Пепел

— Какое именно расследование ведет Гром? — нахмурилась Элен. — Покушение на Серого, — сразу же ответил Олег, присаживаясь рядом с девушкой. — Угу, то есть в серию еще не объединили, — под нос пробурчала темноволосая, но мы ее расслышали. Верное замечание. — И что хочет от нас этот майор? — вопросительно поднял левую бровь я. — Вы последние, кого не опросили, — пожал плечами Олег. — А что я скажу? — усмехнулся я. — Опишу внешность нападавшего? Они его и так задержали. Или скажу, кого подозреваю? Вроде бы определением подозреваемых должна заниматься сама полиция. Господи, никакого спокойствия. Я завелся не на шутку. Меня и так не особо радовала вся эта ситуация. Единственное, что успокаивало - нахождение рядом с природой и Элен. Но разговоры с правоохранительными органами, еще и заранее бесполезные, были мне особенно не по душе. Почему я должен был тратить на них свое время? — Пусть майор приедет сюда, — вдруг предложила Шереметева. Мы с Олегом посмотрели на нее, выпучив глаза. — Мы наоборот здесь вас прячем, — удивленно ответил Волков. — Гром знает этот дом. Удивительно, как он сюда сам не приехал, — бросила Элен так, будто это было очевидно. Затем продолжила своим командным голосом. — Пусть подъезжает завтра к полудню. Периметр проверьте заранее, во время его приезда контролируйте. Никто из нас не успел ничего сказать, как она встала из-за стола и пошла к дому. — Окей, допустим, принято, — нахмурив брови, в пустоту ответил наемник и, посидев с минуту, встал и сам куда-то ушел. Вероятно, к своим подчиненным охранникам. Я же остался наедине с недоеденными оладьями и наполовину заполненной банкой сгущенки. Есть уже не хотелось. Задавался вопросом: почему какой-то майор знает адрес этого дома? У Шереметевых обширные связи и в полиции? Проведя весь день за работой, спустился под вечер на ужин. Олег вновь стоял у гриля и жарил мясо. Кажется, внутри него течет кровь не татарина, а кавказца. Сразу посмотрел в сторону беседки, но Шереметевой там не увидел. — Элен ушла к пруду. Позовешь ее на ужин? У меня почти все готово, — не отрывая взгляда от стейков произнес Олег. Я лишь кивнул и пошел к тропинке, ведущей к водоему. Девушка сидела у берега и, к моему большому удивлению, что-то плела из травы и каких-то луговых цветов. — Это венок? — тихо спросил как подошел. Элен немного дрогнула, услышав мой голос. — Да, — кивнула девушка, оглядываясь на меня. Оторвал ее от размышлений. — Там у Олега уже ужин готов. Идешь? — спросил я. — Надо закончить, — руками показала на свой венок. — Садись, пару минут осталось. Я покорно сел рядом с Элен, наблюдая, как ее тонкие пальцы перебирают длинные травинки. Интересно, зачем она это делает? — Умиротворяющий процесс, — будто услышав мои мысли, пояснила девушка. — Никогда не умел плести, — усмехнулся я. — Научить? — подняла голову на меня Элен и посмотрела своими большими карими глазами. Я кивнул. — Смотри, берешь цветок, прикладываешь, обвиваешь вокруг основы. Вплетаешь так же следующий. Попробуй, — протянула мне свой венок девушка. Я взял и попытался повторить показанные мне движения, но как-то не очень уверенно. — Так? — уточнил я результат. — Да. Только ты обвивай и затягивай посильнее, — поправила меня Элен, пододвинувшись ко мне и поправив вплетенные мной цветы. На пару секунд наши руки соприкоснулись, от чего по моей спине пробежали мурашки. Осторожно посмотрел на девушку, но она продолжила спокойно помогать мне вплетать цветы, даже не обращая внимания на нашу близость. — У тебя очень хорошо получается, — попытался сделать комплимент я и лишь после того, как сказал, понял, насколько он глупый. — Я