Часть 2
15 апреля 2023 г., 15:30
Доставучая пыль заставляет нос чесаться изнутри. За неимением возможности ходить на миссии после операции, Итачи пропадает в архиве, с головой зарываясь в тонны справочников. Бумажки, стопки книг, от которых ломится стол, венчает лишь одно личное дело, что находится всегда под рукой, разместившись поверх всей огромной кучи.
Итачи в очередной раз чихнул, нелепо зажав уже покрасневший нос.
— Никогда не думал, что тебя интересует медицина. — Из-за плеча выглянула любопытная темноволосая макушка друга. Шисуи обладает уникальным талантом — появляться невовремя. — Решил пополнить ряды ирьенинов? Похвально. Слышал пару раз, как Шизуне жаловалась на недостаток рук в госпитале.
Итачи бросил на друга косой взгляд, но комментировать колкость отказался, ведь знал, что тот иногда не контролирует свой речевой поток. Шисуи порой специально играет роль наивного простачка.
— Харуно, значит. — Он выхватил личное дело Сакуры прямо из-под носа Итачи, принявшись спешно листать обветшалые страницы, нахмурившись. — Ты решил на постоянку перебраться в архив, или как? Хочу сказать, что тут довольно прохладно. Не лучший выбор жилья, знаешь ли.
— Тебя забыл спросить.
Внешний вид Итачи оставлял желать лучшего. Сгорбив спину, он буквально растворялся в пыльных страницах. Похудевший после госпиталя он наверняка ни черта не ел, будучи сильно увлеченным поисками нужной ему информации. Фиолетово-синие треугольники под глазами тому доказательство. Шисуи узнавал это состояние: молчаливость, загруженность и завидное упрямство. А его причина с розовыми волосами ехидно улыбается им с небольшой фотокарточки. Ему не удалось застать девчонку-медика на поле боя. Но критическое состояние Итачи, провалявшегося в госпитале несколько недель, буквально кричало о ее весьма пугающем мастерстве.
— Пятая уже подняла цену за ее голову, так что разыскивать будут теперь усерднее. Ты зря просиживаешь здесь время. Думаю, ее вскоре найдут.
— Допустим, найдут. — Итачи отложил справочник, загнув страницу со статьей о скальпелях чакры, и взглянул на друга озадаченно. — Но остановят ли? Или мы похороним еще одну команду АНБУ?
У него было много времени на размышления. Тоскливые белые стены госпиталя позволяли тараканам, скребущимся в мыслях, воспроизводить в голове картинку с той миссии. С позорно проваленной миссии. Он снова и снова прогонял перед глазами работу ее техники, позволяющей выжить даже при смертельном ранении. Достал с расспросами Пятую. И даже был выставлен за порог ее кабинета в Резиденции. После выписки, разумеется.
Он просто помешался на ней. В желании остановить ту, что смогла смертельно ранить его в бою, Итачи посвящал львиную долю своих мыслей ее образу. Жестокая, равнодушная и чудовищно сильная. С учетом хрупкого телосложения и невысокого роста, это, мягко говоря, впечатляет. Как напоминание о личном поражении, приведшем его на порог к Ками, под татуировкой теперь красуется кривой тонкий шрам.
Шисуи глядит задумчиво, не может подобрать ответа. Всю команду на задании он еще не терял.
— Что говорит Цунаде?
— Что у каждого из нас в душе свои демоны. — Повторяет он фразу, сказанную Пятой еще в госпитале. — Думаю, именно она может помочь нам.
— Сакура была ее ученицей, так что это очевидно. У них наверняка похожие навыки. Значит, Цунаде должна знать, как остановить технику абсолютной регенерации. — Шисуи поднимается на ноги, прихватив личное дело Харуно. Приманка для Итачи. Для Пятой — пища для размышлений. — Сходим к Хокаге. Только желательно мимо полигона. А то совсем уже заржавел в своем архиве, пора бы начать восстанавливать форму.
