Москва слезам не верит

— Викваныч, мы так не договаривались! — Нилов возмущённо уставился в потолок, явно мечтая, чтобы он рухнул на его многострадальную голову. Артамонов его чаяний не разделил и повторил с непередаваемым сарказмом: — Александр, держи себя в руках! Концертная программа запланирована на завтра. Лу с интересом перевела взгляд с одного на другого, но с вопросами решила повременить, тем более что в столовую вошла достаточно эксцентричная компания: грудастая блондинка, мужик-шкаф с дредами и невысокая девушка с недовольным лицом, похожая на хитрую крыску. Александр страдальчески приложился к своей рюмке и расплылся в наигранной улыбке, обращённой к Виктору Ивановичу: — Представите?.. Артамонов кивнул вошедшим и громогласно объявил: — Друзья, прошу к столу. Вы очень вовремя! Судя по лицу Сани, вовремя им было бы утопиться в Москве-реке, но он героически промолчал, вцепившись зубами в чесночную пампушку. — Агата, вы как всегда обворожительны! Ева, Эдуард… — Виктор продолжал излучать радушие и гостеприимство, попутно представляя Мартену и его делегации новоприбывших и не забывая следить за Ниловым. То ли переживал за его душевное равновесие, то ли просто знал, что компаньон может выкинуть что-нибудь эдакое. Саня держался стойко и через несколько минут вернулся в привычное распиздяйское расположение духа. Блондинка, явно ведущая в этом трио, обворожительно оскалилась, подаваясь к Приору в почтительном приветствии. Её внушительный бюст угрожающе навис над светлым ликом Иво Мартена, волнуя не только его, но и Баретти — мало ли что. Может, она там пневмат прячет. — Месье Мартен, — радостно прочирикала Агата, пожимая ладонь Приора наманикюренными пальчиками. — Рада знакомству, Агата Харина. А это мои… — Агата-хуята, — передразнивая её, буркнул себе под нос Александр. — Со своей шведской семьёй. Никто, кроме рядом сидящей Лу, его не услышал. Рид стало очень интересно, почему Саня так на неё реагирует, но спрашивать она пока не решилась. Мысленно пообещав себе выпытать у него все грязные подробности после ужина, Лу снова занялась прямыми обязанностями — наблюдением за безопасностью Приора. А так как обзор всё ещё был перекрыт декольте мадемуазель Хариной, пришлось переключиться на её спутников и остальных присутствующих. Темнокожий Эдуард, поигрывая мускулами, уже о чём-то беседовал с Максимом Фольгиным. Ева улыбалась его жене, не забывая отмахиваться от Семёна. Иван и Елена со скучающим видом ковырялись в тарелках, явно опечаленные тем, что в их графинчике закончилась водка. Берту и вовсе было грустно — после того как Йонас и Даниэль ушли за подарками и не вернулись, вечер для местного фельдшера стал очень томным. И только один Кей честно радовался происходящему — его никто не трогал, и он мог со спокойной душой залипнуть в телефоне. Впрочем, ненадолго — Гектор, отвлёкшись от разговора с Артамоновым, спалил сие невинное занятие и грозно пихнул эмпатика ногой под столом. — Стоун, за рабочим объектом кто наблюдать будет? Кей спрятал телефон в карман, пытаясь убедить Баретти, что с помощью Гугла изучал основы рукопашного боя в ограниченном пространстве. Рабочий же объект наконец вынырнул из недр обаяния Агаты Хариной и смог вернуться к нормальной жизни. Ужин потёк своим чередом, прерываемый только звоном приборов о фарфор и негромкими разговорами. Лу уже почти уснула с канапешкой в руке, когда Кей с заговорщическим видом скосил глаза в сторону выхода. Ещё больше удивило то, что Гектор Баретти благосклонно кивнул, давая царственное разрешение на отлучку. — Стоун, это чё за самоволка? — Едва они покинули столовую, Лу скинула с ног надоевшие каблуки и плюхнулась на