Таня Гроттер и Последний Выбор 2. Дея

Таня ждала в своей комнате, пока Глеб разговаривал с Данилом. Они сидели в гостиной уже второй час, а Гроттер не смела выйти и нарушить их единение. Она то смотрела в окно, то пялилась в потолок, то снова грызла ногти, чувствуя свою вину за то, что Бейбарсов вынужден прощаться с сыном и объяснять ему, почему он принял это решение. Таня понимала чувства Данила. Она бы ощутила то же самое, если бы перед битвой в Тартаре Рома рассказал ей, что может выжить, если они просто туда не пойдут. Она бы просила его сделать это и ей было бы наплевать, что будет потом. К моменту, когда она решилась показаться, чтобы проверить обстановку, в гостиной, помимо Бейбарсовых, уже находились Лена, Жанна и Шурасик. — Я как раз хотел за тобой идти, — сказал Глеб, увидев Таню. Гроттер попыталась поздороваться с новоприбывшими, но, увидев выражение их лиц, желание тут же пропало. Они смотрели на неё так, будто она уже была виновата в преждевременной кончине Глеба. Лена и Жанна кинули в её презрительные взгляды, Шурасик вообще никак не отреагировал, а Данил пытался сдержать слёзы. Теперь Гроттер казалось, что Рома был прав и Глебу лучше не принимать в этом участие. — Если ты собралась корчить жалобную мину, то возвращайся обратно в кроватку, — строго сказала Ленка. Глеб посмотрел на неё исподлобья и Лена махнула головой, мол: «поняла, умолкаю». — Я хотела сказать, что, если ты настроена, что мы завтра выживем, то присоединяйся, — исправилась она притворно вежливым тоном. — Мы? — Уточнила Таня. — Эта тема закрыта уже как минут десять. Мы не отпустим Глеба туда одного. Мы были созданы вместе, если и погибать — то тоже вместе. От этой её последней фразы на глаза Данила опять навернулись слёзы. Да уж, подбирать слова некромаги умеют как никто. — Я снова неправильно выразилась, — попыталась дать заднюю Свеколт. — Завтра не погибнет никто, кроме чертовых хранителей. — А вы чем собираетесь помочь? — Спросила Таня, присаживаясь в свободное кресло. — Кладбища есть в любой стране, — хмыкнула Ленка. — Ты, конечно, умница-раскрасавица, но мы тоже кое-что умеем. Больше сил — больше шансов, тебе так не кажется? Она задала этот вопрос, но ответа явно не ожидала, потому что тут же вернулась к чтению книги. Но, если бы мнение Тани для неё что-то значило, Гроттер бы его озвучила: она была категорически против участия некромагов и, тем более, Шурасика. Да, они были сильны, но их способности были точно не уровня стражей и, уж тем более, Хранителей. Таня посмотрела на Глеба, взглядом показывая, что им нужно поговорить. Он быстро кивнул и указал на свою комнату. Таня пошла туда первой. Ей нужно было попытаться уговорить Глеба, если не самому отказаться от участия, то хотя бы повлиять на сестер. Для них это точно станет билетом в один конец и она была удивлена, что Бейбарсов этого не понимал. Дверь комнаты открылась и Глеб оказался внутри. Он проделал движение рукой и комната на короткий миг окрасилась в фиолетовый цвет. — Чтобы нас не смогли услышать, — объяснил он. — Ты же не серьезно? — Спросила Таня, одновременно со злостью и беспокойством, нарезая круги по комнате. — Доверься мне, — просто ответил он, оставаясь стоять у двери. — Их там не будет. Я не позволю. Таню успокоили его слова. Конечно, он сам всё понимал. — Ты только для этого меня позвала? — Спросил он. — Я хотела, чтобы ты убедил их не участвовать в этом. Если убедить тебя не получится. — Не получится, — уверенно ответил Глеб. Таня кивнула, останавливаясь. — Тогда возвращаемся? — Почему-то с вопросительной интонацией сказала она. — Звучит так, будто ты не хочешь возвращаться. — Заметил он. — Или просто хочешь остаться здесь? Таня присела на кровать и закрыла лицо руками. — Они ненавидят меня, — убито сказала она. — Они уже обвиняют меня в том, что ты постоянно рискуешь жизнью. И самое главное — я с ними согласна. Я сама себя ненавижу. — Эй, — Глеб подошёл к кровати и сел рядом с Таней, едва касаясь её плечом. — Если ты помнишь, то артефакт, сделавший это с тобой, создал я. И в том, что тебя