Часть 2
9 апреля 2023 г., 07:12
Реборн не ждал многого от семьи Савады, но относился к ним с настороженностью. Семья мафиози, тем более такого, как Емитсу, не могла быть обычной априори. Но Савады действительно были заурядны: тихая и спокойная Нана, предпочитающая компанию телевизора и радио, и Тсунаёши — типичный подросток, словно из сериала про детскую дурость и счастливую юность. Образцовые мать и сын.
Единственное, что бросалось в глаза — это бережное и почтительное отношение Тсуны к матери. Редко можно было увидеть мальчишку, который так искренне любил бы свою мать. В кругах мафиози было не принято выставлять свою привязанность к родителями напоказ, а к матерям и вовсе — считалось дурным тоном. Нормально было поцеловать руку старшей женщины, оказать ей внимание и удостовериться в её комфорте, но та привязанность, которую показывал сын Емитсу к своей матери… В этом было что-то трогательное и слишком личное, что-то, о чем не следовало бы знать постороннему человеку.
Интересным было и то, как сильно семья различалась между собой.
Емитсу был неприятен Реборну. Скользкий тип сам-себе-на-уме. В его голове существовало много замыслов и планов, в меньшую часть из которых был посвящен Тимотео. Внешний Советник крутил организацией так, как того желала его душа с полного попустительства Девятого Дона Вонголы. Реборну это претило. Как может босс слушать и даже где-то подчиняться человеку, который стоит ниже него? Это даже звучало как абсурд.
Нана была тихой и неконфликтной, но иногда в её глазах мерцали огни, дающие понять, что эту женщина не так проста, как хочет казаться. Некоторые её рефлексы и каменное спокойствие в ответ на любой, даже самую неожиданную ситуацию давали понять, что Савада прожила на самую простую жизнь и либо была в высшей степени заторможена, либо чрезмерно наблюдательна. Чего только стоила наглая кража кошелька, свидетелем которой стал Реборн во время своей короткой трехдневной слежкой за Савадам.
В момент, когда у Наны стащили кошелек, а сама она в руках держала тяжелые пакеты, женщина вместо паники проводила убегающего воришку безразличным взглядом и одарила его на прощание лёгкой улыбкой. Она не стала обращаться в полицию и жаловаться на хулиганство — Нана просто проигнорировала ситуацию. А на следующий день, она без капли удивления, вытащила своё кошелёк из почтового ящика.
Как сворованная вещь там оказалась, да ещё и полная деньгами, Реборн не имел ни малейшего понятия. Грешил на собственную невнимательность и слегка ослабевшие в вечерни сумерках глаза, но упорно не мог найти мгновения, когда воры могли бы вернуть вещь. Да и к тому же, почему они не тронули деньги?
(откуда же ему было знать, о том, что Тсунаёши ещё год назад, под бдительным присмотром матери, наложил своё первое осознанное руническое заклинание на мамин кошелёк с помощью нитки, иголки и капли крови)
Младший Савада был странным продуктом смешения Емитсу и Наны, не похожим ни на кого из родителей ничем, кроме лица и цвета глаз. Общительный, активный парень, всё время окруженный людьми и удивительно ловко, для своего возраста, обходящийся с ними был действительно харизматичен и успешен. Он не был гением, не хватал звезд с неба, но мастерски заговаривал зубы даже самым мерзким учителям, умасливая их на хорошую оценку или дополнительное время для выполнения заданий. И при этом не вызывал неприязни у своих менее успешных одноклассников — лишь улыбки и просьбы «замолвить словечко». Мальчишка не был святым и лихо стрелял одну-другую сигаретку у старших товарищей, ругался, мог позволить себе легкую попытку флирта — был порядочным молодым мужчиной. И кроме этого, обладал достаточной гибкостью — как физической, так и моральной.
— Что, малыш, не хватает на жвачку? — был свиделетем интересной беседы Реборн.
— Нет, на рис, — шмыгнув носом поделился печалью мальчишка лет десяти на вид, — А Судзуки-сан в долг не даст.
— Почему? — поинтересовался Тсунаёши. Мальчишка засопел и пожал плечами.
— Она сказала, что это место не для голодранцев и не благотворительный фонд.
— Поня-а-атно, — протянул Савада и отвернувшись от мальчика прошел в глубь магазина к отделу с рисом.
Уже через пару минут Тсунаёши подозвал работника с заявлением о браке товара: край одной из пачек дорогущего риса был надорван.
— Согласно уставу, я должен заявить о бракованном товаре в магазине и к вам выедет проверка. Но может быть мы обойдемся без этого и вы просто отдадите этот рис мне бесплатно? , — милейше улыбаясь предложил Савада, — Я не хочу чтобы у вас были проблемы.
Возможно, в этом и крылась магия жены и сына Внешнего Советника, о которой Реборна предупреждали, но товар действительно отдали Тсунаеши бесплатно, да ещё и поблагодарили, дали скидку на остальные продукты, за которые парень заплатил.
