Глава 16. Оценена
6 июня 2023 г., 14:16
10 июня 1998 год Малфой Мэнор
Бледная рука Малфоя скользнула вверх по руке Гермионы, чтобы сжать её плечо в жесте, который изначально она рассматривала как собственнический, но на самом деле он был защитным. Он символически подчинялся авторитету своей семьи, демонстрируя своё желание к выбранной им ведьме. Гермиона безупречно склонила голову перед старшими Малфоями, это движение было задумано как жест смирения и почтения, но не настолько низко, чтобы считаться раболепским поклоном. Она сконцентрировалась на собственном дыхании. Удивление Малфоев по поводу её личности быстро исчезло. Несмотря на то, что Гермиона знала, что это произойдёт , она всё ещё чувствовала смущённый трепет, когда Люциус официально поклонился в её сторону и пробормотал: — Мисс Грейнджер, я приветствую вас от своего имени и от имени Нарциссы. Ответа не требовалось, поэтому Гермиона ещё раз кивнула головой в знак подтверждения. Традиции не требовали никаких действий со стороны Нарциссы, но старшая ведьма неожиданно отошла от своего мужа и подошла прямо к Гермионе. Едва заметное сжатие руки Драко на её плече говорило о том, что он тоже был немного удивлён. Нарцисса крепко сжала руки Гермионы. — Я… я хочу извиниться перед вами. Мы никогда не ожидали, что наше общество может претерпеть такие драматические изменения. Если бы я хоть немного подозревала, что этот день наступит, я бы никогда не сказала ни единого резкого слова в ваш адрес или позволила ужасам войны обрушиться на вас под этой крышей. Гермиона не была уверена, что сказать; она, конечно, не ожидала, что Люциус выйдет вперёд и заговорит. — Действительно, это стало большим сюрпризом. Однако, если бы мы могли сделать другой выбор в наших словах и действиях, мы бы сделали это не задумываясь. Его большая бледная рука лежала на её плече, так же как и рука Драко, в то время как её запястья всё ещё были сжаты Нарциссой. Действие было символичным… он не только поприветствовал, но и принял её. Этого не требовалось до конца вечера, но Люциус уже выполнил церемониальные требования помолвки, и Гермиона ничего не сделала, чтобы проявить себя. Она почувствовала, как её щёки порозовели, и подавила желание отстраниться. Несмотря на то, что это было тем, на что она надеялась, она беспокоилась, что это была хитрость Слизерина в действии. Было странно, что рука Драко на её плече помогала ей чувствовать себя более заземлённо. — Это больше, чем мы должны просить, но не снизойдёте ли вы до наших скромных усилий загладить свою вину перед вами? — спросил Люциус. Гермионе не нравилось смотреть в глаза высокому, пугающему патриарху Малфоев, чьи глаза были на несколько тонов темнее, чем у его сына, но его взгляд был удивительно гипнотизирующим. Он пристально посмотрел на неё, и всё же… в его взгляде не было ни намёка на осуждение или гнев. Она обнаружила, что необъяснимо верит его словам. — Да, — сказала она тихим голосом. — Я благодарна за ваше признание. Нарцисса сжала руки Гермионы с лёгкой улыбкой, когда Малфои отпустили её. Люциус протянул руку своей жене. Драко нежно взял Гермиону за руку и подвёл её к месту, которое отодвинул для неё, поскольку Люциус сделал то же самое для Нарциссы на другой стороне стола. Волшебники вышли из комнаты; Гермиона предположила, что они отправились за ужином. Впервые она подумала о том, что Драко, вероятно, хотел следовать традициям чистокровных, потому что вырос, наблюдая, как их используют его родители, так что не только Волдеморт или чванливый эгоист, сидящий в нём требовали от него правильного поведения. Возможно, формальности, в конце концов, были не так уж плохи. Нарцисса пристально изучала Гермиону, прежде чем, наконец, наклонилась вперёд. — Я полагаю, что, будучи воспитанной в мире магглов, вы находите наши обычаи новыми