II
4 мая 2023 г., 19:54
Мед. корпус пропах чем-то посторонним и пакостным, словно сама смерть начала разлагаться, замурованная в стальных стенах.
Слышен звон стеклянного лязга и методичное бренчание. Сосуд в руке голубоглазой светится характерным токсично-салатовым переливом. Конец титановой иглы неосязаем и филигранно подрагивает от мелких вибраций, не отбрасывая и зачатка тени на ладонь, в которой девушка его сжимает. Перестукивая случайные мотивы собственными ногтями, она выжидающе прожигала усталым взором маленького учёного.
—Ну? -Недовольно тянет она, стягивая плащ с плеч. Одеяние летит на койку рядом с нервозным исследователем, потерявшимся в собственных мыслях. Коротышка вздрогнула, отпрянув от резко явившейся перед ней вещи.
—Не знаю… -Подняв взгляд к собеседнице, Перидот боязливо косится на ампулу с ядерным отливом. —Я уверена… или скорее, я не уверена, что мне стоит продолжать колоть эти… Ляпис?
—Твои припадки участились. -Лазурит натягивает белоснежные перчатки, перебрасывая препарат из одной ладони в другую.
—Нет-нет, ты же знаешь… -Коротышка зажмуривается, сминая в руках кобальтовый плащ, распластавшийся рядом. —…Я подсяду на эти антипсихотики… -Учёная откашливается и выпрямляется. —…подсяду, слягу и мой мозг разжижится до состояния той криогенной жидкости! -Она яро мотает головой, пододвигается к краю койки и тихо шипит. —Мерзость… а ведь этим фиолетовым смрадом пропахло всё судно!
—Не может превратиться в слизь то, чего у тебя нет.
—Блестящее замечание. -Бурчит под нос учёная, пока её коллега разворачивается, пару раз щёлкнув по ампуле. Звонко отзывается стекло на сие действия и в скором времени холодный и пробирающий взгляд аквамариновых радужек направляется в её сторону.
Перидот, мешкаясь, переваливается за койку, отползая к стене. Медленно сглатывает.
Ляпис смотрит на неё, пытается что-то напоследок объявить, да вот только слова теряются.
Звуки обрываются, предвещая начало прелюдии.
Перед глазами её плывёт, и воздух в лёгких рассыпается бороздой закостенелого песка, пошатывая всё её собранное тело, повалив к стене. Дама злобно отталкивается от поверхности, борясь со скверным головокружением, пытаясь удержать равновесие.
Звучит далёкий рокот, а заместо привычных слов, голову затмевают свёртки дыма. Густое и испепеляющее испарение сжигает глазницы изнутри, обливая потерянное лицо градом обледенелых слёз. Ноги трясут её, издеваются, снова прижимая к стене, которая держит её из последних сил.
«Ляпис!?» Плечо скребётся вдоль поверхности её опоры, и тело с грохотом валится на землю. Боль тусклой вспышкой отзывается где-то вдалеке, напоминая о своём существовании.
Горелый пар начинает выдавливаться сквозь горло мерзким, разрывающим плоть кашлем и тошнотворными позывами. Через мрак пробивается чей-то облик. На неё пялятся мутные иридиевые радужки и рассечённая пасть, сглатывающая кровь.
Лазурит сдавленно хмыкает, начиная задыхаться. Кошмары наяву, а ведь подобного раньше за ней не наблюдалось.
Всегда приятно повидаться со старыми знакомыми.
—Ляпис! -Иридиевые очи воспламеняются и зеленеют. Лазурит вновь выискивает стену поблизости, давясь попытками отдышаться. Мерклость, обвившая её сеткой, сыпется редким прахом, прямиком во внутренности дамы. Прошлый облик теряется, приобретая чужие, но знакомые черты, и перед ней вновь предстаёт её напарница.
Лазурит отодвигает от себя белобрысую девушку, берясь за собственные плечи.
Она не осмеливается заглянуть в эти самые изумрудные глаза, страшась серебренного отблеска. Фальшивого и мёртвого отблеска.
Ампула валяется в нескольких шагах от них, с издёвкой переливаясь болотно-неоновой хтонью.
—Ты в порядке? -Обеспокоенно выпаливает учёная, заламывая пальцы. Освещение кабинета моргает, неосязаемо треща.
Синевласая напряжённо оглядывается, громоздко поднимаясь с земли.
