Счастливый случай/Serendipity

      За чаем в субботу днем Дафна спросила ее, что случилось.      Гермиона сглотнула, поставила чашку дрожащими руками и покачала головой. Не было ничего, о чем стоило бы беспокоиться, по крайней мере, пока. Прошло всего шесть недель с тех пор, как она прекратила прием контрацептивов.       У нее был месячный цикл только один раз.       Гермиона все равно выпалила правду.       — Я не беременна.       Дафна моргнула. Один, два, три раза, прежде чем она ответила.       — Как давно тебя это беспокоит?       Она сдалась, ее глаза увлажнились.       — С тех пор, как мы вернулись домой из нашего медового месяца.       Ложка со звоном упала на стол между ними. Дафна встала со стула, подошла и погладила Гермиону по плечу       — Мерлин, так долго? Почему ты раньше ничего не говорила?       Медленно водя кругами по её спине, Дафна терпеливо ждала ответа.       — Я думала, что глупо беспокоиться, — пробормотала Гермиона. — Есть вероятность, что я бесплодна из-за событий во время войны.       Дафна резко вздохнула.       — Ты рассказала Гарри?       Гермиона покачала головой.       — Ему было бы все равно. Я знаю, что Гарри все равно не отказался бы от меня, но я не хочу чувствовать себя ущербной. — Она махнула рукой. — Это глупо. Еще рано переживать, но я очень эмоциональна.       — Это не пустяки, — сказала Дафна. — Если это беспокоит тебя, то и меня тоже, и я уверена, что Гарри чувствовал бы тоже самое. — Садись на диван и расскажи мне все.       Гермиона последовала за ней, пальцы ее ног утопали в мягком ковре дома Рона и Дафны. Молодожены уже купили и обустроили свой дом. Она села на край дивана, подтянув колени к груди.       — Я была поражена проклятием, созданным Долоховым, когда я училась на пятом курсе. Во время войны Беллатрикс пытала меня в поместье Малфоев. Целители не могут определить, помешает ли это мне иметь детей.       Рука нашла ее руку, и Дафна слабо улыбнулась.       — Я понятия не имела.       — Гарри знает о событиях, но я не рассказала ему о… — Гермиона вздохнула. — Я не думаю, что он уже заметил, как это влияет на меня. Я хорошо скрывала это до сих пор. Ты более наблюдательна.       Дафна рассмеялась.       — Мне жаль. Я знаю, что ничем не могу помочь, хотя Гермиона, на самом деле нет, могу. У меня есть несколько зелий плодородия, которые я купила для Астории, если ты хочешь, возьми. Малфой может купить ей целую аптеку, но… — Она оборвала себя. — Мерлин, вы двое находитесь в одинаковой ситуации.       Склонив голову набок, Гермиона спросила:       — Астория бесплодна?       — Это не диагностировано, и я не думаю, что это проблема с ее стороны. Она упомянула, что Драко был проклят, когда ему поставили Темную Метку. Целители считают, что это может вызвать проблемы. — Лицо Дафны вытянулось, когда слова слетели с ее губ. — Очевидно, что не забеременеть — теперь является проблемой из-за этого идиотского закона, но все, чего Тори когда-либо хотела, это быть мамой.       Слова попали в цель, что-то острое сдавило грудь Гермионы.       — Мне жаль твою сестру.       — Все будет хорошо. Даже после уплаты стольких штрафов Малфои по-прежнему остаются одной из самых богатых семей в Волшебной Британии. Он собирается свернуть горы, если это понадобится для того, чтобы она забеременела. Я думаю, что он рассматривает суррогатное материнство, как сделали Луна и Джинни.       — Разве еще не рано…       — По-видимому, — вмешалась Дафна, широко улыбаясь, — у них был незащищенный секс с седьмого курса. Они уверены, что для этого потребуются внешние средства.       Гермиона никогда не думала о Малфое как о ком-то, кто может так сильно заботиться о другом человеке. Это было несправедливо с ее стороны, поскольку она его не знала, а то, что она знала, делало их по разные стороны баррикад.       — Я надеюсь, что ее проблема скоро разрешится, — пробормотала она. Они так далеко ушли от темы, что Гермиона не была уверена, как снова заговорить о своих собственных тревогах. — Думаешь, стоит поговорить с Гарри?       — Конечно, — кивнула Дафна. — Он твой муж и твой лучший друг. Он поймет, и у тебя нет причин страдать в одиночестве.       Она прикусила внутреннюю сторону щеки.       — Я подумаю об этом.

