Сокольническая кантата

ПАРТИЯ ХОРА

      Читать на октаву выше       Диму разбудили неприятные звуки гостей, шарящихся по квартире. «Родственники, что ли, наведались?» – Дима недовольно поморщился. Голова гудела, как плохо настроенный инструмент. Кажется, обещания расплаты за шатания по чужим воспоминаниям были более чем серьёзными. Приоткрыв глаза, Дима увидел, что на диване они с Шариком одни. Понятное дело. Арс, видимо, впустил нежданно нагрянувших сородичей и сделал вид, что он тут как-то что-то отдельно и независимо, а может, вообще под вежливым предлогом слинял куда-нибудь до вечера. Дима бы в чужом доме так и поступил. К счастью, он был в своём доме, а потому планировал сказать обнаглевшей родне, так сказать, очистить помещение. Его не волнует и вообще, у них тут битва с металлическими мимиками на носу.       «Крабовые чипсы!» – мысль мелькнула в сознании красной мигалкой. А что если там кто-нибудь особо голодный их уже сожрал?!       Дима подскочил в постели, и в этот момент в комнату вошли… Нет, не родственники, а совершенно незнакомые мужики и тётки. Увидев, что Дима, наконец, проснулся, они, тихо переговариваясь, выстроились в линейку.       – Александр Григорьевич… – полушёпотом подсказала-попросила лысеющего мужчину какая-то, видимо, их руководительница.       Александр Григорьевич откашлялся и со второй попытки задал камертон. Руководительница благодарно кивнула, дала ауфтакт, и под её бодрые дирижёрские взмахи одной рукой неизвестные гости запели на мотив «Аллилуйя»:       «В до-о-о-ме плесень!       В до-о-о-ме плесень!       В доме плесень!       В доме пле-е-е-е-сень!»       Больше всех старалась крупная женщина со светлыми волосами, собранными в тугую косу. Она прямо душу вкладывала в эти строчки.       Дима смотрел на них с ничего не выражающим лицом и не мог понять: они действительно поют или это его мозг сегодня занимается художественным оформлением происходящего.       – Вы кто такие? – спросил он, наконец.       Руководительница хора недовольно подняла брови:       – Вообще-то, всех жильцов предупреждали.       – Меня никто не предупреждал, – невозмутимо возразил Дима.       – В доме завёлся редкий вид плесени. Всех проживающих временно выселяют.       – Поразительно, – Дима сложил на груди руки. – Я никуда не поеду.       – А вас, собственно, никто и не спрашивает, – не растерялась руководительница и подвязала Александра Григорьевича опечатывать все двери, дверцы и окна. – И в ванной посмотрите внимательно: ящики и шкафчики – по категории 12А. Чаплашки – по внеочередной. Сейчас нормы изменились.       Остальные незнакомцы начали расторопно упаковывать Димины вещи в мешки, а мебель – под строительную плёнку.       – А вы одевайтесь, уважаемый, и отправляйтесь в Тропарёво. Если поторопитесь, там ещё место останется, – энергичная руководительница мастерски вытащила Диму из постели.       – Да какого чёрта?! – возмутился Дима. – Что вы здесь делаете?       Вместо ответа в руки ему сунули какой-то талончик:       – Тропарёво. Временно переселяем вас в ночлежку, пока с плесенью не разберёмся. Распоряжение из ЖЭКа поступило.       И Диму так оперативно вытолкали на лестницу, что он еле успел взять в охапку Шарика и собрать хоть какой-то рюкзак.       «Дурдом», – сказал он сам себе, оказавшись в коридоре. Если бы не гудящая голова, он бы так просто не сдался. Какая, чёрт возьми, плесень? Всё у них было нормально. Вон, недавно сам Сергей Борисыч проверял.       И эта шутка вдруг вызвала в Диме очень нехорошее подозрение. Он обернулся на запертую дверь собственной квартиры, потом – на лестничный пролёт. Медленно начал спускаться. В подъезде было тихо. Абсолютно непохоже, что выселяли кого-то ещё, кроме Димы. Он вернулся к двери и позвонил – ничего. Приложил ухо к замочной скважине – внутри была как будто тишина. Постучал изо всех сил. Ещё раз. Ничего.       На лестничную клетку выглянул сосед Павел Петрович:       – Дмитрий Темурович? – удивлённо посмотрел он на Диму. – А вы чего, ключ потеряли?       – Доброе утро, – поздоровался Дима. – К вам заходили уже?       Павел Петрович растерялся:       – А… Нет… А кто? Раздают что-то?       «Ну, тебе бы лишь бы что-то раздавали», – подумал Дима.       – Увидите. Ждите, – ответил он насколько возможно туманно и зашагал вниз по лестнице.       