диван, как нельзя кстати украшающий интерьер гостиной. — Только не говори, что при виде меня в кокошнике у тебя проснулось дикое желание, и ты умолял Баретти отпустить нас на полчасика. Кей ухмыльнулся, присаживаясь рядом. — Если ты будешь в кокошнике — полчаса маловато, — рассмеялся он, не забывая бдительно оглянуться. Лу разочарованно надула губы и протянула со скучающим видом: — Чё, Баретти сам отправил? Или считал что? — И то, и другое. В общем, я поискал информацию на эту Агату. Интересное дело получается. Рид напряглась и хотела было перебить его вопросом, но тут в комнату бесцеремонно ввалился Александр. — Сорян, друзья, нарушу ваше уединение, — он громко икнул и плюхнулся на диван между ними. Лу поморщилась: и почему на этой вечеринке с цирком и кокошником каждый второй считал своим долгом укокошиться в хлам и устроить цирк? Кей сердобольно подложил подушку под спину обмякшего Сани и ненароком коснулся его руки. — Может, расскажешь, почему тебя накрыло? — участливо поинтересовался Стоун, незаметно подмигнув Рид. Лу поняла намёк и состроила самое сочувствующее лицо, на которое была способна. Правда, Йонас всегда говорил, что с таким покерфейсом она напоминает серийного маньяка в поисках жертвы, но Нилова ничего не смущало. Он откинулся на спину и злобно выпалил: — Жена это моя бывшая. Стерва, каких поискать. Вот на руках же её носил, а она… ушла от меня к этим… мафиози недоделанным. Кей нахмурился — не то чтобы поверил в сказки про мафию, но за Мартена заволновался. Хрен его знает, что у этой Агаты на уме. — У него, говорит, член больше. Ну вот нормальная причина для развода?! — тем временем надрывался Саня, порываясь продемонстрировать, что у него, вообще-то, с этим тоже всё в порядке. Предотвращая сей неловкий момент, Лу попыталась направить активность Александра в нужное русло: — А девушка, Ева? Они что, втроём живут? — Ага, — мигом поскучнел тот, — говорю же, шведская семья, мать их за ногу. А я, может, тоже швед. В душе. И вообще, когда у неё тетка померла, кто её от ментов отмазывал? Сиськи ей сделал? Вооот… А она со мной ещё имущество разделывала… ик! Дальше его речь превратилась в несвязный бред. Когда он успел так накидаться, оставалось загадкой, но факт оставался фактом — Александр Нилов не пережил приключения на званом ужине. Кей, поглядывая на заснувшего Саню, задумчиво проговорил: — Ну, в общем, вот это я в интернете про неё и нашел. Типа, светская львица, разбогатела после смерти тетушки — наследство получила. Но зачем она сюда заявилась, непонятно. Ещё и Виктор её так спокойно принял. Лу нахмурилась и ляпнула первое, что пришло в голову: — Ты же не думаешь, что она Мартена охмурить решила? — Ну, теоретически всё возможно. — Тогда у меня для неё плохие новости, — захихикала Рид. — Хотя колоритная была бы парочка. — Даже представлять не хочу, — улыбнулся Стоун, — лучше представлю тебя в кокошнике. — Ага, и потом со стояком обратно пампушки наяривать пойдёшь? — знакомый голос за их спинами заставил обоих подорваться с места. — Да чего вы шуганутые такие, ну? — Тебя не учили стучаться? Врачи должны быть более деликатными! – возмутился Кей, убирая с колена руку Нилова, развалившегося во сне. Хилер демонстративно ткнул пальцем в арку, ведущую из коридора в гостиную: — И куда тебе тут стучать? Хреном по лбу? И вообще, про врачей это всё стереотипы. Вот ты можешь себе представить гинеколога, который стучится, прежде чем начать осмотр? Кей закатил глаза, всем своим видом показывая, куда бы и кому он сейчас постучал. — Ой, да ладно тебе, Стоун, чё ты, шуток не понимаешь? Я просто не стал выходить, чтобы Саню этого с его откровениями не спугнуть. Вам же