Гарри Поттер и Грязнокровка класса «С»

5 августа 1998 год

      Изменения в нашем мире носят революционный характер, пишет Перси Уизли, корреспондент Серых волшебников. «Предатели», которых когда-то недооценивали в нашем обществе, доказали, что они имеют огромную ценность и значение для нашей социальной элиты. На фото ниже Дафна Гринграсс, восемнадцать лет, наследница уважаемой семьи Гринграсс со своим женихом из класса «В».       Джастин Финч-Флетчли, также восемнадцать лет, был магглорождённым Предателем, воевавшим не на той стороне, когда-то союзником Гарри Поттера. После Битвы за Хогвартс многие Предатели, оказавшиеся в таком же положении, как Финч-Флетчли, не были удалены из нашего общества, несмотря на давление.       — Такие, как он, должны быть уничтожены, — заявил тридцати семи летний Альберт Ранкорн несколько месяцев назад. — Они не привносят ничего, кроме испорченной крови, в наши чистые линии.       Но так ли это?       Многие Предатели, включая Финч-Флетчли, были собраны и реабилитированы преданной командой старших чистокровных после Битвы. Несмотря на общественное неодобрение, команда успешно превратила этих простых магглорождённых в скромных уважаемых волшебников, с большим вниманием относящихся к благородным магическим традициям.       — Я признаю, что был невежественным, — признаётся Финч-Флетчли. — Мне не хватало понимания истинных магических ценностей, и я благодарен старшим волшебникам, которые дали мне шанс исправиться. Я с гордостью ношу Серую метку и рад возможности отказаться от своих маггловских уз и полностью связать себя с моей прекрасной Дафной, которой раньше я был недостоин.       Когда её спросили о том, магглорождённый ли её жених, Гринграсс твёрдо ответила: «Его кровь больше не имеет никакого значения. Меня заверили, что Джастин, как проверенный волшебник класса «В», обладает ценными магическими навыками. Теперь, когда его ценности совпадают с моими, я уверена, что вместе мы сможем вырастить следующее поколение настоящими волшебниками…»

***

Коттедж «Ракушка»

