Глава 41. Поцелуй
10 октября 2025 г., 01:23
1 августа 1998 год
Коттедж «Ракушка»
Обоюдное раскрытие секретов постепенно переросло в лучшую вечеринку, которую Уизли устраивали за долгое время. Артур достал ещё припрятанного алкоголя и продолжил подливать всем, пока Молли настраивала радио на веселую музыку. Волшебники по очереди кружили ведьм по комнате, пока традиции не были забыты и Артур не начал бешено кружить Гарри, в это же время Молли забрала к себе в танец Гермиону и Джинни, а Рон принялся за Чарли, у которого так закружилась голова, что ему потребовалось прилечь. К моменту, когда хаос и разговоры о помолвках, традициях и выходах в свет улеглись уже наступило раннее утро. Тео проводил сонную Гермиону до кровати и накинул одеяло на Чарли, который, тихо похрапывая, заснул на диване. Артур вёл Молли в их спальню, старательно отвлекая её, пока Гарри провожал Джинни, а Рон решил выскользнуть за дверь, куда, как он знал, сейчас ушёл Тео. Он нашёл слизеринца на крыльце, вглядывающегося с тихие сумерки. — Что ж, полагаю, тебя можно поздравить, — сказал Тео, протягивая Рону свою почти пустую кружку с виски, чтобы чокнуться. Рон вздохнул и присел рядом с ним. — Спасибо. Не ожидал, что это произойдёт сегодня, это уж точно. — Быть шурином Гарри Поттера? Я-то думал, что это было неизбежно… Рон фыркнул, а Тео одобрительно улыбнулся и сделал большой глоток. Несколько долгих мгновений они вдвоём молча наблюдали за тем, как ветер обдувает утёс, и прислушивались к отдалённому шуму накатывающихся волн. — Думаю, мне в некотором роде повезло, — признался Рон. — Они все согласны с этим, даже если это не так традиционно. — Я заметил, что ваша семья с радостью принимает всё нетрадиционное, — сказал Тео с полуулыбкой. — Вроде тебя? Я имею в виду, что быть тайным анимагом не совсем традиционно… Тео рассмеялся. — Узнай мой отец все мои секреты за один раз, вряд ли его так уж сильно раздражал бы тот факт, что я провожу половину своей жизни на четырёх лапах. Рон выглядел немного смущённым. — Верно… твой отец… — Жестокий. Твердолобый. Пожиратель смерти, — лениво добавил Нотт. — Я боготворил его, когда был ребёнком, потому что он был самым большим, сильным и самым могущественным человеком, которого я когда-либо знал, — всё, чего я хотел, это угодить ему. У Рона был отсутствующий взгляд. — Верно. У тебя не было братьев и сестёр, так что… — Дополнительное давление, чтобы быть идеальным сыном, — тихо сказал Тео. Ему было трудно не завидовать Рону, у которого были замечательные родители. После его каминг-аута несколькими часами ранее Молли тихонько обняла его и прошептала на ухо, что хотела бы, чтобы рядом с ним сейчас была его собственная мать. Тео несколько раз подливал себе медовуху, чтобы успокоить нервы. Рон поигрывал пустой кружкой в руках. Возможно, это общение и должно было показаться странным, но в Тео было так легко распознать то, что ему нравилось. Другой волшебник был приветлив, не скупился на улыбку, был до конца верен тем, кого любит и так же заботился о Гермионе, как сам Рон или Гарри. Было странно, что всего несколько недель назад Рон практически ничего не знал о Тео. Он подумал о Гермионе и её изменившихся отношениях с Малфоем — и о Гарри с его изменившимися отношениями с Малфоями — и задумался, было ли это нормальным явлением во время войны. — Как давно ты узнал, что у тебя… э-э… склонность? Тео вежливо проигнорировал румянец на щеках Рона. — Мне было около четырнадцати, когда я понял это наверняка. После возвращения Сам-знаешь-Кого я понял множество жестоких истин, и… ну, мне пришлось принять несколько решений. Мне пришлось последовать примеру своего отца, чтобы выжить, я начал понимать, что испытываю какую-то неприязнь к старым обычаям. Некоторые из них были в порядке вещей, и я часто следовал примеру Драко — особенно для того, чтобы не сильно выделяться. Но когда другие парни начали заводить отношения, я понял, насколько сильно мысль о том, чтобы быть с ведьмой, вызывает у меня… отвращение. Рон фыркнул от смеха. — У меня это заняло немного больше времени, я думаю. И гораздо больше поцелуев… — Браун, верно? Рон пожал плечами. — Да, и, честно говоря, я не жалею об этом. Я имею