***
Сакура ненавидела тупых идиотов. Жадных до денег. Похотливых. Не видящих ничего дальше собственного носа. Но стоило признать, ими было легко управлять. Достаточно лишь дать им то, чего они так самозабвенно желают. Именно поэтому Дайме — толстый неповоротливый человек, — гладит ее голые колени мясистыми пальцами. Она с садистским удовольствием покрошила бы их кунаем в его же блюдо. Но жаль, что шуму наделать нельзя: приходится быть терпеливой, улыбаться и наивно хлопать глазками. Передача власти наследнику-изгою должна пройти без крови и лишних вопросов, а значит смерть правителя будет выглядеть естественной, а завещание вполне оригинальным. Не так уж и сложно, учитывая пристрастия Дайме к алкоголю, проституткам и пиршествам, больше похожим на обжорство. Ей удалось разместиться совсем рядом, соблазнительно сложить ножки на коленях толстяка, позволяя ему подхватывать губами виноград из ее рук. Его ладони порой поднимались слишком высоко, задевая подол короткого шелкового халата. Она искренне хотела сломать ему руку. Но ждала, пока Дайме соизволит насмотреться на полуголых девок, виляющих хвостами перед ним и желающих затащить в постель его толстый… кошелек. К слову, именно ей нужно остаться с ним наедине. Только совершенно по другим причинам. — Господин, к вам посетители. — Громко отрапортовал стражник у главных дверей залы. О возможных гостях ее не предупреждали. Сакура слегка напряглась и подавила чакру. Под хенге она не так узнаваема. Перестраховавшись, она заранее сменила яркий розовый цвет на более распространенный. Шатенок в мире гораздо больше, чем девушек с волосами цвета лепестков сакуры. Глаз на вошедших посетителей она не подняла. Какой проститутке есть дело до политических проблем и интриг, плетущихся в стенах дворца Дайме? Оставшись внешне равнодушной к происходящему, она напрягла слух, не желая пропустить ни малейшей детали разговора. — Просим прощения за внезапное вторжение, господин Дайме. Мы прибыли со срочным известием от Хокаге. Сакура застыла. Коноха? В такое время? Успокоив пульс и нормализовав дыхание, она положила виноградину в рот Дайме, чтобы не вызвать лишних подозрений. Ей нужно продолжать играть свою роль, ведь это не так уж и сложно. Просто играть роль развратной легкодоступной женщины. — Какая честь принимать у себя тех, чьи имена идут далеко впереди своих носителей. Что стряслось у Конохи, если она послала ко мне представителей клана Учиха? К тому же, именно вас. Ее маска незаинтересованности едва не рассыпалась ко всем чертям. Сердце подпрыгнуло к самому горлу, затрепетав внутри неугомонной птицей. Она бросила на них короткий взгляд — не сдержалась. Двое в форме АНБУ как раз избавляли свои лица от фарфоровых масок. Это был он! Тот самый АНБУ, которого она «убила» на той миссии. Тот самый Учиха Итачи. Совсем не похожий на призрака. Наверняка рядом с ним гордо расправил плечи не кто иной, как Учиха Шисуи. Он выглядел немного старше и, по всей видимости, являлся капитаном их небольшой делегации. Будь рядом Кисаме, она бы влепила ему нехилый подзатыльник. Любой нормальный напарник похвалил бы другого за проницательность, но Сакуре уж слишком хотелось, чтобы Хошигаки, как минимум, икалось. Ведь в своих мыслях она не жалела для него даже самых последних оскорблений. Оставалось надеяться, что он осведомлен о столь непредвиденном нюансе, и что продумал план, как вытащить Сакуру из Резиденции Дайме, не попавшись на глаза гончим из Конохи. На прямой взгляд Итачи она напоролась всего на секунду. Яд должен был убить его! Что это? Иммунитет, противоядие, тупое везение? Мысли Сакуры метались в разные стороны, выстраивая все