—Я отойду. -Шлюз шипит и искрится, отбрасывая золотистые тени на хмурое лицо вышагивающей дамы. Она, схватив плащ, покидает кабинет, а за ней тянется вуаль бездонной тревожности.
Мед. корпус погружается в тишину. Вентиляционные шахты завывают подобно сиренам. Перидот косится на стены с опаской. Лазурит сбежала. Привычное для неё дело.
Теперь одна одна в этой маленькой, раздражающе отбеленной комнатке, среди завуалированно названных – препаратов, после которых в конечном итоге требуется альтернативное лечение.
***
Перед глазами скользили громоздкие лопасти, чья скорость смазывала собственные контуры, преобразовывая структуру металлических тел в расплывчатую лязгающую массу. Перидот прокручивала меж пальцев рукоять паяльного аппарата. Инструменты свисали с её жилета, покачиваясь в такт дыханию. От маски на лице тянулись трубки к золотистым баллонам с мелкими потёртостями. В ушах небольшие затычки, от которых провода, вдоль висков, вели к визору. Платформа под ногами вибрировала. Инженер поправил свои защитные очки и шагнул к трещине на обшивке. Эмаль искрилась и свет отблескивал, играя со значками на поясе, отпрыгивая от причудливого пистолета в руке и спускаясь ниже, к массивным ботинкам, покрытым стальными пластинами и эластичными полосками. Спусковой крючок зажимается, от чего наконечник раскалился добела. Нахмурившись, коротышка прикусывает губу, подходя к боковой панели турбины, и касается поверхности инструментом. Крик взвывает в её подсознании. Рука отдёргивается. На лице проступает возмущение. Перидот поспешно проверяет наушники, сомневаясь в их присутствии. Встряхнув головой, она пытается возобновить своё занятие. Полная тишина снова пошатывается и разум окутывается зыбким туманом. Горелый аромат человеческой плоти смешивается с яростными воплями. Два седых костлявых работника с прилизанными назад волосами сгорбились над чьим-то телом. Перед глазами мельтешат сотрудники, носятся из стороны в сторону, не обращая внимания на происходящее. Тело извивается в агонии, кровь хлещет из оборванных конечностей, и раскалённые щипцы оставляют багровые отметины на иссохшей коже. Сотрудник раскраивает грудную клетку и перехватывает пустой сосуд с пурпурной жидкостью. Сердце погружают в банку. Глаза потерпевшего, давно остекленевшие и закатившиеся, выкололи с преступной жестокостью. Исколотое стальными прутами тело поднимается со своего пьедестала. Манипуляторы утаскивают бездушный кусок мяса. Кровь скапывает на землю следом, пока оно не скрывается из вида. Визор предателя, покрытый алыми разводами, валяется у её ног. Визор её напарника. Визор пищит, напоминая о плановой проверке водоснабжающей системы. Перидот опирается о перила платформы. Остывший паяльник летит на пол. Инженер выдыхает, зажимая голову между ладоней. Ноги трясутся, кровь хлещет перед глазами.***
Лазурит смирилась. Затаившись среди контейнеров грузового отсека, девушка сидела на полу, откинувшись назад, ощущая спиной пробирающий холод массивных металлических стен. Маленькие шарообразные робоноиды катались вдоль открытых массивных ящиков, заглядывая внутрь и сканируя их содержимое. Тихий скрежет, мелодичное бренчание перешёптывающихся неясными сигналами роботов, гудение реактора, находящегося под дамой, грохот которого не в силах были скрыть даже монолиты шумоизолированного покрытия. Ляпис старалась уловить все эти сигналы, прочувствовать вибрацию, вдавливая ладони в пол, но один лишь монументальный вакуум скапливался вокруг неё, запирая наедине с голодным, пожирающим ощущением циклопической тревоги. Стоило ей моргнуть лишь раз, и они пользовались моментом, предоставленным шансом, и серебряные очи расцветали вблизи, теряясь в дымке паранойи. Стоило ей поймать их насмешливый дозор, и они тут же рассыпались беззвучно, бесследно. «Ляпис, если тебя тревожат кошмары, не нужно об этом молчать». Кошмары? Это не сны и не иллюзии – это что-то большее, что-то опаснее. Это явление искажало саму реальность её монотонного бытия, и это ей не мерещилось. Это