Задумчивость быстро сменилась тревогой. Если выселение было делом рук липовых полицейских, то ситуация становилась нехорошей. И главное: куда пропал Арс? Замелькал и свалил от греха подальше? Или его уже нужно было бежать спасать? Куда?       Ко всем этим мыслям отвратительным дополнением была тяжеленная голова. Дима спустился неуклюже, но относительно быстро. Нужно было торопиться. Куда-то.       – Куда торопишься? – знакомый голос, словно читая его мысли, звучал издевательски.       Дима обернулся: у подъезда докуривал сигарету сотрудник полиции Антон Андреевич Шастун.       – Ну что, – Антон Андреевич с наслаждением затянулся, – не понравилось с трикстером дружить, да?       Дима собрал в кулак всю свою способность фокусироваться и постарался одарить этого скосыря максимально презрительным взглядом.       – Красавцы, – а вот чтобы говорить с сарказмом, стараться было не нужно: у Димы это и так получалось профессионально. – Разыграли, как по нотам.       Антон Андреевич приподнял брови и успокоил:       – Ну почему «как»? Вот же ноты, – и он протянул Диме патритуру с заголовком «Выселение Дмитрия Темуровича Позова в Тропарёвский клоповник».       Дима зажмурился и попытался сморгнуть это наваждение. Шарик предупреждающе зарычал на полицейского.       – Испугался? – Антон Андреевич посмотрел на него исподлобья и попытался оттеснить к столбу, державшему козырёк подъезда. – Продолжишь ему помогать – Тропарёво тебе покажется раем.       – Слышь, чё? – не остался в долгу Дима. – Я его телохранитель и фея-крёстная. Продолжишь за ним охотиться – я тебе задницу надеру. Ясно?!       Лицо у Антона Андреевича после такого ответа стало совсем недобрым. Неизвестно, чем бы могла закончиться для Димы эта перепалка, но в этот момент Шарик, которому липовый полицейский совсем не понравился, решил перейти от угроз к действиям и с рыка сорвался на злобный лай, порываясь наброситься и загрызть. Дима изо всех сил прижал к груди бестолковую собаку. «Хотя, – тут же промелькнула мысль, – я и сам, вообще-то, сейчас всерьёз угрожал существу, которое в любой момент может кого угодно разрезать пополам…».       Антон Андреевич брезгливо посмотрел на Шарика, сделал последнюю затяжку и ушёл.       Ночлежка в Тропарёво действительно оказалась тем ещё клоповником. Дима оформился, бросил вещи и вышел осмотреться.       Тот факт, что Шастун пытался его запугивать, радовал, потому что, вероятно, означал, что Арса они ещё не нашли. Поэтому Дима надеялся, что нужно просто немного подождать, и Арс сам к нему прибьётся: на Диме ведь до сих пор остался маячок помощника.       Они с Шариком заняли столик в летнем кафе небольшой кофейни, и вскоре к ним действительно присоединился Арс. Дима ожидаемо не заметил, когда он успел замаячить на горизонте: видимо, он в какой-то момент размелькался. Шарик радостно завилял хвостом и начал энергично подпрыгивать передними лапами, целясь носом куда-то Арсу в карман.       – Там Рокси? – догадался Дима.       – Ага, – Арс легко кивнул       «Быстро, однако, они подружились», – подумал Дима, глядя на ритуальную пляску золотистого корги. Посетителей в этот час было немного: только за столиком в противоположном углу сидела какая-то бизнес-пара, но рисковать внезапным доставанием собак из кармана всё-таки не стоило, и Дима взял Шарика на колени. Внезапно возвысившийся пёс заинтересованно потянулся носом к Диминой чашке.       – В общем, я подумал, – начал Дима. – Эти твои мимики по-любому не бессмертные ведь. Либо есть кто-то выше по пищевой цепочке, либо у них должен быть какой-нибудь дурацкий баг, типа как у орлов, которые только вниз смотрят. Ты же что-то про них знаешь?       – Хм-м… – Арс призадумался. Как раз в это время к нему подошёл официант. – Американо, пожалуйста, – кивнул Арс и снова углубился в размышления. – Чтобы их кто-то ел, я не видел. В теории это могла бы сделать Рокси, но мы это уже обсуждали.       – Ладно, – Дима отодвинул свою чашку подальше от Шариковского носа. – А на счёт багов что? От чего они вообще умирают?       Арс снова ненадолго замолчал.       – От голода, – сказал он наконец. – Но это очень долгий процесс, особенно у взрослых особей. К тому же, голод прибавляет им сил и агрессии – короче, мы не сможем от них столько бегать.       Дима задумался.       – …Ну, не знаю… Может, есть какой-то альтернативный источник питания?       Арс невесело дёрнул уголком губ:       – Не-а. Кстати, в какой-то степени это тоже баг, только нам он не подойдёт.       – В смысле? – Дима был готов прорабатывать любые варианты.       – Им нельзя потреблять ничего человеческого. Они почти мгновенно привыкают, впадают в зависимость и со временем складываются. Сжимаются до крошечных шариков.       – Бинго, – Дима довольно откинулся на спинку стула. – Когда я был в участке, они собирались пить чай.       Арс его энтузиазм не разделил:       – Только собирались или пили прямо при тебе?       Несколько секунд Дима боролся с соблазном выдать желаемое за действительное.       – Ну, допустим, только собирались, – признал он, наконец, неохотно.       – Ну, это буквально ничего, – Арс безразлично поджал губы. – Они же не спроста называются мимиками: у них хорошо получается изображать людей.       Арсу принесли кофе, он поблагодарил официанта и чуть отодвинул чашку от себя, сдерживая брезгливую гримасу.       – Ну… – вяло протянул Дима и вдруг вспомнил: – Но Шастун при мне курил! Это считается?       – Считается, – спокойно кивнул Арс. – При мне он тоже курил. Тем не менее, схлопывание тоже происходит не в один день. И потом, это снимает только одну проблему из двух: Матвиенко-то остаётся.       – М-да, – кисло протянул Дима. – А может, подмешаем ему что-нибудь?       – Во что? – насмешливо поинтересовался Арс. – В меня?       – Ну да, – расстроенно согласился Дима. – Но а то, что он Шастуновским дымом дышит постоянно, это не поможет?       Арс с сожалением скривил губы:       – Слишком маленькие дозы. И Матвиенко взрослый, от маленького количества ему, скорее всего, ничего не будет: он умеет себя хорошо контролировать.       – Ну капец, – расстроился Дима. – Ладно, давай тогда с другого конца. Ты сказал, что тебя заперли в моём измерении. Получается, я могу попытаться отпереть тебя обратно.       Между бровями Арса обозначилась едва заметная складка.       – У тебя не получится отпереть выходы.       – Почему?       Арс сложил руки на груди:       – Ну, потому что ты их даже не увидишь. Как они, по-твоему, выглядят? Как двери в Нарнию?       – А ты мне их покажешь – и я пойму, что это выходы, – не сдавался Дима.       Арс отвернулся и начал с повышенным интересом разглядывать машины на стоянке напротив:       – Я их тоже не увижу.       – Почему?       – Ну потому что, – в голосе Арса начало сквозить раздражение. – Как, ты думаешь, можно заблокировать пустоты? Досками заколотить?       – Ну Арс, а откуда я должен знать, как мимики блокируют пустоты, – возмутился Дима. – Я вообще пару дней назад вас всех встретил.       Арс опустил взгляд на свою чашку кофе и глубоко вздохнул куда-то самому себе:       – Ну, вот именно. Пару дней назад…       После этой фразы он взял с блюдца ложечку и начал задумчиво водить по каёмке чашки. Этого внезапного пассажа Дима вообще не понял.       – Ну так и что? – спросил он. – Расскажешь, как мимики блокируют пустоты?       Арс дёрнул плечом:       – Дим, ну какая разница? Я говорю: ты с этим ничего не сможешь сделать. Ты мне не веришь?       – Ну блин, ну а в чём проблема рассказать? – недоумевал Дима. – Это что, тайна какая-то?       – Блин, – Арс закатил глаза. – Ну, вот подумай. Мимики – мастера иллюзий, да? Как они могли заблокировать выходы? Поставили на них засветку. Всё. Я не вижу, куда мне нырять. Ты удовлетворён?       – Нет, – Арс так старательно уходил от этой темы, что в Диме уже проснулся азарт. – Ты говорил, что иллюзии видишь только ты, а людям они не видны. Значит мне вообще всё равно на их засветки.       – Угу, – промычал Арс. – С небольшим нюансом, что ты и сами выходы не увидишь.       – А ты мне объясни, как их.. Ну, там… Почувствовать, я не знаю.       – Тебе, Дим, – никак.       Арс мрачно откинулся на спинку стула и отвернулся. Шарик жалобно заскулил и наклонил голову, чувствуя нехорошее напряжение, повисшее в воздухе.       – М-да, – растерянно подытожил Дима.       Тогда, получается, им нужен был другой план. Но какой? У Димы было так мало фактов, что он понятия не имел, с какой стороны подступиться.       – Может, Рокси крабовыми чипсами посыпем? – пошутил он.       