Глава 25. Сближение
29 августа 2023 г., 11:55
14 июня 1998 год Малфой Мэнор
— Плохая идея, Грейнджер. Гермиона чуть не выпрыгнула из своей кожи. Прижав одну руку к сердцу, она крутанулась на месте. Теодор Нотт стоял у двери, ведущей на балкон, прислонившись к окну, и скрестил руки на груди, скорчив ей гримасу. На нём всё ещё была парадная мантия, в которой он был на балу. — Ты… к-как ты…? — Драко редко запирает эту дверь. Гермиона взглянула на своего жениха краем глаза. Драко вообще не шевелился. — Я оглушал его, пока ты была в шкафу. Ему не следует об этом знать. Нотт покрутил палочку между пальцев, а затем молча призвал палочку Драко с прикроватной тумбы, оставляя её вне зоны досягаемости Гермионы. Она была в ярости, как на Нотта, так и на себя за то, что не добралась до неё раньше. Тео засунул обе палочки поглубже в карманы мантии и подошёл ближе. Гермиона инстинктивно попятилась назад — неужели он серьёзно остановил Флинта только для того, чтобы потом самому наброситься на неё? — но Нотт лишь поморщился. — Если бы я хотел причинить тебе боль, я не стал бы объявлять о себе, Грейнджер. Она демонстративно сделала ещё шаг назад. — Для одного дня у меня было достаточно облапавших меня волшебников, — твёрдо сказала она. — И что ты вообще здесь делаешь? Нотт вздохнул и запустил руку в волосы, взъерошив их. — Я ждал тебя. Я знал, что ты попытаешься сбежать сегодня. Гермиона моргнула. — Что? Нотт едва заметным движением раскрыл ладонь, приглашая её сесть на диван. Она не была уверена, что хочет этого. Её мысли путались, образовывая настоящий хаос в голове. — Почему ты думаешь…? — Потому что это то же самое, что сделал я. Нотт медленно распахнул свою мантию и на несколько секунд приподнял край рубашки, обнажая неровный красный шрам поперёк правой части живота. — Я тоже сбежал после того, как на меня напали. Гермиона не столько села на диван, сколько упала на него. — Ты… кто-то сделал это с тобой? — выдохнула она. — К сожалению, да. Шрам от проклятого клинка, так что это навсегда, — он опустился на диван рядом с Гермионой. — Как и с тобой, кто-то узнал один из моих личных секретов. Я был бессилен, потому что, сообщи я о нападении — мой секрет мог бы всплыть наружу. Думаю, не стоит говорить, что нападавший был рад воспользоваться этим фактом. — После этого я не мог усидеть на месте, боясь, что это снова повторится. Сначала я просто бежал так быстро и как можно дальше от замка, как только мог. Когда наступило лето, мне стало невыносимо чувствовать себя запертым в одном здании, поэтому я убежал и из дома. Пришёл сюда, между прочим, — его губы слегка изогнулись в улыбке. — Это было сразу после того, как наших отцов посадили в тюрьму, так что всё лето я провёл с Драко. С тех пор он в основном оставляет террасу незапертой для меня. Он единственный, кто знает об этом. Это ли имел в виду Драко, говоря о том, что у него есть секреты, которые принадлежат не ему? — Это… это случилось с тобой в Хогвартсе? — прошептала Гермиона. — Как… кто? Нотт покачал головой. — Это не так работает, Грейнджер. Я рассказал кое-что тебе, теперь твоя очередь. — Моя очередь…? — Поговорим об этом. В толстом плаще, который она надела, было слишком жарко для лета, но ей было всё равно. Гермиона обернула его вокруг себя, защищаясь, когда ужасное лицо волшебника вновь всплыло в её памяти. — Плащ помогает, я знаю, — тихо сказал Тео. — Это просто бессмысленная ткань, но она успокаивает. После того нападения я ещё долго заворачивался в одеяла. Слёзы начали щипать глаза. Она едва ли обратила внимание на то, что Нотт придвинулся ближе. — Поначалу это может быть трудно, но есть кое-что получше, — пробормотал он. — У меня ушли недели на это, но стоило мне снова научиться кому-то доверять, ничто больше не помогало. Его длинные руки раскинулись в стороны. Гермиона не знала, что заставило её передумать. Возможно, это было потому, что он спас её от Флинта… Неважно, сейчас