Дневник Дождя

Дрожали сбитые в кровь руки. Подонки уже смылись. Я стоял и смотрел в проулок, вслед побитым, которых давно уже не было видно. Сколько я уже здесь стою? Минут десять, пятнадцать, полчаса? Девушка, на крики которой я прибежал, исчезла. Ну и ладно… - Вот он, - услышал вдруг я за спиной. Теперь их было четверо, а не двое. Сердце снова глухо забилось в горле, пылали щёки. Одного из четверых пацанов (пацанов, ибо им было лет по пятнадцать) я узнал – побитое мною лицо, и кривая ухмылка, предвкушающая расплату… В руках у них была арматура, кастет… Я не успел среагировать. Удар. Ужасно заболела макушка. Грязный, мокрый и неровный асфальт маленького невзрачного проулка набросился на меня. Я увидел кроссовки тех, кто еще мне за это ответит, потом помутнение в глазах, вкус крови, и темнота… Что за шум? Или это не шум?.. Это словно вакуум, вечный шум пустоты, это словно... Хаос, здесь тысячи звуков, но в тоже время я не могу уловить ни одного… Сквозь темноту наконец прояснилась картина. Я находился в пространстве без времени и гравитации. Я стоял на маленьком островке, который парил в воздухе. Вокруг меня были сотни таких же островков. Все они двигались медленно, но верно к жёлтой полосе позади меня, которая закручивала, засасывала всё вокруг. На некоторых островках были люди. Девушки, парни, компании, одиночки. Они смеялись, разговаривали, или просто бросали вокруг печальные взгляды. Иногда их островки соприкасались с моим. Ребята смотрели на меня дружелюбно, или зло, или грустно, или с усмешкой. Потом снова отплывали. Я не знал этих людей. Я не мог разглядеть их лиц, я не слышал их речь. Настроение их взглядов я ощущал интуитивно, а так же интуитивно я понимал, приятно ли мне находиться с этим человеком, и что я испытываю. Это была лишь четвёртая часть тех впечатлений, что я испытываю с людьми наяву, что-то туманное… Мой островок был больше многих из них, к тому же, на нём было небольшое дерево с остатками листьев, и еще то ли лужа, то ли озерцо. Я стоял в воде по щиколотки и не чувствовал, чтобы мои ботинки и чёрные штанины были мокрыми. Вдруг – вальс. Почему вальс? Я слышу мелодию. Раз-два-три, раз-два-три, совершенно точно вальс! Темнота. Слабое мерцание чего-то белого, проступающего сквозь темноту. Что это?.. Юбка… кажется платье. Какая спокойная мелодия, тихая, но берущая за душу, кажется, даже печальная. Белое платье… Девушка в пышном белом платье с кружевами на юбке плавно двигается в такт. Я ясно увидел. Грациозно поднятые руки. Белая шляпка. Белые перчатки. Она повернулась… Боже, какая красивая! Улыбается, опускает глаза… Очаровательная улыбка. Но почему всё черно-белое?.. Платье от этого кажется ослепительным… Я хочу идти к ней, я тяну руку, я иду, я бегу… Фиолетовый всполох сбоку. Я повернулся – медленно, тихо, томно, словно в тёплой воде – фиолетовое сияние, загадочное, какое-то родное... Белое платье снова мерцает. Я кинулся к ней – вопреки традициям снов отдалять нас от цели, я быстро догнал её. Я понял – это сон… Так вот чего мне так холодно. А потом я очнулся. Нет, какие больницы и капельницы. Мы же в России. Кому здесь нужны валяющиеся в тёмном проулке избитые парни… Мокрый, грязный, полностью слившийся по цвету с асфальтом, я перевернулся с бока на спину. Голова болела адски. Она не просто гудела, она выла, словно непрекращающийся паровозный гудок. Сколько времени?.. Телефон… Те пацаны могли отжать у меня телефон. Я пошарил по карманам – телефон на месте, во внутреннем кармане толстовки под ветровкой. Фуух… Мало того, я нашел сигареты в кармане, чему чрезвычайно обрадовался… Час ночи. Сколько я здесь провалялся? Я медленно подполз к стене, облокотился об нее спиной, сел. Кажется, у меня разбит нос… Закурил. Осторожно пощупал макушку – запёкшаяся в