и, возможно, пугающими? Гермиона обдумала свой ответ, прежде чем сказать: — В элитном маггловском обществе многие традиции удивительно похожи. Однако я произошла из скромной семьи, и поэтому знаю об этом только из рассказов и СМИ. Нарцисса наклонила голову. — Я знаю, что Драко учит тебя, но надеюсь, что он оказывает тебе любезность, объясняя причины, лежащие в основе наших обычаев? Я полагаю, что попасть в такую ситуацию было довольно шокирующе, и понимание цели наших действий может облегчить некоторые из ваших опасений. — Он… он, возможно, не самый общительный информатор, но он старается ответить на большинство моих вопросов. Я понимаю, он никогда не ожидал оказаться в таком положении. — Нет, — тихо ответила Нарцисса. — Это не то, чего он хотел. Это тоже не было тем, чего хотела Гермиона, но её щёки всё же порозовели, и она перевела взгляд на свои колени. Никто из них не хотел этого, Грязнокровка в сердце их дома… Нарцисса была ошеломлена потупленным взглядом. — О, я не… Я думаю, вы меня неправильно поняли. Я не хотела проявить к вам неуважение. Я хотела сказать, что Драко не хотел жену, которую ему пришлось бы держать взаперти и контролировать, будто она прислуга, — её руки, казалось, на мгновение напряглись, как будто она хотела сжать их в кулаки. Гермиона была немного удивлена прямотой пожилой женщины и не ответила, когда руки Нарциссы медленно опустились. — Я полагаю, вы плохо знали моего сына в школе, поэтому, возможно, не знаете его ценностей, — мягко сказала Нарцисса. — В то время как многие… другие счастливы взять ведьму в качестве настоящего приза, мой Драко всегда надеялся взять ведьму, о которой можно было бы заботиться. — Я бы определённо не отнесла его к типу заботливых людей, — категорически заявила Гермиона. Нарцисса почти улыбнулась. — Я этого и не ожидаю, поскольку вы попали в категорию людей, к которым его воспитывали относиться с неприязнью и недоверием. Мир сейчас меняется, хотя мне бы не хотелось, чтобы это было такой ценой. Глаза Нарциссы, казалось, говорили больше, чем её слова. Гермиона задавалась вопросом, потеряла ли она кого-то, кто был ей дорог, во время войны. — Мисс Грейнджер, я должна признать, что уже немного знаю о вас. В ежегодном отчёте Драко всегда фигурировала одна конкретная ведьма: талантливая магглорождённая гриффиндорка, которой он особенно завидовал, и не в последнюю очередь потому, что она подружилась с Гарри Поттером. Я только хотела бы, чтобы ревность моего сына не руководила всеми его поступками в годы становления. — Я признаю, что ревность может заставить людей поступать иррационально, — признала Гермиона. — Но хотя это может быть простительно для ребёнка, я надеялась, что Драко перерастёт это раньше, чем оказалось. — Но ты признаёшь, что он вырос? — мягко поинтересовалась Нарцисса. Гермиона прикусила губу и кивнула. — Я была немного удивлена, что он не воспротивился этому… требованию, чтобы я была его… Она была благодарна, что волшебники Малфои выбрали именно этот момент, чтобы вернуться в столовую с левитирующими тарелками с едой. Должно было пройти некоторое время, прежде чем она почувствует себя по-настоящему комфортно, признав вслух, что от неё ожидали, что она выйдет за него замуж.***
Ужин с Малфоями был неожиданно приятным. Гермиона ожидала, что в какой-то момент Люциус хотя бы усмехнётся, но мужчина, казалось, был совершенно нейтрален. Единственный раз, когда он выразил настоящую эмоцию был, когда Драко заставил его над чем-то посмеяться. Нарцисса тихо сидела и ела с точными манерами, которые Драко привил Гермионе. Было странно приятно видеть традиции чистокровных в действии, знать, что младший Малфой не просто придумывал что-то, чтобы её контролировать. Гермиона молча наблюдала за своим женихом во время еды. Она не увидела ни одного из стандартных