Глава 4. Преследуемая
16 апреля 2023 г., 11:55
6 июня 1998 Коттедж «Ракушка»
Рон почти не спал. Поскольку они никогда не подчинились бы человеку, который убил Гарри Поттера, Уизли были вынуждены постоянно скрываться. Джордж тайком переправил Флер и ее нерождённого ребенка во Францию, но никто из других Уизли не принял предложение МакГонагалл эмигрировать. Они не хотели оставлять Рона, который наотрез отказался куда-либо идти, пока не найдет Гермиону. Он клялся, что она все еще жива, и его нельзя было убедить в обратном. Друзья разделились неожиданно, во время битвы, и у Рона не было возможности найти ее прежде, чем он получил удар по голове, из-за которого теперь не мог нормально видеть. Он также не мог помешать отцу схватить его и аппарировать в безопасное место, и пока они все не приземлились, он не мог знать, что никто не видел Гермиону. Только поврежденный череп помешал Рону аппарировать обратно в ту же секунду, чтобы найти ее. Теперь заботой Чарли на полный рабочий день стало удерживание его младшего брата от того, чтобы поставить под угрозу его безопасность, что в основном заключалось в том, чтобы держать Рона внутри огромной защиты Коттеджа, где он не мог аппарировать. Рон понимал причины, по которым его брат ввел некоторые ограничения — не то чтобы кто-то из них хотел рисковать потерей еще одного члена семьи — но его плоть практически чесалась от осознания того, что Гермиона была где-то там, в опасности, и что-то внутри требовало отправиться на ее поиски. Он мало кому доверял в этом ужасном новом мире, но Рон знал, что Гермиона не сдастся. Ее чувство верности не имело себе равных. Рон понимал, что некоторые, как Кингсли, притворялись, что отдаются работе изнутри, но Гермиона никогда бы не предала память Гарри, даже притворившись, что следует за Пожирателями смерти. Ее бы не убили. У нее была репутация лучшей подруги Гарри Поттера... И она была слишком умна, чтобы ее можно было убить. Так что, конечно, если ее поймают, ее ждала только одна участь. И именно это знание не давало Рону спать ночь за ночью.***
Неизвестный лес
Некоторое время спустя, Гермиона все ещё сидела на том самом дереве, едва осмеливаясь пошевелиться. Периодически она замечала среди деревьев несколько фигур в капюшонах, но ни одна из них не подходила достаточно близко к её укрытию, чтобы она была замечена. Она задавалась вопросом, как долго будет длиться «охота», прежде чем они, наконец, сдадутся. Может быть, она могла бы снова попытаться убежать под покровом темноты? Было около полудня, поскольку летнее солнце ярко светило над головой. Пройдут часы прежде, чем в лесу станет достаточно темно, чтобы ее невозможно было увидеть; ей придется переждать. Она проигнорировала урчание в животе и начала мысленно перечислять ингредиенты всех стандартных зелий для третьекурсников. Через некоторое время она снова услышала хруст листьев и осторожно повернула голову в направлении шума. Он был громче, чем обычно; двое охотников шли вместе. — Не знаю, сколько их еще осталось, — отважился произнести один из них низким голосом. — Должна быть по крайней мере ещё одна, — ответил другой. — Охота не закончится, пока они все не будут пойманы. — Не могу поверить, что мы преследуем грязнокровок, — сказал глубокий голос мгновение спустя. — Надо было просто стереть их всех с лица земли. — Из них получаются достойные рабы. У Эйвери двое охранников, и угрозы регулярных пыток делают их более сговорчивыми. Очевидно, старая карга готовит отвратительную выпечку. — Домашние рабы были не для охоты. Хозяева должны были выбрать их из списка или обменять их. Почему эти другие? — Не знаю. Мы просто должны доказать, что достаточно искусны, чтобы поймать одного из них. — У чертового Грейбека преимущество в охоте, я искренне думаю, что это не справедливо, — проворчал глубокий Голос. Сердце Гермионы замерзло в груди. Грейбек? — Не-а, ему не разрешили охотиться. Он возглавляет несколько групп Похитителей, чтобы поймать беглецов, но Темный Лорд не станет тратить на него раба. Он бы просто разорвал его на части; оно того не стоило бы. — Он был бы не единственным, — усмехнулся глубокий голос. — Я видел, как Гойл и его сын охотятся, ты можешь представить, что бы он сделал с хорошенькой маленькой рабыней? — Она, наверное, стала бы молить о смерти... Голоса неизвестных стихли, когда они проходили мимо дерева, на котором притаилась Гермиона. Слезы защипали глаза. Маркус Флинт был достаточно плох, но этим мужчинам должно было быть за тридцать, и идея о том, что Гойл и его отец охотятся… Внезапно, слишком испугавшись, чтобы оставаться на месте, Гермиона начала спускаться с дерева так тихо, как только могла. Сама мысль о том, что ее поймает какой-нибудь Пожиратель смерти возраста ее отца и превратит в рабыню для каких-либо целей, вызывала у нее тошноту. Спускаясь, она оторвала ветку размером с ее руку и, вцепившись в нее, как в дубинку для битья, снова пустилась бежать. Я ухожу, даже если это последнее, что я сделаю.***
