Дневник Дождя

- Люди не умеют летать. – Говорил мне парень, лица которого я никак не мог разглядеть. Но знакомое чувство, я знаю этого человека… Я понял, что мне есть, что ему ответить. Тупая боль в лопатках. Я почувствовал, как рвётся на мне то ли футболка, то ли толстовка, не сумевшая сдержать то, что рвалось наружу из спины. Посыпались перья. Я почувствовал облегчение, какое бывает, когда высвобождаешь утром руку, которую во сне отлежал. Я расправил крылья. Черные, блестящие сотни перьев, они словно щит встали метра на два в стороны полукругом из-за моей спины. Парень удивился и ядовито сказал: -Ты всё равно не сможешь взлететь. Это ненастоящие крылья. Ещё какие настоящие. Сильный взмах – я почувствовал натугу и воздух, о который крылья ударились – и я поднялся над землей на метр. Взмах, взмах, взмах, выше, выше – такая свобода, я словно разминал затёкшие конечности, коими крылья, собственно, и являлись. Парень остался далеко внизу, я видел его маленькую фигурку, задравшую лицо в небо. Я смотрел в небо, я летел ввысь, и тут увидел, что там, выше, порхает кто-то еще. Не птица на огромных крыльях. Человек. Тимофей. Тёмно-фиолетовые переливающиеся крылья. Я испытал нечто похожее на радость при виде его. - Наконец-то ты здесь, я тебя так долго ждал, - произнес он, строго и сдержанно улыбаясь. Мелодия. Tokio Hotel “Monsoon”, разве нет?.. Постойте, она стоит у меня на будильнике… Я с трудом разлепил глаза. Это был сон… Какой яркий. Он явно что-то значит. Или это бред больного мозга… Ненавижу просыпаться, когда я болею. Нос ужасно заложен, глаза едва открываются и гудит голова. Прохладная вода. Просыпающееся тело под струи. Из головы, гул в которой потихоньку спадал, никак не выходили образы сна. Фиолетовые крылья… Мои чёрные перья, я летал, я по-настоящему летал… Такое классное чувство. Я словно мог всё, чего не могу в повседневной жизни, словно обладал какими-то сверхспособностями... Восемь утра на настенных часах, когда я вышел из душа. Бабушка уже не спит, кашеварит на кухне. И как ей удаётся так рано вставать… А я вот привыкаю к режиму. Устроился на работу, с сентября начну. Буду вставать по утрам, а с работы – сразу в вечерку. Снова к тем парням в адидасе… Самое интересное началось часов с двенадцати. Я тогда мирно сидел в компе. Зазвонил мой телефон, лежащий на тумбочке. «Лёха» Удивился, но взял трубку. - Эй, здоров. Ты, я думаю, сегодня снова будешь день убивать за компом? Пошли пройдёмся до Маринки, разговор есть. Я помолчал, думая, какой разговор может быть у парня, с которым мы вроде больше не общались, но сохраняли нейтралитет. Лёха – закадычный друг Димана, который вечно тащил меня на вписки. А Маринка – его девушка, живёт в другом конце района, на кой чёрт я там сдался? Хотя мне там наушники надо прикупить. - Что за разговор? - Узнаешь. Не бойся, бить не буду. – Его голос был спокоен и серьёзен, без усмешек и издевок. Лёха всегда таким был, без присутствия рядом Димана. - Ладно. Через полчаса выходим. - Ок. Нажал «отбой». Мы жили в соседних подъездах, встретиться нам не составит труда. Написал Тимофею, пускай через час будет у того магазина электроники. Не так скучно будет выбирать наушники. При встрече мы с Лёхой пожали друг другу руки. - Слушаю. – Мы двинулись. Лёха помолчал, видимо, обдумывая слова. - Мы завтра на ночь к Норбечке идём. – Норбечка (Норбекова Ульяна) – наша одногруппница, известная всей вечерке своим лёгким поведением. - Идешь? Я посмотрел на него. Спокойный взгляд. Я понял, о чём будет разговор. Я понял, что он это спрашивает, чтобы убедиться в своей догадке. Правда я не понял, зачем ему это. - Нет. - А что? - Мне там скучно. Вы опять будете бухать литрами и закрываться с девочками в комнатах, а я выпью ради приличия ноль пять пива и надену наушники, потому что с вами веселиться мне не хочется. - Ясно. Мы помолчали. - Ты это. – Лёха закурил. – Ты точно решил уйти к челкастым? Я молчал, одолеваемый тысячей фраз. Зачем ему это? Ну уйду я, и что?.. - Да. Не к челкастым… называй их как-нибудь по-другому, а то как клеймо. - Нас. - Что? - Называй нас. – Диман смотрел на дорогу вдоль тротуара, по которому мы шли, следил взглядом за