в детстве любила плести венки, — улыбнулась Элен. — Вот место и навеяло воспоминаниями и желанием повторить детские забавы. — И как теперь это закрепить? Длины-то, наверное, уже хватит, — попытался я активно погрузиться в процесс создания венка. Девушка забрала у меня из рук получившуюся цепочку, буквально за считанные секунды сплела все в обруч и торжественно одела мне венок на голову. — А тебе идет, — засмеялась она, разглядывая меня. — Отлично сочетается с рыжими волосами. — Эй, я вас уже заждался. Серый, тебя в разведку отпускать себе дороже, — крикнул Олег, сворачивая с тропинки и подходя к нам. Обернулись. — Скажи, Сереже идет? — сверкала улыбкой Элен. — Да, не снимай его больше, — прыснул Волков. Хотелось показать ему язык. — Пойдем, а то все стынет. Кушать с пышным венком на голове было не особо удобно, но мне не хотелось расстраивать Элен, которая бросала на меня взгляды, полные забавы и веселья. Вспоминая то, какой серьезной и возможно даже грустной, я видел девушку у озера, мне не хотелось возвращения того ее настроения. — Серый, ты и спать с этим гербарием на голове планируешь? — прыснул Олег, когда мы все убирали со стола остатки вкусного ужина. — Эй, сам ты гербарий, — бедрами игриво толкнула наемника Элен, держа в руках пустую салатницу. — Договоришься, и тебе сделаю. Почему-то даже подобная угроза из уст Шереметевой звучала достаточно жестко. Перед глазами всплыло, как она вчера резко вытащила пистолет, мне неприметный до того момента, и сделала выстрел. Хладнокровно и умело. Эта девушка как контрастный душ: заставляет пылать, подарив свою улыбку, и убивает одним лишь взглядом. Ночью не мог уснуть. Долго ворочался, пытаясь найти удобное положение, но потом понял, что дело было не в нем. Устав смотреть в потолок, решил спуститься вниз, налить себе кофе и сесть за работу: бессонные ночи за кодом мне были даже привычнее полноценного сна. И, каково же было мое удивление, когда спускаясь по лестнице, я увидел сидящую на диване Элен, смотрящую Новости-24 на минимальной громкости. Тихо подошел, думая, что она спит, но увидел лишь знакомое задумчиво-злобное выражение лица. — Тоже не спится? — спросил я, как только столкнулся взглядом с девушкой. — Работа, — кратко ответила она, зевая. Только заметил открытый ноутбук на журнальном столике. — Там в френч-прессе еще горячий кофе. — Спасибо, — промямлил я, идя на кухню и прислушиваясь к тому, что говорили в новостях. Вновь обсуждали злополучное казино Бехтиева. — Ублюдок, — услышал шипение Элен. Оглянулся в страхе, что это предназначалось мне. — Все хорошо? — нахмурил брови я, подойдя к барной стойке и наливая кофе слегка дрожащими руками. — Отец пригрел у себя под боком гадюк, — кивнула в сторону телевизора темноволосая. Держа кружку с заветным черным напитком, подошел, присаживаясь на противоположный конец дивана от девушки. — Помню, что ты говорила про то казино на месте когда-то объекта культуры регионального значения, — кивнул я. — У мужчины нет чувства прекрасного. — И совести, — продолжила за меня Элен. Сидя в метре, будто ощущал идущую от нее злость. Что случилось? — Отец принял приглашение на свадьбу его сына. Еще и меня туда тащит, извинения за мою грубость на совещании совета директоров вымаливать. — Мне казалось, ты сейчас отошла от управления делами Александра Васильевича, — постарался аккуратно сказать я, не желая задеть что-то неразрешенное для обсуждения. — Да, — резко ответила девушка. — Послушала его, поверила в то, что так меньше пострадают его нервы и здоровье в частности. В итоге он вернулся к своим старым методам и правилам держать врага ближе