      — Что за херня? — потребовал ответа Гарри, отбрасывая газету.       Гермиона читала через его плечо, морща нос.       — Я ни разу не слышала, чтобы Джастин употреблял пафосные фразы вроде «кого я не был достоин»… Не может быть, чтобы это действительно был он! — заявила она, сжав руку в кулак. — Они пытаются представить это так, будто их дурацкие классификации — это правильно!       Она замолчала в замешательстве и гневе, поняв, что Тео взял в руки газету и тихо смеётся.       — Ты находишь это забавным?! Они выдумывают это драконье дерьмо, чтобы промыть всем мозги!       — О, совершенно верно, — усмехнулся Тео. — Я вырос вместе с Дафной. Её волнуют традиции чистокровных не больше, чем Рона.       Рон недоумённо приподнял бровь.       — Она ведь тоже была слизеринкой, верно? Но она не придерживалась традиций?       — Совсем, — Тео отложил газету, всё ещё улыбаясь. — Она делала то же самое, что и я: подыгрывала, чтобы выжить, но её никогда особо не интересовала вся эта правильная магическая дребедень. Кроме того, я подслушал, как на шестом курсе она говорила Миллисент, что, по её мнению, Финч-Флетчли был куда симпатичнее любого франта из Парижа.       Гермиона моргнула.       — Ты имеешь в виду… что они придумали не только цитату Джастина, но и её?       Гарри выглядел озадаченным.       Тео указал на статью.       — Люциус был одним из тех, кто тренировал волшебников класса «В». Но они не называли себя «командой старших чистокровных». Люциус называл их просто «наставниками», а Пожиратели смерти — «реабилитаторами». Я слышал, что только один человек использовал это выражение…       — … Нарцисса, — произнесли они с Гарри вместе.       Поттер потёр лоб и усмехнулся.       — Это так похоже на неё. Всё это… в этом есть что-то от Нарциссы! Официальная речь и все эти правильные фразы…       — Нарцисса повлияла на это? — спросила Гермиона. — Но я никогда не думала, что она…       Её лицо начало меняться.       — А…       — Однажды она намекнула, что у неё есть свой источник в «Пророке», — с усмешкой сказал Гарри. — Держу пари, это был Перси! А если нет, то это может быть тот самый «Зет», о котором упоминал Кингсли — у Нарциссы должен быть кто-то из транспортной службы на её стороне, и они могли связаться с Перси.       Рон всё ещё ничего не понимал.       — Но почему наши союзники хотели, чтобы это дерьмо было напечатано? По сути, там в каждой строчке написано «Поддержи Пожирателей смерти!»       Тео ухмыльнулся.       — Какие основные моменты мы пытаемся донести в этом Вызове, Рон?       — Важность традиционных ценностей и предоставление второго шанса каждому, независимо от статуса крови или класса… а-а…       — Она сеет семена для нас, — сказала Гермиона, просияв. — В совершенно идеальной, хитрой, слизеринской манере. Всё это выглядит как полная поддержка пропаганды Пожирателей, но главный вывод этой статьи в том, что статус крови не имеет значения.       — Это ещё не всё, — сказал Тео. Он перевернул страницу. — Брачные объявления в «Пророке» не новы, но теперь они публикуются и в других классах — смотрите, «Терренс Хиггс, чистокровный, женится на Лайзе Турпин, полукровке класса «С»».       Гермиона набросилась на газету и быстро пробежала глазами остальные объявления.       — Мы знали о Лайзе… Но тут Салли-Энн Перкс! Гарри, она была одной из магглорождённых, которые до сих пор числятся пропавшими без вести! Она помолвлена с Робертом Розье…       — Розье не так уж плох, — пробормотал Тео себе под нос. — Традиционный до мозга костей. Он бы и пальцем её не тронул.       Гарри уже потянулся за другим списком.       — Значит, это ещё один человек, о котором мы знаем, что он в безопасности… А как ты думаешь, Розье поддержал бы Рона?       Тео на мгновение задумался, а затем кивнул.       — Да, думаю, что так. Элеонора Розье потеряла своего брата Эвана во время первой войны, и она была разбита. За это она ненавидела Пожирателей смерти. Её сын Роберт был на несколько лет старше нас с Уоррингтоном — ни один из них не был настоящим Пожирателем смерти. Просто слизеринцы с плохими семейными связями.       Рон продолжал листать газету.       — Как ты думаешь, насколько сильно Нарцисса повлияла на это? Она всё это затевает ради нашего блага?       — Нет, — медленно возразил Гарри. — Это не только для нас… Она могла бы сообщить мне большую часть этого через Кикимера, так что должна быть другая причина.       — И дело не только в ней, но и в Люциусе, — сказал Тео, удивив остальных. — Даже если у Нарциссы не было Перси или какой-то другой связи, Люциус всё равно имеет большое влияние на Пророк. Редактор, Кафф, в долгу перед Люциусом за то, что он вытащил его из огромной долговой ямы. Я думаю, Нарциссе было бы легко предложить использовать свадебные объявления, чтобы доказать, насколько хороши планы Тёмного Лорда. Она постепенно привлекает Люциуса на нашу сторону.       Гермиона удивилась. По словам Драко, Люциус превыше всего ценил семью, но старший Малфой не был так готов, как Нарцисса, бросить всё и последовать за Гарри.       Или Нарцисса даже не дала ему шанса сделать это? Возможно, её хитрая свекровь постепенно обращала Люциуса в свою веру, но в конечном счёте хотела, чтобы всё выглядело так, будто это было его решением с самого начала.       — Но разве Пожиратели смерти не воспользуются этой новостью, как доказательством того, что их система классификации работает? — обеспокоенно спросила Гермиона, неосознанно положив руку на живот. — Если у этих новых пар появятся дети, они сразу же захотят их протестировать…       — Да, так бы они и сделали, — признал Гарри. — Но мы не дадим им шанса. Сейчас у нас есть прекрасная основа для нашего Вызова, и мы собираемся её использовать.       — В любом случае, какое-то время дети не родятся, — согласился Рон. — Я всё ещё не знаю, когда мы будем готовы, но прошло всего несколько месяцев — мы не дадим им шанса прикоснуться к кому-либо из следующего поколения.       Тео увидел, как рука Гермионы сжалась на животе.       — Не дадим, — тихо согласился он.