возможные цепочки развития событий… В переговорах Итачи участвовать не любил, поэтому и предоставлял Шисуи возможность развязать свой длинный язык и попробовать договориться с Дайме самостоятельно. Поставки, финансы, политика. Участие в подобных играх — штука неблагодарная. Ему приходилось делать то, что он умеет лучше всего — быть шиноби. Наблюдать, впитывать, запоминать, быть на чеку, в конце концов. Слухи о правителе страны Воды оказались правдивы: пир, больше похожий на пьянку в борделе; реки алкоголя; толпы почти нагих девушек, чьи взгляды, казалось, раздели не только Дайме, но и симпатичных Учиха. Лишь одна из них мазнула по ним удивленно-равнодушно. Итачи нахмурился. Внешность девчонки признать не выходило. Прислушавшись, колебаний чакры он не обнаружил. Но что-то было не так. Она не вела себя так, как остальные девушки. Держалась гордо, будто никаких Учих в ее мире не существует. Ее острые коленки выглядывали из-под распахнутого кимоно, расшитого золотыми нитями. Тонкие запястья, длинные пальцы, маленький рост. Утонченная миниатюрность в руках зажравшегося толстяка, нагло лапающего ее, выглядела как-то нездорово. Он зарывался носом в ее темные волосы, запускал руки под кимоно, мял, беззастенчиво трогал и, кажется, совсем не слушал болтовню Шисуи о потребностях Конохи. — Страна Огня готова предоставить щедрую плату за возможность разместить на границе с вами несколько отрядов шиноби… — Оказавшись нагло перебитым, Шисуи едва не задохнулся от возмущения. — Почему я должен доверять Конохе, Шисуи-сан? Допустив ваших шиноби к своим границам, не рискую ли я безопасностью граждан своей страны? К тому же, откуда мне знать, что вы не нападете на нас, как это случалось еще при Кровавом Тумане? — Язык правителя заплетался. Он икнул, поднял разнокосые глаза на посетителей, слегка шлепнул Сакуру по ножкам, призывая ее подняться. — Я сейчас, как видите, слегка занят, но я услышал ваше предложение, обещаю поразмыслить над ним на досуге. — Но, господин, активность Акацуки переходит в вопиющую наглость, а последние следы, которые получили наши поисковики, привели нас к вашим границам. Если нам удастся выследить их и арестовать, то преимущества получат не только страна Огня, Коноха и Скрытый Туман, но и вы, ведь прекратятся убийства, будет налажена торговля. Будет гарантирована безопасность для всех Пяти Великих стран. Попытка воззвать к здравомыслию безжалостно разбилась об алкогольное марево и похотливый взгляд, на дне которого виднелись весьма прозрачные намерения. Пока девушка поднималась, Итачи следил за каждым ее движением. Продолжая игнорировать их присутствие, она грациозно обогнула Дайме, сверкнула подтянутыми худыми ножками, ведь халат-киномо прикрывал лишь ягодицы. Но было в ее движениях что-то нервное, дерганое, напряженное. Что-то, что не давало Итачи покоя. Он рассматривал ее в упор, желая найти хоть какой-нибудь изъян в идеальном образе эффектной проститутки. Как жаль, что активировать шаринган сейчас нельзя. Если, конечно, он не хочет спровоцировать местную охрану и с треском провалить переговоры. — Вернитесь с вашим предложением в следующий раз. — Пробормотал Дайме, прихватив под талию Сакуру и еще одну хихикающую блондинку. — Сейчас я вынужден удалиться. Могу назначить вам встречу… ммм… через неделю. Да-да, приходите через неделю. Я дам вам окончательный ответ. Да, что он о себе возомнил? Высокомерный ублюдок. Они не могут ждать! Дайме страны Огня и Пятая потребуют ответа, стоит им только пересечь границу. Попытку Шисуи сделать пару шагов в направлении удаляющейся спины правителя Воды быстро пресекли — пара стражников схватилась за