волосах кровь, шишка, или что это, болит… нужно срочно валить домой, чтобы бабушка меня подлечила. Я поднялся. Медленно, осторожно. Нужно идти домой. Стараясь мыслить не туманно, я, затягиваясь, сжимая сигарету холодными окровавленными пальцами, двинулся на автопилоте в сторону дома… Тихонько открыл дверь. Темно и тихо. Бабушка, значит, уже спит. Ну что ж… Разделся, прокрался в ванную. И увидел в зеркале взлохмаченное, чумазое и страшное существо с оплывшим глазом и ссадинами по всему лицу. Умылся. Стал выглядеть немного лучше. Решил помыться, вдруг буду выглядеть вообще как суперзвезда… Выбежал из ванной минут через сорок. Поставил чайник. Время два ночи. Этот полубессознательный сон, вернее два, когда я отключился, значат ли они что-нибудь? Нет, навряд ли… Проснулся я от звонка телефона. На экране мерцала надпись «Тимоша». - Да… - Доброе утро, - тихий, улыбающийся голос. Да, такое утро действительно можно назвать добрым. Солнце просвечивает сквозь листву, косыми лучами золотит пол и стену… Хоть и тело немного болит. - Доброе утро, Тимоша… - Пойдем гулять сегодня? Я позову ребят, ты как-то сказал, что хотел бы познакомиться с такими же, как я. Планов у меня на сегодня не было. - Пойдем. - Часов в двенадцать у «Солнышка», идёт? - Отлично. - Ну всё, до встречи, - довольный Тимоша положил трубку. - До встречи… «Пора вставать», сказал я себе. - Что с твоими вещами?! – голос бабули из ванной, куда я скинул свои грязные шмотки. Я, завтракая на кухне в одних трусах и майке, непричёсанный, ответил: - Замарал. Из ванной высунулось лицо бабули с большими глазами. - Спасибо, а то я никак не могу догадаться! Где ты их так? Я помолчал, думая, сказать ли бабуле правду. - Подрался. - Судя по чистоте вещей, я понимаю, кто кого. Осторожней будь в следующий раз, выбирай улицы поосвещённей. И нечего шляться по всяким переулкам. - Бааб. - Что? Я не знаю теперь, отстирается ли это всё. Я помыл тарелку и запрыгнул в ванную. - Бабуль, ты у меня самая крутая, - я прижался к ней. - Ты тоже, Тёма. Только хулигань поменьше. Мы рассмеялись. - У тебя планы на сегодня есть? – спросила она, загрузив вещи в машинку. - Я собрался гулять с Тимофеем и его друзьями. – Я помыл яблоко и направился в комнату, одеваться. Как обычно, собираться часа два буду. То вещи куда-то запропастились, то не могу найти подходящий гвоздик или браслет, то с прической нелады… - Только не нажрись. И не дерись больше. Хорошо? – проходя мимо комнаты, бабуля остановилась и глянула на меня. В ее глазах я увидел мелькнувшее беспокойство. - Хорошо, ба. – Я честно пообещал себе не влипать больше в подобные ситуации. … К остановке я подъезжал в приподнятом настроении. Предчувствие. Немного волнение. Любопытство… Вышел из автобуса, поставил музыку на паузу, осмотрел окрестности на предмет знакомого лица. Знакомая фигура стояла в компании пёстро одетых ребят… - Привет. – Я подошел к ним. Тимоша… Обнял меня. Быстро отстранился. Знают ли эти его друзья об его ориентации?.. Тимоша представил меня им. Что-то говорит… Они смотрят на меня, теперь моя очередь… - Тёма, - я протянул руку парню с тёмно-синими волосами и двумя колечками в губе, одетому в безрукавку с черепом и мешковатые джинсы с толстой цепью на бедре. - Ярик. – Пожал руку. Крепкая, тёплая, жилистая. Всё ясно. - Тёма, - протянул руку девочке со светлыми хвостиками и массой сережек в ушах. - Настя. – И пожала как пацан, и ногти обычные, и чёрный браслет. Чёрная майка с ярким оранжевым узором, рваные джинсы, кеды. Ясно. - Тёма, - протянул руку девочке с рыжими волосами и тонной белой пудры на лице. - Лиза. – Слабое пожатие. Короткие ногти в чёрном лаке. Пара колец и браслет. Странное платье, странные балетки, чёрно-серая гамма. Ясно. Куда-то двинулись медленно. - А Дождь – это твоя