холодно-малфоевских взглядов, с которыми была знакома; он изучал свою семью с истинной нежностью, хотя и с лёгкой завистью. Пожилая пара разговаривала тихо, так, как это могли делать только близко знакомые люди; они использовали мало слов и, казалось, в основном общались глазами. Она с ужасной болью подумала, что ближе всего к таким отношениям она когда-либо была, вероятно, с Гарри. Она скучала по нему и снова пыталась игнорировать пустоту в своём сердце, которую уже никогда нельзя было заполнить. Основываясь на том, как он наблюдал за своими родителями, Гермиона предположила, что Драко жаждал подобных отношений. Она чувствовала себя немного виноватой, зная, что никогда не будет тем партнёром, которого он хотел, но она будет притворяться, пока не станет безопасно, чтобы сбежать.***
Только после того, как они покончили со своими бисквитами в изящных тарелочках, Люциус сел особенно прямо, нахмурив брови, что заставило Драко занервничать. — Как ты знаешь, Драко, наш Господин пожелал, чтобы каждый последователь обучил своих партнёров соответствовать нашим ожиданиям. Этикет мисс Грейнджер образцовый, и я не нахожу в нём недостатков. Драко хотел вздохнуть с облегчением, но он знал, что они ещё не добрались до настоящих новостей. — Однако моё мнение мало кого волнует. Сегодня состоялась вторая охота, и, похоже, есть несколько недовольных волшебников, которые никого поймали — то есть они ещё не связаны с ведьмой — и они выразили мнение, что некоторые волшебники превысили свои привилегии. Драко почувствовал, как Гермиона напряглась рядом с ним. Он знал, что она, как и он, читает между строк. Кто-то там — они оба подозревали, кто — не думал, что Драко заслуживает того, чтобы у него была Гермиона, и он высказал своё сердитое мнение Тёмному Лорду. — Я полагаю, наш Господин желает убедиться, были ли сделаны правильные предположения? — тихо спросил Драко. — Да, но он будет делать это не в одиночку, — сказал Люциус с горечью в голосе. — Он хочет ещё раз украсить наше поместье этим субботним вечером для… собрания. Драко сжал руку в кулак под столом, не сумев скрыть своего беспокойства. Ему пришлось бы привести её прямо к Тёмному Лорду… ей пришлось бы вести себя безупречно перед ним, и там было бы много других людей — вероятно, других людей, которых Грейнджер знала… У Драко по спине пробежал страх. Что, если она узнает? — Кто… как ты…? — Драко не мог произнести ни слова. Он с трудом сглотнул; его губы были сжаты так плотно, как Гермиона никогда не видела. Нарцисса осторожно потянулась через стол, чтобы положить свою бледную руку поверх руки сына. Когда она это сделала, Гермиона рассеяно заметила, что у пожилой женщины на запястье была такая же метка, как та, которую выжег на ней Драко. Но Нарцисса не была предателем, не так ли? — Конечно, никто из нас не хотел, чтобы это произошло так быстро, — мрачно продолжил Люциус. — Но я надеюсь, что, поскольку мисс Грейнджер до сих пор легко приспосабливалась к нашим обычаям, ты можешь гарантировать, что она научится всему необходимому за достаточное время? Гермиона искоса бросила взгляд в сторону и подумала, что вена на виске Драко может взорваться, но ему удалось выдавить из себя несколько слов. — Да, отец. Мы будем готовы.***
Воспоминание: 7 мая 1998 год Малфой Мэнор