друга. — Но ведь и подобная логика имеет право существовать, — задумчиво произнес я. — Имеет, — кивнула Элен. — Но не в случае этих людей. Кто там приближены к отцу… Бехтиев, Зильченко, Гречкин, еще кто-то - все они те еще ублюдки, идущие по головам, наживающиеся за счет простых людей, их здоровья и жизней. — Элен подскочила с дивана и подошла к панорамному окну, сложив руки на груди и всматриваясь куда-то вдаль. — Знаешь как Зильченко заработал свои миллиарды? — Отрицательно помахал головой. — На мусорных полигонах. Он - монополист на рынке, как это теперь называют, вывоза твердых коммунальных отходов. Отец долгое время ограничивал Петербург от вторжения этого оператора вывоза мусора, но в итоге сдался, пойдя на уступки новому губернатору. Причем, своему же ставленнику. Как сказал отец, иногда чем-то приходится жертвовать ради достижения крупной цели. Ага, чистым воздухом в спальных районах города, например. Я не мог разглядеть ее лица, так как она стояла, отвернувшись к саду, но мог заметить насколько напряжены мышцы ее спины. Она старалась говорить тихо, чтобы не разбудить остальных, но в голосе все равно слышалось стальные нотки. — Раньше отец держал город в своей узде. Петербург был оплотом страны, воистину культурной столицей: выставки, постоянная реставрация памятников, чистые ровные дороги, обилие цветов на площадях и улицах, — громко вдохнула Элен, а затем быстро выдохнула. — Но недавно все пошло по одному месту. И без того зажравшиеся чины, любящие подчистую съедать все со стола отца, захотели больше. Начали плести интриги между собой, стремясь его подставить. Я давно хотела приехать и взять хотя бы часть управления холдингом себе, но отец и слышать меня не хотел. Уверял, что все хорошо. Да где же? Я был крайне удивлен тому, сколько эмоций было вложено в этот монолог. Сколько личной боли и переживаний за малую родину. Сидел и даже не знал, что сказать: действительно, Петербург моего детства и юношества и то, что стало с ним сейчас - будто два разных города. Я не заметил, когда это началось, так как активно занимался лишь созданием и продвижением своей соцсети, но в последнее время стал подмечать печальные изменения. — Отец разучился в стратегическое мышление, тактику опережения. А я так и не выросла из той маленькой девочки, для которой слово отца авторитетнее, даже если он не прав, — отвернулась от окна Элен, разворачивая лицо в мою сторону, но опустив глаза. Казалось, она винит себя во всем. — Потому что это отец, — наконец-то подал свой голос я, найдя, что сказать. — Он оберегал тебя всю твою жизнь, ты к этому привыкла. — Пора отвыкать, — сказала, будто отрезала, Элен. — И брать все в свои руки. Только теперь не сдаваясь его уговорам. Мне нести ответ за род Шереметевых и наш бизнес. Мы просто замолчали. Элен задумчиво смотрела вдаль, пытаясь что-то разглядеть сквозь уже утреннюю завесу, я же смотрел в телевизор, даже не следя за тем, что происходило на экране. Был глубоко погружен в свои мысли, пытаясь переварить сказанное девушкой. Последние годы после университета я оказался слишком оторван от социальной и политической жизни. Пытался внедрить свои задумки и идеи в жизнь, преследуя цель улучшения жизни общества, но действительно забыл следить за тем, как конкретно живет нынче это общество. А жило оно так себе. Затем, загуглив названных Элен людей, я понял, почему так грубо она высказывалась. Хотелось выругаться даже более ярко. Та же свалка Зильченко под Кронштадтом просто поражала своим масштабом. Жители города, входящего в состав Санкт-Петербурга, трубили о зловониях на улице и грязной воде дома. Судебные заседания, одни