Дневник Дождя

У бабушки гости. Поэтому я забрал блокнот, ручку, сигареты и ушел в подъезд. Сижу пускаю дым, вспоминаю прошедшую ночь. Записка на холодильнике для бабушки о том, где я, висит замеченной. Бабушка побурчала, что мне не спится дома. Ну еще бы 18-летнему парню с самостоятельной жизнью спалось дома. А ночь была неплохой. Гулять по ночному городу, хоть и до соседнего дома, немного рискованно, но тем и замечательно. Можно нарваться на прикорнувшую на скамейке компанию нетрезвых гопарей, которые челкастых очень не любят. Но моя прогулка закончилась без происшествий. Я пришел, едва первая песня в моём плейлисте закончилась. Тимоша долго вглядывался в глазок, потом запустил меня, с опаской оглядев подъезд. Беднягу совсем запугали. В его комнате светился компьютер, настольная лампа, и тихо фонил усилитель, к которому была подключена гитара. Тимошин кот встретил меня у самого порога, как-то испытующе глядя на меня своими серыми глазами. Наконец Тимоша зашел в комнату с кружкой горячего шоколада, как я люблю... Он был в свободной, явно размера на три больше, полосатой толстовке на голое худое тело, рукава которой доходили ему до казанков, и в свободных хлопковых штанах, едва державшихся на его бёдрах... - Что играешь? - "Нирвану" решил поучить. - Огромные синие глаза смотрели на меня снизу вверх. - Думал, ты мне поможешь разобраться с одним моментом, который у меня никак не получается. - Без проблем... Часа четыре мы с Тимошей провели за гитарами. У него лучшие гитары. На огромных настенных часах было 5.40. Я точно запомнил это время. У Тимоши заиграл телефон. - Будильник? - стараясь не думать о самом плохом, спросил я. Огромные глаза Тимоши расширились и стали похожими на тёмно-синие в полумраке блюдца, когда он поднял телефон. - Матвей... Мы стояли и смотрели друг на друга, с растерянности слушая мелодию вызова. Безотчетный страх сковал меня, ведь с его братом могли быть те самые Дима и Лёша, которые не успокоились еще с прошлой вписки...Мыслей совершенно не было, что делать, мы не знали... Тимоша очнулся первым: - Слушаю... - тихо произнес он. Странно, но музыки и голосов из трубки я не услышал. Неразборчивый, тихий, низкий голос Матвея. - Хорошо. - Лицо Тимоши прояснилось, он опустил глаза. - Когда приедешь? Хорошо. - Тимоша отключился и поднял на меня глаза. - Он у своего друга. Просит, чтобы я перекантовался до вечера. Мама-то в командировке. - Значит, Матвей не на вписке с Димой и... - Нет. Он перестал общаться с ними, когда узнал, что они думают о челкарях. Странно, подумал тогда я. Вроде выёживается, но мозг есть. Всё же не до фанатизма ему хочется славы... Гитары отключены, отключены источники света. За окном светает. Открыто окно, слышно, как чирикают первые птицы и катят по дорогам первые машины. Мы с Тимошей валяемся на разложенном диване и пускаем дым в потолок. - Ненавижу утро. - Сказал я. - Как будто это серое небо сулит нам еще больше проблем, неудач и плохого настроения на сегодня. Тимоша повернул ко мне голову. - Ты пессимист. В этом дне могут быть не только проблемы, но и что-то радостное, может быть то, что может изменить твою жизнь навсегда. - Не думаю, что прям уж что-нибудь такое грандиозное может быть именно сегодня... - Я бросил окурок в банку. Тимоша принялся играть с моими гвоздиками в ухе, отложив сигарету. Это странное ощущение я не испытывал до сих пор. Мурашки пошли по телу. - Как ты представляешь событие... - Я пытался свыкнуться с этим ощущением. - Которое может изменить твою жизнь? Я краем глаза наблюдал за Тимошей. Он перестал водить мне по уху и просто смотрел на него, думая. - Ну... Обычно нас и наши жизни меняют люди. Так вот... вдруг я встречу такого человека именно сегодня. Это может быть бабулька, которую я переведу через дорогу. Это может быть девушка, которой я помогу собрать рассыпавшиеся фрукты. Это может быть дядя, который собьет меня на своём Мерседесе, или может быть на Волге. Это может быть тётя, которая поможет мне выбрать подарок ко дню рождения друга. Это может быть парень, который помог мне выучить ту песню, что я так давно хотел... До меня долго доходило. Я задумался, и только потом понял смысл последней фразы. Внутри что-то перевернулось. Непонимающе и немного ошарашенно я глянул на Тимошу. Огромные глаза, растрепавшаяся чёлка. Он дёрнулся и вдруг прикусил мне ухо. От этой феерии чувств я чуть было не выгнулся дугой. Нечто согревающее и настолько приятное расползлось вдруг по всему моему телу, я не испытывал такого очень давно... - Ты что это делаешь?.. - укоризненно у меня это сказать не получилось, потому что голос мой вдруг тоже изменился. Я хотел вскочить, но сладкая истома сковала моё тело. Тимоша смотрел в мои глаза, потом вдруг, обнаружив совершенно кошачью грациозность, нырнул мне на плечо и уткнулся носом в шею. От его чёрных волос изумительно пахло чем-то фруктовым. Я аккуратно положил руку ему на талию, не веря в то, ЧТО я вообще делаю. Щекой я чувствовал его волосы, которые щекотили мне шею. Нечто приятное, хрупкое и нежное, что нужно защищать от всех этих проблем, это оказалось настолько неожиданным, странным, но вместе с тем берущим за душу, что мне захотелось зажмуриться. Чёрт, кажется, я начинаю сомневаться насчёт своей ориентации... Тимоша, что ты со мной сделал?! А тогда у меня мыслей совсем не было - всё заполнили чувства. - Тебе пора идти, - выдохнул Тимоша. Он вдруг поднялся, сел на диване и посмотрел в окно. На потолок уже упал первый луч солнца. - Да... Последнее, что я запомнил из этой комнаты, это испытующий взгляд Тимошиного кота, который смотрел на меня склонив голову, тонкая струйка дыма от затухающей сигареты, усталые гитары... Тимоша открыл мне дверь, постоял немного и вдруг обнял меня, уткнувшись в грудь. Он на голову ниже меня. Я немного подумал и обнял его тоже, запустив одну руку ему в волосы. - Чёрт, Тимоша... Что ты со мной сделал?! - тихо спросил я. - Прости... Прости если что не так... Конечно, тут всё не так... Но я... - он поднял на меня глаза. Огромные. Синие. Отчаянные. - Я просто сделал то, что хотелось... Прости, кажется, мы оба пожалеем об этом... - Он опустил глаза, чуть толкнул меня, чтоб я вышел, и, кажется, вытер своим длинным рукавом глаза - я не успел рассмотреть, он закрыл дверь... Чёрт, думал я, медленно шагая к своему дому, дрожащими руками пытаясь прикурить. Чёрт. Мысли настолько спутались, что я забыл достать из кармана наушники. Я поднял голову к Тимошиному окну - дёрнулась шторка. Чёрт... Домой. Скорей. Спать. Чтобы забыть. Чтобы... понять... Я пришел и не раздеваясь повалился на кровать. Теперь я сижу здесь, едва выспавшийся за три часа, даже не переодевшийся. К бабушке пришли гости, поэтому я ушел, взяв только блокнот, ручку, немного денег и сигареты, но, кажется, я об этом уже писал. Надо бы подкрепиться. Прощаюсь...