Счастливый случай/Serendipity

      Гермиона и раньше думала о своей собственной свадьбе. Она даже мечтала об этом, обсуждала со своей матерью, когда была маленькой девочкой. Представив себе белое платье и элегантную прическу, усмирившую ее непокорные кудри, Гермиона вдруг поняла, что на самом деле она предпочла бы сбежать с Гарри.       У нее могло быть все это, ведь Гарри обещал ей целый мир и все, что в нем есть. Гермиона отмахнулась от этой мысли, перекатываясь на кровати рядом с ним и смеясь, когда он прижал ее к своей широкой груди.       Гермиона лениво провела пальцем по шрамам. Некоторые из них он получил на войне, некоторые на службе в Аврорате. Она подумывала спросить его о них, но мыслить здраво было просто невозможно, когда он так смотрел на нее.       Гермиона оседлала его талию, прикусив губу, и прижалась бедрами к его.       — Ведьма, — прошептал он.       Она усмехнулась.       — Что-то не так?       — Ничего, — ответил Гарри. Очевидно, он все еще был полон решимости продержаться до их первой брачной ночи. Даже если у них все шло задом наперед, он считал это правильным.       Что Гермиона заслуживала этого.       Он не знал, как отчаянно она хотела его, но она думала, что это было слишком мило, чтобы все испортить.       — Когда ты хочешь пожениться?       — А что? — спросил Гарри, проводя пальцами по шраму, который тянулся вдоль нижней части ее живота. — Когда захочешь, — заверил он, оставив вопрос открытым…       Гермиона наклонилась вперед, ее волосы коснулись его обнаженной груди. Она широко улыбнулась, снова прижимаясь к нему.       — Ну, — протянула она, когда его бедра прижались к ее. — У тебя есть какие-нибудь планы на завтра?       Гарри расслабленно лежал, наслаждаясь ее прикосновениями.       — Завтра? — задохнулся он. — Но … разве ты не хочешь планировать свадьбу?       — О, — вздохнула Гермиона. — Милый, милый Гарри. Хочу ли я планировать свадьбу? Мерлин, нет. Я не забыла, каким ужасом была Флер, когда планировала свою собственную свадьбу. Конечно, Молли замучила ее своими советами, и это любого могло свести с ума.       Он моргнул.       — Итак, — его пальцы скользнули по ее бедрам, чуть выше трусиков, — значит, ты не хочешь большую свадьбу?       Она покачала головой.       — Думаю, я бы предпочла сбежать. Если только ты не хочешь свадьбу. Я, конечно, пойму, если ты хочешь этого.       На щеках Гарри появился румянец, когда он приподнялся на локтях.       — Нет, я просто подумал, что ты этого хочешь. Если мы пойдем в Министерство утром, то нам нужен только свидетель. Они дадут нам отпуск для настоящего медового месяца, учитывая, что это было запланировано Министерством с самого начала.       При этих словах Гермиона сделала паузу.       — Я еще даже не думала о медовом месяце. Я предполагала, что они захотят, чтобы мы вернулись домой, и тогда ты мог бы как следует обрюхатить меня.       Сарказм сочился в её голосе, и он усмехнулся лёжа под ней.       — К счастью для тебя, у меня уже есть планы.       Гермиона наклонилась, прижимаясь губами к его ключице.       — О? Мне нравится, когда ты проявляешь инициативу.       С хитрой ухмылкой Гарри перевернул ее на спину.       — Да неужели? — спросил он, зацепив пальцами резинку ее трусиков.       Ее визг эхом отозвался в доме.