что-то постороннее и это точно участилось, по неясным для неё причинам. Ей нужно было отвлечься. Яркий изумрудный закат увешан дымкой, напоминающей морскую пену простирающегося водного массива, под парой скрывающихся за горизонтом титанических светил. Стрекот ракообразных существ, свесившихся вверх тормашками с поверхностей известняковых пластин, отдалял часы долгого беззвучия полярной ночи. Каменные плиты, выстроенные подобно карточному домику, находились в воде, уходя на глубину, теряясь в опаковом слое среди дребезжащих волн. Девушка хлопотно корпела, нагнувшись над грудой водорослей, что-то решительно оплетая. Пальцы покрылись бордовым шлаком морской флоры. Совсем короткие сиреневые волосы развивались на ветру, взбудораженные морозным надвигающимся штормом. Вдали, на вершине витиеватой башни, блеснули пара огоньков. Лазурит недовольно покосилась на очертания виднеющегося острова, а потом смерила взором поспешно удаляющиеся лучи тускнеющих солнц. Она отложила заточенную ракушку в сторону и подняла самодельную верёвку, проверяя её на прочность. Пара мгновений, и та уже привязывает близлежащий шершавый булыжник к концу каната, опускает его вдоль торца плиты, пока камень не касается морской глади, а позже и вовсе погружается под толщу воды. Всё глубже и глубже… глубже и глубже… —Ляпис? -Озвучивают динамики. Дама поднимает взгляд к потолку, хоть и знает, что ничего там не отыщет. —Ляпис, я знаю, что ты там. -Снова повторяет голос, доносящийся отовсюду. Маленький робот врезался о раскиданные ноги Лазурит, чертыхнулся, обернулся вокруг своей оси и замер. Спустя мгновение в воздухе расплылась голограмма. Перидот сложила руки замком на груди и недовольно постукивала указательным пальцем по локтю. —Ну? Мне долго ждать? —Смотря чего ты ждёшь. -Учёная выдохнула, запрокидывая голову и руками зачёсывая волосы назад. —Пожалуйста, подойди к мостику, мне нужно тебе кое-что показать.***
—Эта колония не кажется тебе знакомой? Перидот сняла громоздкий жилет и повесила его на массивное капитанское кресло, бегая руками по серому однородному костюму, разглаживая несуществующие складки. Когда девушка осмелилась поднять взгляд на напарницу, она узрела лишь мраморно побелевшее лицо, недвижимое и покинутое. —Возможно я ошиблась… Я знаю, я не должна была лезть в твою характеристику, просто вся эта документация, зашифрованные материалы… Учёная вновь осмотрела её. Ляпис медленно повернула свою голову в её сторону и уставилась на неё, будто бы что-то выискивая. Что-то её терзало, настолько это ясно отражалось на её подрагивающих губах, что инженер утихла, не зная, как поступить. Оцепенелыми руками дама настигла её и ухватила за плечи, просверливая уставшие, напуганные изумрудные глаза. —Ты уверена?! -Лазурит не сумела сдержать свой сорванный голос, колеблющийся подобно водам в пору суровейшей грозы. Перестук её клыков донёсся до собеседницы, которая упёрлась сомкнутыми кулаками в её живот, инстинктивно силясь оттолкнуть накинувшегося безумца. —Это сомнительная гипотеза. Пальцем в млечный путь ткнуть. Таких небесных тел полно, да и первоначального ландшафта по всей видимости она не сохранила… —Перидот?! —Маловероятно… -Пришлось приложить некие усилия, дабы успокоится и не воспринимать даму напротив как угрозу требующую немедленной ликвидации. —Ответь! —Эй, тише… -Учёная потянулась к её кистям, стягивая их со своих плеч, в попытках привести напарницу в чувства. —Я не могу подтвердить свои догадки или что-нибудь подобное… -Перидот задумалась, но быстро спохватилась, заметив то, как Лазурит пытается отшагнуть. —…без твоей помощи. Для этого я тебя и вызвала. -Коротышка отпустила её руки и поправила воротник её плаща. —Так мы сможем сопоставить имеющиеся факты и твои собственные воспоминания. Что думаешь? Ляпис выплюнула скопившийся в лёгких воздух. Расфокусированные глаза опустились к полу, а встревоженное выражение лица сменилось тоской. Мысли совсем спутались и слова для ответа долго никак не могли собраться воедино. —Я помогу.