в виду, поцелуи есть поцелуи. У каждого есть, э-э… рот и всё такое, да? Но когда мы начали… ну, знаешь, заходить немного дальше… Тео усмехнулся. — Ты нашёл что-то, что тебе не понравилось? Рон кашлянул, чтобы скрыть фырканье. — Да, что-то в этом роде. — Я с трудом могу представить, что такое быть с ведьмой, — вслух размышлял Тео. — Но ты…? — тихо спросил Рон. — То есть, я имею в виду… с парнем? На мгновение воцарилась тишина. — Нет, — прошептал Тео. — Во всяком случае, не по своей воле. Рон часто заморгал, переварить услышанное было трудно. — О, Мерлин… ты имеешь в виду…? Это ужасно. Тео, не зная, что сказать, просто пожал плечами. Понимать, что кто-то ещё знает правду оказалось не таким странным, как он себе представлял. Возможно, он лишь боялся, что его будут жалеть или даже издеваться, но ни Гермиона, ни Чарли этого не делали. На лице Рона появилось странное выражение. — Это был… Флинт? Гермиона вздрогнула на днях, когда Джинни что-то о нём сказала. Из-за этого…? Тео покачал головой. — Флинт пытался поймать Гермиону во время Охоты, но она сбежала от него, и тогда её нашёл Драко. Флинт просто сходил с ума от зависти. Потом он попытался… отобрать её у Драко. — … ох, — Рон нахмурился. Кровь прилила к груди Тео, а руки пробила дрожь. — Это… это был П-Пьюси, — прошептал он. — Несколько… несколько лет назад. Рон выпрямился. — ОН? Но… он был…! — Знаю, — пробормотал Нотт. — Это был хитрый ход, чтобы скрыть свои истинные предпочтения. Рон в ярости сжал кулаки. Адриан Пьюси имел известную репутацию охотника на ведьм. Если верить слухам, к тому моменту, когда пришло время сдавать С.О.В., он переспал с половиной ведьм своего курса, и даже Лавгуд когда-то увлеклась им. Его бронзовая кожа, тёмные глаза и уверенная манера держаться, по-видимому, создавали неотразимое сочетание. Если бы Рону пришлось выбрать, какие волшебники в Хогвартсе могли бы искать общества других волшебников… он бы, наверное, назвал несколько дюжин человек, но даже не мог подумать на него. — Что за… херов монстр… Тео промычал что-то в знак согласия и рассеяно поиграл несколькими камушками у своих ног. В течение многих лет он пытался выбросить Пьюси из головы, но недавнее столкновение и последующая травма не давали ему покоя. Независимо от того, сколько времени прошло с пятого курса, телу Тео по-прежнему требовалось лишь малейшее возбуждение, чтобы вызвать в памяти его образ. Тео сжал в кулаке пустую кружку. Прошли годы и… это было несправедливо. Все остальные получали удовольствие от секса, но Тео с трудом мог представить себе такую возможность. Было неправильно, что он не мог себе этого позволить, даже ради приятных минут в компании с самим собой. Он боялся, что ему приснятся сны, из-за которых он проснётся возбуждённым. Боялся переодеваться в присутствии любого другого волшебника. Он всё ещё боялся даже просто прикоснуться к какому-нибудь другому волшебнику, кроме Драко, единственного, кому он доверял… Тео поставил кружку на крыльцо, размышляя о компании, в которой он необъяснимым образом оказался. Чарли доверчиво подошёл к нему, почти незнакомому человеку, чтобы тот почувствовал себя более комфортно. Молли и Артур приняли его ещё до того, как увидели его человеческий облик. Гарри не позволил своему ужасному прошлому разрушить его способность доверять людям. Гермиона не позволила своему опыту с Флинтом помешать ей доверять Тео и Драко. Так почему же Тео не мог быть таким же сильным, как они? Возможно, ему просто нужно было решить, что его сексуальный опыт не будет зависеть от Адриана Пьюси. … ни минуты больше. Прежде чем Тео успел хорошенько подумать, он перегнулся через крыльцо и накрыл губы Рона своими. Рон замер. У него едва хватило времени, чтобы привыкнуть к неожиданному поцелую и начать размышлять, что с этим делать дальше, но Тео уже отстранился. Мозг Нотта, казалось, странно загудел, прежде чем осознал, что только что сделало его тело. — Я… Прости, — пробормотал Тео. — Я не должен был… Рон не успел и моргнуть, как Тео трансформировался. Его длинный хвост в мгновение ока исчез за углом коттеджа. — Воу, подожди! Рон уронил свою пустую кружку на ступеньки и бросился в темноту вслед за дикой кошкой. — Эй, Тео! Рон