настоящая фамилия? – спросила Лиза. - Дождёв - моя фамилия. - Как это круто… Да, конечно, это безумно круто. Спасибо за внимание и странный вопрос для начала разговора. Странная ты, Лиза, как и твоё платье с кружевной юбкой и полосатым верхом. С Яриком ясно что? То, что он нормальный парень, без заносов. Насчёт ориентации не знаю… Я покосился на него. Смотрит под ноги, кажется, что-то говорит Тимоше. На лицо ничего так, и мышцы рельефные, не то, что у меня, дрища… С Настей ясно что? Нормальная, неформал, пообщаться можно. Симпатичная, светло-русая. Фигура что надо… для другого парня. А я вроде как с Тимошей встречаюсь. С Лизой ясно что? Ничего с ней не ясно, пообщаться надо, а то это странное платье и куча пудры меня отталкивают. Тимоша. Я перестроился и пошёл рядом с ним. На меня поднялись синие глаза, взгляда которых я так долго ждал и так по нему соскучился… - Что расскажешь? - Скучал. – Тихо ответил я. - Я тоже, - тоже тихо ответил он, покосившись на шагавшего в метре от него Ярика. Девочки шли сзади. - Не знают? - Нет. Боюсь. - Понимаю. Устроились на большой скамейке в парке. Вечер. Шумят изредка машины. Печально и едва тепло светит заходящее солнце. - Я видела двух парней, держащихся за руки, - куда-то в сторону глядя, сказала Настя. У нас с Тимошей ухнул вниз желудок и расширились глаза… - Я не знала, что у нас есть такие неформалы, не боящиеся осуждения общества. Которые открыто заявляют о своей ориентации. – Помолчали. Она повернулась ко всем нам. – А вы как к этому относитесь? Я смотрел на четыре ее сережки в ухе, - череп, робота и два шарика, - и слушал, что скажут другие. И молил, чтобы они что-нибудь сказали, почему-то не хотелось говорить первым. - Пускай себе заявляют. – Ярик, сидящий левее всех, вытащил сигареты, открыл, протянул пачку в нашу сторону. Мы с Тимой взяли. Девочки, к моему облегчению, не вытянули сигарет – ненавижу, когда девушка курит. – Главное, чтобы ко мне не клеились. А то в синяках поползут обратно… Мы закурили. Ни Тимоша, ни я никак не решались высказаться. Продолжила дискуссию Лиза. - Они странные. – Кто еще странный, подумал я, но тут же продолжил слушать. Любопытно мнение моих новых знакомых нефоров о нашей ориентации… - Вроде парни, и даже симпатичные… а липнут к парням, на нас даже не смотрят. Вот и приходится довольствоваться вниманием обычных парней, гопников всяких, ботаников. Обидно. Вот теперь точно всё понятно. Ей хочется внимания парней, а не их склада души. Они интересны ей как объекты баловства, а не как личности с внутренним миром. Ясно… Тимоша поднял на меня отчаянные глаза из-под чёлки. Выручаю. - Нормально я к ним отношусь. Пускай себе любят кого хотят, только чрезмерные мимимишности и девчачье поведение меня в них выводит. Молчание. Тимоша сосредоточенно обдумывал ответ. Или думал над моими словами?.. - А я думаю, что в человеке важна не ориентация, а душа. Если он добрый, честный и интересный человек, какая разница, нравятся ему парни, девушки или покушать? Все улыбнулись и закивали. Я затянулся и откинул голову на спинку скамьи. Дым в голубое небо с рваными белоснежными облаками. Для тебя так важен внутренний мир… - А если человек – пустышка? Как с ним общаться? – задал я вопрос как бы Тиме, но и всём остальным тоже. - Зачем с ним общаться, если ты ничего не выяснишь для себя и ничему не научишься у него? – на меня посмотрела Настя. - Девушки-пустышки для одного нужны. – Изрёк Ярик. – А для души нужны умные, хоть парень, хоть девушка. Человек. Главное, чтобы было о чём поговорить и были собственные взгляды на мир. Захотелось узнать, что он думает о Лизе. Но для первого часа знакомства высказывать свои неприязни… Так пускай лучше Лиза обнаружит себя. - Давно вы компанией знакомы? – спросил я, выстроив план-опрос. - Ярик