***

      Гарри переплел их пальцы, сжал руку и ободряюще посмотрел на нее.       — Ты уверена? Мы все еще можем остановиться…       Она закатила глаза и приподнялась на цыпочки, чтобы заставить его замолчать, быстро чмокнув его в губы.       — Я уверена. Просто так много людей смотрят на нас.       Он кивнул.       — Знаешь, не каждый день самая красивая ведьма Британии выходит замуж.       Она вскинула голову, и ее щеки вспыхнули.       — Прекрати это, — прошипела она.       Он легонько ткнул ее в бок, громко рассмеявшись. Гарри поднял Гермиону и закружил по коридору, игнорируя ее протесты.       — Никогда. Я горжусь тем, что ты моя! — сказал он, с любовью смотря на неё. Прижавшись губами к ее виску, он пробормотал: — Выходи за меня?       — Я согласна.       Рон встретил их в конце коридора, игривая улыбка изогнула его губы, когда он сунул руки в карманы брюк.       — Вы двое просто отвратительны, — пошутил он и притянул их в объятия.       — Спасибо, — Гарри похлопал Рона по спине. — Спасибо, что стал нашим свидетелем.       — Я был бы оскорблен, если бы вы выбрали кого-то другого — фыркнул Рон.       Гермиона боялась, что Рон будет испытывать чувство враждебности, горечи, и она была вне себя от радости, увидев, что это не так.       — Кто же еще это мог быть? — спросила она. — Ты наш лучший друг.       Рон поцеловал ее в макушку, притягивая к себе для объятий одной рукой. — Я рад за тебя, Миона.       — Я тоже, — ответила она. — Я так счастлива, что у вас с Дафной все хорошо.       Рон пригладил ее волосы, прежде чем отойти.       — Конечно, я не ожидал этого, — сказал он, поворачиваясь лицом к Гарри. — Если ты причинишь ей боль, мне придется выбить из тебя дерьмо, ты знаешь это, не так ли? Никаких палочек; я бы сделал это маггловским способом.       Гарри снова взял Гермиону за руку, ведя ее в Отдел магических связей. В офисе кипела деятельность: люди подавали заявления на получение разрешений на брак и ждали свадьбы.       В углу комнаты появилось новое дополнение. Гермиона узнала толпу, сидевшую на отведенных стульях, и снова почувствовала несправедливость этого. Какой бы счастливой она ни была, это не означало, что то же самое относится ко всем.       Ее затуманенный взгляд был единственной причиной, по которой она не заметила, как к ним приближается Скитер, а позади нее плывут зачарованные перо и блокнот.       — Мисс Грейнджер, или вы уже миссис Поттер? — любезно поинтересовалась журналистка.       Гермиона заставила себя улыбнуться.       — О, Рита, — вздохнула она. — Я думаю, теперь вы можете называть меня просто Гермиона. Мы через многое прошли, не так ли?       Глаз женщины дернулся при едва заметном напоминании о времени, проведенном в банке.       — Я бы не хотела вспоминать. — Ее голос был веселым.       Чувствуя, что на них смотрят несколько пар глаз, Гермиона взяла Рона под руку и переплела пальцы с пальцами Гарри.       — Тогда не будем продолжать этот разговор, — ответила Гермиона. — Я хотела сказать, что было приятно повидаться с вами, но лгать крайне невежливо. Прошу меня извинить.       Рита стала прямо перед ними. Ее светлые волосы были идеально уложены, челка слегка прикрывала глаза.       — Волшебный мир умирает от желания услышать о Золотом трио. Неужели у вас нет нескольких минут, чтобы порадовать публику?       Гермиона могла возразить, что публикация бредней о ее личной жизни вряд ли порадует публику. А вот отмена закона, который потряс волшебный мир, сделала бы это.       Приняв ее молчание за согласие, Рита спросила без предисловий:       — Есть ли какая-либо вражда между вами и новой миссис Уизли?       Ей как будто на голову вылили холодную воду. Конечно, она не должна была ожидать ничего другого от женщины перед ней. Гермиона пристально посмотрела на нее.       — Абсолютно нет. Дафна — прелесть.       — И между вами двумя…? — Рита указала на двух мужчин.       Рон и Гарри обменялись похожими взглядами, но ответил именно Рон.       — Гарри и Гермиона — мои лучшие друзья. Я не могу представить лучшей пары, — спокойно ответил Рон, и хотя его лицо покраснело, он сдержал свой гнев.       Рита не была довольна ответом.       — Как вы относитесь к тому, что Гермиона выбрала Гарри, Мальчика-Который-Выжил, задолго до того, как она начала встречаться с вами?       Можно было легко услышать, как упала булавка. В комнате стало слишком тихо, и Гермиона не отводила взгляда от Рона, видя, что все смотрят на них.       — Прошу прощения? — зашипела Гермиона.       Рита притворилась невинной.       — В лесу…       Гермиона сделала угрожающий шаг вперед и склонила голову к Рите.       — Я не знаю, откуда у вас такая информация, но я уверена, что она получена незаконно, — сказала она низким тоном.       Глаза Скитер расширились.       — Просто анонимный источник, — ответила она.       Рука опустилась на плечо Гермионы, мягко потянув ее назад.       — Я отвечу на вопрос, — сказал Рон, пожимая плечами. — Что я чувствую по этому поводу? Год назад я бы так разозлился, что не мог продолжать дружбу с ними. — Его рука упала с ее плеча. — Я люблю свою жену, Скитер. Я всегда буду любить ее, и задавать мне нелепые вопросы о моей бывшей девушке — это неуважение к Дафне.       Лицо Скитер покраснело, ее рот открывался и закрывался, странно напоминая рыбу. Она попыталась подобрать ответ, захлебываясь от злости, когда они отвернулись от нее.       Гермиона быстро отвела Гарри и Рона к очереди, полностью прервав разговор.