***

      Гермиона уставилась на маггловский тест на беременность в своих руках. Она не была уверена, почему ее беспокойство проявилось так внезапно, были три часа ночи и Гарри крепко спал, а она находилась в своей ванной. Слишком рано для того, чтобы быстро сбегать в круглосуточный продуктовый магазин, посетив их ужасный аптечный отдел.       Ее руки дрожали, когда она смотрела на тест. Отрицательный. Она ожидала этого. Было опасно обнадеживать себя, и она знала это, но во время встречи несколькими часами ранее она испытала приступ тошноты. Итак, она надеялась, что забеременела.       Дверная ручка повернулась, но Гарри обнаружил, что она заперта.       — Миона? — позвал он через дверь. — Что случилось?       Гермиона заметила свое отражение. Ее глаза были красными и опухшими. Она выбросила тест в мусорное ведро, спрятав его на самом дне, чтобы Гарри не заметил утром. Вымыв руки, она ополоснула лицо и открыла дверь.       — Просто тошнило, ничего серьезного, — пробормотала она.       В его глазах мелькнула надежда, но Гарри не спросил ее.       — Ты уверена? — Он схватил ее за талию, приподняв ее подбородок. — Ты неважно выглядишь.       Гермиона уставилась на его грудь, отстраняясь от него.       — Я в порядке, — сказала Гермиона, протирая глаза, — просто хочу спать.       Высвободившись из теплых объятий, она подошла к кровати и забралась под одеяло.       Он лег прямо за ней, его рука скользнула под ее подушку, когда он обнял ее.       — Эй, — прошептал Гарри, поглаживая ее плечо. — Что случилось?       Она оттолкнула его руку от себя в тот момент, когда он обнял ее за талию.       — Остановись. Я просто хочу спать. Я не хочу обниматься.       Когда рука Гарри отпустила ее, она могла представить потрясенный взгляд на его лице. Он схватил ее за плечо, перекатывая на спину.       — Гермиона, поговори со мной. Что не так?       Она уставилась на него, сбрасывая с себя одеяло.       — Я просто хочу спать. Это преступление?! — сорвалась она. — Я буду спать на диване.       — Подожди! — Он позвал ее вслед, в его тоне слышались смятение и беспокойство, но она все равно позволила двери закрыться за ней.

