Красавица и Чудовище

      Мышонок: Завтра мы едем в Эванстон       Она смотрела на сообщение немигающим взглядом, чувствуя, как ее одолевает очередная вспышка ярости, желающая вырваться из оков самообладания. Издав странный утробный звук, похожий на рычание, она сжала телефон в руке и резко встала с места. Ей хотелось убить Кларк и каждого копа, который как-то пытался поймать ее. Но Кларк… Как она вообще могла допустить подобный исход?       Алекс ходила по комнате, сжимая бедный смартфон до треска. Неужели Кларк забыла об их договоренности? Или намеренно пошла на это столкновение? Она беспощадно швырнула телефон в диван и с перекошенным от эмоций лицом подошла к стулу, моментально ударяя его ногой и заставляя с грохотом отлететь в угол гостиной.       Обхватив руками голову и сжав пальцами волосы у корней до тупой боли, Алекс свирепо ощерилась, смотря перед собой. Кларк наглела. Очень наглела. Мало того, что она даже не скрывала и писала Алекс о том, что кто-то унял ее одиночество той ночью, так еще и теперь они приедут в Эванстон.       Кларк хотелось ударить с такой силой, чтобы она отрубилась, а потом, когда пришла бы в себя, сразу поняла, что натворила. Втянув воздух носом, Алекс взглянула на валяющийся мобильник на диване. Нужно было ответить.       В несколько широких шагов она оказалась у дивана, рывком поднимая телефон и быстро открывая чат. Темно-хвойные глаза потемнели, а верхняя губа приподнялась в оскале.       Алекс: Действительно дерьмо)       Ну а что тут еще сказать? Не писать же Кларк, какая она дура, потому что буквально ведет копов к ее дому, даже несмотря на их договоренность. Алекс злилась на саму себя, потому что, видимо, ее угроз было недостаточно.       Мышонок: Ты злишься?       Алекс сдавленно усмехнулась, закатывая глаза. Она не просто злилась — она была в ярости от того, что это происходит. Но что уже поделать?.. Спасибо и на том, что Кларк вообще решила рассказать об их поездке.       Алекс: Я в бешенстве, но это весело))       Ни черта не весело! Алекс, игнорируя кровожадное желание написать что-то очень злое и едкое, свирепо продолжила печатать.       Алекс: Думаю, что твои недодрузья поговорят с нашими копами и за мое дело возьмутся два города))       Она двигала челюстью, судорожно пытаясь простроить в голове план действий. Кларк будет здесь завтра, а значит, у нее было еще немного времени, чтобы подумать, как проучить бедную мышку, видимо, забывшуюся, в чьих лапах она находилась. Быть в Эванстоне на период их пребывания здесь не стоило — слишком рискованно.       Алекс прекрасно осознавала, что вряд ли сможет побороться со всепоглощающим и неуемным желанием увидеть Кларк. Если бы она приехала одна, это не было бы проблемой. Но так как Кларк будет со своими друзьями-копами… Неоправданный риск.       Ее друзья. Алекс с досадой зашипела и стиснула зубы. Хотелось каждого убить. Особенно того, с кем Кларк провела ночь. В сообщениях она назвала несколько имен: Эмма и Дэнни. Это мог быть любой из них. Вряд ли Джек, потому что именно на него ругалась Кларк. Хотя это не отменяло того факта, что некий Джек тоже мог быть рядом с Кларк. Любой из них мог касаться ее Кларк той ночью. В любом случае, не было проблемой выяснить, кто это был. У нее есть адрес. Нужно было только проверить.       Телефон неожиданно завибрировал. Алекс отвлеклась от своих мыслей и перевела взгляд на экран.       Мышонок: Не знаю, что сказать       Четыре слова, которые неожиданно заставили Алекс немного остынуть в своем ослепляющем и неприкрытом гневе. Неужели ее Кларк переживала за нее? Не было язвительности или грубого: «Я тебя найду и засажу за решетку к чертям собачьим!». Алекс в непонимании нахмурилась, но через мгновение широко улыбнулась. Переживала. Кларк точно переживала.       Ладно. Возможно, пока что она больше не хотела ее ударить или убить. Видимо, Кларк сама не хотела подобного развития. Или она врет?       Алекс: Не переживай       Алекс: Я буду аккуратна       Алекс: Обещаю       Хищная ухмылка сама собой проявилась на ее лице, когда она печатала следующее сообщение. Она определенно не собиралась оставлять без внимания их поездку в Эванстон.       Алекс: Главное не скажи им что-нибудь, что точно приведет их к моему дому, а то я даже прибраться не успею, чтобы тебя как следует встретить))))       Алекс: Ну и мое предложение по поводу убийства твоих недодрузей все еще в силе))       Хотелось написать иначе и не оставить выбора, но она не могла, лишь гипнотизируя слово «печатает» в надежде увидеть заветное разрешение.       Мышонок: Алекс…       Алекс раздосадованно фыркнула, двигая челюстью. Как же сильно ей хотелось каждого из них прикончить. Но понимала, что нельзя давить. Кларк сама ее попросит об этом. Она собиралась сделать все, чтобы Кларк сама попросила ее.       А пока она просто отправит идиотские эмодзи. Господи! Ей было тошно от самой себя и своей «маски» обычного серого человека для Кларк. Но ничего… скоро это прекратится.