это казалось самой естественной вещью в мире — упасть боком в ждущие объятия Нотта. Она вцепилась пальцами в его мягкую одежду и вскоре уже бесстыдно рыдала в неё. Она оплакивала своих потерянных друзей, свой сорванный план побега и своё исчезнувшее будущее, но больше всего она плакала из-за него. Человека, который пытался украсть единственную нетронутую часть её самой. Нотт ничего не сказал, нежно поглаживая её кудри. Он был прав; это было лучше, чем плащ. Его руки были твёрдыми, но нежными, и от него пахло… уютно. Как чистое бельё и свежий воздух. Может быть, Гермиона хотела доверять ему, потому что они пережили похожий опыт, или, возможно, она просто так отчаянно хотела доверять хоть кому-то в этом ужасном новом мире. Прошло немало времени, прежде чем она медленно начала отстраняться. Она на секунду напряглась, когда Нотт полез в карман, но он лишь достал носовой платок. — Я не виню тебя за беспокойство, но я на твоей стороне, Грейнджер, — тихо сказал он. Она взяла из его рук платок и вытерла лицо от слёз. — Гермиона, — тихо протянула она, шмыгнув носом. — С таким же успехом ты мог бы называть меня Гермионой. — Тогда Тео. Она проглотила слёзы. — Такое чувство, что у меня очень давно не было друга. Он с любопытством наклонил голову, она изучала внимательный взгляд его тёмно-синих глаз. — Или «друг» — неправильное слово? Ты хочешь украсть моё расположение у Драко? — слабо спросила она. Он заговорщически ухмыльнулся. — Достаточно будет сказать, Гермиона, что я был бы более склонен украсть у тебя Драко. — Ты… ох. — Ага. Почти такой же изогнутый, как половник для супа. Она крепко зажмурила глаза. — Итак, это… конечно. В такой традиционной семье тебе пришлось бы держать это в секрете… Тео покачал головой. — Честно говоря, это не противоречит правилам. Официально мой секрет заключается в том, что я не собираюсь жениться на ведьме и заводить наследника. Это преступление само по себе гораздо хуже, чем быть геем. Пьюси был бы очень рад сообщить эту информацию моему отцу, если бы я не позволил ему повеселиться. Гермиона нахмурилась. Она вспомнила Пьюси; он работал вместе с Флинтом во время Охоты. Флинт тогда сказал, что не хочет, чтобы она попала в плен к кому-то мягкотелому, вроде Нотта или Хиггса. Она задалась вопросом, не подвергался ли Хиггс также насилию со стороны одного из старших Пожирателей смерти, и именно поэтому он так доброжелательно обращался с Лизой на балу. Она нежно взяла Тео за руку. — Мне так жаль, что с тобой это случилось, — пробормотала она. — Я так понимаю, твой отец не очень хорошо отнёсся бы к твоему решению? — Примерно пятьдесят на пятьдесят, что он заставит меня жениться и оплодотворить ведьму, или что просто сбросит меня с пирса Блэкпула. В его голосе слышалась усмешка, но Гермиона подавила вспышку гнева. Традиции чистокровных были не так уж плохи, но это было просто нелепо. Тео проигнорировал её сочувствие и постучал по её носу. — Хватит обо мне. Теперь твоя очередь. Поговори со мной, теперь, раз уж мы друзья и всё такое. Гермиона прикусила губу. — Я не понимаю. Ты подозревал, что я убегу, но ты ведь мог бы просто затащить меня обратно в постель. Тебе не обязательно было делать всё это… Он мягко улыбнулся. — Думаешь, я собирался упустить возможность подружиться с невероятной Гермионой Грейнджер? Не то чтобы у меня был шанс, когда мы жили в конкурирующих домах. Но если рассуждать логичнее, то подумай о том, что если бы я силой предотвратил твой побег, ты бы сейчас чувствовала себя в ловушке и ещё больше стремилась бы сбежать. Он снова щёлкнул её по носу. — Но я не могу позволить тебе сделать это, — мягко объяснил он. — Ты должна понять, что в мире нет более безопасного места для тебя, чем эта самая комната, и если Драко ещё не убедил тебя в этом, то я должен. Она приподняла бровь. — Я более чем способна выжить сама по себе… — Ты бы не была одна; Похитители доберутся до тебя. Их численность выросла, и