It’s better not to find you

      Уже прошла неделя с момента возвращения Карлы домой. И всё это время девушка никак не могла выбросить из головы поцелуй на веранде. На следующий день они оба вели себя так, будто ничего не произошло, но отношение Маршалла стало заметно теплее. Карлу это радовало и одновременно пугало. Неужели она начала влюбляться в этого скандального блондина?       Масло в огонь подливала Трисс, которая, узнав о случившемся, не уставала твердить, что была права и что Карле пора расслабиться и «плыть по любовному течению». Естественно, чем больше девушка отрицала происходящее, тем сильнее это проявлялось и давило на неё. Она не могла больше скрывать: что-то к нему она действительно чувствовала.       В день возвращения Адриан не переставал подкалывать сестру и расспрашивать, как всё прошло. Брат не умолкал несколько дней подряд, предрекая ей скорое замужество. Его расположение к Маршаллу было заметно сразу, хотя он почти не знал рэпера. Отцу же, Джошуа Фэйзу, явно не нравилась нынешняя ситуация. Каждый раз, услышав имя Маршалла, мужчина поджимал губы и наблюдал за детьми.       Джошуа был человеком консервативных взглядов и хотел уберечь Карлу от «неправильных выборов». Он считал Маршалла эпатажным и слишком раскованным, хотя признавал талант. Девушка понимала, что не спешит знакомить отца с блондином: пока что она не чувствовала уверенности в длительности и серьёзности их отношений.       В среду после учёбы Карла и Трисс отправились в небольшой торговый центр. Подруге срочно понадобилась новая пара обуви. Пока они ходили по магазинам, Карлу внезапно осенило: хочется сделать подарок Маршаллу, но что именно — понятия не имела. Трисс сразу же заметила пару кроссовок и пошла примерять.       — Слушай, Трисс, как думаешь, что можно подарить Маршаллу? — невзначай спросила Карла.       — А какой повод? — разглядывая модель обуви, уточнила подруга.       — Повода нет, просто захотелось сделать приятно, — честно ответила девушка.       — Вот как, — улыбнулась Трисс. — После такого жеста отрицать свои чувства к нему уже бессмысленно.       — Господи, Трисс, мы не о моих чувствах сейчас говорим, — закатила глаза Карла.       — Ладно-ладно, — цокнула языком подруга. — Ну подари ему, например, галстук. Он вообще носит галстуки?       — Ужас, Трисс, фантазия у тебя оставляет желать лучшего. Галстук? — простонала Карла. — Ещё ни разу не видела его в костюме. У него совершенно другой стиль.       — Так подари что-нибудь из его гардероба, — подмигнула Трисс.       Выбор обуви у подруги занял всего несколько минут. Счастливая, Трисс вышла из магазина, взяв Карлу под руку, и они шли дальше. Проходя мимо мужского бутика, Карла внезапно остановилась и забежала внутрь. Всё внимание девушки было приковано к стенду с кепками.       — Кепка! Трисс, я куплю ему кепку! — загоревшимися глазами сказала она.       — Я уже догадалась, чего ты так рванула, — выдохнула подруга.       Спустя пятнадцать минут Карла выбрала подходящий вариант и отправилась на кассу. Оплатив покупку, она уже собиралась покинуть магазин, как кто-то резко схватил её за руку.       — Карла, с твоей стороны очень невежливо проходить мимо старых знакомых, — голос Джозефа тут же прозвучал перед девушкой, заставив её вздрогнуть.       — Руки убрал! — мгновенно вмешалась Трисс, ударив его по руке. Джозеф мгновенно отпустил Карлу. — И запомни, Джо: ты не старый знакомый, а проходимец, — ядовито выплюнула она.       — И тебе доброго дня, Трисс, как поживаешь? — с напускной вежливостью спросил Джозеф.       — Без тебя гораздо лучше, — огрызнулась Трисс.       — Ты как всегда дерзкая, но я не с тобой начал диалог, — перевёл взгляд на Карлу бывший. — Прелестно выглядишь. Для кого эта кепка? — его тон был одновременно ласковым и опасным.       — Для жениха, Джозеф. — Карла слегка улыбнулась. — А ты что, следил за мной?       — Что ты, нет… — Джозеф пытался убедить её, но выглядел не слишком убедительно. — А когда у тебя появился жених? Кольца-то не видно… Ни тогда, ни в Детройте.       — С недавних пор. Кольцо ещё у ювелира. Тебе не о чём беспокоиться, — натянула блестящую улыбку Карла.       — Нам пора, — вставила Трисс и потянула подругу за собой на выход.       Девушки стремительно вышли из магазина, даже не попрощавшись с Джозефом. Уже на улице Карла почувствовала, что, возможно, зря соврала про «жениха». Но нездоровый интерес бывшего и его внезапные появления пугали её. Она искренне надеялась, что воображаемый будущий муж хотя бы немного остудит пыл Джозефа.       По приезде домой Карлу встретила Хлои. Девочка с восторгом рассказывала о новом мультфильме, который скоро выходит в прокат, и умоляла тётю сходить с ней в кино. Карла, улыбаясь, сразу согласилась.       — Карла, слушай, мы можем поговорить наедине? — вдруг раздался голос Мари, вышедшей из кухни.       — Конечно. Что-то серьёзное? — насторожилась девушка.              — Можно и так сказать… Пойдём в комнату?       Мари направилась в сторону спальни, и Карла последовала за ней, оставив Хлои в гостиной. Закрыв дверь, Тассия обернулась к жене брата. Испанка выглядела одновременно взволнованной и счастливой.       — Carla, eres la única en esta casa con la que puedo compartirlo ahora… — быстро и нервно заговорила Мари. — ¡Ya no puedo guardarlo para mí!       — Dime, ¿qué ha pasado? — заинтересованно спросила Карла, подходя ближе.       Мари присела на край кровати.       — Помнишь, врачи говорили, что после Хлои я больше не смогу забеременеть?       Карла мгновенно посерьёзнела. Во время беременности Хлои Мари ставили неутешительные диагнозы. Врачи предупреждали, что шанс выносить ребёнка минимален, а о второй беременности и речи быть не может. Тогда Мари и Адриан жили в постоянном страхе. Но всё обошлось. С тех пор Мари каждые полгода проходила обследования.       — Помню… Это как-то связано со здоровьем? — тревожно спросила Карла.       — Частично, — выдохнула Мари. — В общем… я беременна.       — Что?..       Глаза Карлы распахнулись, губы приоткрылись от шока. А через секунду её накрыла волна радости. Она бросилась к Мари и крепко обняла её.       — Ты серьёзно? Ты уверена? У врача была? Сколько тестов сделала? — засыпала она её вопросами.       — Шесть тестов. Все положительные. К врачу пойду послезавтра, — смеясь и едва сдерживая слёзы счастья, ответила Мари.       — Кроме меня кто-нибудь знает?       — Нет. Ты первая. После приёма у врача расскажем всем.       — Адриан с ума сойдёт от счастья! Он тебя на руках носить будет! — восторженно прошептала Карла.       — Тише! — рассмеялась Мари.       — За какую такую новость я буду носить свою жену на руках? — внезапно раздался голос Адриана с порога.       Обе девушки вздрогнули.       — Эй вы, сплетницы, я вас раскусил, — усмехнулся он, переводя взгляд с одной на другую.       — Ни за какую. Скоро узнаешь, — загадочно улыбнулась Карла, вставая.       Адриан подошёл к жене и поцеловал её в щёку.       — А ты давай, брысь из нашей комнаты, — шутливо шикнул он на сестру.       — Вообще-то я тут по приглашению, а не врываюсь без стука, как некоторые, — съязвила Карла.       — Вот выйдешь замуж — перестану врываться, — игриво ответил брат, прекрасно зная, как она не любит эту тему.       — Mierda… — пробурчала Карла, скривившись, и вышла из комнаты, но улыбка всё равно не сходила с её лица. Через два дня Мари, как и обещала, отправилась к врачу. Карла очень хотела пойти вместе с ней, но из-за учёбы не успевала. По дороге домой после пар ей позвонил Маршалл.       — Сегодня я возвращаюсь с тура домой, в Детройт, — сообщил он.       — Разве у тебя не оставалось ещё несколько городов?       — Оставалось. Но концерт в Чикаго отменили из-за погодных условий — там недавно был ураган. А в Денвере накладка с площадкой. В итоге потеряли приличную сумму, — устало пояснил он.       — Неприятно… Зато домой вернёшься раньше, — мягко попыталась подбодрить его Карла.       — Карла, спасибо тебе, — вдруг сказал он.       — За что?       — Хотя бы за то, что появилась в моей жизни. С тобой теперь не так скучно.       Карла невольно улыбнулась.       — Тогда скажи спасибо Grammy. Если бы не премия, я бы с тобой сейчас не разговаривала.       — Значит, благодарю Grammy. За статуэтку… и за прелестную девушку в придачу.       Щёки Карлы слегка вспыхнули. Возникла короткая пауза — неловкая, тёплая. Маршалл быстро сменил тему, словно почувствовав её смущение.       Вернувшись домой, Карла обнаружила Мари на кухне — та вместе с миссис Фэйз заканчивала готовить какой-то сложный салат. Девушка присоединилась к ним, и втроём они управились гораздо быстрее.       — И к чему такой роскошный ужин? — с подозрением поинтересовалась миссис Фэйз.       Мари лишь загадочно переглянулась с Карлой и ничего не ответила. Через полчаса вернулись Адриан и мистер Фэйз. За столом звучало множество вопросов, но Тассия демонстративно молчала, едва сдерживая улыбку. Наконец Мари поднялась из-за стола и раздала каждому по запечатанному конверту.       — Вам, наверное, интересно, por qué os he reunido a todos aquí… — с лукавой улыбкой начала она.       — Уже интересно, что придумала моя жена, — усмехнулся Адриан, вертя конверт в руках.       — Мама, а зачем они нам? — Хлои осторожно пыталась вскрыть свой.       — Открывайте! — не выдержала Мари.       Первой справилась миссис Фэйз. Внутри лежала карточка с надписью: «Второй раз бабушка». Она прижала ладонь к губам, глаза наполнились слезами.       Адриан вскрыл свой конверт и замер. Снимок УЗИ. Подпись: «Второй раз отец».       — Ты… ты серьёзно? — прошептал он, и в следующую секунду подхватил Мари на руки, закружив её.       Хлои сначала не поняла, но Карла наклонилась к ней и тихо объяснила. Девочка вскрикнула от радости:       — У меня будет братик или сестрёнка?!       Мистер Фэйз, сдержанно, но с явной гордостью, поздравил семью. Этот ужин затянулся надолго. Смех, слёзы, планы, догадки — всё смешалось. В воздухе витало ощущение настоящего чуда. Ещё одна жизнь скоро станет частью их семьи.       Карла наблюдала за братом и Мари, и внутри у неё было необычайно светло. После всего, через что они прошли, это казалось подарком судьбы.       Поздно вечером, к удивлению Карлы, снова позвонил Маршалл. Она с воодушевлением рассказала ему новость о будущем племяннике или племяннице. Блондин искренне поздравил её, порадовавшись вместе с ней. А между делом добавил, что её подруга сегодня должна была поехать к Пруфу.       — Разве Дешон не с тобой в Детройте? — спросила Карла. — Как к нему собралась поехать Трисс?       — Нет, он сейчас в квартире в Лос-Анджелесе. И что-то мне подсказывает, что приехал он туда целенаправленно к твоей подруге, — Карла услышала в трубке его тихую усмешку.       — Они слишком мало знакомы, чтобы он вот так целенаправленно к ней летел. Или у него внезапная влюблённость с первого взгляда? — фыркнула она, хотя внутри неприятно кольнуло.       — Не думаю. Пруф вообще ни словом не обмолвился о Биатрисс. Ничего про их отношения не говорил, — продолжал Маршалл. — Но он постоянно с кем-то шептался по телефону. А завтра мы должны были встретиться в студии у меня в городе, и он резко отменил, сказав, что срочно летит в LA.       — И с чего ты решил, что именно к Трисс?       — Он сам почти проговорился… и сразу сменил тему. На Пруфа это не похоже. Он стал каким-то слишком скрытным.       Карла задумчиво закусила губу.       — Трисс тоже ничего мне не рассказывает, — устало вздохнула она. — Поговорю с ней завтра напрямую. Если всё так и есть, это нечестно. Она требует от меня полной откровенности, а сама молчит. Какой-то эмоциональный абьюз получается, — добавила она с напускной обидой, но в голосе всё же прозвучала настоящая досада.       — С Пруфом говорить бесполезно. Если он решил молчать — до гроба ничего не вытянешь, — спокойно заметил Маршалл. Они попрощались спустя полчаса.       Карла легла в постель, предварительно запив таблетку снотворного водой. Последнюю неделю она почти не засыпала без него. А если и засыпала — во снах неизменно появлялся Джозеф.       