***

      Удушливая жара и неприятная влажность заставляли Алекс ненавидеть лето. Ей определенно нравилось, когда светило солнце и вокруг все было зелено, однако температура воздуха всегда была главной проблемой. Она ненавидела, когда было слишком тепло. Равно так же, как и ненавидела, когда было слишком холодно. Ранняя осень — ее любимое время года.       Но сейчас Алекс не думала о том, что ей слишком жарко и потно. Держа в руке телефон с открытым приложением, где показывались передвижения Кларк, она закинула спортивную сумку в багажник и захлопнула его. Краем глаза она увидела, как соседка из дома напротив — мерзкая Элоиз Тернер — направлялась к ней. На ее голове красовалась огромная вязаная шляпа, а в руках было что-то похожее на тяпку.       Алекс моментально заблокировала телефон и повернулась на соседку, которая явно что-то хотела. Лучезарная и милая улыбка сразу же украсила лицо Алекс.       — Миссис Тернер, — приветственно кивнула она, наблюдая за взрослой женщиной, чьи длинные седые волосы были завязаны в небрежную косу, торчащую из-под шляпы, — как ваши дела?       — Ох, милая, привет! — Элоиз тотчас потянулась к Алекс, звонко чмокая ее в щеку. — Я такая старуха, Лекса, ты даже не представляешь! Забыла купить к сегодняшнему ужину кое-какие продукты. Ты же сейчас на тренировку?       Алекс подавила желание сжать руку в кулак. Старая карга всегда находила повод, чтобы к ней прицепиться. После смерти отца Алекс, она, видимо, движимая желанием помогать и заботиться о ком-то помимо своих внуков, решила еще и немного заботиться о соседке, которую помнила еще с того самого возраста, когда Алекс только под стол ходила. Мало того, что после трагичной кончины ее матери, Элоиз — невероятно добрая и назойливая душа — накрутила в своей голове, что девочке нужен кто-то вместо мамы, то и дело наведываясь в гости и принося никому ненужную еду и игрушки.       Тогда Алекс было все равно. А вот еще живой отец быстро отвадил соседку ходить к ним. Видимо, миссис Тернер цеплялась к нему своими непрошеными советами по воспитанию дочери, а мистер Крофт никогда не был терпеливым, и в грубых высказываниях ему не было равных. Именно поэтому после одного разговора, где отца уже окончательно достало излишнее внимание Элоиз, он не скупился на мат, оскорбления и какую-то неадекватную агрессию в ее сторону. После чего соседка даже перестала здороваться с семьей Крофтов. Однако, когда Алекс похоронила уже и своего отца, миссис Тернер вновь начала свои набеги на их дом. И это продолжалось до тех пор, пока Алекс не уехала на три года. Ужасно мерзкая в своей надоедливости женщина.       — Да. — Она облокотилась на багажник машины. — Но я дум…       — Можешь, пожалуйста, заехать в магазин, — не дав закончить, Элоиз нагло перебила, протягивая помятый листок со списком продуктов. — Прошу тебя, Лекса! Сегодня приезжает мой Итан. А ты знаешь: я так люблю его радовать.       Скула Алекс дернулась. Этого не было в ее планах. Она ехала не на тренировку, а в Чикаго, потому что совсем скоро Кларк и ее свита будут здесь, и она должна была успеть убраться из Эванстона до того, как они сюда приедут.       — Если честно, миссис Тернер, у меня вечером дела, — наигранно виновато протянула она и сочувствующе посмотрела на женщину в легком летнем платье, чьи руки были измазаны грязью.       — Лекса, прошу тебя, — Элоиз тяжело вздохнула. — Ты знаешь, после того, как умер Дерек, я совсем збывчивая стала… И внуки так редко стали приезжать. Прошу тебя, дорогая.       «Внуки так редко стали приезжать, потому что ты старая и навязчивая тетка, вечно лезущая не в свои дела», — раздраженно пронеслось в голове Алекс. Однако виду она не подала, хотя все задуманное рушилось, как домино.       Возвращение Алекс в Эванстон спустя три года так обрадовало соседку, что та вновь стала постоянно к ней приходить с какими-то просьбами. Оказывается, за то время, пока Алекс не было, муж Элоиз — Дерек Тернер — умер от инфаркта. Алекс думалось, что этот, по правде, хороший мужик, просто искренне задолбался терпеть свою жену-наседку, которая постоянно кудахтала на ухо, вот и решил отправиться в мир иной за тишиной.       Алекс же, по всей видимости, начала замещать ее мужа по каким-то обязанностям: например, съездить в магазин, потому что — о, видите ли — Элоиз боялась садиться за руль! «Столько лихачей на дорогах. Просто ужас! Будь осторожнее, Лекса!», — постоянно приговаривала она, когда замечала, что Алекс направлялась к своему гаражу, чтобы поехать на встречу с клиентом, тренировку или по личным делам.       — Миссис Тернер, — вновь попробовала Алекс, выгибая брови в извиняющемся жесте, — я правда сегодня не могу.       — Лекса! — воскликнула она. — Я придумала! Приходи к нам на ужин! Мой Итан такой хороший собеседник. А то ему тут совсем скучно без сестры. Он уже почти закончил колледж. Я уверена, что вам будет о чем поговорить!       Алекс хотела зарычать от досады, но пришлось сдержаться, позволяя себе лишь поджать губы. О чем ей, черт подери, разговаривать с ее тупым внучком? Алекс старше его и уже давно закончила колледж. Но, видимо, Элоиз застыла во времени, в каком-то своем мире.       — Спасибо за предложение, миссис Тернер, — мягко произнесла она и коснулась плеча женщины рукой, чуть сжимая. — Но у меня правда дела. Давайте я закажу вам доставку продуктов.       — Что ты такое говоришь, дорогая?! — ошарашенно воскликнула женщина. — Они понасуют туда не пойми чего, да еще и ужасного качества!       Ох… Алекс требовалось неимоверное количество сил, чтобы держать на лице понимающую улыбку и казаться максимально расслабленной. Но чем дольше она говорила с этой невыносимой и прилипчивой женщиной, тем сильнее ее хотелось убить. А еще Элоиз отнимала драгоценное время — что тоже невероятно бесило.       Она медленно взяла листок из рук женщины и пробежалась взглядом по списку, стараясь концентрироваться на мыслях о Кларк, которая скоро сюда приедет, а не на соседке, умоляюще смотрящей на нее.       — У меня дома есть то, что вам нужно, — тяжело вздохнула Алекс и убрала телефон в другой руке в карман.       — Лекса, я не хочу забирать у тебя еду! Ты что такое говоришь?! — нахмурилась женщина и помотала тяпкой у нее перед носом. Алекс еле подавила вспыхнувшее желание выхватить ее и со всей дури впечатать в голову Элоиз.       — Вам не угодишь, миссис Тернер, — Алекс попыталась мило улыбнуться, но теперь это больше походило на оскал. — Я не смогу заехать в магазин, поэтому либо я оформлю вам доставку, либо вы возьмете мои продукты.       Женщина, видимо, на полном серьезе задумалась о том, что же будет лучше: не пойми какого качества продукты, зато свои, или же оставить, как она думала, голодной свою обиженную жизнью соседку. Алекс чувствовала, как раздражение бьется в ней ужасными импульсами, поэтому лишь взглянула на часы на руках, чтобы намеком дать понять Элоиз, что она торопится.       — Ладно, давай свои, — все-таки согласилась миссис Тернер, хоть и излишне натянуто. — Но обязательно, как вернешься, зайди ко мне! Я дам тебе пирог, который сегодня приготовлю. Итан все равно не съест весь.       Алекс растянула губы в самой широкой улыбке, которую только могла себе позволить. Однако ее глаза оставались холодны и темны. Правда, Элоиз даже не заметила резких перемен в поведении Алекс, так как уже направлялась к ее дому.       Желание убить змеей обвило ее тело и удушающе стиснуло каждую мышцу. Наблюдая за тем, как миссис Тернер приближается к порогу, в голове настойчиво билась мысль о том, как удобно все складывалось — жертва сама шла в ее ловушку.       Тряхнув головой, Алекс постаралась унять нестерпимое желание, которое было совсем некстати и, ко всему прочему, слишком неоправданным. К ней должен был приехать внук, а значит, убивать ее нельзя. К тому же они были соседями, а это лишнее привлечение внимания к своей скромной персоне.       Да, у этой надоедливой женщины был иммунитет. К большому сожалению Алекс.

