Пепел

Оказавшись далеко за пределами своей зоны комфорта, я чуть не задохнулся. Но в какой-то момент вдруг начал дышать, только уже как-то иначе. Путь до загородного дома Шереметевых занял пару часов. Мы, как будто президенты, ехали с конвоем из двух машин, черных, крупных и серьезных. Олег напряженно вел наш бронированный джип, пока мы с Элен сидели на заднем сидении. Девушка всю дорогу смотрела в окно, упершись в него лбом, и долго думала. Казалось, в ее голове с бешеной скоростью крутились миллионы винтиков разного размера, но так и не могли встать в единую картину понимания происходящего. . Подъезжая, заметил выходящего на крыльцо Александра Васильевича. Он стоял, засунув руки в карманы темных брюк, и хмуро смотрел на подъезжающий кортеж. Как только остановились, я поспешил выйти и успеть открыть дверь Элен, но Олег меня опередил. — Рад, что все добрались, — вместо приветствия кивнул мужчина. Мы обменялись рукопожатиями. — Дом ваш на ближайшее время, пока все не уляжется. Я вас покидаю сразу же. Чем быстрее решу, тем лучше будет для нас всех. А ты, — посмотрел на Элен, — не лезь, пожалуйста, лишний раз на амбразуру. — И не собиралась, — закатила глаза темноволосая, показывая яркое недовольство сложившейся ситуацией. Ей хотелось доказать отцу, что она способна самостоятельно забрать у него бразды правления, однако план малой крови не сработал. — Некоторых людей могу держать в кулаке только я, — попытался донести истину Элен ее отец. — Прими это, пожалуйста, как факт. — Приняла уже, — цокнула девушка. — Будь осторожен. Может, пусть лучше Олег поедет с тобой? — У меня есть личная охрана, ничем не хуже, — подошел к дочери Александр Васильевич и взял ее за руку. — Все будет хорошо, солнышко. Отец и дочь обменялись легкими поцелуями, а мы с Олегом кивнули на прощание. Стоял и смотрел, как Александр Васильевич сел в машину, как этот же кортеж двинулся и поехал обратно в сторону Петербурга. В голову пришла отвратительная мысль, что это могла быть наша с ним последняя встреча, учитывая болезнь, но попытался сразу отогнать дурное предчувствие. — Серый, ты идешь? — окликнул меня Олег, придерживая входную дверь. Я сразу же поспешил за ним. Весь последующий день до позднего вечера каждый сидел в выделенной ему комнате и занимался своими делами. Я пытался приноровиться к работе на ноутбуке. Надеялся словить ностальгию по студенческим временам, где из техники единственное, что было - тупенький лэптоп, но кайфа от этих воспоминаний не получил. Радовало лишь то, что в этот раз ноутбук куда более быстрый и умный, хотя его с той доходягой можно было и не сравнивать. Из своего убежища вышел лишь из-за вкусного запаха жарящегося мяса, только он смог меня отвлечь от работы. Спускаясь по лестнице, с каждой ступенькой все больше ощущал чувство голода. Внизу, на выходе из дома у беседки стоял Олег и, пританцовывая, вертел шампура с шашлыком. — Весело тебе? — усмехнулся я, выходя из дома. — О, ты как раз вовремя, — поднял на меня глаза Волков. — С минуты на минуту ужинать будем. Иди садись, — махнул головой в сторону беседки. Пригляделся - там сидела Элен, рукой подпирая голову и что-то смотрящая в своем ноутбуке. На столе уже стояла миска с порезанными овощами, рядом с ней - вторая, просто застеленная внутри лавашом. — Нужно что-то помочь? — крикнул Олегу я, садясь по правую руку от Элен. Она даже глазом не повела на мое появление. Казалось, тело ее находилось здесь, а душой и разумом она была где-то далеко отсюда. — Нет, уже все готово, — ответил Волков, уже идя в нашу сторону с несколькими шампурами в руках. — Давай сюда, — вдруг отвлеклась от экрана ноутбука Элен, встала и подошла к Олегу. Она быстро взяла со стола нож и несколькими легкими движениями сняла все мясо. Девушка все еще была напряжена, а лицо показывало гримасу тяжелых раздумий. — Приятного всем аппетита, — сказал Олег, тоже присаживаясь за стол. Думал, что так вновь и будем молча сидеть есть, как вдруг звуки пережевывания мяса прервала Элен. — У меня есть мысль. — Мы с Волковым удивленно на нее посмотрели. Элен, в левой руке держа завернутый кусок мяса в