Змеёныш

Саннину было ясно как день, что за ним придут, через месяц, может через полгода. Его источники в деревне давали срок не больше полугода. Подготовка к передислокации уже была проведена, оставалось перевезти только самое ценное оборудование. Несколько очень точных приборов, требующих аккуратного обращения. И собственно подопытных и Хэбимару. Среди не самых удачных экспериментов были выбраны вполне жизнеспособные образцы. На каждый из них учетный самым тщательным образом поставил комплекс печатей, который почти полностью лишил их личностей, подчинив определенной программе поведения. Именно они и должны были представлять собой его лаборантов, для очередной многоходовой постановки. Орочимару иногда казалось, что он теряется во множестве ролей, которые ему приходится отыгрывать самому и прописывать для других. Только с маленьким змеенышем он мог себе позволить быть самим собой. Не пытаться играть, не следить за поведением, движениями, контролируя каждый свой шаг, слово, действие, а как много лет назад, на занятиях у Мито-химе быть собой и не стесняться этого. Орочимару понимал, что из эксперимента по продлению собственной жизни за все время, что он наблюдал, занимался и исследовал тело маленького змееныша, он стал для него драгоценным ребенком. Которого, как бы он не хотел признавать он и полюбил по-настоящему. В новом комплексе, доверенные люди уже сформировали команду телохранителей для Хэбимару. Лучшие из всех, кто был у него на данный момент. Элитная команда из представителей клана Хейдзо, с полным функционалом проклятой печати уже проходила совместные тренировки, но пока не имела четкого лидера. Таковым он предполагал сделать Кимимаро, он должен был возглавить предполагаемую стандартную двойку команд. Его опыт сражений, а также обучения маленького змееныша помог бы в их главной задаче. И именно для того, чтобы он сработался со своим отрядом, саннин направил его вперед, тем самым отдалив от Хэбимару. Теперь, когда большую часть лаборантов заменили болванчики, годные разве что на подай-принеси-оставь в покое. Остававшимся ученым, и ему, в том числе, работать стало сложнее. К тому же приходилось уделять время и Хэбимару, и, зачастую с таким объемом задач не справлялись даже его теневые клоны. А приходилось делать многое. Одна подделка лабораторных журналов и отчетов чего стоила. Маленький змееныш следовал за ним постоянно, в свободное от тренировок время он или сосредоточенно наблюдал за его работой или тихо сидел в углу обняв теплую кружку чая всегда холодными ладонями. Саннин каждый раз удивлялся этому феномену. Даже если малыш был одет в теплую одежду, его руки оставались холодными, при всех показателях тела в пределах нормы. Орочимару проведя необходимые тесты понял, что контроль над чакрой у змееныша уже на достаточном уровне, чтобы изучать самые простые техники. И, следуя своему эгоистичному желанию он решил обучить Хэбимару техники мягкой модификации тела, все задатки для этого у него были, к тому же ему хотелось, чтобы первой техникой змееныша была его собственная визитная карточка. Змей даже не предполагал, что техника настолько увлечет ребенка. Он буквально все свободное время посвящал работе с ручными печатями и управлению чакрой. Змееныш продолжал стараться, даже когда ему приходила отдача от неверно направленной чакры. День за днем саннин мог наблюдать, как малыш следующий за ним, прилежно складывает печати, застывает на миг, дёргается от отдачи и начинает заново. Он поражался такому упорству. Он не был уверен, что был бы способен с таким упорством идти к поставленной цели раз за разом терпя неудачи, в таком возрасте. Пока Хэбимару тренировался, он подготавливал решение, на случай если что-то в его плане пойдет не так. Два свитка, на первый взгляд с самыми обычными академическими техниками: концентрация чакры и техника замены, но только на первый взгляд. На самом деле это были две инструкции, которые были запечатаны при помощи фуин, который реагировал только на особое сочетание генов, которое могло быть только у Хэбимару. Там было подробно прописано что делать если все пойдет по двум наихудшим сценариям, какие он мог только предположить. Все вплоть до поведения ребенка в той или иной ситуации. Орочимару был очень удивлен, что уже спустя не больше недели у змееныша получилось впервые применить технику мягкой модификации тела. В тот же день, он отдал свитки последнего шанса Хэбимару, запечатав их в его руке. Пользоваться печатями, он научил его уже