Не, ну а что. Она же тогда усилится. Главное только, чтобы всю Москву в себя не всосала. А ещё, когда всё закончится, им понадобится очень много металла, но это уже потом. Будут решать проблемы по мере поступления, так сказать.       Арс сам с собой приподнял брови, мол, да, и такие идеи людям приходят.       – Посыпем Рокси крабовыми чипсами, – задумчиво повторил он за Димой и через не хочу залпом опрокинул в себя плохой кофе. – Знаешь, Дим. У тебя же скоро больничный заканчивается. В клинику надо возвращаться, а тут я такой нарисовался. Пару дней назад…       – Ну, и? – не понял Дима. – При чём тут это?       – Да так, ни при чём, – отмахнулся Арс. – Я понимаю. Хочется по-быстрому как-нибудь от меня отделаться и вернуться в обычную жизнь, как будто меня и не было.       – Да с чего ты взял, Арс? – с таких выводов Дима, конечно, обалдел.       – Да нет, нет… Слушай, знаешь, давай не буду тебя этим напрягать.       – Арс…       – У тебя свои проблемы, у меня – свои. Пусть каждый своими и займётся.       – Арс, ты совсем ёбнулся? – возмутился Дима.       Но Арс уже не слушал:       – Прости за маячок помощника.       – Да Арс!       Дима вдруг почувствовал, как будто у него внутри выключили маленькую лампочку, которую он всё это время даже не замечал.       – Всё, ты больше ничего мне не должен, – отсалютовал Арс. – Приятно было познакомиться.       Дима начал ещё что-то говорить, но Арс замелькал, и Дима почти сразу потерял его из вида.       – Арс! Да Арс!! – позвал он, вертясь по сторонам.       На него удивлённо и несколько раздражённо покосились посетители за угловым столиком.       Нет, бесполезно. Пока Арс сам не захочет, его не найти.       Шарик беспокойно топтал колени и скулил. Раздражённый Дима опустил его на пол и зажмурившись прикоснулся к переносице. Голова всё ещё толком не прошла.       Ну вот что за херня это была?!       «Вернуться в обычную жизнь», – Дима мысленно попытался спародировать интонации Арса. Вернёшься тут, блин! Пришли чё-то, навалили полную башку абсурдных фактов – и давай теперь каждый своими делами заниматься будет. Класс. Арс – так вообще. Те двое-то хоть откровенные говна куски, а Арс, блин, нарисовался, вынудил Диму, по сути, добровольно вписаться в опасное предприятие, чё-то по ходу дела ещё влюбил в себя, говнюк лавровый. И теперь вот свалил. Зашибись просто. А Диме, блин, куда теперь это всё?       Ну вот что за астральный петух Арса в жопу клюнул? Прицепился к Диминому «пару дней назад», повторял это постоянно… Ещё про «отделаться» что-то затирал…       Грудь обожгло робким язычком пламени.       Арс что…       Да не…       …Ладно, Арс что, подумал, что Дима его поцеловал, а теперь пытается слиться?       В голове детальнее всплыли отрывки Арсовых воспоминаний, где он выл от одиночества.       Дима спрятал улыбку и рассеянно уставился куда-то в Шарика. Посидев так молча с пару минут, он выдохнул с шутливым возмущением и энергично отпил из чашки.       – Ну вот придурок, нет? – так же возмущённо вздёрнул брови и задумчиво взял чашку кончиками пальцев обеих рук. Подушечки сразу ощутили приятное тепло фарфора.       Ладно. Что этот долбоёб (очень притягательный долбоёб!) от Димы ожидал? Что Дима завалит двух металлических мимиков голыми руками? Блин, ну серьёзно: ну была бы хоть какая-то инструкция! Что-то в духе: «Вот меч, возьми его. С вероятностью семьдесят восемь к одному ты погибнешь в этой неравной схватке, как наивный, блин, дурак. Но! Если тебе повезёт, мимики будут повержены». Но ведь не было такого варианта. Как ему сражаться с двумя кусками металла? Заманить в крематорий и расплавить в печи?! Так сказать, вот, залезайте, пожалуйста, друзья, там открылась столовая для чудовищ…       В общем, плана не было, но Арса наверняка уже разыскивали по Диминому заявлению на счёт пистолета. Нужно было, по крайней мере, откроить ещё немного времени, а там, может, что умное в голову и придёт.       Но как теперь родить обратно это заявление? Оно ведь просто так не испарится.       Дима ненадолго задумался и полез в телефон. Несколько минут поисков по юридическим сайтам – и его лицо стало чуть более расслабленным.       – Да там галимая административка, – бросил он одновременно удовлетворённо и пренебрежительно. – Сейчас я с ними со всеми разберусь.       Он оставил на столе деньги за кофе, взял Шарика под мышку и, уже умело опираясь на трость, расторопно захромал к метро.

