Пепел

— Ну, зато дело о покушении на Пчелкину можно считать закрытым за неимением потерпевшего. Элен сидела на диване в гостиной, медленно пила красное вино и смотрела вперед себя. — Это вот так дела на Ближнем Востоке решаются? — не сдержал выпада я. — Ну редакция же требует крови, — хмыкнула девушка. — Вот и дотребовалась. — Олег, объясни ты мне! — не мог сдержать истерики я. — Пчелкину действительно убили люди Кемаля? Волков, сидевший напротив Элен, кивнул, больше не выражая никаких эмоций, чем еще больше меня разозлил. — Убивать людей, — обратился вновь к Шереметевой, — это, по-твоему, справедливый и честный Петербург? — Невозможно вырастить сад в месте, полном сорняками. Знаешь что делают с ними? — резко подняла на меня глаза Элен. — С корнем вырывают и сжигают. Одним глотком она допила вино, громко поставила бокал на стол и ушла в спальню, оставив меня и Волкова наедине со своими мыслями. — Серый, я думал, ты давно уже все понял и принял, — спустя несколько минут молчания произнес Олег. — Иначе здесь не бывает. — Почему? Почему нельзя все решить разговором? — в отчаянии спросил я. — А при создании «Vместе» у тебя все получалось решить разговором? Я задумался. — Ну с Александром Васильевичем да, — неуверенно начал я, а потом понял, что других имен на ум не приходило. — Всех ли людей ты смог убедить ораторским мастерством в своей правоте и сотрудничать с тобой на честных началах? — Только с Александром Васильевичем, — повторил вновь лишь его имя я. — Вот теперь подумай над своими ответами, — прыснул Олег, встал и вышел, оставив меня наедине со своими мыслями. Я долго думал. Крутил в голове все, что говорила мне Элен: начиная с сегодняшних сорняков, которые необходимо выжигать, заканчивая тем, насколько изнутри прогнил Петербург. Стоял у панорамных окон, с верха своей башни разглядывал город, пытаясь принять масштаб проблем. Уже стемнело, а я все надеялся успокоить бушующие споры внутри себя. Элен была права во всем. Наш город болен. И единственное решение его проблем - она. Со всеми своими жесткими методами и играми. Иначе никак, закончилось то время, когда все можно было решить меньшей кровью. Ровно в момент осознания этой мысли на востоке города произошел взрыв. Настолько мощный, я прекрасно понял с башни, что произошел он в районе насыпных территорий и доков. — Элен! Олег! — крикнул я в надежде, что они услышат. Оба прибежали за считанные секунды. — Что случилось? — строгим тоном спросил Волков как только зашел. Я рукой показал на зарево за окном. Глаза Элен за мгновение округлились до небывалых размеров. — Блять, — протянула она и рванула к лифту. Олег за ней. Я качнулся в неуверенности, но будто что-то снаружи меня схватило за шкирку и насильно потащило за ребятами. Взрыв произошел на одном из кораблей Шереметевой. Мы стояли на безопасном расстоянии, смотря за тем, как служба спасателей пытается потушить остатки пожара. Элен сложила руки на груди, пытаясь скрыть то, как они трясутся. — Какой шанс, что все оружие, хранящее там, сгорело без улик? — тихо спросила темноволосая. — Взрыв был мощный. Надеюсь, поплавил все сильно, — нахмуренно ответил Волков. — На кого зарегистрировано это судно? — подал голос я, осененный идеей. — На отца, — непонимающе посмотрела на меня Элен. — Как много нужно времени, чтобы подготовить липовые документы о передачи прав собственности этого судна Бехтиеву-младшему? Задним числом конечно же. Например, в счет оплаты его дочерней компании, которую ты недавно подписала, — прямо смотрел на девушку я, отмечая, как быстро она меняется в лице. — Я же верно понимаю, что Бехтиеву-младшему в принципе уже все равно какое судно в его владении и какое оружие там нашли. Не успел я договорить, как Элен налетела на меня с крепкими объятиями. — Ты гений! — чуть ли не прокричала мне в ухо девушка. — Олег, запускай бюрократическую машину. Мы должны все успеть пока до Грома и его громоботов не дойдет проверить базы данных. — Почему ты думаешь, что этот взрыв дадут расследовать майору Грому? — нахмурил брови я. — Он сам его возьмет. Там же фигурирует фамилия Шереметевых, — буднично сказала Элен, пожав плечами. — Прости, нужно позвонить Саше, попросить его организовать полные сливы с баз полиции. Я сама найду террориста и повешу его вместе с заказчиком. — Позволь мне помочь, — вызвался я, чему сам удивился. Откуда во мне взялось столько уверенности? С другой стороны, признав, что спасением города являлась лишь Элен, я так же понял, что мой долг - помочь ей. — Здесь есть камеры на доках. Я их взломаю. Попытаемся отследить, кто мог здесь находиться незадолго до взрыва. — Я тебе уже говорила, что ты гений? — впервые за вечер улыбнулась Элен и, подойдя ко мне ближе, нежно поцеловала, положив руку мне на щеку. Как будто напоминала, ради чего я все это и делал. Майор Гром действительно приехал на место взрыва. Но только тогда, когда мы уже выезжали обратно в башню. В ту ночь я не спал вовсе, как и в принципе все