***

      Сама церемония была простой, настолько простой, что Гермиона подумала, что она никогда бы не выбрала шум и суету запланированной свадьбы.       Рон наблюдал из-за плеча Гарри, как они произносили свои клятвы, видя, как золотая магия вытекает из палочки Кингсли и соединяет их.       Это был скромный ритуал в тускло освещенной комнате. Глаза Рона наполнились слезами, как и у Гермионы.       Слезы потекли по ее щекам, когда Гарри пообещал любить ее так долго, как она позволит. Она помнила его клятвы, слово в слово, он обещал заботиться о ней, защищать ее и их семью.       Это было нежно и трогательно с самого начала и до конца. Гермиона крепко обняла Рона, прежде чем направилась к лифту.       — Куда мы идем, Гарри? — спросила Гермиона, когда он стал рядом с ней. Решетка закрылась, и она помахала Рону, когда он исчез из виду. — Гарри?       Он крепко обнял Гермиону, прижимая к стене лифта, когда его губы впились в ее собственные. Ее пальцы скользнули в его волосы, из нее вырвался всхлип, когда его руки нашли ее бедра, все еще удерживая ее прижатой к стене.       — Международный портключ, — прошептал он ей в губы.       Она кивнула, не собираясь задавать больше вопросов.       — Гарри, все увидят нас.       — Тогда я их всех уничтожу, — ответил он, затаив дыхание.       Гермиона весело рассмеялась, когда он посмотрел на нее сверху вниз.       — Или, — она ущипнула его за шею, — ты мог бы просто остановить лифт. Вот здесь есть кнопка.       — Вы правы, миссис Поттер, — ухмыльнулся Гарри.

***

      — Я ненавижу путешествовать с помощью портключа, — проворчала она, убирая мокрые волосы с лица. Гермиона снова поправила платье, в сотый раз про себя пожалев, что не надела брюки.       Гарри рассмеялся.       — Мне неприятно говорить тебе, но нам осталось пройти еще один путь. Я думал, ты ненавидишь аппарацию.       Она сверкнула глазами.       — В данный момент я одинаково их ненавижу.       Они уже взяли три портключа, и Гермиона была уверена, что он водил ее повсюду, чтобы она не узнала, куда они направляются, прежде чем они доберутся. Пока что они приземлялись во Франции и Испании.       — Надо было надеть брюки, — тихо пробормотала она.       — И лишить меня возможности увидеть твои трусики? — прошептал Гарри, его пальцы скользнули вверх по ее затылку.       Она вздрогнула.       — Остался еще один?       Он кивнул. Гарри протянул руку, зажимая ржавую пуговицу между их соединенными руками.       Мир начал вращаться. Гарри притянул ее к себе для быстрого поцелуя, поморщившись, когда вместо этого случайно боднул ее головой.       — Гарри! — застонала она, потирая лоб. — Очевидно, что это была ужасная идея!       Выглядя смущенным, Гарри ответил:       — Я не могу держать свои руки при себе, миссис Поттер.       Ее гнев исчез. Она вздохнула.       — Может быть, пождешь, пока мы не вернемся на землю, муж.       Она никогда не устанет это повторять.