***

      Она сжимала руками руль, смотря перед собой и прокручивая в голове свои дальнейшие действия. Но никак не могла сосредоточиться, потому что эта чертова Элоиз Тернер заставила все нутро гореть от слепой и изматывающей необходимости убить кого-нибудь. Ей нужно выпустить пар. Все это было максимально не вовремя, потому что жажда была зудящей и будто проедала кожу изнутри, не давая возможности думать о чем-либо другом. Это истощало и мучило, как ломка наркомана.       Алекс постоянно возвращалась мыслями к тому, что было бы хорошо сейчас почувствовать, как уходит жизнь из человека. Она представляла лицо корчащейся в агонии миссис Тернер — и ей хотелось звонко и безумно смеяться. Фантазия разгулялась не на шутку и подкидывала сладостные картинки: вот она душит ее до лопнувших капилляров, вытягивает язык и, не торопясь, отрезает то, что давало возможность этой мерзкой женщине разговаривать.       Миссис Тернер пробудила в ней затихшую на время жажду убийства. А Алекс пока не планировала никого искать, потому что все, на чем она была сосредоточена, — Кларк. Но сейчас же даже Кларк уступила место темному чувству, которое, если не утолить, будет съедать и ломать сильнее и сильнее, причиняя почти физическую боль. Алекс знала: если не утолит свою потребность, то в скором времени не сможет не только рационально думать и просчитывать свои шаги, но и физически существовать. Это будет очень сложно. Три года игнорирования этой жажды из-за страха быть раскрытой в любой момент были адским мучением и отдавались кошмарными воспоминаниями.       Под кожей ладоней будто завелись маленькие жучки, которые буквально заставляли руки зудеть и пульсировать. В голове лихорадочно и беспорядочно продумывался дальнейший план. Ехать с телом в Эванстон слишком опасно. Нужно было еще сделать то, зачем она, собственно, и отправилась в Чикаго. Как можно было совместить две совершенно отличающиеся друг от друга задачи?       Алекс двигала челюстью, сворачивая к Чикаго и съезжая на обочину. Она нервно схватила телефон и открыла чат с Кларк. Может, диалог с ней поможет отвлечься от кусающей потребности убить.       Алекс: Как погодка в Эванстоне?       Она смотрела на сообщение несколько минут в ожидании ответа. Но его так и не было. Логично, ведь Кларк была сейчас в окружении копов, поэтому вряд ли смогла бы переписываться с ней — серийной убийцей, за которой те самые копы и охотились. Но отчего-то эта мысль еще больше подлила масла в огонь, разбушевавшийся внутри нее.       Со всей дури ударив ладонью по рулю, Алекс истошно взвыла. Нет, видимо, сегодня сама Вселенная хочет, чтобы кто-то умер.       Алекс: Мне очень нужно с тобой поговорить, Кларк       Она попыталась еще раз. Но в их чате была тишина. И вряд ли это бы изменилось. Откинув телефон на соседнее сиденье, Алекс резко тронулась с места. В ее глазах сверкала страшная решимость, которая точно ничем хорошим не могла закончиться.       Главное: нельзя было забывать об осторожности.

***

      Она наворачивала круги по окраинам Чикаго, а если быть точнее, то по его особенным улицам. Там, где можно было подцепить девушку, ублажающую за деньги. Алекс было невероятно мерзко от того, что она этим занималась, но понимала, что не может остановиться.       У нее не было с собой никаких приспособлений; не было ничего, что всегда брала с собой, когда собиралась забрать очередную жертву к себе. Все происходящее сейчас было похоже на мутное наваждение, где она действовала импульсивно и хаотично, не пытаясь прикрыться или скрыться. Лишь бы поскорее избавиться от проедающего чувства желаемой крови на руках и заняться тем, что ей действительно важно: Кларк. Благо солнце уже село, а значит, ночь вступала в свои права.       Алекс припарковалась у обочины, сняла свои часы и ловко закинула их в бардачок. Взяв телефон и в очередной раз проверив сообщения, отправленные Кларк, она тяжело выдохнула. Ответа так и не было, хотя прошло уже очень много часов. Алекс уже даже успела наведаться в ее мотель и, дав взятку какому-то уборщику, попросила рассказать, в каком номере живет ее «подруга», у которой якобы день рождения. Она даже договорилась с ним, что он ночью запустит ее в номер, чтобы получился «сюрприз». Главное — приехать вовремя, без задержек.       Парень был настолько рад подвернувшейся возможности заработать побольше, что не задавал лишних вопросов, просто соглашаясь и приговаривая о том, какая же Алекс замечательная подруга, параллельно пересчитывая купюры.       Открыв приложение, отслеживающее местонахождение Кларк, она раздраженно фыркнула. Кларк все еще была в Эванстоне. И чем они там только занимались? Почему так долго? Двинув челюстью, Алекс сжала двумя пальцами переносицу и зажмурилась. Ее неимоверно злило то, что ей не отвечали. Но она также понимала, почему Кларк это делала.       Неожиданный легкий стук в стекло заставил Алекс повернуть голову. На нее смотрела девушка с темными волосами по плечи, подведенными черным глазами и красными губами. Она мило улыбалась, из-за чего губы Алекс дрогнули в чем-то наподобие ухмылки.       Она отложила телефон и открыла окно.       — Привет, красотка. Тяжелый день? — лукаво поинтересовалась девушка.       — Есть такое, — протянула Алекс, чуть высовывая голову из окна и с интересом оглядывая проститутку.       — Могу скрасить твой вечер.       — Сколько?       — М-м… пятнадцать баксов — куни, двадцать пять — что-то поинтереснее.       Алекс сделала вид, что задумалась, будто взвешивая все возможные варианты, а потом удовлетворенно кивнула:       — Садись.       Девушка широко улыбнулась и обошла машину, залезая внутрь. На ней была излишне короткая юбка, типичные колготки в сетку и топ, который еле-еле прикрывал ее грудь. Однако стоячие от ночной прохлады соски, скорее всего, отлично заинтересовывали возможных клиентов.       — Как тебя зовут? — поинтересовалась Алекс, не трогаясь с места и с ложным неравнодушием в глазах поворачиваясь на нее.       — Для тебя могу быть кем угодно, — ухмыльнулась она и провела пальцем по скуле Алекс.       — Как?       — Беверли.       — Как Беверли-Хиллз?       — Ну, это мое рабочее имя, — Беверли явно смутилась, не ожидая таких расспросов.       — Оригинально. А настоящее?       Беверли неловко повела плечом под пристальным взглядом темно-зеленых глаз, но потом выдохнула, словно успокаивая себя. В конце концов, перед ней сидела девушка, а не мужчина, а значит, что вероятность плохого исхода была крайне мала. Беверли искренне верила в это, даже не подозревая, кто именно перед ней. Все-таки страх немного отступал от мысли, что Алекс — не бугай под два метра ростом, который мог бы сломать ей шею одним движением. Да и кредит доверия к девушкам был чуть больше.       — Ну… — Беверли смутилась, из-за чего щеки немного покраснели, — Джейд.       — Приятно познакомиться, Джейд, — Алекс мягко улыбнулась, всеми силами скрывая волнующее предвкушение, заполнившее ее изнутри. — Мое имя Алекс.       — Красивое.       — Ну, на любителя. У меня к тебе вопрос, Джейд, — она повернулась к девушке уже полностью и чуть закусила губу, блуждая взглядом по ее лицу. Слишком много косметики, которая старила и уродовала. — У меня выдался реально паршивый денек. Я сильно поссорилась со своей женой. Думаю, дело пойдет к разводу.       — Мне жаль, — Джейд нахмурилась и сочувственно посмотрела на Алекс, скользнув рукой по ее плечу. Она понимала, что в работе проституткой иногда была важна и эмпатия, а ее клиентка выглядела искренней и хорошей, из-за чего даже играть не приходилось.       — Да. И я… Слушай, это может быть странно, но я заплачу́. Я просто… — Алекс начала мяться, профессионально отыгрывая неловкость. Вся эта прелюдия приносила ей особое удовольствие.       — Что такое, Алекс? Что ты хочешь?       — Я бы хотела… В общем, у тебя есть еще подруга? Я бы хотела попробовать втроем.       Алекс сжала руль в напряжении и резко отвернула голову, стараясь избегать взгляда Джейд, чтобы показать пик той самой робости, которую она старательно изображала.       — О, — странный выдох облегчения сорвался с губ Джейд, а потом она тихо хихикнула. — А я то уже начала в голове перебирать все самые странные фетиши, о которых ты можешь попросить.       Едва заметная кривая ухмылка появилась на лице Алекс всего на секунду, а потом скрылась за смущенной усмешкой и глазами, полными надежды на исполнение ее желания. Она повернула голову на девушку в молчаливой мольбе.       — Да, думаю, я смогу это устроить, — Джейд широко улыбнулась. — Подожди здесь.       Алекс кивнула и, дождавшись, пока девушка выйдет из машины, резко дернулась назад. Она не брала с собой ничего, чем можно было бы их отрубить. Схватив небольшую сумку из-под заднего сиденья, Алекс вернулась в исходное положение и судорожно начала в ней копаться, чтобы найти хоть что-то. С одной проституткой было бы проще — но ей этого мало. Она уже знала, как может воспользоваться подвернувшейся возможностью и убить двух зайцев разом — как в буквальном смысле, так и в переносном.       Вытащив нож-бабочку, она прокрутила его в руке и положила себе под ногу. Уже хорошо. В машине убивать нельзя, потому что осталась бы кровь, которую слишком проблематично отмыть, да и к тому же под ультрафиолетом ее было бы видно в любом случае. Широкая улыбка появилась на ее лице, когда взгляд зацепился за одноразовые латексные перчатки.       Алекс искренне не помнила, откуда они здесь появились, но это было как нельзя кстати. Однако больше ничего полезного найти она не смогла. Откинув сумку назад, она ловким движением убрала нож в карман джинсовых шорт, а перчатки в другой.       Буквально через минуту передняя и задняя двери открылись, и в машину села Джейд с какой-то девушкой. Алекс обернулась на новенькую и приветственно улыбнулась.       — Это Моника, — сразу же представила ее Джейд.       — Привет, Алекс, — Моника смущенно улыбнулась. На ней было гораздо меньше косметики, а светлые волосы аккуратно лежали на плечах. Если бы Алекс увидела ее на улицах, то никогда бы в жизни не подумала, что та работала проституткой. Даже ее одежда была менее вызывающей, чем у Джейд — обтягивающие леггинсы и топ, который едва прикрывал пупок.       — Привет, — Алекс мягко улыбнулась, стараясь скрыть дрожь предвкушения, которую легко можно было свалить на волнение и мандраж. — Я подумала, что могу дать вам сто баксов на двоих. Вас устроит?       Джейд обернулась на Монику, пытаясь скрыть ликование, но Алекс видела, как загорелись ее глаза. Моника же, наоборот, даже не старалась утаить широкую улыбку, которая появилась на ее лице после слов Алекс.       — Конечно! — Джейд кивнула. — Куда едем?       — Кхм. — Алекс заблокировала двери машины и тронулась с места. — С этим проблема, потому что дома жена, как я и говорила. Ну а на мотель денег… ну… не хватит. Только если я вам заплачу меньше, и мы снимем какой-нибудь номер.       Она кинула виноватый взгляд через зеркало сначала на Монику, а потом на Джейд. Те, казалось, совсем не смутились подобному исходу после того, как услышали заветную сумму. Более того, они явно не хотели, чтобы их возможный заработок как-то уменьшился просто от отсутствия места.       — Может, в машине? — предложила Джейд.       — В машине втроем неудобно, — подала голос Моника и поправила свой топ. — Да и к тому же очень тесно.       Алекс ехала с задумчивым видом, радуясь внутри рассуждениям одной из проституток. Они еще о чем-то спорили, стараясь придумать место, где будет всем комфортно. Однако раз за разом приходили в тупик.       — А может, в лесу? — Моника вдруг ткнула пальцем в окно. — Это, конечно, не совсем про комфорт, но сейчас ночь, да и на улице довольно тепло.       — Прям на земле? — с наигранным сомнением протянула Алекс. — Ну не знаю… Может, все-таки номер в мотеле?       — Зачем нам мотель?! — воскликнула Джейд с некой толикой осуждения. — У тебя в машине есть что-то типа пледа? Я не против леса. Всегда хотела попробовать секс на природе. Так еще и втроем.       Алекс сдавленно усмехнулась. Все складывалось как-то само собой и слишком удачно — даже сложно поверить. Но есть что-то прекрасное в том, чтобы быть девушкой серийной убийцей, ведь, будь она мужчиной, они бы точно не предложили лес в качестве места для утех. Алекс знала, что они не ожидают никакого подвоха от нее и пользовалась этим без каких-либо угрызений совести.       — Можно посмотреть, но все еще сомневаюсь, девочки.       — Ну а что, — Моника пожала плечами. — Ничего такого в этом не вижу. Что-то вроде пикника.       — А если кто-то увидит?       — Алекс, — Джейд лукаво цокнула, — сейчас ночь. Да и к тому же мы не будем прям у дороги этим заниматься.       Алекс подавила ухмылку, так и норовящую прорваться через маску беспокойства. Она знала, что, предложив им сто баксов, они будут заинтересованы в том, чтобы их «ночь» состоялась. Для дорожной проститутки подобная сумма была какой-то невероятной удачей.       — Ладно. — Алекс повела плечом и свернула на обочину. Они отъехали достаточно далеко от того места, где она их сняла. — Но я не хочу, чтобы вы думали, что я вру по поводу денег. Просто ваша компания мне важнее, чем место, в котором все… ну, будет происходить. И я вроде… ну… не планировала, знаете? — она потянулась за кошельком, в котором как раз лежало сто баксов наличкой по пятьдесят. Алекс знала об этом — именно поэтому назвала такую сумму.       Достав одну купюру, она протянула ее Джейд со смущенной улыбкой, намеренно смотря куда угодно, но только не в глаза. Проститутка взяла ее и сразу же смяла, убирая куда-то в карман юбки.       — Ничего страшного, Алекс, — мягко и елейно протянула она.       — Остальное тогда уже после.       — Конечно, — кивнула Моника сзади и, после того как Алекс разблокировала двери, вылезла из машины.       Конечно, у Алекс не было с собой пледа. Она вообще не планировала сегодня убивать, поэтому сейчас просто-напросто импровизировала. Однако все равно пошла проверять его наличие.       