погнался за тенью хвоста, которая исчезла за углом сарая. — Тео, подожди! Уизли завернул за угол и, слегка запыхавшись, остановился, увидев дикого кота, который неподвижно сидел в тени сарая, готовый сорваться с места. — Эй, — Рон попытался подойти к нему медленно, как к настоящей кошке. — Да ладно… всё в порядке. Я не злюсь. Тео, моргнув, медленно поднял на него глаза. — Серьёзно, ты немного застал меня врасплох, но я в порядке, — Рон присел на корточки, наморщив лоб. — Если только… если только тебе это не понравилось? Тео быстро покачал своей мохнатой головой. — Хорошо… и что дальше? Почему ты убежал? Не может быть, чтобы я был настолько плох, — сухо поддразнил он. Долгое время Тео сидел неподвижно, подёргивая хвостом, пытаясь вернуть себе тот прилив храбрости, который он испытывал перед поцелуем — поцелуем! — с Роном. Неужели он действительно вдруг стал таким нехарактерно храбрым? Или это всё из-за алкоголя? С большой осторожностью он снова принял человеческий облик и прислонился к стене сарая, протирая глаза. — Я… Я не спросил разрешения… Рон приподнял бровь. — Я не хочу быть… таким, как он, — прошептал Тео. Рон присел на корточки. — Ты думаешь, что похож на этого монстра только потому, что поцеловал меня? Тео потёр свой локоть. — Я… я всегда обнимаю Драко и Гермиону, не спросив их, всё ли в порядке, и… Я не хочу превращаться в одного из тех людей, которые просто берут то, что хотят… Рон, удивив Тео, лишь засмеялся. Он уставился на рыжего, когда он сполз по стене вниз и сел рядом на песке. — Тео, ты уже достаточно видел, разве ты не заметил, что вся наша семья такая? Если мы хотим кого-то обнять, мы это делаем. Если я хочу обнять Джинни или Гермиону, я просто делаю это. Между нами всеми больше нет границ, я имею в виду… Вся эта грёбаная война сделала нас ещё более привязанными друг к другу. Рон наклонился и переплёл свой мизинец с мизинцем Тео, который был немного короче. — Если кто-то делает что-то, что тебе не нравится это совсем другая история. Но если ты хочешь, чтобы тебя обняли или… или поцеловали… всё в порядке. Тёмно-синие глаза Тео храбро взглянули в более яркие глаза Рона. Он разрывался между восторгом и возможным безумием. — Ты же знаешь, что я… Я — Пожиратель смерти… — Ты знаешь, что я — Предатель. — … У меня нет опыта… — У меня тоже, на самом деле. — У меня эмоциональный багаж… — Я отлично ношу тяжести. Я занимаюсь тем же самым для Гарри Поттера уже восемь лет. — Я… Тео запнулся. В его голове взрывались фейерверки. Это был страх? Нет. Страх был тогда, с Пьюси. Но не сейчас. — Я-я думаю, что, возможно, хочу поцеловать тебя снова. — Тогда тебе лучше заняться этим.***
После дня рождения Гарри и последовавшей за ним напряжённой ночи обитатели коттеджа хорошенько выспались. Ближе к вечеру у Гермионы наконец-то выдалась свободная минутка, и она смогла выманить Гарри на прогулку за пределы дома. Они немного поболтали о нём и Джинни. Гарри задал ей много вопросов о её свадьбе и о том, чего ему, возможно, следует ожидать от традиций. Он широко улыбнулся, когда она объяснила символику своего красно-зелёного кольца. Гермионе нравился его энтузиазм, но не волноваться она не могла. Гарри был так уверен, что всё получится. Пока Волдеморт не будет свергнут, Предатели не могут вступить в законный брак — она беспокоилась, что он слишком рано начал возлагать надежды. — Ты действительно собираешься прийти на Вызов? — с тревогой спросила она. — Гарри, Том может просто убить тебя, как только увидит… — Скорее всего, но я же Повелитель смерти, помнишь? — напомнил ей Гарри с лёгкой усмешкой. Она прикусила губу. — Я не уверена во всём этом, Гарри, даже если бы я поверила в легенду, потому что Нарцисса оглушила тебя… — О, точно, — его улыбка угасла, когда он провёл рукой по волосам. — Тогда, я полагаю, палочка, вероятно, принадлежит ей. Но… не знаю. Я не боюсь, Гермиона. — Я и не ожидала, что ты испугаешься, — проворчала она. — Именно поэтому я должна бояться за тебя, Гарри Поттер. — У меня есть много людей, прикрывающих спину, — напомнил он ей с усмешкой. — И я думаю, что Кикимер выследит и других сбежавших Предателей, и у нас будет ещё больше союзников. Если Вол… я