***

13 августа 1998 год

      Когда-то у Чарли вошло в привычку хранить все бумаги, которые привозил Кингсли, из-за того, что Рон иногда впадал в ярость и рвал их в клочья.       Теперь Рон взял на себя заботу о хранении. Он одержимо перечитывал каждую статью по три раза, выискивая скрытые подробности, которые могли исходить от Перси, Нарциссы или какого-то другого союзника, который скрывается в «Пророке».       После его первой статьи стало казаться, что Перси набирает популярность в газете, и теперь ему всё чаще поручали делать не только фотографии. В каждом выпуске был по крайней мере один фрагмент, написанный с интимными подробностями, восхваляющий новый мир, традиции и преимущества, которые дают смешения классов волшебников.       На субботней свадьбе Терренса и Лайзы Хиггс несколько новых пар заявили о своём намерении пожениться. Продолжающееся смешение чистокровных линий с проверенными и достойными волшебниками классов «В» и «С», по общему признанию, привело к нескольким неожиданным совпадениям.       Несмотря на это, кажущиеся неортодоксальными сочетания поддерживаются министром Яксли. На объявлении о помолвке Кассиуса Уоррингтона, наследника обеих линий — Уоррингтонов и Фоули, и Шеннон Ходжинс, магглорождённой класса «С», министр сказал следующее:       «Точно так же, как изгнание домашних эльфов и узаконенное порабощение, смешение чистокровных и «низших» кровей станет большим шоком для многих, кто не привык к идее радикальных перемен. Однако каждое из этих новых решений тщательно обсуждается Визенгамотом и реализуется с намерением улучшить наш мир.»       Отвечая на вопрос о процессе тестирования, лежащем в основе классификации, министр твёрдо заявил, что этот процесс пока останется закрытым.       «Мы стремимся защитить секреты, которые приносят пользу нашей великой нации, чтобы они не попали в руки тех, кто может злоупотребить этими знаниями. Однако вы можете быть уверены, что ваше министерство действует при полной поддержке правящего класса и руководствуется благородными пожеланиями самых способных волшебников в нашем обществе».       — Что является необычным способом сказать: «Это была идея Тома», — сказал Гарри, закатив глаза. — Хотя, я думаю, хорошо, что Перси бросает на них тень.       Тео кивнул.       — Пожиратели смерти будут счастливы, но любой, кто обратит внимание, поймёт, что они намеренно что-то скрывают. Серые волшебники, которые не поддерживают Пожирателей, вероятно, решат, что есть какая-то сомнительная причина, чтобы что-то такое скрывать; это вызовет у них подозрения.       Гарри беззвучно согласился, затем отложил газету в сторону и взял письмо, которое Кикимер доставил вместе с «Пророком».       Гермиона обеспокоенно спросила:       — Это от Нарциссы? С ними всё в порядке?       — Э-э… да! — взволнованно сказал Гарри, закончив просматривать письмо. — Предатели сбежали из своего маггловского убежища до того, как туда ворвались Похитители. Сейчас они обосновались в доме Хиггсов; это очень кстати, поскольку после женитьбы их наследника на них никто не обращал внимания. Нарцисса полностью доверяет Элайзе Хиггс; по-видимому в школе она училась на Хаффлпаффе, и она совсем не сторонница Пожирателей смерти.       — Сколько их было? — хотел узнать Тео.       — Восемнадцать, — сообщил Гарри. — Никаких имён — Нарцисса даже не знает, кто они такие, и я думаю, что некоторые из них приходят и уходят, — но да, по крайней мере восемнадцать предателей скрываются в подвале особняка Хиггсов.       Он поднял глаза и слегка нахмурился, увидев выражение лица Гермионы.       — Эй, я уверен, что это больше похоже на мой подвал, чем на твой.       — Я… я надеюсь на это, — Гермиона взволнованно закатала рукава. — Есть ли какой-то способ это проверить?       Рон заглянул на кухню, где хлопотала Молли, и немного понизил голос.       — Я думаю, мы должны попытаться добраться туда. Не только для того, чтобы проверить Предателей, но и чтобы сообщить им о предстоящем Вызове. Нам нужно знать, что у нас есть численный перевес.       — Возможно, не все из них смогут — или захотят — идти в Министерство ради нашей поддержки, — осторожно заметил Тео. — Технически, в Вызове могут принять участие все граждане, но есть определённый риск. Для некоторых из них простое появление в Министерстве может оказаться непосильной задачей.       — Я думал о том, чтобы попросить помощи у Кингсли, — сказал Рон. — Может быть есть способ организовать им прямую «доставку» до зала суда? Или какая-то гарантия того, что их не арестуют… например, временно приостановить действие законов или что-то в этом роде, чтобы разрешить проблему справедливо?       Тео выглядел задумчивым.       — Возможно, в старых законах что-то есть… Если кто-то намеревался мирно протестовать против Министерства, я не думаю, что его могли просто арестовать на месте, не дав возможности высказаться в свою защиту. Это противоречило бы почти всем принципам Министерства.       Гарри почесал затылок.       — А к преступникам это относится? Я имею в виду, если бы Сириус попытался обратиться в Министерство, чтобы объяснить свою невиновность, его бы просто казнили на месте, не дав и единого шанса. Могут ли они сделать то же самое с любыми предателями? Даже с нами?       — Я изучу это подробнее, но я так не думаю, — твёрдо сказал Тео, потянувшись за одной из пыльных книг Нарциссы, которая, казалось, была старше большинства других. — Я считаю, что до тех пор, пока никто не достанет палочку по пути в зал суда, арестовать их будет невозможно. Не говоря уже о том, что многие люди будут переодеты.       — Ладно, я посмотрю, сможет ли Кикимер доставить нас к Хиггсам, — решил Гарри. — Если мы сможем гарантировать им безопасность и привлечь на нашу сторону хотя бы дюжину из них, то у нас будет достаточное число людей.       Остальные одобрительно загудели, но Гермиона оставалась сидеть неподвижно.