заперли на десять лет в небесной камере тоже виноват я. Так что, если ты ненавидишь себя, то мне становится очень неловко за то, что я вообще ещё дышу, — усмехнулся он. Танины губы тоже тронула лёгкая горькая улыбка. — Спасибо тебе, Глеб, — сказала она. Она не уточнила за что, потому что было слишком много вещей, за которые она была ему благодарна. Но он всё понял. Это же Глеб. — Спасибо тебе, Таня, — ответил Бейбарсов, мягко касаясь пальцами её раскрытой ладони. Таня посмотрела на их руки и, прикрыв глаза, мягко обхватила пальцы Глеба. Он придвинулся к ней ближе, перекидывая руку через её плечо и притягивая к себе так, что Таня прижалась щекой к его шее и закрыла глаза. Они сидели так долго, возможно, несколько минут, не говоря ни слова, потому что это и не требовалось. — Наверное, нам пора, — прошептала Таня, выпрямляясь. — Наверное, — неохотно ответил Глеб, — но ты права, не хочется туда возвращаться. — Эгоист, — тихо сказала она с улыбкой, пытаясь разрядить обстановку. — Эгоист, — повторил за ней Глеб, словно что-то обдумывая. — Да, Таня, — обречённо сказал он. — Я — эгоист. Его рука скользнула по её спине и мягко обхватила затылок, притягивая к нему для поцелуя. Несколько секунд Таня не понимала, что происходит. Губы Глеба просто прикасались к её губам, но потом Таня начала осознавать происходящее и неуверенно протянула руки, но не чтобы оттолкнуть, а чтобы обхватить его шею. Его поцелуй был уверенным и нежным. Словно он точно знал, что делает, но так же боялся, что Таня может сломаться от неосторожного движения. Какое-то время они целовались только губами, но потом Глеб опустил руки ей на талию, разворачиваясь так, чтобы полностью опереться о спинку кровати, и пересадил Таню к себе на колени, перекидывая её ногу через себя. Они на секунду прервали поцелуй и посмотрели друг другу в глаза, а потом встретились снова. Её язык проник в его рот и он тихонько постанывал, лаская её в ответ. Они становились увереннее с каждым движением, придвигаясь ближе, обнимая друг друга крепче. Его рука скользила по её телу, продвигалась сквозь её волосы к затылку и он нежно обхватил его, слегка касаясь пальцами всей шеи. Они снова посмотрели друг на друга и Глеб начал целовать Танину щеку, продвигаясь вниз к ключицам, пока она гладила его плечи, и вернулся обратно к её губам. Они целовались долго и Таня чувствовала, что её уже можно выжимать, но остановиться не было никаких сил. Она придвинулась к нему ещё ближе так, что его член оказался между её ног, и они оба издали тихий стон, одновременно останавливаясь, словно протрезвев. Они оба тяжело дышали, им обоим было мало того, что произошло, но сделать первый шаг, чтобы зайти ещё дальше никто не решался. А ещё Таня боялась того, что произойдет после. Что ей придется принять какое-то решение. Она пыталась отдышаться, пока, закрыв глаза, прижималась своим лбом к его. Глеб все ещё не убрал руки с её талии и шеи, но уже не делал попыток снова почувствовать вкус Таниных губ. — Побудь со мной ещё несколько минут и я отпущу тебя, — попросил он и Таня обхватила его руками, прижимаясь щекой к его груди. Он переместил свои руки на её спину, обхватывая, будто она должна была вот-вот исчезнуть. — Знаешь, о чем я думаю? — Спросил Глеб, поглаживая её вдоль позвоночника. — О чем? — Хочу вернуть время назад. В день матча со сборной вечности. В тот момент, когда ты сказала, что почти полюбила меня. Представь, что я подлетел к тебе, поднял на руки и ты оказалась в моей ступе, а потом мы вместе исчезли из Тибидохса. Таня ничего не ответила. Она тоже думала об этом. Всё было бы совершенно по-другому. — Вы там живы вообще? Таня с Глебом вздрогнули, услышав возмущенный крик Ленки, сопровождающийся беспрерывным стуком в дверь. Глеб обречённо вздохнул и медленно отпустил Таню, а она, в свою очередь, перекинула ногу обратно и встала с кровати. — Пойдем спасать мир, — сказал Глеб, насильно изображая улыбку. — Надеюсь, успешно и в последний раз. *** К утру следующего дня Таня уже сидела на лавочке в парке возле дома Бейбарсовых. У них была