***

      Гермиона приземлилась в океане не очень изящно. Это была мелкая часть, где можно было бы просто зайти вброд, но Гарри настаивал, что они должны были приземлиться на песок.       Он не принял во внимание меняющиеся течения.       К несчастью, Гермиона начала свой медовый месяц с того, что наступила на медузу и рухнула в воду, как будто у нее не было костей. После поездки в маггловскую больницу она сидела в центре кровати в их гостиничном номере.       — Мне очень жаль, — снова извинился Гарри.       Гермиона покачала головой.       — Тебе не стоит беспокоиться. Все в порядке. Всякое случается.       Он провел пальцами по волосам, забираясь в кровать рядом с ней.       — Я знаю, но это должно было стать хорошим началом для нас.       — Какая-то медуза не испортит нам праздник, Гарри. Я уже приняла обезболивающее зелье и завтра буду здорова. Ты слишком волнуешься. Гермиона прислонилась к нему, положив голову ему на плечо.       Гарри обнял ее и скользнул руками по спине. Гарри массировал ее плечи, прижимаясь губами к основанию ее шеи.       — Мерлин, ты так напряжена.       Она застонала, когда он надавил сильнее.       — Это была тяжелая неделя.       — Что случилось?       — Амос Диггори столкнулся с сопротивлением, когда представил Закон о правах оборотней. Это все так чертовски абсурдно. Наше правительство может принять Закон о браке, но не закон, который защищает своих граждан?       В зеркале, которое висело перед их кроватью, она увидела, как Гарри кивнул.       — Ты сможешь разобраться с этим. Он спустил бретельку ее платья с плеча, не прерывая зрительного контакта, когда осыпал поцелуями обнаженную кожу там.       Она вздохнула.       — Это коллективная работа, и мы не сможем добиться нужных изменений, пока такие люди, как Амбридж, возглавляют оппозицию.       — Амбридж? — тихо спросил он.       — Наверно она не простила меня за кентавров, — мрачно пробормотала Гермиона. — О, да! Прямо здесь. — Она расслабилась, прижимаясь к Гарри.       Если бы она подняла глаза, то увидела бы, как он ухмыляется.       — Как твоя нога?       — Все в порядке, — прошептала Гермиона.       Гарри спустил тонкие бретельки ее платья вниз по рукам, и она сбросила их высвобождая руки. С каждым движением, когда она прижималась к нему, тонкая ткань сползала по ее груди, быстро собираясь вокруг талии.       Горячее дыхание коснулось ее уха, и по рукам побежали мурашки.       — Есть какая-то особая причина, по которой ты не носишь лифчик, Гермиона?       Она сглотнула. Ну, по правде говоря, она надеялась, что нечто подобное может произойти.       — Бретельки были бы видны, поэтому вместо этого я зачаровала свое платье.       Он усмехнулся. Руки Гарри скользнули вверх по ее бокам, его мозолистые пальцы коснулись ее груди.       — Ты так делаешь?       Она вздрогнула, когда его палец коснулся ее соска.       — Да. — Голова Гермионы откинулась на его плечо, тихие всхлипы покинули ее, когда он ущипнул ее за соски. — О…       Гарри притянул ее ближе, его бицепс напрягся на ее груди, когда он скользнул свободной рукой вниз по ее животу. Его рука скользнула под ее платье и под трусики.       — Уже мокрая, — простонал он. Движения Гарри были мучительно медленными.       Гермиона едва могла дышать, когда пыталась придвинуть свои бедра ближе к нему.       — Гарри, пожалуйста, не дразни, — умоляла она.       Он отбросил притворство.       Гарри потер ее клитор, рыча ей на ухо, когда ее руки взлетели, чтобы схватить его за предплечье.       — Ты такая чертовски красивая, — простонал он.       Гермиона заметила их отражения в зеркале, когда откидывала одеяла. Очарованная увиденным, она не могла оторвать глаз.       Ее ноги были широко раздвинуты, когда его пальцы проникли между ее бедер, раздвигая складки. Его зубы скользнули по ее шее, когда он поцеловал ее, оставляя отметину, которая наверняка превратится в синяк там, где ее шея соединялась с плечом.       — Гарри! — взвизгнула Гермиона, прижимаясь к нему ближе. — Еще.       Гарри не дал ей того, чего она хотела. Когда второй отчаянный крик сорвался с ее губ, он спросил:       — Чего ты хочешь?       Она бы отомстила ему за это. Но озвучивать эту мысль она не стала.       — Твои пальцы, — прошептала Гермиона.       Он не колебался. Один, а затем два пальца вошли в нее, сжимая чувствительное место, которое он отчетливо помнил. Его большой палец коснулся ее клитора, оказывая большее давление, несмотря на неудобный угол.       Гермиона была в смятении. Между удовольствием и его тихим голосом ей на ухо, шепчущим то, что он говорил раньше, то, что эхом отдавалось в ее голове годами после свершившегося факта.       Ее бедра дернулись под его рукой.       — Гарри, Мерлин, я сейчас кончу.       Он убрал руку.       — Гарри, ты чертов ублюдок, — выдохнула она, когда он отстранился. Гермиона широко раскрытыми глазами смотрела, как Гарри спустился с кровати, обхватив руками ноги, прежде чем стащить с нее простыни.       — Это обидно, — ответил Гарри, опускаясь на колени между ее ног и прижимаясь ртом к ее влагалищу.       Ее ноги дрожали.       — Я не могу, — она вздрогнула. Гермиона раскинула руки, вцепившись в простыни и выгнув спину. — Мерлин.       Гарри сбросил очки, и они покатились по полу.       — Расслабься, — приказал он, и холодок пробежал у нее по спине.       Гермиона обычно не кричала, но в тот момент она почти не сомневалась, что никто в причудливом магловском отеле не услышит ее. Его имя слетело с ее губ, когда она извивалась под Гарри.       Все еще расслабленная с затуманенным разумом, Гермиона подползла к нему, когда он сел на колени посреди кровати, все еще между ее ног.       — Иди сюда, — пробормотала она, оседлав его бедра и лихорадочно целуя его. — Нам не следовало ждать так долго.       Гермиона почувствовала его улыбку на своих губах.       — Я люблю тебя.       Она замерла не потому, что не ожидала этого, а потому, что ее сердце было так невероятно переполнено счастьем.       Он заправил локон ей за ухо.       — Я сказал это не для того, чтобы ты ответила.       Гермиона покачала головой, скользя ладонями по его груди.       — Это не так. — Крутя кольцо на пальце, она улыбнулась. — Я люблю тебя, — она прижалась лбом к его лбу, мягко вздохнув.       Гарри провел пальцами по ее спине, улыбаясь ей, пока она целовала его лицо.       — Тебе следует поспать. Завтра у нас насыщенный день.