***

      Матвиенко и Шастун стояли прямо в холле центрального участка полиции и разговаривали о чём-то с коллегой за окошком регистрации. «Очень удобно получилось», – подумал Дима и подошёл к липовым стражам порядка.       – Я к вам.       Шастун, всё это время стоявший к Диме спиной, вздрогнул от неожиданности, а вот Матвиенко посмотрел с интересом:       – Добрый день. Кажется, Дмитрий Темурович, правильно?       Дима усмехнулся:       – Верно. Так вот. Я по поводу пистолета.       Матвиенко приподнял бровь:       – Да?       – Хочу забрать заявление. Это мой пистолет.       – Неужели? – доброжелательно улыбнулся полицейский.       – Ага, – в свою очередь, вызывающе улыбнулся Дима. – Зачем кипиш поднял – сам не знаю. Помешательство какое-то, наверное.       – Угу, – Шастун раздражённо затеребил брючину. – Твой, значит, пистолет?       – Ваш, – невозмутимо отозвался Дима.       – То есть, вы пытаетесь нам втереть, что накатали заяву про собственный пистолет? – всё больше злился Шастун.       – От покойного деда мне достался, – подтвердил Дима едва сдерживая смех.       Что, сучары, посмотрите теперь, каково это, когда происходит какая-то херня, а окружающие делают вид, что всё так и должно быть.       Шастун одной рукой попытался схватить Диму за шиворот:       – Да ты в курсе…       – Руки! – жёстко осёк его Дима. – Мне что, и на вас заявление написать? Вот, есть и свидетели.       Шастун волком обернулся на полицейского за окошком регистрации и потянулся за сигаретой. На что снова был жёстко остановлен: на этот раз старшим коллегой Закрыв глаза и с усилием сделав глубокие вдох и выдох, он ядовито и преувеличенно-спокойно обратился к Диме:       – Да вы в курсе, что за это полагается статья?       – В курсе, – кивнул Дима одними глазами. – Хранение оружия. Это галимая административка. Валяйте.       – А не будем мы ничего валять! – снова сорвался Шастун. – С какой стати? Ходит тут каждый день. Это вам не рынок! Заявление подано – всё. Назад отката не будет.       – На каком основании? – Дима сложил руки на груди. – Вы мне что, отказываете в законной процедуре? Опять-таки, при свидетелях.       – Да на таких осн…       – Шаст, Шаст, – придержал его Матвиенко. – Чего ты в самом деле? Ну забыл просто человек, что это его пистолет, а теперь вспомнил. Ну с кем не бывает. Правда?       – Да какого чёрта. Мы что теперь, туда-сюда будем…       – Ну тихо, тихо, – Матвиенко звучал максимально демократично, как будто собирался всех помирить. – Дмитрий Темурович, я вас понял. Вы отзывать заявление собрались?       – Собрался, – подтвердил Дима.       – Ну, вы понимаете, что «забрать заявление» – это только фигура речи? На самом деле нужно написать новую бумажку, что так и так, ситуация следующая, вы, как заявитель, ни к кому претензий не имеете. Верно?       – Ну, да… – Дима несколько растерялся.       То, как спокойно соглашался на его условия Матвиенко, вызвало нехорошее предчувствие. Всё время этот мимик был на шажок впереди, и сейчас Дима не понимал, к чему он клонит. И это начинало очень беспокоить.       Но не беспокоить.       – Ну так пойдёмте к нам в кабинет? – елейно предложил Матвиенко. – Составим бумагу – и всё уладим.       Дима понимал, что лучшим решением сейчас будет делать ноги. Но зачем делать ноги, если можно спокойно со всем разобраться и уйти, правильно?       Дима в отчаянии глянул на полицейского в окошке регистрации, но, как оказалось, он в данный момент тоже совершенно ни о чём не волновался.       – Так идёмте? – переспросил Матвиенко.       – Идёмте, – тупо повторил Дима и, как козлёнок на верёвочке, зашагал за полицейскими.