку. — Не думаю, что Скрытый Туман пойдет на подобное. Да и на советника хокаге не похоже, чтобы он воспользовался... этим. — у Темари стоял ком в горле, который она всеми силами старалась проглотить. К огромному стыду теперь добавилась и обида, хоть она и пыталась внушить себе, что не стоит воспринимать эти слова на свой счёт. — По-твоему сам советник решил скрасить себе ночь и найти пассию в чужой деревне, чтобы развлечься? Да и кто его знает. Точно так же никто и от Конохи подобного удара не ожидал, но они в итоге показали себя. Так что от них всех можно ждать чего угодно. С виду он серьезный, насколько я знаю, он даже женат! А сейчас он получил власть, с чего бы ему не использовать ее для себя? У Темари не находилось слов, чтобы ответить ей. В некотором Куроцучи была даже права. Вот только таким постыдным образом поблажки получал Скрытый Песок, а не Туман. Она не могла в открытую возразить ей, наоборот, Темари следовало согласиться с такими выводами. Если бы она не была скована этой тайной, а была бы в таком же положении, как и все, она бы поддержала идею куноичи из Скрытого Камня. — Я просто даже не ожидала, что такое может произойти... — Никто не ожидал. — со вздохом ответила Куроцучи. — Если честно, то я не удивлюсь, если мой старик так же будет мыслить. Он тоже всеми способами хотел бы добиться более прочного союза с Конохой. Иногда я даже вижу, о чем он думает, когда смотрит на меня. Точнее, чего бы он хотел. — ее взгляд немного изменился, как и голос, теперь в них чувствовалась глубокая печаль. — О чем это ты? — Ты, как и я, состоишь в родстве с каге своей деревни. Но твой брат точно не допускает подобных мыслей. А вот мой дед, скорее всего, часто подумывал о политическом браке, чтобы скрепить союз между нашими деревнями не только на бумаге. К счастью, я сильная куноичи, чтобы использовать меня как пешку. — Странно о таком рассуждать. Мы ведь все шиноби, а такие политические игры больше подходят феодалам. — Брось. В нынешнее время феодалы уже ничего не решают. Теперь у них нет былой власти над шиноби. Поэтому все каге сейчас так озабочены политическими отношениями. Не будь Нара женат, вполне возможно, мне и впрямь бы поступил такой приказ от старейшин и деда. Как никак, он сейчас важная фигура при хокаге, и с его влиянием, вероятнее всего, именно он в будущем встанет во главе Конохи. Разговор с Куроцучи оставил тяжёлый осадок вкупе с большим количеством новых поводов для рассуждений. Сначала ее потрясла новость, что их с Шикамару ночью услышали, и теперь уже даже пошли слухи и догадки о вмешательстве мизукаге, чтобы заполучить благосклонность Конохи. Рассуждения Куроцучи были логичными, как и про политический брак для союза между деревнями. Когда она говорила, то упомянула Гаару, и что тот на вряд ли пойдет на такое ради благополучия Суны. Но Темари успела представить, как бы все было иначе при таком раскладе. Тогда бы Суна имела все те же привилегии, какие есть сейчас при ее помощи, но они были бы получены уже более честным путем. Но что ещё главнее, тогда бы они с Шикамару были связаны узами брака, а не порочной тайной связью. Хоть она и запрещала себе думать об их отношениях дальше положенного, но все же на мгновение представила их жизнь вместе, без тайн и страха быть раскрытыми. И эти мысли принесли ей неожиданную боль, потому что были тщетными.***
— Эй, Гаара, что там пишет Темари? Что-то случилось в Скрытом Тумане? Разве она не должна была скоро вернуться? Слова Канкуро потонули в сгустившейся тишине. Неожиданно обстановка в кабинете казекаге изменилась, или так показалось лишь одному Гааре. До этого ярко светившее солнце стало бледнее, а царившая вокруг духота сменилась ползучим по коже холодом. Он чуть подрагивающими руками только сильнее сжал раскрытый свиток, исписанный почерком сестры. Костяшки на пальцах побелели, а в глазах все расплылось. Спустя несколько секунд Гаара пришел в себя, заметив, как долго сидел в одном положении, пустыми глазами вглядываясь в текст письма. Что-то внутри безудержно колотилось, но он не обращал внимания. Медленно подняв голову на стоявшего перед ним Канкуро, он увидел, как переменилось его лицо. Сейчас казекаге смотрел на него совершенно чужим взглядом. — Канкуро... — он заговорил не своим голосом. — Я должен кое-что тебе рассказать...