Нарцисса наложила согревающие чары на холодный подвал, когда вошла. Она поставила накрытый поднос на перевёрнутый ящик и опустилась, чтобы сесть на другой. Гарри Поттер снял свою мантию-невидимку, чтобы показать себя сидящей на противоположном ящике женщине. Он кивнул, как обычно, благодаря за еду, и отхлебнул чай из кружки, пока тот не остыл. Среди прочего, их соглашение требовало, чтобы он сохранил свою палочку (технически, палочку Драко), но он никогда не пытался бы сбежать. Взамен она поделилась всей имеющейся в её распоряжении информацией и работала над волшебным расширением его убежища, чтобы сделать его более комфортным. Они разговаривали, но ничего не планировали. Пока нет. Гарри пытался быть терпеливым, подчиняясь своему единственному союзнику, понимая, что способ, которым он привык обходиться со всем, больше не будет эффективным. Любые шаги, предпринятые с этого момента, потребуют хитрости, изощрённости и доверия. Слизеринский подход, к которому он привык гораздо меньше, чем к гриффиндорскому. Несмотря на странные обстоятельства их знакомства, Гарри обнаружил, что с течением дней ему становится всё более комфортно с Нарциссой. Из всех людей она напомнила ему Ремуса — она сохраняла хроническое пассивное выражение лица, но её едва уловимые движения глаз свидетельствовали о том, что она знала больше, чем говорила. В других отношениях она напоминала ему Драко, что заставляло Гарри чувствовать себя на удивление уверенно, поскольку он лучше, чем кто-либо другой, знал, что в некоторых слизеринцах есть гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Она рассказала ему о Битве, Чистом Министерстве, рангах Пожирателей смерти, судьбе Предателей и о том, что ей известно об оставшихся членах Ордена. Она знала, что двое младших Уизли были убиты в битве, но она не была достаточно знакома с семьёй, чтобы сказать, кто именно. Гарри постоянно беспокоился за Рона и Джинни. Он уже пролил несколько ночей слёз по Ремусу и Тонкс, Фреду, Колину и особенно Невиллу, постоянно обвиняя себя в том, что попросил его прикончить Нагайну. Сегодня Нарцисса удивила Гарри, рассказав ему о своём общении с Северусом Снейпом, и именно эти удивительные отношения заставили его официально решить доверять этой женщине. Если Драко был слизеринцем, который был более сложным, чем кажется, то Снейп был воплощением сложности. Гарри признался, что ему оставили воспоминания Снейпа и он знал кое-что из того, что рассказали Нарциссе, но ничего о разработке зелий. — Зелье сделает статус крови неактуальным? — спросил Гарри в полном шоке. — Северус пытался, — тихо сказала Нарцисса. — Этому не суждено было сбыться. Самое приближённое из того, что он мог разработать, — это зелье для измерения чьей-либо силы при произнесении заклинаний, которая является лишь частью полной картины магических способностей человека. В какой-то степени это может быть полезно, но есть много соображений, выходящих за рамки зелья. Младшие волшебники всегда будут получать более низкий балл, поскольку им не хватает подготовки и выносливости, а человек, страдающий от урона после заклинания или болезни — или, возможно, даже обезвоживания — может исказить результаты. Однако Северус ничего из этого не сказал Тёмному Лорду. Брови Гарри поползли вверх. Он думал, что уже узнал все секреты Северуса Снейпа, но этот человек так много скрывал, что Гарри удивился, как ему вообще удалось показать в конце своё лицо Волдеморту. — План Северуса был сложным, но он предполагал, что будет прятать зелье как можно дольше, — продолжила Нарцисса. — Он знал, что Тёмный Лорд попытается использовать его, независимо от его надёжности, поскольку так отчаянно хотел увидеть осуществление своего плана. Он считает, что единственный способ определить будущее сильных волшебников — это в буквальном смысле скрещивать чистокровные линии с партнёрами, выбранными зельем, и тогда он подчинит получившееся поколение своим желаниям. Гарри сморщил нос. Вероятно, в извращённом сознании Волдеморта это был логичный план, но он мог только представить ряды юных волшебников в накрахмаленной форме, изучающих проклятие Круциатус в детском саду и которым промыли мозги, чтобы они верили всему, что говорил им Волдеморт. Это была ужасная идея. — Я наблюдал, как убили Сн… Северуса, — тихо сказал Гарри. — Я не знаю, удалось ли ему рассказать