надо всё тут про всех вынюхать. Не выдержав, Лу улыбнулась и сменила тему: — Ага, только вот информатор из него не фонтан, — она разочарованно посмотрела на храпящего Саню. — Ну раз ты всё слышал, что думаешь по этому поводу? — Да чё, пойду гляну на эти силиконовые сиськи. Может, не всё так плохо, и она просто пожрать на халяву пришла? Не думали об этом? Такой вариант ни Стоун, ни Рид не предполагали. Агата Харина не напоминала человека, который ходит по гостям только для того, чтобы отужинать. — Кстати, а где Даниэль? — поинтересовался Кей, снова спихивая с себя Саню. — Тоже спит. Не пошла ей водка, ой, не пошла, — Йонас укоризненно покачал головой, — вообще у меня такое ощущение, что мы всю вашу командировку будем только есть и прибухивать. Мне нравится. — Ага, если бы. Завтра в Кремль поедем, — хмыкнул Кей. — Говорят, кстати, их главный там ещё с доштормовых времен сидит. — Это тебе Артамонов сказал? — удивилась Лу. — Ага. Он ещё что-то упоминал о каком-то вожде, который там сто лет лежит, но я прослушал, — Стоун пожал плечами, глядя как Йонас продефилировал в сторону столовой. Ужин как раз подходил к концу, и он надеялся успеть на десерт. Йонасу Кремль не грозил, поэтому он надеялся посвятить завтрашний день чему-то более полезному. Например, сну. Как человек, часто работающий в ночные смены, хилер очень ценил сон. Особенно свой. Лу тоже как-то упустила момент с подробностями о предстоящей поездке. Впрочем, её это мало расстраивало: она все ещё надеялась, что Мартен откажется от усиления охраны и, на радость Баретти, не возьмёт с собой самую проблемную часть делегации — то есть их со Стоуном. Хотя, если будущего шоу в цирке Максима Фольгина Приору мало, то они тоже могут поехать. И Йонаса с собой взять. Ну, чтоб наверняка. — Ладно, пойдём тоже, — вздохнул Кей и в очередной раз переложил Александра, на этот раз со своего плеча. — Он меня, кажется, с подушкой перепутал. Лу прыснула: — На тебе очень удобно спать, уж я-то знаю. Теперь вот и он знает. — На мне много что удобно делать. Только Сане не рассказывай, мало ли, — Кей игриво шлёпнул её по попе, задавая вектор движения в сторону столовой. — Пошли, напарник, а то там Баретти скоро сердечный приступ хватит… Утром в доме Виктора Ивановича Артамонова царило непривычное оживление. Александр, на удивление вполне бодренький и свежий, как майская роза, о чём-то увлечённо беседовал с Приором. Баретти, как всегда, настороженный и недовольный, сидел рядом и сурово молчал. Впрочем, Иво Мартен тоже в основном помалкивал, ибо вставить хоть реплику в словесный понос Нилова было достаточно проблематично. Даниэль с трагическим видом трезвеющей мученицы гипнотизировала чашку с кофе. Йонас, на правах человека, который вчера вечером укладывал её в постель, заботливо предлагал ей таблетки, рассол и пососать попеременно. Вейсс на это реагировала слабо, больше озабоченная тем, чтобы держать устойчивое вертикальное положение. Но всё же согласилась на рассол, решившись довериться хилеру на слово. Хозяин к завтраку не спустился, сославшись на некие дела, и трапеза проходила без него. Александр, уже заговоривший Мартена до полусмерти, переключился на остальную часть компании, рассказывая о русских праздниках и некоторых традициях. — Вообще, я бы вам посоветовал остаться на Новый год, — мечтательно протянул Саня, панибратски хлопнув Баретти по плечу. — У нас тут такие гулянья… Викваныч ёлку рубит, Лилечка холодец варит, в баню ходим… Гектор вздрогнул, но виду не подал — хотя судя по глазам, идея с «остаться на Новый год» вызвала у него паническую атаку, истерику и приступ хандроза. Даже несмотря на то, что он не знал, что такое баня и