Гонконг

— Ну что, чем вчера все закончилось? — спрашивает Хоби, раскручивая мяч. — Да ничем, — морщится Юнги, разминая ноющие мышцы. Суббота и похмелье — не повод пропускать тренировку, особенно если жаркого секса ночью так и не случилось. — Прицепился, не отлепишь. Стал затирать, что мы теперь пара. — Ого, — Хоби бросает мяч, но мажет, и подача отскакивает от кольца. — Похоже, влюбился. — Ага, конечно, — Юнги хочет закатить глаза, но вовремя себя останавливает, мигрень от подобного только усилится, — он просто понял, что я его развел, и теперь издевается. Какое-то время они играют, лениво перебрасывая мяч, но даже не ведут счет. Юнги понимает, что вся эта херня зацепила его сильнее, чем могло показаться, и продолжает говорить. — Но ничего, в эту игру и двое могут играть. — Сложно все так, — Хоби ухмыляется, показывая, что понял аналогию с баскетболом, — трахни его, да и все. — Это уже дело принципа, — Юнги качает головой. — Хрен ему, а не Гонконг. — И что дальше? — Я первым не сдамся. *** — Как все прошло? — Тэ принес холодной водички, и Чимин чувствует приступ благодарности и любви к лучшему другу. — Да никак, — Чимин прикладывает холодную бутылку к больной голове и блаженно стонет, — я ему бред нести начал. Он сначала вроде быканул, а потом подхватил весь этот цирк. Конечно, Булка, говорит. И комната-то будет готова, и к родителям поедем… — Булка? — переспрашивает Тэ. — Ага, это он мне прозвище такое дебильное дал. Обиделся, похоже, на Сахарка. Тэ начинает смеяться, но почему-то это совсем не обидно. Хотя прозвище и правда идиотское. — Какая я ему Булка? — горестно спрашивает Чимин. — У меня кубиков пресса больше, чем извилин в его голове. — И что дальше? — Короче, я первым не сдамся, — уверенно заявляет Чимин, — если и играть, то играть до конца. *** Он вылавливает Чимина после пар. — Комната готова, Булка, — и лучше этому придурку не знать, что Юнги в хороших отношениях с комендантом, но изворачиваться все равно пришлось правдами и неправдами, чтобы им разрешили жить в отдельной комнате. В конце концов пришлось сказать почти-правду, что поспорил с дебилом с младшего курса, поклясться, что трахаться они не будут и вообще будут вести себя тише воды и ниже травы. Но усилия окупаются уже сейчас, ужас и растерянность в темных глазах напротив точно стоят того, чтобы проявить чудеса дипломатии. Да и кристальная репутация спортсмена-баскетболиста очень пригодилась, не зря Юнги не трахается со студентами своего универа. С другой стороны, именно попытка сохранить свою репутацию в университете и привела его к этой ситуации… — Уже? Так скоро? — Чимин чуть заикается от волнения, и Юнги злорадно отбрасывает все сомнения. — Ну да, — он небрежно пожимает плечами. — Я уже заселился. А ты передумал? Чимин моргает, и с его лица пропадает растерянность, а в глазах загорается огонек азарта. Это чувство Юнги просто обожает — он готов соревноваться везде и всегда. — А может, это ты передумал? — Мечтай, Булка, — ухмыляется Юнги. — Вот и я не передумал, — Чимин упрямо не отводит взгляд, и азарт в крови только разгорается. — Значит, съезжаемся? — уточняет Юнги, чувствуя себя, как перед прыжком в ледяную воду. — Получается да, — Чимин так усиленно кивает, что челка падает на глаза. Юнги старательно изображает на своем лице воодушевленную улыбку и протягивает Чимину ключ от их общей комнаты. *** — Тэ, я не думал, что он предложит! — Чимин в панике бегает по комнате, собирая свою одежду. — Как ему удалось договориться, интересно? — задумчиво комментирует Тэ. Чимин знает, что Чонгук тоже пытался договориться об отдельной комнате для их парочки, но комендант послал его в далекое пешее путешествие. И это грустно, потому что встречаться ребята не перестали, зато самому Чимину периодически приходится сваливать из собственной комнаты, чтобы голубки могли вдоволь нарезвиться. — Да какая разница, как, — Чимин с усилием застегивает чемодан, — сосредоточься на том, что в ближайшее время меня тут не будет, твой обожаемый Чонгук может пока перебраться сюда. Тэ светлеет лицом и помогает собрать учебники. — Но сильно не расслабляйтесь, — предупреждает Чимин, — мне хватит нескольких дней, чтобы сломить волю этого сахарного. — Тогда зачем тебе столько вещей? — Тэ поднимает брови. — Действительно… — Чимин растерянно оглядывает вещи, а затем открывает чемодан и перекладывает тряпки так, чтобы все поместилось в одном месте. *** — Я не думал, что он согласится! — шипит Юнги на паре по истории. Хоби не отвечает, усиленно делая вид, что слушает преподавателя, но Юнги видит его ехидную усмешку, и она ему совсем не нравится. — Залетел со своим огромным чемоданом, вещи разложил, — продолжает Юнги. — цветы, блядь, на подоконник поставил! — Обживается в семейном гнездышке, — хмыкает Хоби. — Ну ничего, — Юнги нервно постукивает ручкой по столу, — пара дней, он заскучает и отвалит от меня. Он не рассказывает, как Чимин заполз на кровать и полез целоваться. Не рассказывает, как от неожиданности ответил на поцелуй, на несколько секунд жадно сплетаясь языками. И каких усилий стоило разорвать поцелуй и выставить между ними руку. Но, пока он смотрел в горящие негодованием глаза, нужные слова возникли сами собой. Юнги с ухмылкой облизывается и внимательнее прислушивается к лекции про три поздних королевства.