На улице Савада вручил мальчишке, с которым разговаривал, бесплатный рис и, потрепав пацана по голове, пожелал ему удачи. Мальчишка поклонился, по японский традиции, и горячо поблагодарил Саваду, который ещё и дал напутствие:
— Товар с браком можно получить бесплатно, но лучше это делать в разных магазинах, если ты понимаешь, о чем я.
— Спасибо, семпай! — ещё раз поблагодарил мальчишка, а Тсунаеши со спокойной душой отправился домой пить свою колу.
В любом случае, всё семейство Савады было непростым. И Реборну предстояло с этим работать.
***
— Здравствуйте! Меня Тсуна зовут, а вас? — легко улыбаясь и сверкая светлячками на дне лукавых глаз представился Тсунаёши, увидев Реборна. Ни секунды промедления, на минуты удивления, — как будто бы к нему каждый день домой заявляются иностранцы в черных костюмах. — Приятно познакомится, я твой репетитор-киллер Реборн, — мафиози хотел вызвать удивление, изумление, испуг в конце-то концов, но все его старания окупились лишь вздернутой правой бровью и слегка скривившейся усмешкой. — О? Вы от отца? Как он поживает? В последней открытке было написано, что он ищет алмазы в Сибири… Надеюсь, местные морозы не доставили ему неудобств, — а глаза хитрые-хитрые и встаёт вопрос, кто кого быстрее выведет из себя и заставит показать что-то кроме дружелюбия. — Гм, всё верно. Меня отправил твой отец, — проигнорировав часть о похождениях Емитсу и его легенде для родных, — И я здесь для того чтобы воспитать из тебя босса Десятого Поколения Королевской Мафиозной Семьи Вонгола. — О как! Круто! — глаза Савады скрылись от улыбки, — Ну ладно, давайте обсудим план нашей работы за чашечкой чая. Или вы предпочитаете кофе? Молоко? А ещё где-то было какао! — Кофе, без сахара. — У вас отличный вкус, мистер Реборн.***
— Получается, вы будете проводить занятия и тренировки для того чтобы мой уровень образования достиг достаточного для того чтобы я мог претендовать на место Наследника? — уточнил Савада после довольно продолжительной беседы с мафиози, — И всё это абсолютно бесплатно для меня и мамы? За весь банкет платит Девятый Босс и мой отец? — Все верно. Ещё одна деталь: жить я буду в этом доме, чтобы не допустить покушения на твою жизнь. С Наной мы всё уже обговорили. — Хорошо. Если мама не против — я не буду возражать. А у вас нет аллергии на кошек? — внезапно спохватился Савада. — Нет. У вас есть кошка? — Кот! Куро, — позвал Тсунаёши и в глубине откуда-то со шкафа свалился черный комок шерсти, недовольно распушавший хвост, — Знакомьтесь, это Куро. Он немного вредный, но в обувь не гадит, — Реборн осторожно подставил руку под исследование черного мокрого носа. Кот недовольно чихнул от запаха пороха, глубоко въевшегося в кожу мужчины и сделавшегося одной из его отличительных черт, — Теперь он вас запомнил. Если заблудитесь, сможете его позвать и он покажет вам дорогу к дому, — Реборн покосился на мальчишку, но решил никак не комментировать странную байку, — А у вас есть животные? — Да. Вместе со мной… — Тсунаеши резко приложил палец к губам Реборна, от чего у мужчины едва заметно дернулась рука к пистолету, спрятанному под одеждой. Он едва успел преодолеть свои инстинкты, иначе на одного Наследника у Девятого и Советника стало бы меньше. — Не говорите! — категоричным тоном приказал Савада, — Я хочу сам отгадать, — мальчишка принюхался к воздуху и прищурился, потер нос и ещё раз с шумом втянул воздух, — Кажется это змея. А, нет! Это не змея, что-то другое… Геккон? Вряд ли… Варан? Ящерица? Дайте мне свою руку! — Реборн с интересом протянул руку Тсунаеши. Парень схватил его за кисть и поднес её к своему носу. Кончиком носа проведя по тыльной стороне ладони и втянув носом так, что стало даже немного щекотно, он вынес вердикт, — Это хамелеон! Хамелеон же? — и уставился не моргая в глаза Реборна. — Хамелеон. Его зовут Леон, — из кармана пиджака высунулась любопытная мордашка компаньона, который без какого либо страха принялся изучать Тсунаеши, — Как ты понял? — По запаху, — словно это обычное дело, заявил Тсуна, — У меня очень чуткий нюх и слух, так что я могу делать некоторые вещи. Но зрение у меня обычное, а хотело бы, чтобы было как у мамы — она может посчитать все ветки у деревьев в нашем парке. Даже у самых высоких, представляете? — Это довольно необычно. — Ну вы ведь тоже не обычный человек, мистер Реборн. Вы — мафиози. Чего уж удивляться. И правда. Чего уж удивляться. Это же Савады.