***

      Позже Тео вытянул из неё все тревоги.       — … если мы не найдём способ безопасно проникнуть в Министерство, то у Рона никогда не наберётся достаточно людей, а залы судебных заседаний находятся так глубоко под землёй, что вряд ли нам удастся просто убежать в укрытие, если что-то пойдёт не так! И я знаю, ты говорил, что Визенгамот не может использовать свои палочки, но если Вол… Том начнёт сражение, то и все остальные тоже! И даже если у нас будет численный перевес и Вызов сработает… что если мы не победим? Что будет со всеми?! Нас всех могут отправить в Азкабан или снова посадить за решётку, а что будет с Драко? Он станет предателем крови, если поступит правильно, а если неправильно, то он…       — Принцесса, — Тео решительно шикнул на неё, поняв, что она наконец добралась до корня своих опасений. — Мне нужно, чтобы ты дышала.       Гермиона сделала несколько глубоких прерывистых вдохов. Из её глаз уже потекли слёзы, и как только Тео нежно, словно защищая, положил руку ей на живот, она буквально разрыдалась.       Было так много неизвестного, так много вещей, которые могли пойти не так, как надо… что, если Вызов не увенчается успехом? Она и Уизли, вероятно, могли бы вернуться в «Ракушку» на неопределённый срок, но Драко… Если ему придётся продолжать сражаться с Пожирателями смерти, у него, возможно, никогда не будет шанса увидеть собственного ребёнка.       Гермиона крепче обхватила себя руками. Каждый день без него становился всё тяжелее и тяжелее.       — Всё в порядке, — успокоил её Тео, притягивая к себе и гладя по волосам, как будто она была анимагом. — Тебе позволено скучать по нему. Но тебе не нужно беспокоиться о его безопасности. Он один из них…       — Нет, он… он один из нас, — всхлипнула Гермиона, крепче сжимая рукав Тео. — Он должен быть здесь! И Нарцисса тоже должна быть с нами — они должны быть с нами, а не заперты в… в… со всеми этими ужасными людьми!       — Я бы тоже хотел, чтобы ему не приходилось этого делать, — пробормотал Тео, продолжая гладить её по волосам. — Но у него это хорошо получается. Он знает, как играть в Пожирателя смерти. Ему ничего не угрожает, принцесса.       Гермиона всхлипнула.       — Как ты можешь быть так уверен? Мы даже не знаем обнаружил ли его кто-нибудь, что я пропала — что если… Флинт…?       Тео покачал головой.       — Люциус не позволит Флинту вернуться в Мэнор, особенно после того, как он вломился в дом, чтобы найти там тебя. Если Тёмный Лорд специально не отменит его приказ, то Люциус будет твёрд. Ты, наверное, заметила, что он тоже беспокоится о твоей защите.       Гермиона вытерла нос. Она вслух задумалась:       — А Люциус знает, что я ушла?       Тео снова покачал головой.       — Нет. Если бы не было необходимости в семейном ужине, то он даже не стал бы тебя искать. Он знает, что ты его недолюбливаешь, и ему не было бы нужды искать тебя без веской на то причины. Даже в этом случае Драко всегда может сказать ему, что ты плохо себя чувствуешь.       — Ну, хорошо… — она теребила свою рубашку, не желая сидеть спокойно, пока слёзы не высохли. Она всё ещё волновалась, но её беспокойство рассеялось, когда она подумала о Люциусе.       — Тео… а… а Малфои…? Э-э..       Тео вопросительно наклонил голову. Гермиона слегка покраснела.       — Я знаю второе имя Драко. Если бы я… — её пальцы нерешительно пробежались по животу. — Если бы у меня был мальчик… мне бы пришлось…?       — А, — Тео понял, о чём она думает. Она, вероятно, была не против имени Драко, но Люциус — это другое дело. — Использование семейных имён — обычное дело, но не обязательно в честь отца или деда. Малфои часто выбирают римские имена, но Блэки — семья Нарциссы — в основном использовали звёзды и созвездия.       — Стали бы они… Я имею в виду, если они будут рядом, когда… у меня будет какое-то право голоса? — тихо спросила она.       Тео удивлённо уставился на неё.       — После всего, что Драко для тебя сделал, ты действительно думаешь, что он поступил бы по-другому? Он позволил бы тебе назвать ребёнка хоть Стрелец фон Котломордый, если бы это сделало тебя счастливой.       Гермиона хихикнула.       — Или ты могла бы выбрать имя по своей линии, — заметил Тео. — Как зовут твоих родителей?       — Лаура Джин и Дэниэл Томас, — тихо сказала она. — А моего дедушку звали Мортимус. У нас мог бы быть Мортимус Малфой.       Тео постучал себя по подбородку, делая вид, что размышляет.       — Несколько лишних букв «М» не помешали бы… как насчёт Мортимуса Меровинга Мартина Миггса Малфоя?       — Что про Мартина Миггса? — Рон просунул голову в дверь как раз в тот момент, когда Гермиона снова разразилась смехом.       — О, просто обсуждаем детские имена, — объявил Тео, махнув рукой Рону, чтобы тот присоединился к ним.       — О, весело! — рыжий устроился на другой стороне кровати, успокаивающе втискивая Гермиону между собой и Тео. — Эй, знаешь какое имя было бы красивым? Рональд, — он с ухмылкой ткнул Гермиону пальцем в бок.       — Теодор тоже, тебе не кажется? — Гермиона подмигнула другому волшебнику, отчего Рон закатил глаза.       — Может быть, просто стоит не выбирать Билиус, потому что это ужасно…       — Не настолько ужасно, как Кантанкерус, — фыркнул Тео. — Серьёзно, я бы лучше предпочёл, чтобы моим вторым именем было Мартин Миггс…       Рон фыркнул.       — Все твои предки были называли в честь скверных черт характера? — он прочистил горло и широко взмахнул рукой, объявляя: — Дорогому Теодору, Бессердечному, Сварливому, Кровожадному Нотту!       Тео это ничуть не смутило; он тут же взмахнул рукой в ответ.       — … и его верный друг Рональд-болтающий-без-умолку-Биллиус-Уизли!       — Болтающий без умолку?       — Без обид, я напомню тебе, что у длинного языка есть несколько преимуществ…       — О, да ты бы только этого и хотел? А есть ли хоть одна веская причина быть сварливым?       — На самом деле я горжусь тем, что произвожу как можно меньше шума…       — Ну, это гораздо менее весело…       Гермиона покачала головой и начала отключаться от их разговора. В конце концов она зевнула и свернулась калачиком на кровати.       — От вас двоих совершенно никакого толку, — пробормотала она. — Я просто назову его Мортимусом, и дело с концом.