лаваш, правой начала активно что-то печатать на ноутбуке. — Сергей, помнишь, я просила завирусить материал про одного придурка? — Который еще парк хотел застроить? — уточнил я. Девушка кивнула. — Бехтиев вроде. — Он самый, — довольно кивнула Элен и одним махом руки развернула ноутбук экраном к нам с Олегом. — У него есть доля в капитале предприятия отца, позволяющая совать свой нос картошкой в часть проверки продукции легкопромышленного завода. — Где делаются калаши? — нахмурился Олег. — Где делаются калаши, — подтвердила Элен. — И откуда пропали те злосчастные семь штук. — Но ведь нападение и произошло в его же казино, — сразу вспомнилось мне то печально известное открытие нового игрового заведения Бехтиева и та ссора между Элен и ее отцом о семи пропавших автоматах. — Хотя, это не особо аргумент. — Вот именно, — кивнула темноволосая. — Наоборот, вполне по его умственным способностям - выставить себя жертвой, чтобы отвести подозрения. — Нужны четкие доказательства, — подал голос Волков. — Пока что это лишь гипотеза. — Да, — согласилась Шереметева. — Но рабочая. — Но рабочая, — повторил за Элен Олег. Это их фишка? — Я пойду наберу Владимиру. — Нет, подожди, — остановила его девушка. — Я не знаю стоит ли посвящать в это все отца. — Так я пока собирался позвонить лишь главе его охраны, — начал оправдываться Олег. — Понимаю. Но знает Владимир - знает отец, — задумчиво произнесла девушка, откидываясь на спинку кресла. Брови нахмурились, создавая легкие морщинки. — Элен, Александр Васильевич должен знать. Он все-таки в Питер сейчас едет, тоже может оказаться под угрозой, — привел разумные аргументы Олег, с которыми я не мог не согласиться. — Хорошо, — выдохнула Элен. — Только Бехтиева нельзя приставлять лицом к стене, не тот фрукт. Надо действовать аккуратно. — Да, я это и попытаюсь донести. Не волнуйся, — мягко сказал Волков и вышел из беседки, по пути доставая телефон. Мы остались с Элен наедине. Я вновь нагло рассматривал ее профиль, пока она смотрела, не отрываясь и не моргая, на стол, будто перед ней находилась доска с шахматными фигурами и в одно движение ей необходимо было поставить сопернику шах и мат. — У Бехтиева может быть личный мотив? — решил рискнуть и заговорить с Элен. — Конечно, — громко выдохнула она, отвлекаясь от своей воображаемой партии шахмат. — Он всегда завидовал отцу, не понимая, что был бы сам умнее - мог бы довольствоваться не объедками с петербургских и московских столов, а строить что-то свое толковое. Однако, это толковое стало лишь очередным казино и попыткой внаглую забрать у города один из его парков. — И, увидев масштабную кампанию против него, — вспомнил я последствия завирусившейся новости про застройку Муринского парка в виде городских протестов, — он решил действовать, создав инфошум из другого крупного события - нападения на казино? — Верно, — кивнула темноволосая. — Да и к тому же, он явно понял, что за спусковым крючком стояла я. Так что он уже заточил на меня зуб. — И вместе с этим, — продолжил мысль Элен, — официальное представление тебя всей петербургской элите не оставило Бехтиеву надежд, что, после смерти Александра Васильевича, он сможет без лишних проблем забрать часть бизнес-империи Шереметевых под себя. — Угу, — тихо ответила девушка, закусывая губу. От этого действия у меня по спине побежали легкие мурашки. — Вот тебе и друзья со школы. Дружба до гроба, — произнесла с оскалом Элен. — Мы с Олегом с детства вместе, — попытался парировать я. — От людей все зависит. — Согласна, — кивнула. — Но вы скорее исключение, подтверждающие правило. Правило, что все люди - эгоисты, ставящие свой зад превыше чьей-либо головы. — Тогда нам остается не следовать этому правилу, — поднял глаза я и столкнулся с Элен взглядом. — И находить людей, чьих хоть голову, хоть зад поставим выше себя. Элен пристально смотрела мне в глаза, не отрываясь. Не мог понять: она пыталась понять мою фразу или искала подтверждение тому, что говорю от сердца. Так бы и смотрели друг другу в глаза, если бы не вернувшийся Олег. — Все передал, — отчитался наемник и вернулся поглощать шашлык. Мы все продолжили