давно, поэтому, назначение, каждого из узоров на руках змееныш знал, и очень активно пользовался хранилищами. -Хэбимару, ты прекрасно справился - он буквально засиял от похвалы - надеюсь и с этой техникой у тебя проблем не будет. И ты не будешь уходить в себя, - взгляд мальчика как-то неуловимо поменялся, улыбка все еще сияла на его лице, но, казалось блеск в глазах медленно гас. - Сначала откроешь и прочитаешь вот этот, с зеленой каймой, - Орочимару с особым тщанием описал предназначение каждого свитка - Если произойдет что-то не обычное, проведешь кровью по его корешку. Синий свиток откроешь только после того как полностью изучишь зеленый. И следи за тем, чтобы никто не видел их содержимое, справишься? Саннин надеялся, что если все пойдет по наихудшему сценарию змеенышу удастся выкрутиться. Только после того, как Хэбимару получил свитки, он перестал отходить от Орочимару ни на шаг, стал подозрительно дерганым, к чему-то постоянно принюхивался и периодически кривился в отвращении, если ему приходилось отходить от саннина дальше, чем на несколько метров и практически полностью отказывался от сладкого. Что с ним происходило змей так и не понял... *** Саннин заканчивал подготовку к встрече незваных гостей, в одной из лабораторных комнат, принадлежащей одному гениальному, на его взгляд и весьма эксцентричному подчинённому. Так художественно развесить трупы неудачных экспериментов не смог бы наверное, даже он. Да и не видел в этом смысла. Они же имеют свойство разлагаться, и такой перформанс можно показать только незваным гостям. По всему комплексу было несколько подобных лабораторных кабинетов безумного ученого Орочимару, придать атмосферность старались все. Пересечение периметра внешнего барьера ученый почувствовал сразу же. И удивился. Его серьезно недооценили. Всего три команды джонинов, на его одного будет мало. Или вторженцы хотели сделать все тихо. Подобные мысли прервал взрыв в районе жилого крыла. Но он все еще чувствовал чакру Хэбимару, а система прикрытия с лабораторным журналом и фальшивой стеной сработала штатно. Однако он почувствовал, как пол под ногами становится влажным, где-то перебило систему подачи воды. Следующий взрыв прозвучавший в той же стороне повредил линии питания электричества, и освещение перешло в аварийный режим. Но не это заставило сердце ученого сжаться, а то, что через несколько секунд после второго взрыва, чакра змееныша исчезла из поля его ощущений. И именно в это время в ведущем в лабораторию коридоре послышались шаги бегущих людей. Они замерли за дверью, слышался лишь звук металлических инструментов, которые раскладывал ученый. В следующий миг дверь распахнулась от мощного толчка, громкий удар о стену эхом прошелся по коридору. Следом в лабораторию ворвались двое АНБУ в масках животных, окружая саннина с двух сторон. Последним медленно и чинно вошел Третий. Ученый ожидал увидеть кого угодно, но только не его. Отдавать право начала диалога, сто раз проклятому Хокагэ не хотелось: - Наконец-то вы меня поймали, как печально... - змей старался произнести это максимально печально-наигранным тоном. - Орочимару, что все это значит? - голос старика звучал шокировано и удивленно. Не хотел до конца верить в то, что его ученик способен на нечто такое? Да, саннин был почти полностью уверен, что половина запросов на исследования, которые ему поступали, шли напрямую от Хокагэ. И, судя по весьма потрепанному виду прошли они через жилые помещения комплекса. - Я расставил множество ловушек, но, похоже, их обошли... Я был удивлен, но теперь я вижу, почему. Это были вы... - саннин говорил, в пол оборота глядя на вошедших, когда один из АНБУ подал голос. - В деревне, в последнее время, начали пропадать люди: генины, чунины, даже члены АНБУ. К тому же, у нас имеется официальная информация, что ты странно себя ведешь в последнее время. - Орочимару-сама, зачем такому великому ниндзя, как вы, делать это?- подхватил второй. - Мне убить и вас тоже? - ученому все сложнее было сдерживать странное чувство, росшее где-то в глубине его источника чакры, с того момента, как он перестал чувствовать Хэбимару. Контролировать мимику становилось все сложнее. - Значит, ты стоишь за всем этим, Орочимару. - саннин не переставал удивляться умению Третьего в лицедействе. - Рассказывай! Что ты здесь делаешь? Пульсацию внутри источника, змею давалось сдерживать с трудом, как и странные шепотки, возникающие на самом краю сознания. Все это заставило его выдохнуть сквозь плотно сжатые губы. - Теперь, когда вы поймали меня с поличным, я полагаю, ложь не поможет. - что-то заставило его развернуться и посмотреть учителю прямо в глаза. - Я разрабатываю... - импульс идущий напрямую откуда-то из глубин всего существа, Орочимару с трудом заблокировал направив в накопители, которые, по его субъективным ощущениям уже потрескивали от количества чакры в них. - Новую технику. - Орочимару, тогда почему ты убивал своих товарищей-ниндзя из деревни!? - снова не выдержал первый АНБУ. - Запрещенная техника, да?