Снотворное гасило кошмары. Почти полностью. Она ненавидела зависеть от этих маленьких белых таблеток. Ненавидела то, что прошлое снова дышит ей в затылок. Его случайные появления, пристальный взгляд, ощущение слежки — всё это возвращало её туда, в самый тревожный период после расставания.       После разрыва она ходила к психологу.Тогда ей впервые назначили успокоительные. Она помнила, как дрожали руки, как оборачивалась на каждом перекрёстке, как проверяла замки по три раза за ночь. Год понадобился, чтобы перестать оглядываться. Три месяца — чтобы кошмары стали реже. И вот всё возвращается. Засыпая, Карла поймала себя на мысли, что ненавидит Джозефа не только за прошлое, но и за то, что он до сих пор имеет власть над её снами.       Утром она проснулась без сновидений — тяжёлым, ватным сном. Первым делом позвонила Трисс и предложила встретиться.       Подруга, на удивление, спала дольше обычного, но ни словом не обмолвилась о встрече с Пруфом. Обычно Биатрисс никогда не скрывала своих интрижек — наоборот, делилась каждой деталью. Сейчас же — тишина. Это и настораживало.       Они договорились встретиться в парке недалеко от центра города. Трисс пришла в приподнятом настроении — слишком приподнятом, как показалось Карле. Она болтала без умолку, рассказывала, как добиралась сюда, как успела поругаться с каким-то мужчиной на парковке.       Карла лишь хмыкнула. В этом она подругу узнавала — горячая кровь, острый язык. Но под всей этой болтовнёй Карла чувствовала: что-то изменилось. И вопрос, который она собиралась задать, тяжело ворочался на языке.       — Знаешь, сегодня ты довольно долго спала. Даже я проснулась раньше тебя. Что с тобой, подруга? Всю ночь не спала? — непринуждённо спросила Карла, внимательно следя за реакцией Трисс.       — Бессонница мучила. Уснула под утро, — слишком быстро ответила та. Карла замедлила шаг, потом вовсе остановилась.       — А твою бессонницу случайно не Пруфом зовут?       — Тасси, послушай… — начала Трисс, но Карла перебила её.       — Ой, да не оправдывайся. Я знаю, что ты была с Дешоном, — рассмеялась она, наслаждаясь выражением лица подруги. — Могла и не скрывать. Я же тебе ничего плохого за это не скажу. Ну… если только это не чей-то ещё секрет.       — Как ты узнала? — растерянность на лице Трисс была слишком искренней.       — Маршалл вчера звонил. Сказал, что Пруф резко сорвался в наш город. Точнее — к тебе, — с усмешкой ответила Карла.       — Пруф… вот же засранец, — выдохнула Трисс. — Ты не пойми меня неправильно. Я правда хотела тебе сказать. Но он просил молчать. Говорил, что даже Маршалл ни о чём не знает!       — Твой кавалер сам случайно проболтался, не вини его, — усмехнулась Карла. — И как давно вы «молчите»?       — Мы не в отношениях. И не будем, — резко отрезала Трисс. — А скрываемся… недавно.       Карла изогнула бровь.       — Значит, просто спите? И он ради этого срывается с тура? — она тихо прыснула. — Что-то мне подсказывает, что ради «просто секса» он бы не летел сломя голову через полстраны. Тут пахнет чем-то посерьёзнее.       — Всё не так, Тасси! — слишком громко воскликнула Трисс и оглянулась по сторонам. — Мы просто часто разговариваем. У нас много общего. Нам… комфортно друг с другом, — добавила она уже тише.       — Насколько комфортно? — поддела её Карла, едва сдерживая улыбку.       — Да ну тебя, — шикнула Трисс. — Мы переспали один раз. И то это вышло случайно. Ничего не планировалось. Он изначально приехал просто увидеться.       — Ничего себе «просто увидеться». Он с тура сюда полетел, не в Детройт.       — Вот именно. Он был уставший. Позвонил, спросил, можем ли мы встретиться. Мы встретились, поговорили, немного выпили… А дальше всё как-то само закрутилось, — призналась Трисс, отводя взгляд.       Карла покачала головой.       — Забавно. Мне ты говоришь «раскрой глаза», а сама ничего не замечаешь.       — И что я, по-твоему, не замечаю? — нахмурилась Трисс.       — Что это уже давно не «случайность», — мягче ответила Карла. — Но ладно. Пусть будет так, как ты говоришь.       Она кивнула, но в её взгляде читалось: она ни на секунду не поверила в эту версию.