за другими, шли против компаний Зильченко, но ни он, ни его представители просто не являлись на них, тем самым лонгируя процесс привлечения к ответственности. Не пришел на суд - не судим и будешь. Бехтиев, с кем в последнее время удалось столкнуться не раз, умудрился получить себе землю в Муринском парке для строительства якобы спортивного центра. Жители близлежащих домов кричали, что под проектом оздоровительного комплекса скрывается очередной торговый центр, но городская администрация отписывалась протестующим тем, что они и так выделили Бехтиеву в два раза меньше изначально обещанной территории парка. По мнению губернатора, граждане должны были радоваться этой уступке и боготворить его как защитника города. Прочитав все эти новости, сотни, если не тысячи, комментариев несчастных жителей города, я так и не уснул. Сидел на кровати, крутил в руках венок, сделанный Элен вечером, и думал, думал, думал. — Завтрак! — вдруг стукнул в дверь Олег, проходя мимо моей комнаты. Еще раз с тоской посмотрев на украшение из цветов, отложил его на комод и пошел вниз. — Доброе утро, — кивнула мне Элен, с которой я чуть не столкнулся лбами у лестницы. Что-то промямлил себе под нос. — Не выспался? — Не спал вовсе, — усмехнулся я, придя в себя, проморгавшись. — А ты? — Пару часов поспала, — ответила девушка, когда мы оба начали спускаться. — Но проспала тренировку. Олег ругаться сейчас будет. — Через час явится ваш майор, — вместо ругани начал Олег, выставляя на столе разные топпинги к приготовленным сырникам. — Он уже выехал из Питера, наши его пасут. — Принято, — ответила Элен, присаживаясь за стол. Я сел напротив. — Рановато он, — посмотрела на наручные часы темноволосая. Какие же у нее тонкие изящные запястья… — Менты опаздывают только на задержание, — хмыкнул Олег, садясь к нам. — Приятного аппетита. — Приятного, — кивнул я и попробовал приготовленное. — М-м, ты попытался повторить рецепт Элен? — Да, — кивнул наемник. — Вкусно? — Ничего так, — смаковал сырник я. — Но у Элен вкуснее. — Еще бы, — довольно улыбнулась девушка. Я с трудом сдержал улыбку от радости, что смог сделать ей приятный комплимент. Вот дурак. — В следующий раз сами завтрак готовить будете, — нахмурился Олег. — Я уже готовила! — подняла руки вверх Элен, показывая, что вообще не при чем. — Пусть Сережа нас удивит своими навыками готовки. — Тогда я посижу на диете, спасибо, — хмыкнул Волков. — Разгрузочный день. — Что, все настолько плохо? — удивилась Элен, смотря на меня. Я пожал плечами, лукавя. Зачем мне развивать навыки готовки, если у меня есть Волков? — Безумно, — сдал меня со всеми потрохами Олег. Друг называется. — Мне почему-то кажется, что я, в отличие от тебя, смогу научить Сергея готовить, — насмешливо посмотрела на наемника девушка. — Те же сырники, например. — Ты хочешь меня заставить поспорить, что не выйдет? — хмыкнул Олег. Элен кивнула. В ее глазах проблеснул зловещий азарт. — Хорошо, давай поспорим. На что? — Выиграю я - отдаешь мне свой резной перочинный нож. Выиграешь ты - отдам тебе свой винтажный клинок. По рукам? — протянула Волкову ладонь. — А меня никто не хочет спросить? — подал голос я. — А в тебя, если много будешь говорить, что-то из этого полетит, — хмыкнул Волков. Иногда он поражал меня своей беспардонностью. — По рукам. Только результатом должно будет считаться приготовление сырников Серым самостоятельно, без чьей-либо помощи. И, конечно же, съедобных и вкусных. — Согласна, — громогласно провозгласила девушка, пожимая Волкова за руку. — Сережа, разбей. Я закатил глаза, но их сплетенный кулак разбил. Ровно в этот момент послышался шум из рации