ужин, но уже с легким чувством самоудовлетворения. Картина происходящего стала чуточку яснее. Появилась надежда, что клубок интриг и кровавых событий скоро распутается, ведь мы, наконец, нашли начало нитки. — Олег, спасибо, было очень вкусно, — встала из-за стола Элен. — Я пойду прогуляюсь вдоль озера, не теряй. — А можно я с тобой? — удивился своему же вопросу я. Какой-то порыв, идущий из глубин, мне незнакомых. — Да, конечно, — немного замявшись от удивления ответила Элен, рукой приглашая к спуску из беседки. — Оставили всю посуду на Волкова, — хмыкнул я, когда мы вышли к тропинке, ведущей к озеру. — Какие мы плохие, — хихикнула темноволосая. — Ничего, он любит порой работать домохозяйкой. — Ага, guilty pleasure, — ответил я, и мы оба засмеялись. Кажется, я впервые услышал ее смех: простой, легкий и такой звонкий. На какой-то момент даже пожалел, что совершенно не умею в стендап-комедию, чтобы заставлять ее смеяться все больше и больше. — Давно я здесь не гуляла, — сказала Элен, когда мы вышли к кромке озера. Остановившись, она посмотрела вдаль и закрыла глаза, глубоко вдыхая запах хвои и воды. Впервые за этот день я увидел на ее лице умиротворение и спокойствие. Плечи опустились, мышцы расслабились. Едва касаясь водной глади летали птицы, садящееся солнце красиво отражалось в озере, но мне это все было неинтересно. Я вновь разглядывал ее профиль, хотя знал, что нового больше не увижу ничего. — Я знаю, этот загородный дом Александр Васильевич давно купил, — попытался поддержать беседу я. — Да, еще когда я была маленькая, — подтвердила мои слова Элен. — Здесь прошло мое детство. Пока отец строил империю, изредка приезжая сюда переночевать, я на этом берегу играла в куличи с телохранителями. Не знал что сказать. Казалось, Александр Васильевич был прекрасным отцом и всегда заботился о дочери, любя ее бездонно и безмерно. Однако, я никогда не задумывался как могло все выглядеть с другой стороны. — Ладно, не будем об этом, — Элен самостоятельно свернула тему и пошла вдоль воды. Последовал за ней. — Я слышала, готовится прототип виртуального секретаря. — Д-да, — удивился я словам девушки, но быстро вспомнил, что она явно это услышала на вчерашней конференции. — Надеюсь, получится. — Получится. Отец всегда хвалил ваши способности и особенно целеустремленность, — улыбнулась уголками губ темноволосая. — Ой, твои. Извиняюсь, мне всегда сложно перестроиться на эти режимы «вы» и «ты». — Как раз все хотел попросить - Сережа, не надо Сергей, раз мы на ты, — улыбнулся в ответ я. — У нас, к тому же, не такая большая разница в возрасте. — Но ты все равно меня старше, — подмигнула мне девушка. — Зато мы уже успели побывать вместе в заложниках, спастись от уличной перестрелки, а также сбежать от вооруженного психа, — напомнил ей наши приключения, случившиеся за последние несколько дней. — Ладно, уговорил. Сережа, — специально выделила интонацией мое сокращенное имя. Оба засмеялись. Так и шли по неширокому, но длинному пляжу мы, говоря сразу обо всем и ни о чем. Больше не вспоминали ни о работе каждого, ни о родственниках, ни об элите Петербурга. Говорили об искусстве, классическом и современном, об истории, древней и новой. Сошлись на том, что оба любим Боттичелли, но чуть не разругались из-за Матисса. Я больше не видел перед собой железную леди, держащую под собой огромную часть оружейного бизнеса. Рядом со мной шла прекрасно образованная девушка, безумно приятная и легкая в общении. И это было для меня прекрасной новостью узнать ее такой. Уже разойдясь по комнатам и пожелав друг другу спокойной ночи, я все не мог уснуть. Думал, что все из-за новой обстановки, но ведь не в первый раз ночевал в этом доме. Что тогда могло быть не так? Просто за соседней стеной лежала Она. Девушка-загадка. Сильная в вопросах бизнеса, но слабая в вопросах родного отца. Безумно красивая и столь неприступная. Держащаяся на расстоянии вытянутой руки, но с каждым днем все больше овладевающая моим разумом. Последние дни я ругался, что оказался втянут в криминальные разборки, но теперь осознавал точно: я не выйду из них, пока не выйдет она.