продуманна длинная цепочка связи: Рома, когда придет время, сообщит место проведения собрания Ваньке, тот сообщит светлым стражам и встретится с Таней в нейтральном месте, она же, в свою очередь, свяжется с Глебом и передаст информацию ему, а уже он — тартарианцам. Ленка, Жанна, Шурасик и Данил уже были под воздействием заклинания Глеба и должны были проспать ещё сутки, а на квартиру были наложены чары, защищающие от проникновения посторонних. Так он сможет их уберечь от стопроцентного смертельного исхода. Глеб не знал, стоит ли ему остаться с Таней в парке, но она убедила его отправиться в Тартар: подготовить стражей и подготовиться самому. С места, где сидела Таня, были видны городские часы. Они показывали девять утра, а значит Таня ждала новостей уже целый час. Но в девять ноль одну среди прохожих Гроттер заметила знакомую мальчишескую улыбку. Ванька тоже увидел её. Он подошёл к ней, сел рядом и обнял, как старого друга. Таня была рада, что их отношения стали такими. А ещё она была рада, что Ванька смог найти свою истинную любовь — Ив. — Ты узнал, куда они отправились? — Спросила Таня, после приветственных объятий. — Да, — кивнул Ванька. — В Бельгию. Таня округлила глаза. То, что Аргст выбрал Бельгию могло быть очень плохим знаком. — Осталось ждать, когда мы сможем узнать место проведения собрания. — Я знаю, где будет собрание, — уверенно сказала Таня. Ванька удивлённо на неё взглянул и ей пришлось объяснить ему, что значила для неё эта страна. — Поэтому я уверенна, что собрание будет в замке Белёй, — закончила она. — Если это действительно так, то… — Да, — согласилась Таня, уже зная, что Ванька имеет ввиду. — Он будет нас ждать. Это ловушка. — Я должен вернуться и предупредить Троила, — сказал Ванька, поднимаясь. — Я свяжусь с Глебом. Ванька зашёл за угол, чтобы незаметно вернуться в Эдем, а Таня мысленно позвала Бейбарсова. Он, так же как и Валялкин, появился из ниоткуда и Таня тут же выложила ему всё, что только что узнала. — Он знает, Глеб! Нужно придумать другой план, они явно будут готовы к нашему появлению. — Другого шанса у нас не будет. Темные стражи ещё могут попасть в Эдем, но точно не на седьмое небо. А шансов выстоять в одиночку у светлых нет никаких. Таня понимала, что он прав, но легче от этого не становилось. — Мы справимся, — сказал он, сжимая Танину ладонь. — Обещаю тебе. — Я боюсь только того, сколько стражей может погибнуть. — Если мы этого не сделаем — погибнут все. В этом он тоже был прав. Таня встряхнула головой, возвращая мысли в порядок, зашла с Глебом за угол и взяла его за руку, переносясь в подземный мир. Темные стражи были уже готовы. Бо́льшая часть из них потирала руки в предвкушении крови, но Таня не разделяла их настрой. — Ситуация немного изменилась, — сказал Глеб, прикоснувшись к своей шее, чтобы его голос стал слышен каждому. — Нас будут ждать. Но планов это не отменяет. Напомню только одно: светлые стражи сегодня наши союзники. Их нельзя убивать и нельзя бросать. Сегодня мы одно целое. Мы хотим выжить, а значит — мы выживем. А если нет — заберём с собой каждого хранителя, которого только сможем! Со всех сторон доносились одобрительные воодушевлённые возгласы, как во время, так и после речи Глеба. Тане показалось, что последнюю фразу он говорил не сколько для них, сколько для себя самого. — Приготовьтесь, господа и дамы, — Ухмыльнулся он, — наш путь лежит в Бельгию. ***

The white death theme (music only) | (Bullet Train ost)