Открыв багажник, она сосредоточенно изучала содержимое своей спортивной сумки, будто бы не знала каждую вещь, находящуюся там. Она медленно достала толстовку и повернулась на ожидающих девушек.       — Есть только это, к сожалению. — Алекс разочарованно покрутила в руках вещь.       — Ну ничего, используем ее и нашу одежду, как плед, — воодушевленно сказала Джейд. — Идемте.       Алекс в потрясении качнула головой. Ей все еще было трудно поверить в происходящее. Она, конечно, знала, что в уличные проститутки идут не от лучшей жизни, но чтобы за сто баксов заниматься сексом в лесу на толстовке… Это поражало. Или же их так тронула история Алекс про несуществующую жену?       В любом случае все складывалось как нельзя лучше — и, шагая за двумя девушками по лесу, Алекс уже не терпелось начать. Сердце билось о грудную клетку с такой силой, будто внутри ее тела был рок-концерт — и наступило соло барабанщика. Кровь пульсировала в венах, создавая ощущение жгучего жара, распространяющегося по всему телу.       Нервы пронизывали острыми иглами сознание Алекс, заставляя каждый малейший звук быть громче обычного, а каждое движение впереди идущих непроизвольно делалось невероятно важным. Все события казались замедленными, а волнение проникало в ее мысли, ставя точку на привычной рациональности и собранности. Жажда убийства — что-то запретное и рискованное — начала заполнять Алекс изнутри, не оставляя ничего. Она вновь ощущала смесь давно известного ей страха и возбуждения.       Чувство адреналина перед убийством кого-либо было лучшим, что Алекс испытывала в своей жизни. Оно позволяло ей ощутить живость и ясность мыслей, будто каждая клетка ее существа была нацелена всего лишь на одно действие. Все остальное исчезало в тени. В ее мире оставалась только она и это мгновение «перед». Ни одна преграда в этот момент не казалась непостижимой.       Алекс чувствовала, как адреналин проникал в самые глубины, вызывая необузданную энергию и силу. Это был момент, когда она чувствовала, что находится на самой вершине пищевой цепочки; была королевой — и самое ценное, что жизнь другого человека в ее руках. И только она одна решала, кому жить, а кому умереть.       Переступая через корни деревьев, Алекс думала, с кого начать. Моника меньше ростом, но крупнее телосложением и даже, можно сказать, спортивнее. В то время как Джейд высокая и худощавая. Догонять сложнее будет именно Монику, а значит, на случай какой-либо неудачи следовало начать именно с нее.       Не отвлекаясь от дороги, она ловким движением достала из кармана немного грязные перчатки и быстро натянула их. Интересно, когда она ими пользовалась, они уже были растянуты?       Приятная дрожь прошла по телу, когда она достала нож и сжала его в руке. Низ живота сразу же стянуло из-за невыносимой пульсации. Они шли цепочкой, которую как раз и замыкала Алекс, а перед ней, не торопясь, шла Моника, смотря себе под ноги. Джейд же шла немного впереди, явно пытаясь найти полянку, на которой они могли бы продолжить их рандеву.       Алекс туго сглотнула и чуть приоткрыла рот, больше не имея возможности скрывать свои эмоции. Дыхание стало быстрым и поверхностным, словно прерывистый ветерок, пронизывающий ее легкие; кожа пылала; а каждая клеточка тела будто бы сжалась в ожидании сладостного освобождения. Желание убить сконцентрировалось в руке, сжимающей нож. Больше нельзя медлить.       Она сделала два больших шага, подходя впритык к Монике, и внезапно зажала ее рот со спины, уверенным и резким движением погружая лезвие в шею, чуть выше ключицы. Булькающий звук был сладостью для ушей Алекс, который заставил ее возбудиться не на шутку. Это была быстрая смерть, что не расстраивало Алекс, потому что играться она собиралась с другой. Ей это было жизненно необходимо.       Она почувствовала тяжесть тела обмякшей Моники, вытащила нож, пару секунд с наслаждением наблюдая за темно-красной кровью, и со всей аккуратностью уложила его на землю, чтобы не привлечь внимания Джейд, которая успела отойти достаточно далеко. Нужно было ускоряться, иначе догнать ее будет сложнее. Если, конечно, она решит обернуться и что-то заметит.       Алекс облизнула пересохшие губы, растянувшиеся в оскале. Тело била сладкая дрожь. Хотелось смеяться, потому что бабочки в животе щекотали и дарили невероятное чувство легкости и свободы. Она кинула последний взгляд на Монику, смотрящую в никуда, и двинулась за Джейд.       Добраться до нее не было проблемой.       — Вы там не отстаете? Я, кажется, нашла место, — пропыхтела Джейд, тихо матерясь на свои каблуки, которые ни в коем разе не были удачным выбором для прогулки по лесу.       — Нет, — голос Алекс был низкий и хриплый, с прорывающимся холодом.       Видимо, именно это и заставило Джейд остановиться и обернуться, хмурясь. Но Алекс была уже готова к подобному развитию. Эта девушка не смогла бы уйти от нее ни при каких обстоятельствах.       — Але… — Джейд испуганно замолчала, когда к ее горлу жестко приставили окровавленное лезвие.       — Тш-ш. Не кричи.       Безумный оскал и блеск в потемневших зеленых глазах до ужаса пугали. Джейд боялась сдвинуться с места, не имея возможности пошевелиться от окутавшего страха. Она пыталась найти взглядом Монику, но темнота леса и плохое зрение не позволяли увидеть лежащее тело на земле где-то вдалеке.       Медленно сглотнув, она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но Алекс надавила ножом сильнее, из-за чего лицо перекосило от жгучей боли. Джейд почувствовала, как что-то влажное начало стекать по ее шее, а место, где было лезвие — гореть огнем.       — Беспокоишься о подруге? — с ухмылкой протянула Алекс, любуясь испуганным видом Джейд и возбуждаясь с каждой секундой все сильнее.       Девушка вдруг зажмурилась, а по ее щекам потекли горькие слезы. Губы задрожали, и она пыталась подавить всхлип, потому что иначе бы нож еще сильнее впился в ее шею.       — О, нет-нет-нет! — вдруг рявкнула Алекс. — Не смей реветь!       Но Джейд от этих слов только сильнее заплакала. Тушь и подводка размазались, превращая ее лицо в нечто несуразное. Алекс со злостью зашипела и перехватила нож в руке поудобнее, а потом, приложив максимум сил, ударила рукоятью ножа точно по виску.       Болезненная вспышка пронзила череп, заставив сердце на мгновение замереть. Мир вокруг начал терять свои очертания, словно растворяясь в туманной дымке. Реальность стала искажаться, словно фрагменты мозаики, которые не могли сложиться в цельное изображение. Слабость охватила тело Джейд, как нежное переплетение корней деревьев вокруг ее ног.       Она боролась, стараясь удержаться на ногах, но силы стремительно ускользали, тая в неведении под взглядом почти черных зеленых глаз. Воздух, который раньше радовал ночной свежестью, показался тяжелым, словно обволакивающая пелена, которая заставляла ее легко покачиваться на грани сознания.       Цвета стали блеклыми и размытыми, искаженными под давлением пульсирующей боли в виске. Мир замедлился, а звуки спящего леса превратились в эхо, которое дрожало в ее ушах.       