Дневник Дождя

Такая зимняя зима у нас за окном. Просто опупеть. Ни грамма снега… Стою я сегодня на работе, ищу, к кому бы прикопаться и предложить свою помощь, и вижу: у стеллажа с наушниками стоит маленький челкастый мальчик. Бочком, незаметно подойдя чуть ближе, я узнал его. Это тот самый, что просил у меня закурить… Вдруг он обернулся на меня. Выполняя долг работе, я двинулся к нему. - Могу я чем-нибудь помочь? Пацан помолчал, приглядываясь ко мне с прищуром карих глаз. Если бы я сам не был со зрением в минус два, то подумал бы, что он во мне что-то заподозрил, а не просто близоруко щурится. Он вдруг посмотрел на часы на руке. Время близилось где-то к восьми, а как раз в 20:00 мы закрываемся. - Можете. – Ответил он. – У этих наушников, - он взял с витрины упаковку с дорогущими наушниками, - разъем стандартный? «Дурацкий вопрос» - вздохнул я про себя, а вслух ответил: - Конечно. - Ну хорошо, - он поставил их обратно, сунул руки в карманы и направился к выходу. «Вот это встреча, - почесал я затылок, - бывают же совпадения…» В половину восьмого я, распрощавшись с коллегами, вырулил на улицу, предвкушая вкусную сигарету. На улице темно, свежо, а снег не собирается даже. Я прислонился к стене, наблюдая за прохожими, которых освещали разноцветные мерцающие огоньки нашей витрины. Вытянул губами сигарету из пачки, прикурил… - Привет. От неожиданности я поперхнулся дымом и закашлялся. Из-за угла на меня вышел снова этот пацан. Смотрел на меня с прищуром, улыбаясь одним углом рта. Тёмные в свете фонарей, его волосы скрывали местами глаза, спускаясь спереди до носа, а дальше – до щек, до нижних скул, и исчезая за тёмным шарфом на шее. - Тебе снова сигарет дать? – не удержался я. Поведя носом, он мотнул головой, не спуская с лица странной улыбочки. - Ты меня прости, но я такое не курю. - А чего тебе нужно? «Только не говори, что знакомиться, умоляю… Хватит с меня уже челкастых…» - Ничего. Ты интересный. Я осмотрел себя. - Ну и чем же? - Не знаю. Вот и интересно узнать. - А что ж ты прохожими не интересуешься? - А много среди них родственных душ? – полуухмылка сползла с его лица. – Я тебя сразу приметил. По прическе. По манере одеваться. Я думаю, ты такой же, как я. – Он опустил руку в карман, вытащил тёмную пачку сигарет, название я не разобрал. – Потому и ждал тут. Знакомая ситуация. Школьные годы. Отшельничество. Извечно последние парты, одинокие прогулки, и надпись около входной двери школы: «4ever Alone». И ты понимаешь, что это про тебя… Но у меня не было друзей. А у него?! - Зачем тебе какой-то челкарь, - почему-то всплыло в голове «рыбак рыбака видит издалека», - если у тебя есть друзья? - А что друзья? – поднял он взгляд. - А то, что друзья – это люди, сходные тебе по душе! Он недоверчиво, снова с прищуром, посмотрел на меня. Сквозь дым своей полускуренной сигареты я почуял запах недешевых сигарет «Aroma Rich». - Ты думаешь, они мне друзья? Что-то странное сквозило в этом голосе. Не могу понять. Вместе с запахом его сигареты внутрь меня закралось подозрение, настороженность. Но как я ни приглядывался к парнише, как я не прислушивался к его речам, никак не мог понять, что же именно меня в нём насторожило. А, он же меня спросил. - Что за бред, - насмешливо бросил я. – Что же ты тогда с ними таскаешься, раз они тебе не друзья? - Больше не с кем, - отвел он взгляд. Тут я вспомнил, что мы еще даже не познакомились. Это придало моему ходу мыслей еще больше сарказма – незнакомые друг другу и всем вокруг парни спорят о каких-то глупостях. Что я вообще здесь забыл? Даже сигарета кончилась. - Послушай, мальчик, - снисходительно получилось у меня, - только в мультиках получается подойти к незнакомцу и сразу стать с ним супердрузьями. В реальной жизни все не так, - я шагнул с крылечка. Мальчик опустил голову. – В реальной жизни все кругом не друзья, а враги. Выживает сильнейший. Тот, кто не доверяет никому. Никогда. Довольный своей эпичной фразой, понимая, что оставить