Олега, и он встал, выйдя из беседки. — Ну что, начнем уроки сегодня? — повернулась ко мне Шереметева, игриво улыбаясь. В принципе, раз этот спор в качестве приятного бонуса легализировал мое нахождение рядом с Элен, я был не против. Оно и к лучшему. — Можно, — попытался скрыть свое довольное лицо за жеванием сырника. — Елена, Сергей, — строгим и официальным вернулся к нам Волков, — прошу, майор полиции Игорь Константинович Гром. Буквально в метре от наемника шел полицейский, на лицо мне очень знакомый. Потертая кожаная куртка, кепка в стиле бомбил из Совка… точно, я его видел после освобождения от нападавших в казино. — Добрый день, — поприветствовал меня молодой человек, протягивая руку. Встал из-за стола, пожал в ответ, кратко кивнув. — Игорь, — протянула Элен, будто смакуя имя. — Чем обязаны? — Вы - единственные, кого я еще не успел опросить по делу о покушении на Сергея в башне соцсети «Vместе», — будто бы нервно поправил кепку майор. Что его могло волновать? — В ногах правды нет, присаживайся, — жестом пригласила Элен полицейского за стол. — Чай, кофе, потанцуем? — Спасибо, ничего, — жестко ответил майор, но за стол все-таки присел. — Так вот, я бы хотел подробнее узнать о том, как прошел тот вечер для вас. — Обычная конференция, какие я собираю ежемесячно для объявления нововведений платформы, — пожал плечами я. Старался быть максимально спокойным, но присутствие полицейского меня не особо радовало. Тем более, напрягало то, с каким нескрываемым вызовом он смотрел на Элен. Казалось, вовсе меня и не слушал. — Презентация, ответы на вопросы журналистов, фуршет. — С присутствием инвесторов, — дополнил меня сам же Гром. — Ну, — замялся я, удивившись его выпаду, — да. Инвесторы, иногда журналисты, блогеры. — По какому принципу люди отбираются на такие ваши фуршеты? — так и не отводил от Элен взгляда Гром. — Есть список аккредитованных СМИ… — начал отвечать я, как Элен меня перебила. — Игорь, на этот и последующие вопросы по организации ты ответы уже получил, — нахмурила брови девушка. — Причем, вполне исчерпывающие. — Хорошо, — кивнул Гром, уступая. — Сергей, случались ли в последнее время какие-либо ссоры или недопонимания с инвесторами? — Н-нет, — вновь замялся я, удивившись столь прямому вопросу в лоб. — Не припоминаю. — Есть ли у вас предположения, кто бы мог заказать покушение на вас? — вдруг повернулся ко мне майор. Наконец-то смог увидеть его беспокойные глаза. Не знал даже, что ответить. Хотелось послать далеко и надолго с такой эффективной работой по поиску моего заказчика. — А что тебе твои улицы шепчут, Игорёк? — громко усмехнулась Элен, с трудом сдержав надменный смех. — Мне и без их шепота понятно, что в городе начался беспредел с твоим возвращением, Элен, — вновь развернулся к Шереметевой. Гром, специально интонацией выделяя ее имя. Смотрел с вызовом, но она все равно выигрывала в надменности и насмешке. Тоже начал ее разглядывать. Поразился тому, как в секунду она стала железной леди: хладнокровной, злой, возвышающейся лишь одним своим видом. — Хочешь сказать, что я заказала покушение на Сергея? — улыбнулась Элен. — Что тогда мне мешало все эти дни его зарезать ножом от масла? — кивнула в сторону прибора девушка. По спине пробежал легкий холодок, но головой я понимал, что являлся лишь зрителем перепалки. Только корни ее происходили явно не из обсуждаемой ситуации. Что связывало Шереметеву и Грома? — Я этого не говорил, — нахмурил брови майор. — Но я уловила одну из рабочих теорий, правда? — игриво подняла левую бровь Элен, наклонившись в сторону Грома. Он ничего не ответил. — А ко мне вопросы будут? — С какой целью