Многотысячная армия стражей разбрелась по всей стране, в ожидании сигнала от Ромы. Ванька сидел в парке, в окружении Троила, Тани, Глеба, Ив и ещё нескольких десятков светлых и темных, сосредоточенно прислушиваясь к ощущениям. За время, проведенное здесь, Таня успела в полной мере ощутить, что значили слова Глеба и Троила по поводу однозначности цвета эйдосов. Каждая улица, каждый дом, каждое кафе и каждый магазин были условно помечены как «светлые» или «темные». Но даже «светлые» места выглядели пострадавшими от набега темных. То тут, то там слышались то крики, то молитвы. Ужасно сюрреалистическое зрелище. Солнце уже начинало скрываться за горизонтом, но новостей всё не было. Наконец, Ванька поднял руку, призывая всех замолчать. Он кивал головой, запоминая информацию, и, наконец, сказал: — Замок Белёй. Таня шумно выдохнула. Аргст специально сделал это. Он даёт ей понять, что знает обо всём и готов к её появлению. Готов к тому, что Таня придет с поднятыми руками и вернётся на восьмое небо. Но у неё не было других вариантов. Если бы её смерть всё решила, она бы даже не раздумывала, но вслед за ней бескомпромиссно погибнут и все остальные. Они обязаны бороться. — Произошло кое-что ещё, — добавил Ванька. — Не томи, — поторопил его Троил. — Он пытался сказать ещё что-то, но резко замолчал и всё прервалось. — Он мог его убить? — Спросила Ив, прикрывая рот ладонью. — Не думаю, — отрицательно качнул головой Троил. — Если предположить, что он знает, что мы придем — он просто заставляет нас так думать, скорее всего он оставит его в живых, чтобы иметь на нас влияние. — Тогда чего мы ждём? — С энтузиазмом задал вопрос кто-то из темных стражей. — Завалимся туда и испортим их чёртову вечеринку! Стражи по очереди смотрели то на Глеба, то на Троила и ждали указаний. — Сообщите остальным, мы выдвигаемся, — сказал Глеб и крепче сжал в руке трость. Сегодня он взял её с собой, что было явным признаком серьезности его отношения к ситуации. Когда все собрались на берегу водоёма, отделявшего их от замка, предисловий не понадобилось, чтобы по одному кивку Троила светлые стражи взмыли ввысь, а по Глеба — темные телепортировали сразу внутрь. Сдерживаться больше не имело смысла и Таня тоже переместилась в замок, сразу же выпуская на волю черный смог. Она была права в том, что хранители их ждали. Они уже сражались со стражами, без особых проблем уничтожая их. Первым Тане на глаза попался хранитель в теле молодого мужчины, легко сражавшийся сразу с несколькими десятками как темных, так и светлых стражей. Таня направила смог к нему, но тот выставил руку, окутанную светом, через который Танин соратник не мог пробиться. Но результат, хоть и не тот, которого ожидала Гроттер, был достигнут: хранитель отвлекся и начал пропускать удары, отчего скоро упал на колени, хватаясь за голову. Пока стражи разбирались с остальными, Таня пыталась отыскать Аргста или Рому. Сложность состояла в том, что все люди, чьи тела заняли хранители, были ей незнакомы, и каждый мог оказаться кем угодно. Пробираясь сквозь толпу она сражалась везде, где могла. Из тех, кого она смогла посчитать, мертвыми были уже три хранителя. Количество же убитых стражей не могло уместиться и в несколько тысяч. Хранителям стоило немногих усилий разделываться с ними, а вот стражам приходилось сменяться один за другим, чтобы сохранять уровень воздействия своих сил. Таня злилась безуспешным попыткам отыскать Аргста, но цель сама нашла её. — Как же странно видеть, сколькими ты готова пожертвовать ради собственного выживания, — услышала Гроттер голос. Она дошла до второго этажа и оказалась в комнате, где провела несколько дней во время своего прошлого визита. На кровати сидел мужчина лет пятидесяти, а справа от него стоял ещё один обездвиженный парень. Таня догадалась, что это Рома. — Моё выживание не имеет к этому отношение. Ты ведь собрался уничтожить их всех, — Таня махнула рукой вниз, имея ввиду рядеющие ряды стражей. — Кто же тебе рассказал все эти сказки? — С усмешкой спросил Аргст. — Не слушай его, — с трудом выдавил из себя Рома, — он лжёт. Аргст предупреждающе сжал руку в кулак, усиливая этим движением хватку вокруг горла Ромы. — Понятно, кто, — проговорил он, поднимаясь с кровати. — Надеюсь, ты достаточно ему доверяешь, чтобы ставить на кон столько судеб. Ты знала, что когда-то он убил человека? Будучи светлым стражем? Таня не знала этого. Она посмотрела на Рому, взгляд которого был извиняющимся и злым одновременно, и перевела свой обратно к Аргсту. Даже, если он и говорил правду, они потом с этим разберутся. — Неважно, что он сделал. — О, — рассмеялся он, — напротив, очень важно. Если он солгал