присутствующие. Элен и Олег собрали всех своих наемников и приближенных сотрудников, поэтому офис «Vместе» превратился в штаб-квартиру Шереметевой. Я не был против. Предоставил им всё, что мог: от компьютеров до кофе с печеньем. Все были напряжены и старались работать на максимуме своих возможностей. — Ты сможешь подгрузить этот договор с Бехтиевым в Росреестр собственников, чтобы дата стояла актуальной месяц назад? — отвлекла меня от взлома предпоследней видеокамеры с дока Элен, наклонившись так близко, что волосами щекотала шею. — Росреестр я еще не взламывал, — нахмурился я, прикидывая масштаб работы. — Но не думаю, что там система безопасности сложнее, чем на Роуслугах. Мне потребуется где-то… три часа. Постараюсь за два с половиной. — Как мне облегчить твою работу? — шепотом спросила Элен, губами легонько задев мое ухо, тем самым вызвав мурашки. — Поцелуя будет достаточно, — улыбнулся я и повернулся лицом к девушке. Она исполнила мое желание, но быстро и кратко. — Э-эй, мало. — Иначе отвлечешься, — подмигнула Шереметева. — Это была предоплата в десять процентов. Остальные девяносто после работы. На небывалом подъеме от того, что наконец-то я оказался полезен Элен, подгрузил договор нужной датой всего за полтора часа. Росреестр оказался безумно легким для взлома, я такие сайты ломал еще на лаговом ноутбуке в компьютерном классе в детдоме. Интересно, сколько из госказны отдали денег за систему защиты этого сайта? Шереметева активно обсуждала со своей командой возможных заказчиков взрыва. Я даже залюбовался этим процессом, не особо уделяя внимание содержательной части. Было интересно наблюдать за поведением Элен: впервые я видел как она общается со всеми своими подчиненными. Прекрасный оратор, жесткий, но талантливый управленец, одной своей речью вызывающей уважение и готовность выполнять все приказанное. За такими всю историю человечества шли в бой, не жалея себя. — Однако, нужно что-то решать с поставкой, — вернулся я в реальность и прислушался к тому, что именно говорила Элен. — На судне находилось три десятка АК-47 и десять боевых дронов, все уничтожены. Груз должен был быть доставлен в Турцию через две недели. К этому моменту мы можем восполнить лишь половину, даже при наращивании производства. Поставка предназначалась Арману Ойглу, и он точно не будет рад сокращению поставки. Чуть позже я загуглю это имя и узнаю, что Арман Ойглу был объявлен в международный розыск за спонсирование лурского сопротивления на Ближнем Востоке. — Элен, — вдруг высказался мужчина, сидящий по правую руку от Волкова. Александр, кажется. — Давай мы ему предложим замену. На базе в Петергофе есть пару десятков пистолетов Макарова. — Да, вариант хороший. Предложим их в качестве извинения, — кивнула Шереметева, но затем нахмурилась. — Только зная Армана, ему это нужно грамотно преподнести. — Позволь мне поехать, — вызвался Олег. — Я смогу найти общий язык с Ойглу. — Уверен? — с опаской спросила темноволосая. Волков кивнул. — Ладно. Только очень аккуратно. Возьми кого-нибудь с собой, отправляйтесь послезавтра напрямую в Дамаск. На следующее утро наемники Шереметевой установили слежку за всеми подозреваемыми, кого удалось заметить на записях камер видеонаблюдения. Сама девушка немного расслабилась, но за завтраком я все равно заметил, что она кусает губы. — Все хорошо? — осмелился спросить я. — М? Да, — неуверенно кивнула темноволосая. — Кемаль обещал поговорить с Ойглу, чтобы он согласился на наши Макаровы взамен на отсрочку передачи второй части поставки. — Тогда все хорошо? — Не знаю. Ойглу - самый непредсказуемый араб, которого я встречала в своей жизни. Очень вспыльчивый. Олег с ним знаком, и, вроде как, у них сложились вполне доверительные отношения. Поддержка Кемаля тоже важна. Но я все равно буду переживать. Одно дело проебать груз на восточной территории, там такие диверсии случаются часто. Но совершенно другое - взрыв здесь, в Петербурге. — Мы найдем виновных, — взял руку Элен в свою. — Обещаю, я сам сделаю все возможное для этого. — Спасибо, Сереж, — подняла она глаза на меня. От ее взгляда хотелось провалиться сквозь землю. Любовь, в перемешку с отчаянием и тихой болью. — Но у меня есть еще одна просьба. — Все что попросишь. — Завтра годовщина смерти Марины. Съездишь со мной на кладбище? — дрожащим голосом спросила Шереметева. — Я никогда со дня похорон там не была. А надо… — Конечно, — уверенно ответил я. — Я буду рядом. Закат в тот день был огненно-красным. Лишний раз намекая мне, что вся окружающая жизнь окрасилась этими цветами. Смерть Александра Васильевича, затем - непонятные истории с «ликвидацией» Бехтиева-младшего и Пчелкиной. И апогей - взрыв в доках. Я оказался в эпицентре блокбастера, шутера, боевика, - какого-то сюра, в котором единственной целью была она - Элен. Все происходящее - лишь фон, уже никоим образом меня не впечатляющий. Я принял жестокость. И согласился с тем, что лишь она поможет установить справедливость.