имею в виду, если Том увидит, сколько у нас поддержки, он поймет, что должен отступить, чтобы спастись. Не забывай, что больше всего он боится смерти. — Но он знает, что мы уничтожили все его крестражи, — торжественно напомнила Гермиона. — Возможно, он скорее сбежит, чем вступит в бой, если будет знать, что проиграет, но ты действительно думаешь, что он снова позволит тебе уйти? Гарри слегка пожал плечами, но прищурился, глядя на подругу, прикусившую губу сильнее, чем он привык видеть. — Гермиона, в чём проблема на самом деле? Это что-то вроде… беременных гормонов или что-то в этом роде? Она повторила его движение и пожала плечами, обняв себя руками. — Может быть, немного, но… Гарри, я не могу… не могу потерять тебя снова, — она, всхлипнув, замолчала. — Ты не представляешь, каково это было… Я знаю, тебе нравится дразнить меня тем, что я влюбилась в Драко, но я… Я ничего не могла с собой поделать — я имею в виду, он был нужен мне, потому что он был единственным, кто у меня был, потому что Рон пропал, а ты был… — Я знаю, — лицо Гарри заметно смягчилось, когда он крепко прижал Гермиона к себе и она разразилась рыданиями. Он почувствовал, что его рубашка намокла; он медленно опустил их на землю и позволил ей немного прислониться к нему. — Этого больше не повторится, — тихо сказал Гарри. — Я не знаю, откуда об этом знаю, но… Я вернулся. Я вернулся, чтобы убить его, Гермиона. И я собираюсь это сделать.***
— Есть ещё одно преимущество, — пробормотал Тео себе под нос. — Члены Визенгамота не просто связаны этическими законами и клятвами, которые они дают при вступлении в организацию — им даже не разрешается брать с собой волшебные палочки на слушания, и я сомневаюсь, что они смогут взять их на Вызов. Рон проигнорировал карточки с записками и, прищурившись, посмотрел на другого волшебника. Тео больше часа не поднимал глаз от бумаг, свитков и книг, с тех пор как Гарри оставил их наедине на кухне. — … даже мой отец не сможет встать на сторону Пожирателей смерти, если начнётся битва… в любом случае, использовать магию категорически запрещено — за исключением авроров, но это только в особых случаях, — но если всё-таки начнётся битва, старый Торос и другие Пожиратели в Визенгамоте будут практически бесполезны… — Тео. — … как звали того парня…? Айзек какой-то… — Тео. — … правила, касающиеся ограничения использования волшебных палочек… Рон потянулся через маленький столик и сжал руку Нотта. Тео, наконец, замолчал, но не поднял глаз на Рона. — Послушай, прошлой ночью… Тео сглотнул. — Ты… сожалеешь об этом? — голос Рона дрожал. Тео быстро оторвал взгляд от беспорядка на столе и встретился с тщательно вскрываемым беспокойством на лице Рона. — Нет! Конечно, нет… Просто, ну, тебе нужно научиться всему этому, и я должен помочь тебе — это в сто раз важнее, чем… что-либо ещё… верно? Рон покачал головой. — Не знаю. Гермиона сказала… Мы ведь на войне, верно? Рано или поздно это всё закончится, но на всякий случай, если всё пойдёт не так, как мы хотим, мы должны жить. У нас может не быть другого шанса… быть самими собой. Тео не ответил. Рон отпустил руку Тео и пожал плечами. — Послушай, не то чтобы ты был обязан… что-то делать со мной, в любом случае, я имею в виду, что Чарли тоже… Тео подавил смешок, заставив Рона слегка улыбнуться. Нотт покачал головой. — Чарли упомянул, что у него есть кто-то в Румынии, и… Я не знаю. Он классный, но не… — Не такой высокий, как я, — надменно заметил Рон, разглядывая свои ногти, со стороны напоминая Драко Малфоя. Тео склонил голову набок, делая вид, что рассматривает Рона. — Это правда. В шахматах он тоже не так хорош. — Готов поспорить, что и в поцелуях он не так хорош. — Полагаю, я мог бы это выяснить, — задумчиво произнёс Нотт, переводя взгляд на дверь. Рон нахмурился. Тео улыбнулся, поняв, что, должно быть, это одна из причин, по которой Рон ему нравился. Идеальный контраст с острыми линиями челюсти Пьюси и его уверенной, злой ухмылкой; бунтарский хмурый взгляд Рона на мягком веснушчатом лице был беззастенчивым, милым и располагающим. Тео смело отодвинул бумаги в сторону и перегнулся через стол, чтобы запечатлеть эту мягкую улыбку на своих нетерпеливых губах.