знакомство будет лучше для меня и для него, я двинулся прочь. Слыша только топот собственных кроссовок. Наблюдая, как ползет за мной моя тень, меняющая, как и фонари, цвет. Спиной я чувствовал исходящую тоску от оставленного у магазина, на обезлюдившей вдруг улице, маленького недочелкаря, которому отказал в знакомстве левый взрослый дядя. Левый взрослый дядя отказал в знакомстве маленькому мальчику. Мда… Этими мыслями я пытался отогнать возникшую вдруг жалость, словно к оставленной собаке… Я остановился. - Эй! – секундой позже окрикнул меня хриповатый голос. – Тебя как зовут-то… - Дождь. - Что?.. - Артём Дождь я! - Аа… а я Костя Холод. Мы стояли, как два придурка, посреди улицы, метрах в пятнадцати друг от друга, и орали какие-то странные имена. Господи, какой же это бред. Я прыснул со смеху и пошел, куда шел. - Будь здоров, - негромко произнес Костя, расценив, видимо, мой смешок как «апчих». Насколько же всё это глупо… Дома никак не мог уснуть. Тысячи, миллионы мыслей роились у меня в голове, словно пчёлы в потревоженном улье. Холод… да так ведь все челкастые себя так вконтакте называют, повторюша ты, Костя… Наконец почувствовал, что засыпаю. Картинки продолжали мелькать перед глазами. Дорогие наушники со стандартным разъёмом. Тёмные в свете фонарей волосы из-под шапки. И вдруг, ни к селу ни к городу – болонка, маленькая собачка, глядя на которую, я почему-то ощутил вину… Бзз, бзз. Бззз. Я открыл глаза. Опять проснулся среди ночи. Посмотрел на светящийся в темноте циферблат наручных часов, которые забыл снять. Половина шестого. Какого я проснулся за час до будильника… Перевернулся на другой бок, и заметил, что в закрытые глаза льётся свет. Приоткрыл один глаз – это телефон светился на прикроватной тумбочке. А-а, так это он меня разбудил… Сообщение. Отправитель… Матвей Долматов… Глаза сами собой раскрылись. Что ему нужно?.. «Прости, что разбудил. Я просто вспомнил, как ты говорил, что тебе не нравится гречка, а я как раз ее сейчас ем… Захотелось написать тебе. Не матери-ись =_=’» Я лежал, пытаясь сообразить. Что?.. Он решил написать мне только потому, что вспомнил про гречку?! Что за бредовый повод… Сколько мы не общались уже, почти месяц?.. Телефон снова завибрировал в руках. Еще сообщение, от него же. «Ты же в Прокопе? Давай сегодня встретимся ненадолго, я тоже тут» Та-ак. Вот это уже настораживает. Откуда он узнал, что я в Прокопьевске, этот нефор-Холмс?.. Ну ладно, при встрече узнаем. «Раз ты в Прокопе, давай встретимся в «Васильке», который на площади, в час» - написал я. «Договорились». Я зарылся лицом в подушку и вдруг уснул. Проснулся от будильника через два часа, пошел умываться и вспомнил про утреннюю переписку. В час в «Васильке». Ярик приходил узнавать, помню ли я про них, теперь Матвей, даже тут меня достали… Какого ему вообще понадобилось в Прокопе? …На моих наручных часах 12:55. Через пять минут мой обеденный перерыв. И кушать я должен полчаса. До «Василька» бежать минут пять, идти размеренным шагом вдвое больше. 12:57. Я прогулочным шагом двинулся вдоль стеллажей с телевизорами, к заветной двери подсобки. Остановился у одного телевизора, поправил и без того безупречно стоявший ценник. 12:59. Выдохнул и уверенным шагом пошел к двери. Вышел из черного хода одетый, стремительно шагая к «Васильку». Это вроде забегаловки, но я там не был. Надеюсь, покушать удастся, а то в моём животе маленький кит уже вовсю распевал песни. …А здесь и вправду неплохо. Уютненько так, и цены радуют глаз и желудок. Матвея еще не было, да и вообще здесь народу не густо, только парочка в дальнем углу, и девушка с чашкой кофе за столиком у окна, мило вдруг захлопавшая глазками. Я подошел к витрине. Какая вкуснота… Заказал себе салатик, кусочек пиццы (нефигового такого размера кусочек пиццы) и чашку зеленого чая. Я уже дождался своего заказа и даже съел салатик (прошло 15 минут), а Матвея всё не было. Меня охватило чувство, будто меня кинули. Но оно не было полным, потому что живот