Дневник Дождя

Так вот, пришло мне сообщение. Положив гитару, я подошел к компу – плюс к сообщению подтверждение заявки в друзья. От Ярика. Он звал погулять с ним и с Тимошей. А еще до кучи предлагал взять Матвея. Но я же... не хотел... Ни с кем гулять... Но мои планы изменило следующее сообщение: «Нам есть, что тебе сказать». А я всё еще был зол на Ярика за то, что он не сказал мне про своего парня. И вот так нагло лез ко мне! Бесит. Выскажу ему при встрече. С детской сердитостью я отстучал по клаве место и время встречи, и чтобы он позвал остальных. Я вырубил комп. Так не хотелось никуда идти... Хотелось остаться дома, продолжить залипать в потолок, всё еще облитый не перешедшим в день рассветом, тренькать на гитаре, на басухе, сделав волуме комбика на всю… Я так устал от всех этих разборок, и так из-за Анисимовой влип не по-детски, и разгребать теперь – нее… Я упал на несобранный диван лицом в подушку. Нужно определить источник моего нехорошего предчувствия. По нашей последней переписке с моим первым по приоритету потенциальным врагом – Матвеем – ясно, что он мне не враг, а так. Дальше. Ярик?.. Не. Если я для него «дорогой друг» и если мы с ним вконтакте общались без злости… Тут скорее я для него угрозу представляю, потому что он нечестный парень. Ну и Тимоша. При воспоминании о нём у меня неприятно заныло в груди. Перед ним я испытывал скорее стыд, чем страх. И действительно, страх перед ситуацией уже прошел, остался только стыд. Даа, перед Тимой я нехило накосячил. Что делать-то?.. Хотя я пообещал ему ни с кем не изменять, сейчас-то я держу обещание. А то, что было с Настей – в прошлом. Как хорошо, что Тима у меня не злопамятный. Я повернулся на спину и улыбнулся. Значит, этот страх возник из-за чувства неопределенности – но я его поборол. Значит, теперь тухнуть дома не имеет смысла – я могу без зазрений совести пойти погулять со всеми своими проблематиками. Тем более, любопытно, что же там они хотели мне сказать… …Я сидел в беседке напротив магазинчика, где мы договорились встретиться, облокотившись о железную оградку, закинув голову назад, и курил. Вдруг услышал рэпчик. Слова оказались мне знакомыми, а чуть позже я даже узнал исполнителя. «Центр». Я его слушал раньше. Эти их песни, как и многая другая музыка в моей жизни, содержали столько воспоминаний… Судя по усиливающемуся звуку, хозяин проигрывателя рэпчика приближался. Я поднял голову. К беседке шагали трое. Кожанки, нефорские джинсы, тапки, кеды. Ярик. Тима. (Так трогательно смотрится в косухе…) Матвей. Ирокез уложен на бок. И все трое – в пирсингах, и, кажется, у всех троих подведены глаза… - Всё, выключи, - поморщился Ярик, пожимая мне руку. Рэпчик затих. Тима, как и Ярик с Матвеем, пожал мне руку, но по его большим, едва ли не жалостливым глазам я понял, что он, как и я, хочет чуть большего… Ярик с Матвеем приземлились по одну сторону от меня, на небольшом расстоянии. Тима сел с другой стороны, едва-едва не в плотную ко мне. Ярик с Матвеем сразу закурили. А Тимоша бросает. Повис какой-то напряг. - Ну так что там насчёт «есть что сказать»? – как-то не слишком дружелюбно прозвучало от меня. Матвей недоумённо глянул на Ярика, потом понял что-то и кивнул. - Ярик, расскажи ему… Ярик тронул меня за плечо и встал, приглашая отойти с ним. Взгляд у него был немного виноватый. - Что происходит?.. – непонимающе произнес Тимоша, заинтригованный не меньше меня. - Ай, ладно. – Ярик махнул рукой. – Пускай и Тима знает. – Он помолчал, дожидаясь согласия Матвея, и после его