Сами-Знаете-Кому о зелье; не думаю, что у него было время… Губы Нарциссы скривились. — Он сделал это. Северус был самым блестящим окклюментом, которого я когда-либо знала, и он намеренно сконструировал щиты в своём собственном разуме так, чтобы они разрушались в определённом порядке, если бы он подвергся смертельному нападению. Не уверена, что он намеревался пережить войну, — тихо добавила она про себя. — Были знаки, которых я ждала, — продолжила Нарцисса. — В последней битве Пожиратели смерти перестали убивать. Они начали оглушать и похищать определённых бойцов по приказу Тёмного Лорда, всегда самых молодых и стойких. — Тех, с кем он хотел бы, чтобы его последователи размножались, — прорычал Гарри себе под нос. Неприятное чувство наполнило его желудок; сколько его одноклассников было поймано Пожирателями смерти? Что, если Джинни…? Нарцисса некоторое время сидела тихо, прежде чем Гарри невербально призвал её продолжать. — Северус знал, что его зелье будет использовано. По крайней мере, зелье спасло бы захваченных от уничтожения, даже если бы они были вынуждены… приспособиться. Возможно, мы пока прекратим этот разговор. Гарри терпеливо ждал, пока Нарцисса разгладит юбку и снова сложит руки. Она немного напомнила ему дебютантку с шёлковыми платьями и надлежащим этикетом, чтобы скрыть скандальное поведение, которая могла бы появиться в одном из дневных шоу, которые любила смотреть тётя Петуния. — Я устанавливала линию связи между людьми, которых теперь называют предателями, — губы Нарциссы снова изогнулись. — Одна из величайших ошибок Тёмного Лорда заключается в недооценке нас, ведьм. Некоторых, таких как моя сестра или Алекто Кэрроу, он взял под своё крыло, потому что они вели себя скорее как типичные волшебники, но он невысокого мнения о тех, кто всего лишь жёны истинных Пожирателей смерти. Гарри ухмыльнулся про себя. Волдеморт также недооценил свою собственную мать. Нарцисса была права; последнее, чего он ожидал, было восстание ведьм, чтобы бороться с ним. Особенно ведьм, которые легко могли бы обогнать трусливых Пожирателей смерти, таких как Макгонагалл, Молли Уизли, Джинни и Гермиона… Грудь Гарри пронзила вспышка боли. Он вновь сосредоточился на Нарциссе. — Значит, вы заключаете союз со всеми ведьмами, которых поймали? Поскольку они не захотят его поддерживать? — Я начинаю с этого, — сказала Нарцисса, хотя её голос слегка понизился. — Ещё я хочу заручиться помощью других жён Пожирателей смерти, таких же, как и я, которые обладают сильной волей и в противном случае были бы упущены из виду. К сожалению, я полагалась на то, что домашние эльфы могли бы быть моими проводниками при создании этих союзов. Но поскольку Тёмный Лорд заставил нас уволить всех эльфов, у меня нет другого способа доставки защищённых сообщений, которые нельзя было бы перехватить. Заколдованные письма можно взломать, а обычные почтовые совы небезопасны… Гарри нахмурился. — Но как бы он узнал, что вы уволили всех эльфов? Разве вы не могли бы сохранить одного и…? Нарцисса покачала головой. — Министерство ведёт учёт семей с домашними эльфами. Единственным исключением из правила могли быть эльфы Хогвартса, учитывая, что они были привязаны к школе, а не к семье, но, конечно, он взял полный контроль над школой. Я полагаю, он обеспечил их увольнение или просто приказал им никогда не покидать замок. Гарри напряжённо думал. Если и была другая группа, которую Волдеморт недооценивал так же сильно, как ведьм, то это были домашние эльфы. Возможно, именно непредсказуемые действия Добби заставили Волдеморта бояться их? Но Гарри задавался вопросом… он приказал Кикимеру работать в Хогвартсе, но там было не его место, не так ли? Был ли он привязан к школе? Должен ли был подчиняться приказам Тёмного Лорда? — Я думаю, что мог бы знать об одном исключении.