мой радовался вкусной и недорогой еде. Колокольчик на входе звякнул. Мой взгляд взметнулся на входящего – я интуитивно угадал. Осмотрев сидящих, Матвей заметил меня и двинулся к моему столу. - Здравствуй. – Протянул мне руку. Я почуял знакомый запах, ощутил, как воспоминания ожили и зашевелились в моей голове… - Здравствуй, - я пожал руку. Сухая и горячая. Пытался поймать его взгляд – он не смотрел на меня, пока усаживался. Снял шапку – его уши с блеснувшими пирсингами накрыли чёрные волосы… - Ты перекрасился? – вырвалось у меня. Он поднял на меня глаза. - Ну да. Ирокез мешаться стал, вот, решил сделать нормальную прическу… Я всмотрелся в те места на лице, где раньше были пирсинги. В губе сверху теперь поблескивал маленький плоский череп, а под нижней – два маленьких, миллиметра по три, шипа... А раньше там были массивные разноцветные кольца или другие фигурки... - Так вот, зачем мы встретились, - сразу начал он. И вдруг замер, искоса глядя на меня. – А ты ничуть не изменился. Только оброс. - А ты изменился, - подал голос я, откинувшись на спинку стула. – Должен признать, тебе так намного лучше. Матвей сложил руки в беспалых кожаных перчатках в замок на столе и опустил на них взгляд. - Ты оставил в нас глубокий след, Дождь. – Произнес он, разглядывая свои руки. Я молчал. - Почему ты, уйдя тогда из беседки, решил со всеми нами завязать?.. - Меня предали. И я не смог контактировать с теми, кто мне напоминал о потерянных... Крыльях... Странно, но он, кажется, понял про крылья. - Ты именно поэтому переехал из города? - Да. Матвей молчал. Я допивал остывающий чай. - Тимофей перестал со мной разговаривать… - Глядя в пустоту, произнес он. – Учёбу совсем запустил. Курить так и не бросил. Как бы колоться не начал… Всё слежу за ним, по его сумке шарю… Я смотрел на него. Он задумчиво теребил губу пальцами. - А ты знаешь, почему он изменил своё отношение к тебе? – спросил он. - Нет… А ты? - Я догадываюсь… Только говорить не буду. Я непонимающе посмотрел ему в глаза. - Почему бы тебе самому не спросить у него? – поднял хитроватый взгляд Матвей. - Потому что. Матвей молчал, дожидаясь ответа. И я молчал, глядя в сторону. - Ну и что? Я почему-то начинал злиться. Опять. - Я вообще хотел завязать со всей этой историей. Со всеми вами. – Подал голос я. – Пока ты не пришел… Как я и ожидал, Матвей оскорбился. Его взгляд стал более надменным, а губы чуть дрогнули, сдерживая ухмылку. Меня так и подмывало спросить, как у него дела с Яриком. Я, признаюсь, скучал по этому синеволосому парню с блестящими пирсингами и татуированными накачанными плечами. - Хотел завязать? – поинтересовался он. В голосе почувствовалась издевка. – Просто завязать, ничего не выяснив, ничего не успев понять и узнать? - А что мне понимать?! Обида. Обида захлестнула меня, ударив вдруг в горло и защипав в носу и глазах. Нужно уйти… - Тимоша просто так не мог тебя бросить. – Заискивающе говорил Матвей. Я страстно желал, чтобы он продолжил… Матвей испытующе глядел на меня. Как их кот. В памяти всплыло то туманное утро, только начало всей этой истории, о, боже… Я вскочил из-за стола и пулей вылетел из помещения. Я не смог… Посмотреть правде в глаза… Мало того, что не смог – я даже не захотел… - Стой!!!! Конечно. Он выбежал меня догонять. В лучших традициях драматического жанра… Догнал… Я остановился. Он схватил меня за руку… Его горячая рука в кожаной беспалой перчатке охватила мою руку… Внутри меня прокатилась волна жара. Я хотел отдёрнуть руку, но он крепко сжал ее. Я в ужасе посмотрел на него. В его глазах царило беспокойство и мелькало отчаяние… - Постой… Я думал, тебе так же плохо без нас, как и мне… Неужели я ошибался?.. – тихо произнес он. Я вдруг вспомнил, что бабушка звонила мне со своего Алтая, просила заехать домой и полить цветочки… О, как не вовремя я это вспомнил! - Я приеду… - Прошептал я. – Но только на один день… - Буду ждать… Рука разжалась, я помедлил… И рванул куда-то вдаль по аллее, не знаю, куда…