с Настей в музыкалке учился, Лиза – подруга Насти, а я с Лизой - одноклассники. Вот как-то и выбрались раз погулять, понравилось, общие интересы как-никак. Стали собираться. Тут еще и ты подтянулся. Ну, теперь будем впятером выбираться. – Тимоша сбил пепел с сигареты. Я посмотрел на Ярика, он вдруг повернул голову и улыбнулся. Смотрел прямо мне в глаза. Полулёжа на скамейке, скрестив вытянутые ноги, сложив руки на груди и в одной из них сигарета. Интересный. И на лицо так ничего... - А я не мог гулять в компании. – Зачем я это сказал?.. Но тут меня понесло. - Всем в ней казалось, что мы странные. Хотя у нас много странных было. И куряще-бухающие подъездные романтики были, - краем глаза я заметил, как обратила ко мне своё внимание Лиза. – И девочки-давалочки были. А тут мы с Тимошей. Конечно, выделялись из общей массы. Наверно потому и странными казались, хотя, по-моему, мы как раз и нормальные… А у вас в подъездах не встречались подобные компании? - Встречались, - сразу ответила Лиза. Господи, я гениален со своим план-опросом. Почему мне так неприятна она, не знаю, но сейчас, кажется, выясним. – Мы с ребятами тоже заседали в подъездах. А что? Холодно на улице, домой ни к кому нельзя, а две трёхлитровки пива выдыхаются… - Ярик косо смотрел на нее, забыв о сигарете. А нет, затянулся. - Вот мы и в подъездах пили… Ну ничего так, нормальные ребята. Общаться интересно. У них столько жизненных историй… Ярик ухмыльнулся. Лица Тимоши я не видел. Я сидел с самого права от всех, потом Тимоша, Лиза, Настя и Ярик. Надо же, какие я мелочи помню. Настя просто смотрела на Лизу, на лице ее были смешанные эмоции – сожаление, мысль «о, господи, что за убожество» иногда брала верх. Забавное выражение лица, если честно. - Ребята, у всех есть деньги? Предлагаю сходить в кино, отметить знакомство. – Тимоша поднялся. - Да, да, хорошая мысль… - А что, почему бы и нет… - Конечно, а что за фильм? Все поднялись и двинулись к кинотеатру. - Сейчас посмотрим, какие фильмы есть… …Что за фильм, я плохо помню. Какой-то боевик. Почему я так плохо запоминаю всякие мероприятия, на которые попадаю с кем-то, а не один?! Но я помню, что мы сидели рядом с Настей и болтали о всякой бурде. О комиксах, о космосе, о блюдах в ресторане… Она оказалась довольно интересным собеседником. Все остальные сидели по другую сторону от нас, им не было до нас дела или просто не обращали внимания… Какую-то смутную вину я ощущал перед Тимошей. Почему… Что со мной случилось… - Ого, как темно! Это мы вышли из кинотеатра. - Восемь часов!! – это я достал телефон. - Ух мама-медуза, мне пора домой, - засуетилась Настя. Её ругательство меня развеселило. - А мне можно и попозже… - лениво заметила Лиза. Ну с тобой-то всё ясно, а вот Настю надо проводить. - Ну, давайте по домам? По одной улице мы шли вместе, лениво переговариваясь о фильме, а мы с Настей, так как почти ничего из фильма не помнили, тихонько разговаривали меж собой. Я ловил странные Тимошины взгляды. Посадили Лизу в автобус, Ярика и Тимошу проводили по домам, и пошли с Настей в наш микрорайон – она жила в доме по соседству. - Пока, - мы стояли у ее подъезда. Она повернулась ко мне, сжимая в руке ключи. – Ты клёвый. Спасибо за компанию, - она улыбалась. Какая-то знакомая улыбка, очаровательная. - Ты тоже классная. И тебе спасибо, многое о тебе узнал, - я улыбнулся, но, судя по чуть прихмурившимся бровкам Насти, улыбка у меня вышла кривоватая. Чёрт. - Пока. До скорого, - она улыбнулась, открыла домофонную дверь и зашла. - Пока… … ВКонтакте уже была её заявка в друзья, едва я зашел. Её онлайн не было, так что я принял заявку и отправился спать. Едва моя голова коснулась подушки, я понял, откуда мне её улыбка показалась знакомой. Она мне снилась. Снова вещий сон?.. Это неплохо…