тебе об этом, то какой же есть смысл верить ему насчёт всего остального? — Я всегда ему верю, — сказала Таня и, выставив руки, откинула Аргста в стену. Это было неожиданно дня него и он ничего не успел сделать, что дало Тане небольшую фору. Она повернула ладони внутренней частью друг к другу и между ними зародились искрящиеся сгустки энергии, которые Таня тут же направила в сторону Главного Хранителя. Рома всё ещё был без движения, но всё внимание Тани было сосредоточенно на Аргсте. Он нападал на неё в ответ. Если силы стражей Таня на себе даже не почувствовала, то магия Хранителя была для неё не той, которая способна её ранить, но ощутимой. — Кого из них ты, в итоге, выбрала? — Вдруг спросил он, снова закидывая Таню не сильными боевыми заклинаниями. Гроттер же, вместо ответа, выпустила в него целый град черных и белых искр, заставляя замолчать. — Помощь нужна? — Вдруг Раздался голос Глеба у Тани за спиной. Он присоединился к ней, вращая тростью и параллельно шепча заклинания. Из наконечника вырывались тени, словно цепкие пальцы, и обхватывали Аргста, мешая нападать снова. А Таня в это время опять и опять выпускала энергетические шары. Но в какой-то момент Главный Хранитель раскинул руки в стороны, откидывая Таню и Глеба на несколько метров подальше от себя. — Выбери сейчас! — Сказал он. Таня резко встала, призывая смог вернуться к ней, и снова начала формировать искры, но Аргст сотворил вокруг себя что-то вроде купола, так что ей понадобилось бы сначала разбить его. — Тогда я выберу сам. Аргст всё ещё держал Рому, но уже шептал слова какого-то заклинания и Таня не знала, к кому броситься на помощь. Её вечный соратник, смог, трепыхался, распространяясь как можно шире, чтобы охватить их обоих и добраться до Аргста, но события развивались слишком быстро. В воздухе между ними начал формироваться огненный шар, всё больше увеличиваясь в размерах. Таня заметила его спустя секунду, но секунда её невнимательности была слишком долгой в данной ситуации. Таня выставила руки, направляя смог в сторону огня, но он уже устремился навстречу Глебу. Бейбарсов выставил руку с тростью перед собой. Таня не могла слышать, что он говорил, но видела, что его губы едва заметно шевелятся. Он произносил какое-то заклинание и шар огня начинал заполнять полость его трости. Сила Аргста была слишком велика для Глеба, и Таня видела, что из его носа вытекала струйка крови, но, кажется, он справлялся. Она перенаправила смог в сторону Аргста и была уверена, что сейчас тот самый момент, когда он навсегда перестанет быть причиной их беспокойства, но оглушительно громкий взрыв отбросил её на несколько метров. Смог, не понимая без указаний, что ему делать дальше, неприкаянно витал в воздухе, мечась из одной стороны в другую, окружая Таню, пытаясь её защитить. Звуки вокруг исчезли. Вот, что поняла Гроттер, открыв глаза. Её рука и нога были в крови, а, судя по тому, что глаза тоже едва различали картинки — лицо тоже, вокруг царил хаос. Она повернула голову в ту сторону, откуда её настиг взрыв и ей стало страшно. Она попыталась подползти туда, но смог уже заботливо поставил её на ноги и Таня, шатаясь, шла в ту сторону, переступая через многочисленные обломки и осколки. То, что она увидела заставило её мгновенно побледнеть, словно вся кровь ушла из её тела. Она так и подумала: там была и её кровь, и, наверняка, ещё кого-то, потому что у одного человека не могло хватить крови на ту лужу, в которой лежал Бейбарсов. Она опустилась на пол перед ним и положила его голову себе на колени. Она хотела кричать. Кричать так сильно, чтобы навсегда после этого перестать говорить, но кто знает, может быть она и кричала. Таня опустила взгляд на его лицо. Его черные глаза всё ещё были открыты, но они больше не поглощали тьму, они больше не видели света, не видели ничего. Самый могущественный некромаг в мире, король подземного царства, любящий отец и, так никогда и не почувствовавший себя любимым, роковой мужчина Глеб Бейбарсов был мертв. — Таня! Гроттер не поднимала голову, не в силах оторваться от