Коттедж «Ракушка»
Ежедневный пророк контролировался Министерством Чистоты и, как и следовало ожидать, был полон чепухи о «достижениях Министерства под руководством его великого лидера» и «прогрессе, которого следует ожидать в ближайшие месяцы». Но это все равно была новость, и обычно это было единственное, что Кингсли мог спокойно передать Уизли, хоть и через несколько дней после публикации. Джинни не прочла ни слова, а Чарли не позволил Рону прикоснуться к газете после того, как ее доставили в первый раз, и Рон был так зол, что разорвал ее в клочья, прежде чем Чарли успел прочитать все новости. Молли подала рагу, которое ей удалось приготовить из разных ингредиентов, пока Чарли просматривал последнюю газету. — Департамент магического перемещения запретил все виды путешествий, — продекламировал Чарли. — Летучий порох в основном неактивен, за исключением мест проживания Пожирателей смерти и самого Министерства. Каждый сотрудник должен подать заявку на повторное подключение своего дома к камину, в противном случае ему придется выходить на работу в режиме повышенной безопасности. Вся аппарация контролируется авроратом, за исключением волшебников с Темной меткой и Похитителей. Все международные портключи закрыты; никто не может покинуть страну без специального разрешения самого министра. — Если только ты не знаешь МакГонагалл, — пробормотал Рон, не отрывая глаз от ложки. Артур уехал накануне, сопровождая Джорджа и Флер на встречу с их старым профессором. Настаивания Рона на том, что Молли и Джинни тоже должны были поехать, были проигнорированы; они были рады, что кто-то из их семьи будет в безопасности, но, как и Рон, они тоже пока не хотели терять надежду на поиск пропавших друзей. — Аврорам поручено следить за всеми передвижениями Похитителей… они позволили новым чарам отслеживать аппарационную активность в отдаленных районах. — Чарли нахмурился. — Раньше это было незаконно. Хорошо, что у Минервы есть какие-то внутренние источники; без них ее бы довольно быстро поймали. Минерва была ценным союзником, и не только из-за ее решимости разыскать пропавших бывших студентов. В Министерстве было много людей, которые помнили и уважали Минерву МакГонагалл, и после Битвы несколько Серых волшебников независимо друг от друга обратились к ней, чтобы предложить свою помощь. Семью Уизли держали в неведении, чтобы инсайдеры оставались под защитой; эти неуловимые союзники могли добраться только до недавно переселившейся Минервы. Конечно, это означало, что все полезные свежие новости для остальной части Ордена поступали медленно, но они были удовлетворены тем, что Минерва, по крайней мере, была хорошо информирована. Рон проглотил еще кусочек тушеного мяса и подтолкнул брата сделать то же самое, пока тот снова не забыл. Чарли медленно жевал, просматривая последние складки бумаги. — О, табу на имя Сами-знаете-Кого все еще действует. Очевидно, они пытались опубликовать его... от имени Гарри... но у них было так много случаев, когда люди произносили его имя, что через пару дней они переставали утруждать себя этим. Рон едва не улыбнулся при этих словах, хоть и слегка печально. Даже если вынужденные Серые волшебники не смогут сделать ничего другого, он верил, что некоторые из них останутся тайно преданными Гарри. Рон знал так же точно, как знал свое собственное имя, что смерть Гарри не была результатом его попытки сбежать, как заявил Волдеморт. Рон знал, что, скорее всего, его лучший друг пожертвовал собой в попытке обеспечить безопасность своих друзей. Он вернет Гермиону, и тогда следующей целью Рона будет кричать правду с крыш, несомненно, с Гермионой рядом. Во что бы ни превратился этот мир, они никогда и никому не позволят забыть о жертве Гарри Поттера. Подсознательно Рон потрогал делюминатор в кармане, надеясь вопреки всякой надежде однажды услышать голос Гермионы, доносящийся из него, но зная, что Гарри никогда этого не услышит. Он так сильно скучал по своим лучшим друзьям, что у него постоянно болело в груди. — Есть ли что-нибудь еще о классификациях? — спросила Молли тихим голосом. Чарли неохотно перевернул последнюю страницу «Пророка» и глубоко вздохнул. Рон перестал есть. Какой бы ужасной ни была Комиссия по регистрации магглорожденных, кастовая система Министерства чистоты была еще