Весь мир смешался воедино, растворившись в черной пустоте. Джейд сдалась, поняв, что не может больше противостоять и позволив безмолвной ночи обнять ее сознание. Ее тело покорно скользнуло в объятия безвременного сна, словно затерявшееся в море безбрежных глубин.       Алекс с нескрываемым удовольствием наблюдала за этой борьбой. За тем, как Джейд упала наземь, не в силах стоять больше на ногах. Неподвижная и беспомощная, погруженная в темноту. Судорожный выдох сорвался с пухлых губ. К большому сожалению, у нее было не так много времени на развлечения.       Сев на бедра Джейд, она схватила пальцами ее за щеки и подвигала голову из стороны в сторону. Невероятное чувство удовлетворения вперемешку с неудовлетворением от незавершенной работы исходило от нее волнами, а невыпущенное возбуждение уже доставляло дискомфорт.       Туго сглотнув, она качнула головой своим промелькнувшим мыслям. Алекс не будет изменять Кларк. Слишком долго она ждала и слишком много усилий приложила, чтобы заполучить её. Она не собиралась спать с какой-то шлюхой, тем самым испортив все.       Ей вдруг стало мерзко от своего возбуждения. От того, что перед ней лежала проститутка, которая готова была отдаться за какие-то жалких пятьдесят баксов. В этом не было ничего романтичного или приятного. Злость на Джейд и ее подружку Монику захлестнула волной, снося все на своем пути и туманя разум.       Она прокрутила в руке нож-бабочку и в неожиданном яростном порыве хлестким движением разрезала ей щеку. И больше не смогла остановиться. Она наносила удары по лицу, кромсая его на куски. Кровь брызгала в разные стороны, а где-то даже начали свисать куски мяса.       Алекс не заметила, как глаза Джейд открылись в агонии от боли и не слышала истошного крика. Она была погружена в свои эмоции, которые копились и высвободились одним взрывом, сводящим с ума. Кларк, которая привела в Эванстон копов! Кларк, которая провела ночь с кем-то! Кларк, которая язвит ей! Кларк, которая не отвечает на ее сообщения! Миссис Тернер со своим навязчивым, сука, поведением! Миссис Тернер, которая постоянно цепляется к ней со своей заботой! Миссис Тернер, которая не знает, как остановить свой гребаный язык!       Глаза горели, грудная клетка пылала и тяжело вздымалась, а лицо исказила неимоверная зверская гримаса. Она тяжело дышала, смотря помутненным взглядом на Джейд, которая захлебывалась в собственной крови, беспомощно хрипя. Ее лицо превратилось в изрубленное мясо. Но она была еще жива. Едва.       Алекс жадно провела языком по лезвию, слизывая кровь, и прикрыла глаза, в наслаждении и каком-то сладостном освобождении. Даже дышалось как-то легче. Она запрокинула голову, делая глубокий вдох и чувствуя дрожь тела под собой.       — П…по…пож…       Нужно было заканчивать.       Вернув все свое внимание истерзанной Джейд, она хладнокровным движением вонзила нож ей в шею, освобождая ту от агонии. Когда ее мутные глаза стали стеклянными, она сползла с бедер Джейд и блаженно улыбнулась. Хотелось лечь на землю и просто насладиться моментом, когда в груди не пылало и не было злости. Она свободна на какое-то время. И это было самое ценное.       Но Алекс не могла позволить себе медлить. Толстовка, валяющаяся где-то на земле рядом с телом Джейд, пригодится чуть позже, ведь ей придется замарать в крови свои руки.       Она никогда раньше не доставала сердце — и было в этом что-то интимное. Будь у нее больше времени, Алекс бы смаковала и растягивала процесс, но сейчас этой возможности не было. Задрав топик Джейд и испачкав его в крови, она перехватила нож поудобнее и начала щупать ребра. Она прочитала множество статей, чтобы осуществить задуманное, и хорошо изучила анатомию.       Примерно понимая, где находится мечевидный отросток, Алекс погрузила лезвие в тело и сделала большой надрез посередине, уходящий влево, и одновременно наслаждаясь появившейся кровью.       Отложив нож, Алекс на всякий случай поправила кровавую перчатку и без всякого стеснения засунула руку внутрь. Благо она была в футболке, потому что иначе бы она окончательно испортила одежду, просовывая руку примерно до середины предплечья. Глупая улыбка от чавкающего звука и горячего тепла поселилась на ее лице, пока она пыталась нащупать скользкий главный. Ей придется помыться. Наверное, она была вся в крови.       Но об этом Алекс подумает чуть позже. Нельзя в таком виде заявляться в мотель. Поняв, что она добралась до сердца, Алекс не смогла проконтролировать дрожь восторга, прошедшую по всему телу. Она попыталась сжать его в руке, но оно оказалось слишком скользким. Его практически невозможно было удержать.       — Сука, — злобно прошипела она и вытащила руку в крови. — Сука! Сука!       Ее план рушился на глазах. У нее не было никакого медицинского образования и уж тем более инструментов, чтобы вытащить это гребаное сердце. В голове судорожно вихрились идеи.       Чертыхнувшись, она начала вспоминать все фотографии сердца из интернета, чтобы примерно понять, как его схватить и выдернуть рывком. Да, она не была врачом, зато голова отлично думала, несмотря на то, что все происходило в спешке.       Она хрустнула шеей и вновь запустила руку в Джейд. Снова нащупав сердце, Алекс чуть извернулась, обхватывая его снизу, и зацепилась пальцами где-то между сосудами аорты и легочного ствола. Она и не знала, как это все называется, действуя просто по наитию. Но сердце явно больше не скользило, почти уверенно лежа в руке.       Алекс сжала его покрепче и, боясь переборщить с силой, сделала не слишком резкий рывок. К ее удивлению, хоть главный орган все еще настойчиво пытался выскользнуть из ее руки, она смогла его вытянуть наружу. Окруженное сосудами под сильным натяжением, сердце уверенно было сжато ее пальцами.       Схватив нож свободной рукой, Алекс не медлила, искусно начиная отрезать все, что мешало сердцу оказаться «на свободе». Когда с этим было покончено, она облегченно выдохнула, наблюдая за кровью, которой становилось все больше и больше.       Широкая победная улыбка украсила ее лицо, когда она слезла с чужих бедер. Она вновь отложила нож и начала шариться рукой в кармане юбки Джейд, чтобы найти купюру, на которой были ее отпечатки. Сжав бумажку, она вытащила ее, сразу же пачкая в крови.       Отлично. Осталось вырезать сердце из Моники, привести себя в порядок, а потом отправиться в мотель к Кларк и сделать ей небольшой подарок.       Алекс аккуратно положила орган на живот Джейд и убрала купюру в карман шорт. Немного обойдя тело, она начала стягивать с девушки топ уверенными движениями, оставляя Джейд не только с до ужаса изуродованным лицом, но и голой изрезанной грудью. Она спокойно укутала сердце в ткань одежды таким образом, чтобы избежать скольжения в дальнейшем.       Взяв с земли нож и толстовку более-менее чистой рукой, она повернулась в ту сторону, где осталась лежать Моника. Что же… пора приступать. Телефон в кармане завибрировал, но Алекс было все равно.