- голос Третьего звучал уверенно, но тихо. - Чего ты хочешь добиться? Ученый совершенно не понимал. Верхушка деревни сама подталкивала его к такому решению. Разговоры, направления исследований смежные с его проблемой. Все старательно и тщательно вело его к этому решению. С чего так удивляться. Переигрывал старый Хокаге. - Всего. - короткий ответ, не требующий каких-либо усилий. - Всего? - с ошарашенной интонацией спросил глава деревни. От сплетения чакры, бесконтрольно поступающей из источника Орочимару начало мигать резервное освещение в помещении. Атмосфера накалялась, а он по-прежнему не мог почувствовать чакру маленького змееныша, гоня все подозрения прочь. - Я хочу изучить все техники и понять истину этого мира, Сарутоби-сенсей. Тот, кто впервые смешал голубой и желтый, назвал получившийся цвет зеленым. Я хочу сделать нечто подобное этому. - занятый попытками разобраться в причинах аномалии и в его источнике, саннин не заметил, как частично выдал настоящую причину своих исследований. - Если представить чакру как синий, а технику как зеленый, подобно множеству разных цветов, в этом мире существуют десятки тысяч техник. Но, чтобы узнать все существующие техники и понять истину требуется много времени. Тот, кто потратит это количество времени и поймет все, достоин быть названным совершенным существом. Для меня долговечность тела слишком мала. Она очень коротка. Даже если бы я был Хокаге, всему бы пришел конец после моей смерти. - спохватившись о том, что может выдать слишком много, ученый замолчал, однако, паузой в его монологе воспользовался Третий. - Орочимару, эта техника, которую ты здесь изучал... - Нет, саннину не показалось в голосе его учителя звучала заинтересованность. - Вы, вероятно правильно думаете, Сарутоби-сенсей... - сделав непродолжительную паузу, чтобы распределить очередной импульс чакры, он продолжил.- Это техника Вечной Молодости и Бессмертия. И в лаборатории наступила тишина, слышался лишь звук падения капель из пробитых труб. Тишину нарушил звук шагов по коридору и за спиной Третьего появился еще один носитель маски, пусть его голос и звучал весьма тихо, но Орочимару прекрасно расслышал его доклад: - Хокаге-сама, комплекс полностью зачищен. Эта самая фраза наложилась на очередной выплеск энергии из источника змея, чакрой ее назвать уже было нельзя. И этот выплеск удержать он не сумел. Тихо шепчущие на краю сознания голоса взорвались в его голове, подобно фейерверку и он на миг утратил контроль над собственным телом, чтобы в следующую секунду понять, что вернуть его обратно уже не способен. Огромная волна, ничем не сдерживаемой чакры пробежала по помещению уничтожая колбы, разбивая, чудом еще работающую лампочку под потолком. Орочимару предполагал, что могло значить исчезновение чакры Хэбимару, но сейчас он получил косвенное подтверждение своим догадкам. Сейчас он не хотел противиться, не хотел бороться, он позволил странной силе, исходящей из его источника чакры руководить, наблюдая, все как бы со стороны. Что-то темное, шепчущее на разные голоса прокатилось во все стороны от его тела еще раз. Он видел как АНБУ и Третий подготовились к сражению, однако темная чакра, руководящая его телом, рваными, пока еще неуверенными движениями сделала пару шагов навстречу вторженцам. На периферии сознания шептали голоса: "Украли, уничтожили....УБЕЙ!!! Пусти кровь..." - Вы намерены убить...меня? - Орочимару одновременно узнавал и не узнавал свой собственный голос, в нем рычание перемешивалось с шипением, а чакра вихрилась вокруг. Третий сложил печати призыва вызывая Энму. - Но сможете ли вы сделать это? Сарутоби-сенсей. - его сила снова импульсом разошлась от тела, уничтожая, то что еще оставалось целым в помещении и заставляя вторженцев упасть на колени. Голос силы требовал убить всех, кто посягнул на что-то дорогое и родное для него, но он пока еще мог сдерживать порывы своей новой сущности. И лишь обернулся, чтобы в следующий миг направится прочь из убежища.