кивка вдохнул, собираясь что-то сказать. Потом улыбнулся и почесал затылок, собираясь с мыслями. – Всю эту хрень со встречанием с Тёмой я затеял… - Я попросил его затеять, - тихо добавил Матвей. - Да… чтобы отвадить тебя, Тём, от Тимофея. Некоторое время мы с Тимой сидели молча, переваривая услышанное. - Зачем?.. – обратился я после, напрямую к Матвею. – Я помню, ты очень не хотел, чтобы я с ним встречался… Я залип, вспоминая, какие чувства испытывал тогда, совсем недавно, к Матвею. Я недолюбливал его, но в глубине души понимал – я ведь старше Тимы на целых четыре года, и я, кажется, определился уже со своей ориентацией, и Тиму за мной затягивать еще рано. Матвей, наверное, это тоже понимал. Верней, он этим руководствовался. Ну вот, хоть в чём-то мы сошлись. - И что теперь делать?.. – растерянно спросил Тимоша. Все молчали, не зная, что сказать. - Ярик, - произнес я. – То, что ты меня другом дорогим называл, тоже ложью оказалось? – чуть обиженно получилось у меня. Ярик смущенно покосился на Матвея, закурившего вторую сигарету и поднявшего на него глаза. - Вообще-то ты и правда дорогой мне друг. И сейчас остался. Но вот прости, у меня уже есть парень, - улыбнулся он, и провел рукой по ирокезу сидевшего напротив него Матвея. - Мдаа, просто Санта-Барбара. – Протянул я, доставая сигареты. - Эй, Тём, - немного погодя, позвал Матвей. – Тебе Тимофей нравится? И все подняли на меня взгляды. Тима – почти требовательно на меня смотрел, Матвей – заинтересованно, а Ярик – просто любопытствующе. - Нравится. – Гордо сказал я. Матвей удивился, Ярик закурил, а глаза Тимы засияли. - Докажи, - вдруг насмешливо произнес Матвей. - Какой ему смысл тебе доказывать, - бросил Ярик, сплюнув. Тима на меня своими сияющими глазами смотрел. А я немного очковал – во-первых, поцелуй на глазах у двух парней. То есть официально закрепляющий наши чувства… Во-вторых, вдруг это подстава – я всё еще помнил тот вечер, вечер нашего первого поцелуя с Тимошей, в прихожей его квартиры, когда мне врезал его брат-панк, вдруг он и сейчас так среагирует?.. К чёрту панков. У меня есть эльф, без которого я не смогу. Чувства к которому у меня есть, и я бороться буду за них. Буду. Я потянулся к Тиме и тронул его губы своими. Ого, надо же, как я по этому скучал – желудок сделал сальто, а джинсы вдруг стали такими тесными… Чуть отстранился и посмотрел в Тимошины глаза, светящиеся счастьем, глаза, которые приобрели цвет сумеречного неба. Даже искра какой-то нежной благодарности в них была. - Ты колючий, - тихо сказал он, улыбаясь. Конечно, колючий, три дня не брился. Я сел прямо, потом вопросительно глянул на Матвея. Он смотрел в деревянный пол беседки, смолил сигарету и молчал. - Я, правда, не понимаю, зачем тебе нужно это доказательство. - Чтоб я увидел серьёзность твоих намерений. Ну что ж, - Матвей отбросил бычок, встал и хлопнул в ладоши. – Провстречайтесь полгода хотя бы. Как у всех нормальных людей. А потом уже спите. И слушай, - он указал мне в грудь пальцем. – Если я узнаю, что ты его обижаешь, береги очко. – У всех сидящих вытянулись лица. Матвей довольно расхохотался. – Я пошутил. Я имел в виду, что тебе, Дождь, не поздоровится. Я на полном серьезе. Так что бойся. - Боюсь, - улыбнулся я, чувствуя, как обстановка смягчилась. - Предлагаю отметить! – поднялся Ярик. – Го в ТРЦ! И все мы, улыбающиеся и с теплом на душе, двинулись прочь из этой беседки… В общем, день прошел хорошо. Просто замечательно. Я очень рад, что теперь в хороших отношениях с ребятами. Со всеми. Надолго…