***

      Проснувшись на следующее утро, Гермиона обнаружила, что укрыта своим любимым одеялом. Это было одеяло, которое миссис Уизли сделала для нее после войны, и там также была подушка, подложенная под ее голову. Гарри, должно быть, принес ее подушку. Когда она подняла голову, было ясно, что Гарри уже ушел.       Она перевернулась на бок, всхлипывая, уткнувшись лицом в диванные подушки. Зная, что ее поведение прошлой ночью было отвратительным, она пожалела, что он уже ушел на работу. Гермиона вздохнула, поднимаясь.       Гермиона отправила короткое послание в Министерство, сообщив своей помощнице, что она простудилась и сегодня ее не будет. Она подумывала отправить одно и Гарри, но она поговорит с ним, когда он будет дома. Не было причин отрывать его от работы из-за ее шаткого психического здоровья.       Она пролежала на диване еще час, прежде чем сработал камин. Гермиона подняла голову, её глаза удивленно расширились, когда она увидела Дафну, выходящую из камина.       — Дафна, — поприветствовала Гермиона.       Блондинка положила руки на бедра, пересекая комнату тремя быстрыми шагами.       — Что ты делаешь на диване?       Гермиона сглотнула.       — Я спала здесь.       — Я слышала. — В ее голосе было напряжение, которого Гермиона никогда раньше не слышала. Такой ли тон имел в виду Рон, когда описывал гнев своей жены? — Гарри заскочил в мой дом этим утром. Я сказала ему, что Рон уже ушел, но, представь мое удивление, когда он захотел поговорить со мной.       — Довольно шокирующе.       — Он сказал мне, что его жена кричала на него посреди ночи, и он понятия не имел, почему. Гарри даже сказал, что обычно ты хотя бы говоришь ему, почему кричишь, но вместо этого он сказал мне, что ты ушла спать на диван.       — Я все равно не знаю, почему он рассказывает тебе о наших проблемах.       — Хм, крепкий орешек, — Дафна постучала пальцами по подбородку. — Возможно, это связано с нашей тесной дружбой. Ты ничего ему не сказала, не так ли?       Она натянула одеяло на голову.       — Нет, — ответила Гермиона приглушенным голосом. — Я не хочу об этом говорить.       Дафна подняла одеяло.       — Я думаю, тебе нужно поговорить об этом, Гермиона. Почему ты не на работе?       — Я думала, что беременна. По логике вещей, я, конечно, знала, что это не так. Вчера на собрании мне пришлось извиниться, потому что меня чуть не вырвало на Амоса Диггори. Оказывается, это была просто плохая индейка, которую Гарри принес домой на ужин накануне вечером. — Гермиона нахмурилась. — Посреди ночи мое любопытство взяло верх, поэтому я сделала маггловский тест на беременность.       Ее подруга села у ее ног, но Гермионе не нужна была ее жалость.       — О, Гермиона.       — Я не была беременна.       — Гарри не знает, что ты делала этот тест?       Она покачала головой.       — Однако он нашел меня плачущей в ванной.       — Ах, — Дафна покачала головой. — Он не злился, просто был очень расстроен.       Гермиона подумала, что ему следует воздать должное за его спокойствие, когда она набросилась на него без причины.       — Конечно, он очень добрый и понимающий.       — Почему бы тебе не пойти прилечь в постель, а я приготовлю тебе чай? — Дафна не оставила ей выбора, когда собрала обе подушки и одеяло. Она повела Гермиону по коридору. Дафна укрыла ее одеялом после того, как Гермиона забралась в постель, и сказала ей, что вернется, как только сможет.       Чай не помог, но Дафна еще долго сидела с ней после. Гермиона открыто плакала, всхлипывая, она была напугана тем, что, возможно, она не могла забеременеть, и Министерство выбрало Гарри другую жену. Гермиона плакала, что не может представить себя с другим мужчиной, и что иногда жизнь несправедлива. Она извинилась за случайный упрек, но было несправедливо, что некоторые не могли так легко забеременеть, и, несмотря на все их попытки, у них не получилось.       Дафна была терпелива, поглаживая Гермиону по волосам, так нежно, как только могла. Хотя это не очень помогало, Дафна гладила её по спине. Она обнимала Гермиону, позволяя положить голову себе на плечо, и пообещала, что они со всем разберутся.       Гермиона сказала, что позаботится о себе, когда она уйдет на обед с Асторией, хотя Дафна предлагала перенести встречу.       Она покачала головой.       — Со мной все будет в порядке. Действительно. Я поговорю с Гарри сегодня вечером. Потому что, если этого не сделать, она просто сойдет с ума.       Дафна тихо вышла, а Гермиона уткнулась лицом в подушку. У нее вырвалось сдавленное рыдание.

***

      У Гарри был не самый удачный день. К одиннадцати часам уже трое авроров подначивали его, спрашивая, была ли у него первая семейная ссора. За этим последовал вопрос о том, спал ли он на диване, потому что Гермиона Грейнджер вряд ли позволила бы ему остаться в супружеской постели, если бы разозлилась.       Гарри стиснул зубы, наблюдая за тренировкой новой группы авроров в зачарованной комнате. В настоящее время действие происходило в горном пейзаже с зазубренными камнями, о которые можно споткнуться, и краем утеса, который вызывает очень реальное ощущение падения на землю, если вы упадете. Его мысли были в другом месте, в частности, о Гермионе.       Как Гарри ни старался, он не мог понять, в чем дело. Он перебрал события предыдущего дня, начиная с пробуждения и совместного принятия душа, а затем заканчивая завтраком, который, по ее словам, она не хотела. Гермиона сказала ему накануне вечером, что ей было плохо в середине дня, ее вырвало в туалете после собрания, но болезнь вряд ли заставила бы ее кричать на него.       Было видно, насколько рассерженной была Гермиона, когда выбежала из комнаты.       Она плакала в ванной, он был уверен в этом.       — Аврор Поттер? — Он повернулся и увидел помощницу Гермионы, которая прижимала свой обед к груди. — Я хотела спросить, не могли бы вы передать мои пожелания выздоровления вашей жене? Она не сказала, чем была больна этим утром, когда отправляла свою сову.       Его брови сошлись на переносице.       — Гермиона не вышла на работу?       Она покачала головой.       — Вы не знали?       Гарри не был уверен, что с этим делать.       — Нет, я этого не знал. Должно быть, она заболела после того, как я ушел этим утром. Я дам ей знать. Когда женщина ушла, Гарри попросил другого аврора наблюдать за стажерами.       Ему нужно было попасть домой.