у них есть все преимущества. Во-первых, у Департамента магического транспорта есть сенсорные заклинания для обнаружения людей по всей стране — министр узаконил их в прошлом месяце. Если кто-нибудь аппарирует в радиусе пятидесяти футов от одного из них без соответствующего разрешения, Похитители доберутся туда менее, чем за две минуты. Плечи Гермионы поникли. Она знала о сенсорных заклинаниях, и они законны только в таких местах, как входы в Азкабан и Хогвартс… или, по крайне мере, были. — Тебя быстро опознают, Гермиона. Все знают, кто ты; ты самый ценный Предатель, которого мы поймали! Ты как принцесса Предателей, — он усмехнулся, но сразу его лицо снова посерьёзнело. — Но даже несмотря на то, что ты помечена как Малфой, Похитители не вернут тебя сюда, поскольку ты уже однажды сбежала. Они просто отведут тебя прямо к нему, и он не вернёт тебя Драко. Он отправит тебя к кому-то гораздо худшему. — Значит, твоя работа состоит в том, чтобы заставить меня потерять всякую надежду сбежать? — пробормотала она, подтягивая колени к груди. Тео невесело улыбнулся. — Моя работа, как твоего друга, состоит в том, чтобы убедиться, что ты не захочешь сбежать. Я знаю, сегодняшний вечер был довольно скверным, но в любой другой обычный день ты не могла бы оказаться в лучшей ситуации. Сегодня ты видела других Пожирателей смерти с Предателями, и Драко никогда не будет так с тобой обращаться. Он целую вечность ждал, когда у него появится жена, и, насколько я знаю о нём, он готов преподнести тебе солнце и луну на блюдечке с голубой каёмочкой, чтобы сделать тебя счастливой. Смотря на него, ни за что нельзя догадаться, но он до неприличия любящий. Гермиона заморгала, увидев серьёзное лицо Тео, немного удивлённая тем, что ей нечем возразить. Как ни странно, Драко Малфоя, которого она когда-то знала, заменил заботливый волшебник, который хотел защитить и избаловать её. Ещё час назад, засыпая, он так нежно обнимал её… — Это… нет, — Гермиона встала с дивана, качая головой. — Тео, не имеет значения, какой он; я не хочу выходить замуж! Я не должна этого делать! Меня вынудили попасть в эту ситуацию, и я не могу… Я не могу просто отказаться от всего, что у меня есть — от всего, кем я являюсь, — из-за того, Малфой оставил чёрную метку на моей руке! Тео продолжал спокойно сидеть на диване. — Ты бы предпочла, чтобы тебя поймал кто-то другой? — Там… нет, меня не поймают; там есть другие, я могу их найти… — Может быть, кто-то вроде Уизли? — Тео откинулся на спинку дивана, скрестив руки на груди, мгновенно став похожим на отчитывающего родителя. — И ты знаешь, где их найти? Что произойдёт тогда, когда Тёмный Лорд узнает, что ты сбежала, и начнёт тебя выслеживать? Тебе не кажется, что он начал бы с допроса каждого Уизли в стране? Гермиона открыла рот, но тут же закрыла его. Перси. Если она действительно была одной из самых ценных могущественных Предателей, которых они поймали, то они наверняка попытаются её вернуть… А Перси был Серым волшебником. Он был у них на радаре… они могли бы пытать его, чтобы найти её… — А вот и гриффиндорка, которую я ожидал увидеть, — тихо сказал Тео. — Ты можешь быть смелой и отважной, но ты не станешь рисковать чьей-либо безопасностью ради себя, не так ли? Слёзы защипали глаза, когда она упала обратно на диван, снова закутавшись в плащ. Неужели это так? Неужели, ей действительно придётся… остаться? Перестать продумывать свой план? Сдаться и выйти замуж за Малфоя? Отдать ему себя целиком? Что, если ему всё-таки удастся сделать так, чтобы она забеременела? Или, что ещё хуже, что будет, если он этого не сделает? Она потеряла контроль над собой; слёзы потекли по её щекам, капая на колени. Тео медленно придвинулся ближе и положил руку ей на плечи. — Я знаю, это трудно принять, но я обещаю, что здесь ты в безопасности, принцесса. Если Драко сделает какую-нибудь глупость, то я с удовольствием врежу ему по носу, если тебе этого захочется. — Но