холодец, они ему заранее не нравились. — Ой, а ещё у нас есть Масленица! — мечтательно протянул Нилов, затуманенным взором провожая Лилю, ушедшую за очередной порцией рассола для Даниэль. — Блины, икорка – красота… — Масленица? Интересное название, — Лу с сомнением посмотрела на кусок батона, на который Кей с невозмутимым видом намазывал кусок сливочного масла. — Опять что-то с едой связано? Саня расплылся в довольной улыбке. — Ага, и с ней тоже. Это день, когда русские не по-детски жгут, а конкретно – сжигают чучело. — Типа как средневековая Инквизиция? — Йонас злорадно усмехнулся, покосившись на Приора. Мартен поперхнулся помидоркой. — Ну почти, — согласился Нилов, — это символизирует… — Да какая хрен разница, что это символизирует, вы в следующий раз лучше своё чучело вешайте, как-то посовременнее, что ли… ну, типа, перенятие опыта и всё такое, — хилер откровенно угорал, глядя, как Приор сначала побледнел, а потом и вовсе поднял свою знаменитую бровь. — Месье Мартен, у вас колбаса упала. — Благодарю, месье Бэр. А у вас упала зарплата, — зловеще протянул Инквизитор, медленно опуская взгляд на пол. Одинокий кружок сырокопчёной колбасы грустно остался лежать под столом в ожидании, пока придет Лиля. — Главное, чтоб хер не падал, а с остальным я уж разберусь, — хилер поспешно перевёл тему и повернулся к Даниэль. — Ты в следующий раз ему валерьяночки побольше накапай, а то чё-то он нервный. Чуть пошутишь — сразу угрожать начинает. И пей, пей рассольчик, Данечка, а то как ты работать будешь? — Так ты не шути, а занимайся своими прямыми обязанностями, — огрызнулась Дани, мысленно прикидывая, не хряпнуть ли валерьянки вместо Мартена. Рассол уже не помогал. Оставалась надежда на успокоительные и на пососать. Йонас развёл руками, случайно задев батон Кея: — Ой, извини, — он грустно проследил за полетом бутерброда, — ну ничего, у тебя и так щёки, как у хомяка. Сейчас вы всё равно в Кремль поедете. Ай, месье Мартен, он в меня зубочисткой кинул! Стоун вытаращился на него, как на умалишённого, но не поддался на провокацию. Лу же невинно отвернулась, мстительно усмехнувшись. Хоть Приор и запретил пользоваться пси, отомстить Йонасу за его длинный язык она посчитала жизненно необходимым. Баретти вскочил со стула, гневно взмахнув руками. — Только через мой труп! — голос начальника охраны сорвался на фальцет. — Вы трое останетесь здесь, никакого вам Кремля! Поразмыслив, Мартен согласно кивнул. Он уже смирился с происходящей вокруг дичью, списав поведение своих молодых подчинённых на акклиматизацию, и решил не тратить нервы почём зря. Все, даже Даниэль, вздохнули с облегчением. Саня радостно хлопнул в ладоши: — Вот и славно, я тогда вам другую культурную программу покажу! На Черкизон поедем! Кей недоверчиво нахмурился: — Куда? — Черкизон, рынок такой. У нас его ещё с доштормовых закрыть пытаются, но как можно избавиться от такого замечательного места! Заодно мадемуазель Лу может себе хоть шапку купит, а то как цуцик на холоде мёрзнет. Лу слабо представляла, что такое рынок, но лицо Нилова излучало такой восторг, что отказаться посчитала как минимум невежливым. Кею было, в общем-то, всё равно: рынок или ещё что, лишь бы окончательно не довести Баретти до инфаркта. И только Йонас, до сих пор не расставшийся с мечтой о здоровом отдыхе, попытался возразить, однако после слов Нилова о шапке передумал впадать в спячку. Хилер очень любил шапки, и если таинственный Черкизон богат сим предметом гардероба, то ради этого можно и отказаться от долгого сладкого сна. Итак, день обещал быть насыщенным. Впереди делегацию из Нью-Пари ждали Кремль, Черкизон и вечернее шоу в русском цирке Максима Фольгина.