***

      Когда дверь со скрипом открылась, Гермиона предположила, что это снова Дафна.       — Уходи. Я в порядке, — сказала она. Ее щеки были мокрыми от слез, как и подушка под ней. Она свернулась калачиком, обхватив себя руками.       Она не подняла глаз, когда с нее сняли покрывало, даже когда услышала, что кто-то опустился перед ней на колени. Но затем на ее предплечье легла рука, тяжелая рука, которая не могла принадлежать Дафне. Ее глаза резко открылись, и она обнаружила, что Гарри смотрит на нее с беспокойством.       — Гарри? — прошептала Гермиона, зарываясь пальцами в простыни. — Что ты здесь делаешь?       — Ты не пошла на работу, — сказал он. Гарри сел на колени, его рука нашла ее. — Как долго ты плакала?       Она икнула.       — С тех пор, как проснулась.       Его брови взлетели вверх.       — Это связано с тем, что так расстроило тебя прошлой ночью? — Кивок. — Я не смогу помочь, если не скажешь, что не так. И я хочу помочь, — пробормотал Гарри, заправляя прядь волос ей за ухо. — Я люблю тебя, Гермиона. Я никогда не хотел, чтобы ты так расстраивалась.       Гермиона поерзала на кровати, свесив ноги с кровати и опустившись на пол перед ним. Она уставилась на свои ноги, ее руки дрожали.       — Я не беременна, — сказала она шепотом и ее голос прервался на середине.       — Я знаю, но мы будем продолжать пытаться.       — Мы стараемся все время! Мерлин, если мы дома, то очень часто трахаемся, но пока ничего не получается. — Гермиона уронила голову на руки, когда ее плечи опустились. — Я не думаю, что смогу забеременеть.       Его рука на ее колене была теплой.       — Пожалуйста, поговори со мной.       Она сломалась.       — После войны целители сказали мне, что есть вероятность, что я не смогу забеременеть. Из-за проклятия Долохова и пыток это может быть сложно. Прошло всего два месяца, и я знаю, что этого недостаточно, чтобы знать, но…       — Как долго это причиняло тебе боль?       Она прикусила губу.       — С того момента, как мы решили, что хотим попробовать. Я по-настоящему напугана тем, что не могу дать тебе семью, чего ты всегда хотел, и что, если я не смогу, Министерство предоставит тебе другую пару.       Он поднял палец.       — Я сделаю что угодно, но никому не позволю разлучить нас!       — Гарри, нет…       — Все, чего я хочу, это ты. — Гарри взял ее руку, прижимаясь губами к костяшкам пальцев. — У нас есть деньги, Гермиона. Мы можем оплачивать лечение бесплодия столько, сколько потребуется. Если это то, чего мы хотим, мы найдем способ.       — Я не могу быть настолько уверена. — Гермиона уронила голову ему на плечо. — Не тогда, когда все только и напоминают мне, что я не беременна.       Гарри замер рядом с ней.       — Что ты имеешь в виду?       Ее глаза расширились, когда до нее дошли ее собственные слова.       — Я не хочу, чтобы ты злился на Молли. Она не думала, когда говорила это. — После наступившей тишины Гермиона сглотнула. — Я посетила Нору на прошлой неделе с Джинни, ты помнишь?       — Вечером в среду, когда нас с Роном не было?       Она кивнула.       — Молли хотела поговорить о внуках, и она не раз в шутку спрашивала «Когда ты собираешься забеременеть?» Теперь, когда я думаю об этом, то понимаю, что в этом не было ничего особенного. Я очень переживаю и просто слишком остро реагирую.       — Нет, это не так, — пробормотал Гарри себе под нос. — Молли должна держать свой чертов рот на замке и не совать нос в наши дела.       — Гарри!       Он поцеловал ее в лоб.       — Давай, ложись в постель. — Гарри поднял ее, положил на кровать и укрыл. — Тебе нужно отдохнуть. Я знаю, что прошлой ночью на диване ты почти не спала.       Она поморщилась.       — Прости, что я убежала от тебя.       — Все в порядке, но в следующий раз попытайся поговорить со мной. Спать без тебя было адом. — Он провел рукой по ее боку. Гарри ждал, пока она заснет, но он не знал, что она проснулась, когда он поднялся с кровати.       Через несколько секунд она услышала его голос, зовущий:       — Нора!       Гермиона знала, что это не может означать ничего хорошего, но, возможно, Молли Уизли научится держать свои комментарии при себе.