хуже. Высший класс состоял почти исключительно из Пожирателей смерти. Вторым классом были обращенные Серые волшебники, обладавшие ограниченной властью, а третьим классом были предатели. Предатели не имели никаких прав как волшебники; их либо убивали, либо сажали в тюрьму, либо обращали в рабство, основываясь на еще большем количестве классификаций – но еще не все из них стали достоянием общественности. Рон был в ужасе, узнав, как отнесутся к Гермионе, если ее поймают. Вероятно, было слишком обнадеживающе воображать, что она окажется в заключении в каком-нибудь полукомфортном месте, где сможет придумать план побега и найти дорогу обратно к ним. Чарли покачал головой, просматривая газету. — По-прежнему нет упоминания о классификации предателей, за исключением... О, нет… — Что? — взмолился Рон. Лицо Чарли слегка позеленело. — Это... они все еще не говорят, каковы все классификации, но подтверждено, что они собираются начать разделять предателей. Ведьмы и волшебники классифицируются отдельно. Рон встал со своего места, забыв о еде. Рядом с ним, всегда безмолвная, Джинни широко распахнула глаза. — Они поработили некоторых предателей, Чарли, скажи мне, что это не ХУЖЕ... — Они ждали какого-то исследования, — неохотно продолжил Чарли, опираясь на знания из прошлых работ. — Ведьм и волшебников каким-то образом выбирают… Я не знаю, что происходит с волшебниками, но здесь говорится, что ведьмы, которые были пойманы и помечены как предатели класса С, будут… Преследуемы. — Что?! На этот раз на ноги вскочила Молли. Чарли обхватил голову руками. — Будет несколько назначенных охот, где Пожиратели смерти смогут выследить и поймать нужную им ведьму. Предполагается, что это лучший способ доказать, что они достойны... владеть им. —Нет! — взревел Рон. — Они собираются... он позволяет им охотиться... Охотиться! Охота на ведьм ради... гребаного Мерлина, нет! — Я не знаю наверняка... — Это должно быть...! — Не знаю… — Зачем еще им разделять ведьм и волшебников?! Молли схватила свою дочь и крепко прижала к себе. Чарли безуспешно пытался привлечь внимание Рона, пока его младший брат выбирался из-за стола. — Ты не можешь! — Нет, НЕТ, она где-то там! Если ее поймают...! — Рон... — Мы должны найти ее! Мы должны добраться до нее первыми, пока Охотники… — Рон, уже слишком поздно, — мягко сказал Чарли, положив руку на статью недельной давности. — Сегодня состоится первая охота.***
Неизвестный лес.
Гермиона не успела углубиться в лес, как слева от нее внезапно раздался шквал голосов, и она замерла. Там двигалась группа охотников, и один из голосов сердито крикнул. — Мы очистили восточный лес, она должна быть к западу отсюда! Гермиона тут же посмотрела в небо. Казалось, что лучше всего ей было бы спрятаться на востоке, но бежать на восток означало бы нарваться прямо на приближающуюся группу. Она раздумывала, не спрятаться ли, пока они не пройдут мимо нее, а затем вернуться, но они приближались слишком быстро. Как можно тише она начала пробираться на юг. — Вы все направляйтесь на север, мы пойдем на юг, — Гермиона издали узнала сердито звучащий голос Флинта. — Остальные продолжайте движение на запад. Если ты найдешь ее, помни, что она моя. Я должен этой маленькой сучке хорошую порцию боли. Проклиная себя за то, что не осталась в безопасности на своем дереве, Гермиона побежала быстрее. Она крепко сжала в руке сломанную ветку дерева. Ей пришлось быстро сменить направление, чтобы обойти большой бук… И она тут же врезалась в чью-то грудь. Охотник в капюшоне, казалось, был поражен не меньше Гермионы, но ему удалось схватить ее за руки прежде, чем она успела убежать. Она брыкалась и пыталась лягаться, размахивая веткой дерева, как дубинкой, но он был сильнее. Он прижал ее лицом к дереву. Ветка выпала у нее из рук, и она почувствовала, что вместе с ней исчезает и ее надежда. Фигура в плаще легко удерживала обе ее тонкие руки за спиной одной своей, а другой рукой надавила на верхнюю часть ее спины, неподвижно прижимая ее к дереву. Кора грубо царапала её щеку, но это волновало ее меньше всего. Гермиона чувствовала его тяжелое дыхание на своем затылке. Она не могла брыкаться, и ее руки были бесполезны. Она крепко зажмурилась и попыталась сдержать слезы. С положительной стороны, эта фигура была слишком стройной, чтобы быть Флинтом или Гойлом. Флинт назвал двух их товарищей слабаками. Хиггс? Он был стройным; он был ловцом Слизерина... а другой, Нотт, был на ее курсе; он был тихим и тоже хилым… Дыхание охотника защекотало ухо Гермионы, когда он прошептал: — Не дергайся, Грейнджер. Ее глаза широко раскрылись от шока. Она знала этот голос. — М-Малфой?