***

      Она не сомневалась, что Миконос был захватывающим, но Гермиона обнаружила, что на самом деле совсем не хотела покидать их гостиничный номер.       Когда ранние утренние лучи пробились сквозь занавески, Гермиона повернулась на бок. Потянувшись на месте и посмотрев на кровать, она обнаружила, что Гарри вот-вот свалится на пол.       Гермиона тихонько придвинулась к нему поближе. Она скользнула под простыни, прижимаясь к нему своим обнаженным телом.       — Гарри, — прошептала она, слегка проводя пальцами по его бокам. — Проснись.       Он застонал в знак протеста.       — Гарри, — она ткнула его в бок. — Проснись уже.       Гермиона сбила простыни с кровати, оседлав его талию и щекоча бока. У нее вырвался визг, когда его глаза распахнулись, и она обнаружила, что лежит на спине, ее руки прижаты над головой.       — Доброе утро, — взгляд Гарри опустился на ее грудь, а затем задержался на темнеющем засосе. — Как тебе спалось?       Она не ответила. Гермиона обхватила ногами его талию, обхватила ладонями его лицо и притянула к себе.       Низкий смех зазвучал в его груди, когда она заерзала в его объятиях, поднимая свои бедра к его. Он пробормотал, что любит ее, откидываясь назад. Гарри не дразнил ее, что было приятным изменением по сравнению с предыдущей ночью. Кончик члена Гарри, расположенный между ее бедер, проскользнул сквозь ее складки.       — На этот раз без поддразниваний, — захныкала Гермиона.       Он вошел в нее одним толчком, заполнив ее, и удовольствие, отразившееся на его лице, было всем.       — Гермиона, — от гортанного тона его голоса у нее по спине пробежал холодок. — Ты была права. Нам не следовало ждать так долго, — подчеркнул он, толкаясь в нее во второй раз.       Гермиона схватила его за предплечья, ее ноги крепко обхватывали его талию. Все еще постанывая, он притянул ее к себе на колени, осторожно маневрируя и закидывая ее ноги себе на плечи.       Она поперхнулась его именем, ее голова откинулась назад, когда он скользнул в нее.       — Не медли, — выдохнула она, — пожалуйста, быстрее.       — Да? — ухмыльнулся он.       Она покачала головой.       — Трахни меня, или я…       Гарри двинулся против нее, его толчки были резкими и неумолимыми, когда она закричала.       — Как ты прекрасна в таком виде, — прохрипел он. — Покрасневшая и дрожащая. Это было потрясающе.       — Я вообще не хочу сегодня вставать с этой кровати, — умоляла Гермиона, проводя ногтями по его мускулистой спине. — Даже на мгновение.       Его пальцы нашли ее клитор.       — У нас так много времени, чтобы наверстать упущенное, не так ли?       — Да-а, — протянула она, когда достигла оргазма и ее ноги задрожали.       И в конце концов, они вообще не вставали с кровати. Даже поесть, ведь Гарри был слишком счастлив накормить ее сам.