ведь есть и другие… — прошептала Гермиона. — Там пытают людей и сажают в тюрьму, и… я должна быть с… со своими союзниками, пытаться помочь… — Но подумай о том, что у тебя будет больше свободы после того, как ты выйдешь замуж. Драко, возможно, даже поможет тебе защитить кого-то из остальных — он, вероятно, сделает почти всё, о чём ты попросишь. Гермиона изучающе посмотрела на волшебника. Она знала, что Драко присоединился к Пожирателям смерти не потому, что соглашался со всем, что они делали, но он не бросил бы их ради неё, ведь так? Неужели Тео просто пытается ею манипулировать? Её глаза слегка сузились. — Зачем ты оглушил Драко? Разве он не хотел бы, чтобы ты рассказывал мне всё это? — Нет, он прекрасно знает, что я хотел подружиться с тобой, — Тео мягко улыбнулся. — Я оглушил его, чтобы защитить вас обоих, потому что он понятия не имел о твоём плане сбежать. Он и без того достаточно параноик, и ему не нужен ещё один повод, чтобы окутать тебя чарами пузыря. — И, честно говоря, ещё я не хотел, чтобы он видел, как ты плачешь. Он примет это близко к сердцу. — Но… его тоже к этому принудили. Вынудили быть со мной. Ему это тоже не должно нравиться… — Ему это не нравилось около дня, а потом он полностью успокоился. Гермиона не выглядела сильно убеждённой. — Эй, смотри, — вздохнул Тео. — Может, я и самый голубой волшебник из всех по эту сторону Балтики, но даже я знаю, насколько ты ценна. С момента объявления учебных занятий я был почти уверен, что ты стала самой желанной ведьмой нашего поколения, и Драко тоже это знает. Он женится на тебе не просто для того, чтобы заявить на тебя какие-то права; он хочет это сделать. — Малфои всегда думают, что заслуживают самого лучшего, — мягко согласилась Гермиона. Тео ухмыльнулся в ответ. — И ему досталось всё самое лучшее, так ведь, принцесса? Она крепко сжала плащ в руке. — Ф-Флинт, кажется, так думал, — сумела прошептать она. — Он поймал меня первым, т-там, в лесу, но я убежала. Я не пыталась убежать от Драко, хотя… — Это объясняет, почему Флинт был так зол на него, — пробормотал Тео. — Потом он узнал, что ты не… — он оборвал себя, когда Гермиона густо покраснела. — Эй, я знаю. Всё в порядке. Гермиона позволила ему притянуть себя в ещё одни тёплые объятия. Он немного напомнил ей Рона, от его тела исходило тепло, несмотря на то, каким худым он был. — Я так понимаю, Драко сказал тебе…? — Ему бы и не потребовалось. Я знал, что он не станет нарушать традицию; он такой упрямый. — Он хочет, чтобы я доверяла ему, но он… он не рассказал мне всего, и, наверное, у него есть ещё секреты… — Да, — просто ответил Тео. — Но когда ты станешь его женой, я уверен, что он раскроет тебе все свои секреты, — он нежно ущипнул Гермиону за нос. — И… ты знаешь, о чём он мне не говорит?... — Я храню секреты Драко, потому что он хранит мои, — твёрдо сказал Тео. — Если я предам его, у него есть возможность убить меня, и наоборот. В наших интересах поддерживать счастье друг друга. Гермиона почувствовала прилив эмоций, суть которых не понимала до конца. Возможно, это была симпатия, но ещё и небольшая ревность. Она так сильно скучала по Гарри и Рону… — Думаю, я понимаю… Я не привыкла доверять людям свои секреты, — пробормотала она. — Я тоже, — тихо сказал Тео. — Ты — единственный человек, которому я рассказал о своём шраме. — П-полагаю, только ты и Драко знаете о Фл... нём, — её голос затих. — У меня больше нет никого, кому я мог бы довериться, и у Драко тоже нет. У меня такое чувство, что мы все могли бы нуждаться друг в друге, — он нежно потянул за один из её локонов и посмотрел на неё сверху вниз с лёгкой усмешкой. — Могло быть и похуже, чем у нас, верно, принцесса? Гермионе наконец удалось слегка улыбнуться в ответ, когда Тео перенёс свой вес, продолжая обнимать её одной рукой за плечи. Край его Тёмной метки виднелся из-под рукава. Гермиона всё равно мгновенно прильнула в его объятия. Ей было всё равно.