***

      Алекс была невероятно рада, что в ее спортивной сумке лежала одежда, в которой она занималась в зале. У Алекс не было возможности помыться, поэтому рука, где не было перчаток, так и осталась в крови. Однако чистые черные шорты по колено, спортивный топ и толстовка, которая скрывала кровавое предплечье, были как нельзя кстати.       Ей нужно было избавиться от одежды, но этим в любом случае она не собиралась заниматься именно сейчас. Невероятный адреналин от того, что все прошло гладко даже без плана, опьянял и дарил ощущение вседозволенности. Сердца, закутанные в топы проституток, лежали в старенькой коробке из-под обуви, которую Алекс все никак не могла выбросить и которая была очень полезна сейчас.       После «свидания в лесу» на лице осталась кровь, равно как и на волосах. Благо, она смогла очистить, по крайней мере, лицо с помощью влажных салфеток, валяющихся в машине.       Это был невероятный опыт, который напоминал ее первое убийство — такое же непродуманное и импульсивное, без четкого плана. Хотя сейчас у нее, конечно же, было гораздо больше опыта, поэтому все прошло немного легче и без глупых переживаний после совершенного.       Но Алекс надеялась, что подобное больше не повторится, и она сможет воспротивиться жуткому импульсу и хотя бы подготовиться к следующему разу. Ей не нравилось то, как она убила этих проституток, да и сами девушки были не очень, но в ее ситуации выбирать не было возможности. Алекс должна была быть благодарна хотя бы тому, что сюрприз для Кларк удастся.       Кстати о Кларк. Поправив капюшон толстовки, скрывающий ее темные испачканные волосы, она плавно припарковалась у мотеля. Заглушив машину, она еще раз придирчиво осмотрела себя, задерживая внимание на ногах — ей пришлось сменить обувь на тренировочные кроссовки. Алекс повела плечом, ощущая легкое волнение.       Взяв телефон, она увидела несколько сообщений от Кларк.       Мышонок: Что случилось?       Мышонок: Алекс?       Мышонок: Алекс, твое молчание пугает.       Мышонок: Алекс????       Видимо, Кларк написала, когда она вырезала сердце Монике. В любом случае, Алекс не проверяла телефон до этого момента, полностью сосредотачиваясь на том, чтобы привести себя в более-менее нормальный вид.       Но отвечать почему-то не хотелось. Именно поэтому она, посмотрев на время, заблокировала мобильник и выдохнула. Кларк сама скоро все увидит. Она успевала. И это было самым главным.       Тот самый уборщик попросил ее приехать примерно к часу ночи. Кларк только ехала из Эванстона, что опять же вызывало много вопросов. Почему так долго? Что они там делали? Что они выяснили?       Алекс тряхнула головой, отгоняя надоедливые мысли, и вылезла из машины, схватив коробку с сердцами с соседнего сидения. Уверенным шагом она направилась к переулку, который вел к служебному выходу для персонала. Если этот парень ее не обманул, то он уже должен был ее ждать.       Облизнув губу, она остановилась как вкопанная, увидев силуэт, освещенный одним лишь фонарем около двери. Алекс сильнее сжала коробку, не понимая, тот ли это уборщик или нет. Однако, когда он поднял руку и махнул, она облегченно выдохнула и пошла к нему.       — Ты опоздала, — прохрипел он, затушив сигарету и выбросив бычок куда-то в сторону.       — На пару минут.       — Ц-ц. — Парень был одет в простую рабочую униформу: темно-синие брюки, на поясе которых крепился набор инструментов, и светло-серая рубашка с короткими рукавами и вышитым на груди логотипом мотеля. — Ладно, идем. Только тихо. Стены здесь тонкие.       Алекс подавила скапливающееся раздражение и лишь кивнула, стараясь не слишком пристально изучать подкупного работника. Коротко подстриженные темные волосы и небрежная щетина вкупе с уставшими и всем недовольными серыми глазами говорили о том, что он не очень-то и любил свою работу.       Впрочем, об этом говорило и его легкое соглашение на авантюру за деньги, без каких-либо угрызений совести.       «Стены тонкие. Надо запомнить», — вдруг пролетело в голове Алекс. Если Кларк будет кричать — все услышат.       Они поднимались по лестнице несколько минут, не разговаривая, а потом вышли в коридор. Алекс хотела было у него спросить, кто здесь обычно останавливается, но не была уверена, что вытерпит от него какой-нибудь недовольный ответ, поэтому просто предпочла молчать, сжимая в руках коробку.       Остановившись у деревянной двери с серебристыми цифрами «пятнадцать», парень лениво отцепил от своего пояса связку ключей и начал их, не торопясь, перебирать. Алекс хотела на него рявкнуть для ускорения процесса, ведь не желала, чтобы ее кто-то увидел, но лишь стиснула зубы, двигая челюстью. Нельзя было вызывать подозрений.       — Тут разве не магнитный замок? — процедила она, смотря на дверь, у которой не было замочной скважины.       — Точня-як, — протянул он и зацепил связку обратно на пояс, начиная рыться в карманах.       Алекс тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Если бы не те две проститутки, она бы наверняка на него накинулась прямо тут. Но благо, чувство эйфории до сих отдавалось приятным покалыванием, и она реагировала не так остро, как могла бы.       — Вот, — парень широко и как-то странно улыбнулся — наверняка был под кайфом — и провел картой по замку. Он дернул ручку, открывая путь в номер.       Она облегченно шагнула внутрь, скрываясь во мраке комнаты, и хотела было уже закрыть дверь, как парень не дал ей этого сделать.       — Ток, бля, давайте без шума. Не хватало еще жалоб. И не пали меня. Мне проблемы не нужны.       — Договорились, — только и сказала Алекс, наконец закрывая дверь.       Она медленно огляделась, втягивая воздух носом. Все было достаточно скромно. В углу от кровати валялся открытый чемодан с кучей вещей Кларк, что так и хотелось рассмотреть получше; на тумбе у одной из кроватей лежало несколько толстых книг, которыми буквально можно было кого-нибудь прибить; сверху них расположились какие-то папки. Наверняка, с отчетами по каким-то телам.       