ты вернулась в Петербург? — Ну вероятно чтобы Разумовского прикончить! — иронично и пафосно воскликнула девушка, махнув руками и откинувшись обратно на спину стула. — К отцу на юбилей приехала. Вот, загостила. — Когда обратно в Турцию? — Я гражданка Российской Федерации и могу находиться на территории своей страны столько, сколько захочу, — оскалилась темноволосая. Поймал себя на мысли, что не хотел бы такой ее тон услышать хоть раз в свой адрес. — На момент следствия я могу тебе выдать подписку о невыезде. — Выдавай, — махнула рукой девушка, закатив глаза. — Только для этого обвинения сначала выдвини. И протокол соблюдай. Стало заметно как заходила ходуном челюсть майора. Он злился, причем очень, но все не мог найти достойный ответ Шереметевой. А она продолжала спокойно играть свою игру, побеждая в каждой партии. — Подождите, — удивительно даже для самого себя влез я. — То есть вы Элен обвиняете в покушении? — Нет, — вместо майора начала отвечать девушка, — просто у Игоря Константиновича ко мне личная неприязнь. Все пытается меня за что-нибудь посадить. — Громкое обвинение, — хмыкнул Гром. — Засуди за оскорбление госслужащего при исполнении, — вновь закатила глаза Элен. — Смотри сколько я уже подкинула тебе идей для того, как можно со мной поквитаться. — Кхм, — специально прокашлялся Олег. — Майор, у вас есть еще вопросы или можно вас проводить? — Если вспомните о каких-либо недавних конфликтах, позвоните, — протянул мне потертую визитку Гром. Она явно видала жизни столько, сколько его кепка. Постарался сдержать свою брезгливость при себе. — Пренепременно, — протянул себе тихо под нос я, продолжая разглядывать карточку. Только со знаком петербургской полиции у меня не было визиток. — Мы прикладываем все усилия, чтобы найти заказчика покушения, — напоследок сказал Игорь после того, как мы с ним вновь обменялись рукопожатиями. — Искренне верим, — не сдержала язвительного комплимента Элен. Гром обернулся на нее, сверкнув глазами, но ничего не ответил. — Олег, проводи, пожалуйста, нашего гостя. А то вдруг заплутает. — Жестко, — шокированно произнес я, когда силуэты Волкова и полицейского уже маячили вдали, на выходе из участка. — С ним иначе никак, — встала из-за стола девушка и пошла в дом, оставив меня наедине переваривать увиденное. Вернувшийся через пять минут Олег на мой немой вопрос лишь пожал плечами и пошел убирать завтрак. Заставив самого же себя работать, сидел за кодом, борясь с откуда-то навалившей зевотой. Бессонная ночь давала знать так же слипающимися глазами и плохим вниманием. Уже клевал носом у монитора, как вдруг меня привел в чувство стук в дверь. — Открыто, — крикнул я. — Прости, что отвлекаю, — в проем между дверью и стеной пролезла голова Элен. — Мне нужна твоя помощь. — Да, конечно, — я был уже готов выдвигаться на любые путешествия с этой девушкой. — Что такое? — Можешь стать моим плюс один на свадьбе сына Бехтиева? — Ты все-таки пойдешь? — удивился я, вспомнив наш ночной разговор. — Да, — девушка мне кратко кивнула, но по глазам ее понял, что она не отступила от своих слов, и ее просьба - лишь часть большой игры. — Мне нужна будет поддержка, чтобы не сорваться. — Хорошо, — согласился я, так и не поняв почему выбор Элен пал именно на меня, а не на того же Волкова. — Спасибо. Тогда завтра в одиннадцать выезжаем в город, — краями губ улыбнулась темноволосая и скрылась за дверью. Еще несколько минут смотрел на дверь, где стояла девушка, а затем оглянулся на тот венок. Он все еще лежал на тумбочке, потихоньку начиная сушиться. Но руки у меня его выкинуть не поднимались. Было в этом что-то… по-детскому родное?