машинами. Он о чём-то думал. – Ты ведь теперь один из них. Он вздохнул. - Ты можешь мне честно ответить на один вопрос? – Интонацию его голоса можно было расценивать по-разному, она могла много чего выражать, так сразу и не разберешься, что именно – усмешка или интерес, вызов или готовность к пониманию? - Мне просто интересно… Скажи, правда или нет. Ладно? - Угу, - довольно любопытно. Словно мне прислали письмо, и я сейчас его прочитаю. - Ты того… - он неосознанно выдохнул пару раз, собираясь с силами. – Ты с «другого полюса» что ли? - Чего?.. – Смутная догадка родилась где-то в глубине сознания, но я хотел убедиться. - Ну… - Лёха выкинул бычок. – Кто, по мнению общества, отращивает волосы, носит узкие джинсы, красится?.. Я, ты пойми, не посмеяться хочу, я… Мне любопытно, лично мне. Диману я говорить не буду, никому не буду. Я просто хочу знать, такой ли ты неформал, каким ты мне казался, или ты тоже… Того. Он спросил, педик ли я. Это так ясно прозвучало в голове, что мне стало не по себе. - Ты это… Не думай ничего. Мне любопытно самому, каково это. Ну что? Я молчал. Я сам себе не мог ответить на этот вопрос. - Просто такие как мы… - Лёха продолжил, пытаясь расположить меня к себе. Надо же, он не совсем такой, каким мне казался раньше. – Ну, обычные парни… Нам не нравятся пацаны, мы, как бы, не обращаем внимания на них. Ну, ты понял, как на девушек?... Дежавю. Откуда?.. Меня ведь никто еще так не спрашивал. Мне кажется, я могу ему ответить. - Есть один парень. Вы его не знаете. Я соврал. Лёха внутренне напрягся, слушая, я почувствовал это. - Ну так вот. Я чувствую симпатию к нему. Тут я почувствовал, словно камень с души свалился. Стало немного не по себе, новое чувство. Я понял, что меня НЫНЕШНЕГО со мной ПРЕЖНИМ теперь ничего не связывает. И продолжил. - Это удивительный человек. Я… да и ты, мы таких людей не знали. Он имеет свой, необычный взгляд на мир. Необычное чувство. Словно фундамент укоренился. Я теперь другой… Но меня это не пугает. Новый мир. Я смогу там. Меня там примут, поймут, защитят. Лёха был сильно удивлён. Но вдруг ядовито произнёс: - Ты нормальный ведь пацан. Ты не пидор. Ты не можешь им быть, не сможешь, это, наверное, у вас, у челкастых, такие новомодные понты – казаться пидором. Ощущение дежавю не покидало меня. Я словно пересматривал фильм, который уже видел. Я посмотрел на него и усмехнулся. Какие там понты. Самые настоящие чувства. - Как ты думаешь, смог бы нормальный пацан рассказывать о другом вот так? Я замолчал. Стоило ли говорить то, что я сейчас собрался? Или может оставить всё как есть, пускай себе не верит?.. - Он красивый, маленький, хрупкий. Похож на лесную фею. Он слушает необыкновенную музыку, от которой у меня мурашки бегают и разные сюжеты и персонажи в голове появляются, меня этот парень словно вдохновляет. Я никогда не писал и не рисовал – от этой музыки мне хочется творить. А когда он рядом, я хочу взять любой музыкальный инструмент и начать наигрывать мелодии, которых никогда не слышал. Я хочу быть с ним дольше, мне кажется, я постигну что-то высокое. Сколько слов. Я всё сильнее убеждаюсь в своей принадлежности к «другому полюсу». Но мне стало намного легче, я наконец осознал себя. Взмах, взмах, выше, выше. Вот откуда дежавю. Лёха смотрел на меня изумлённо, это изумление граничило с испугом. - Ладно. – Он опустил глаза, стараясь сбросить это удивление. Он порывался что-то сказать, но боролся с собой. – Как знаешь. Мы подошли к дому Марины. Мне лишь свернуть и пройти немного – там Тимоша и наушники. Наконец-то я увижу его… Пожали руки. Гримаса удивления на его лице плохо скрывалась за маской безразличия. Он исчез в подъезде. Я вытащил из своей чёрной толстовки сигареты… Я подошел ко входу в магазин электроники. Тут стоял Тимоша в тёмно-фиолетовой водолазке с ярким рисунком кислотных цветов. На мой взгляд, она если не прямо сообщала об его ориентации, то давала повод хорошенько о ней задуматься. Я вдруг обнял его. - Тимоша… - в мозг хлынули чувства, затуманили сознание, еще больше наталкивая сознаться. – Я хочу быть с тобой. Я не смогу без тебя… - Наконец-то ты пришел. Ты со мной. Я так долго ждал этого… Сон… Сон был вещий.