Напротив второй пустующей кровати стоял небольшой стол. Алекс подошла к нему и поставила коробку, поборов желание буквально залезть в чемодан. Она медленно сняла крышку и огляделась — не очень хотелось пометить здесь все своими пальчиками. Лишняя предосторожность никогда не повредит.       Искать перчатки в вещах Кларк казалось лишней тратой времени, однако она придумала куда более действенный способ. Осторожно опустившись на кровать, она сняла кроссовки, а затем носки и, не ступая босыми ногами на пол, обула их обратно на голые ноги. Она с легкостью потерпит дискомфорт ради такого-то дела.       Схватив носки, она без труда надела их на руки и с усмешкой покрутила ладонями. Выглядело это, конечно, весьма глупо. Подвигав пальцами, Алекс громко фыркнула. Нет, глупо и смешно.       Встав с кровати, она вновь подошла к коробке и, размотав пропитанные кровью топы, вытащила два сердца и положила их на стол рядом друг с другом. Оказывается, символ сердца — на самом деле два соединенных настоящих сердца. Удивительно красиво: где только одну эту идею пронизывает тот факт, что два сердца соединяются и бьются рядом, а два человека прямо-таки становятся одним целым.       Алекс не помнила, где прочитала это, но информация настолько прочно засела ей в голову, что она не смогла удержаться и делала то, что делала сейчас.       Соединив сердца Моники и Джейд и изо всех сил стараясь, чтобы это выглядело максимально красиво, Алекс недовольно ворчала себе под нос. Получалось хуже, чем она видела на картинках в интернете. Раздраженно выдохнув, она хотела приложить их к стене, но вовремя опомнилась, осознавая, что кровь оттуда будет оттираться сложнее. Лишние проблемы для Кларк.       — Сука, — прошептала она и отошла от стола, оглядывая свою «валентинку».       Могло быть и лучше. В любом случае, очертания символа сердца были. А это уже хорошо. Алекс огляделась и остановилась взглядом на двери, которая вела в ванную комнату. Ей и правда очень хотелось помыться, потому что это во многом бы ее спасло от возможных проблем по пути домой. При этом у нее, вероятно, было не так много времени. Скорее всего, Кларк была уже где-то рядом.       «Только если она не осталась опять у кого-то из тех троих», — раздраженно подумалось Алекс.       Она неожиданно для себя решила, что не было ничего плохого в том, чтобы принять душ у Кларк. Тем более Алекс планировала сделать это быстро и, наконец, поехать домой. Сегодняшний день оказался действительно изматывающим.       Зайдя в ванную, она быстро стянула с себя одежду, с каким-то особым трепетом рассматривая засохшую кровь на предплечье. Закусив губу, она с осторожностью стянула носки с рук и шагнула в самую простенькую душевую с холодным кафельным полом.       Оглядевшись, она увидела розовую мочалку и подавила широкую улыбку, которая так и норовилась овладеть ее лицом. Это было крайне мило…

***

      Смотря на полотенце в руках, Алекс понимала, что его придется либо сжечь; либо забрать с собой; либо же оставить на совесть того самого уборщика, который должен был хотя бы раз в два дня убираться в номере и приносить новые полотенца, стирая старые.       Это было рискованно, однако выходить из мотеля с полотенцем в руках гораздо более подозрительно. Осторожно сложив его и положив на место, Алекс нахмурилась, цокая и недовольно качая головой. Не нравилось ей оставлять подобные следы. Это заставляло чувствовать себя уязвимо.       Поправив толстовку и шорты, она вновь надела на руки носки и открыла дверь ванной, спокойно выходя. Алекс успела сделать несколько шагов к коробке, собираясь ее забрать и убраться из мотеля к черту, прежде чем неожиданная темнота окутала, словно занавеска, опускающаяся на ее сознание. Удар — твердый и неожиданный — обрушился на ее затылок, вызывая мгновенное ощущение резкой боли, которая распространилась по всему телу.       Головокружение с ноги вторглось в разум Алекс, словно карусель, кружащаяся с невероятной скоростью. Мир вокруг начал искажаться плывущими красками.       Чувство непонимания затягивало ее, словно паутина насекомое, окутывая мысли и переплетая их в клубок смутных воспоминаний. Разум Алекс пытался собрать обрывки реальности, но они скользили между пальцев, как нечто неуловимое. Звуки стали неприятно приглушенными, словно отдаленное эхо, несущее лишь отрывки понятного.       Тело подрагивало от обжигающего пламени боли, но все, что оставалось Алекс, — это мутное сознание и ощущение потери контроля над собой. Она прижала руку к болезненному месту на своей голове, чувствуя пульсирующую боль, которая с каждой секундой усиливалась, и пытаясь остановить вереницу затуманенных размышлений.       Когда головокружение постепенно утихло, оставляя после себя лишь отголоски неопределенности и тревоги, Алекс вздрогнула, делая медленный глубокий вдох и собираясь с силами, чтобы встать на ноги и справиться с последствиями этого неожиданного удара в спину. Она даже не поняла, как оказалась на полу.       Проморгавшись, тем самым скидывая расплывчатую пелену перед глазами, Алекс застыла. Над ней стояла Кларк, сжимая в руках одну из тех самых толстенных книг с тумбы. Широко раскрытые, испуганные сапфировые глаза Кларк и приоткрытый от шока рот говорили о том, что она явно не ожидала увидеть здесь её. Да и Алекс, если честно, как-то не планировала пересекаться. По крайней мере, сегодня.       Она готова была поклясться, что даже боль где-то в районе затылка в этот момент полностью отступила.       Они смотрели друг на друга в ошеломленном молчании. Каждая переваривала то, что только что произошло.       — Сука… — в очередной раз за этот день сдавленно изрекла Алекс, все же морщась от вновь давшей о себе знать резкой пульсации в голове.       — Алекс?!