безжизненного лица Глеба. — Таня! — Снова услышала она своё имя. Ей пришлось поднять глаза, чтобы посмотреть, кто её звал. Ванька уже подбежал к ней и пытался привести в чувства: он переложил голову Глеба с её колен обратно на пол и взял Таню за руку. — Его уже не вернуть, но остальные ещё могут погибнуть, — сказал он, — ты нужна нам. Он прав. Она нужна им. А ей нужен Аргст. Таня откинула его руку, аккуратно поднялась, чтобы не зацепить тело Глеба и взглянула на смог, висящий в воздухе рядом с ней. — Достань мне его, — сказала она не своим голосом и чернота разделилась. Одна половина немедленно рванулась выполнять приказ, а вторая — осталась с Таней, которая шла следом. Аргст уже исчез из комнаты, прихватив с собой Мерсина, и Тане пришлось спуститься вниз. Справа от неё целая толпа темных и светлых стражей боролась с одним из Хранителей, но тот лишь посмеивался над ними, пританцовывая в магическом свечении их попыток. Таня направила свои темные силы в их сторону и сама повернула туда же. Прикрыв глаза, она воззвала к своим крыльям и ощутила резь между лопаток, но, вскоре, уже взмыла вверх, возвышаясь над полем боя. Вдогонку к смогу она сосредоточилась и создала белый сгусток, на полной скорости несущийся в сторону хранителя. Таня не стала дожидаться окончательного результата, но успела заметить, что Хранитель упал на колени. Дальше стражи справятся сами. Ей нужен Главный. Таня летела дальше, но нигде не могла отыскать Аргста или Рому. Ей нужен был хотя бы кто-то один, ведь второй будет рядом. А что, если расправившись с Глебом, Аргст сразу же убил и Рому тоже? Смог, которого Таня отправила на разведку, вернулся к ней, призывая следовать за ним. Набрав скорость, Гроттер пересекла весь зал, вышла на улицу к саду тридцати двух деревьев и увидела их. Аргст сидел на скамейке, а Рома стоял рядом с ним. Вокруг больше не было никого и Таня понимала, что он ждёт именно её. На разговоры времени у неё не было. Гроттер сразу же создала ещё один светлый шар и швырнула его в Аргста. Тот попытался уклониться, но шар успел зацепить его руку, хоть Таня с недовольством и отметила, что она не пострадала. Рома не шевелился, находясь под заклинанием, и Таня спустилась на землю рядом с ним. Он был жив, а это самое главное. — Я просил тебя выбрать, — промолвил Аргст, всем своим видом показывая, что Таня сама виновата. Гроттер ничего не ответила. Между ними начал образовываться ком голубоватой искрящейся магии, но Аргст поднял руку, обращая внимание Тани на себя. — Как только ты направишь его в мою сторону, у меня будет достаточно времени, чтобы произнести всего одно слово и забрать твоего парня с собой. Ох, нужно было уточнить, — ехидно добавил он, — Этого парня, — он ткнул пальцем в сторону Ромы. — Тот нам уже не пригодится. — Сделай это, — прохрипел Рома, но Таня уже отказалась от этой мысли. По крайней мере, на эту секунду. Нужно придумать другой способ, при чем очень быстро. — Ты знаешь, что нужно мне, что нужно этому миру, Дея. Ты знаешь, как всё прекратить. — Сделай это! — Закричал Рома. — Ты слишком много разговариваешь, — разозлился Аргст и махнул рукой, отбирая у Ромы ещё и голос. Звук ударов крыльев достиг отвлекшегося Главного Хранителя на мгновение позже, чем Таню. Он не успел среагировать, как четверо темных стражей уже держали его руки, а двое белых играли на флейтах. Таня растерялась на секунду, но тут же вернула руки к искрящемуся кому, наращивая его размер. Поток созданной энергии она направила прямо в грудь Аргста, что заставило его пошатнуться, но устоять. К ним присоединились ещё несколько десятков стражей. Они произносили заклинания, извлекали маглодии, а Таня, тем временем, создавала новый энергетический шар. — Retro tempus. Retro tempus… — быстро шептал Аргст, со страхом в глазах. Ещё немного. Тане хотелось сделать шар настолько большим, чтобы после этого удара Аргст точно не оправился. — …omne redit… Nihil erat… Nullam quis erat… Таня уже готова замахнуться. — Retro tempus. — Заканчивает Аргст и довольно смотрит Тане в глаза. Вспышка. Тьма. Конец.