тати, преградив им путь и позволяя девушкам утянуть толстяка в сторону покоев. — Вам лучше покинуть Резиденцию! — Рисковать миром со страной Воды — не лучшее решение. Шисуи попятился. — Да-да, конечно. Нам правда лучше уйти. — Шисуи миролюбиво улыбнулся, подняв ладони вверх. Ему не удалось поймать взгляда Итачи, сосредоточенного на щебечущей толпе. Точнее лишь на одной из них. Той, что сильно выбивалась из общей массы. Пришлось покинуть залу, оставив за ее массивными дверями успех их миссии. Оттуда удалось вынести только разочарование. Едкое и жгучее разочарование в тех людях, что правят, регулируя политические отношения Пяти Великих стран. — Ты заметил что-то странное? — Шисуи спросил тихо, когда они передвигались по длинным коридорам Резиденции. Нечего охранным псам, сопровождающим их, знать о полученных наблюдениях. Шисуи успел заметить объект пристального наблюдения друга. — Та девушка — шиноби? — Я не смог почувствовать ее чакру. — Глубокая борозда залегла меж тонких бровей, положив на бледное лицо Итачи тень задумчивости. — Но я уверен, что здесь что-то не так. — Не из борделя что ли? Думаешь, стоит проверить? Лишних слов для подтверждения не требовалось. Шисуи все понял. Всегда понимал и безоговорочно доверял мнению младшего товарища. Они растворились в стае воронов Итачи, стоило им только переступить порог Резиденции. К тому же возвращаться в Коноху с невыполненной миссией им было категорически запрещено, ведь на кону стояла не только безопасность Страны Огня, но и всего мира шиноби.***
Наконец она могла быть собой! Пусть даже не внешне. Все-таки Резиденция Дайме все еще является для нее небезопасной вражеской территорией. Но скрывать свою истинную сущность сложнее, чем прятать розовые волосы под хенге. Она с удовольствием хрустнула шеей, медленно наклонив ее чуть в бок. Жаль, что не чужой, конечно. На голой ноге закрепила сумку на кожаных ремешках с оружием и ядами, припрятанную в спальне заранее. Не могла же она прийти сюда неподготовленной. Девушка вдохнула полной грудью морской ветерок, врывающийся в открытое окно. Умиротворение, подаренное тихими всплесками волн, уютными поглаживающими дуновениями и полной яркой луной, нарушало лишь чужое предсмертное хрипение. Раздражало, конечно, но она не хотела, чтобы Дайме умер быстро. — К-к-к-кто ты? Приятная для глаз картина. Яд, над которым они с Сасори трудились ночами, работал идеально. Распластавшись на полу, Дайме бился в легких конвульсиях, порой выплевывая изо рта сгустки белой пены. Глазной белок уже налился красным цветом из-за полопавшихся капилляров, а грудная клетка поднималась через раз. Все-таки сломать ему руку было бы слишком простым решением. Неудобства доставили только девушки, припершиеся за ними хвостом так не вовремя. А этот извращенец даже и не подумал их прогнать. Пришлось всех вырубить. И сейчас, перешагнув через тела проституток, надеявшихся хорошо и весело провести время, Сакура присела перед Дайме. Почти заботливо провела костяшками по бледному лбу мужчины, смахивая холодные бисеринки пота. Научный интерес оказался сильнее желания избавить гада от мучений. — Та, кто сменит Дайме в вашей стране. — Она нежно улыбнулась. Проверила пульс, хаотично прыгающий в его венах. Надо будет поделиться результатами эксперимента с Сасори. По ее расчетам, жить толстяку осталось меньше получаса. Значит, пора браться за работу. Шестое чувство неприятно зудело под кожей. То ли бессознательные девушки, чье присутствие в покоях Дайме не входило в изначальный план, вызывали легкий мандраж, то ли появление живого Итачи. Теперь уходить отсюда нужно еще осторожнее. Только Ками знает, зачем Учихи на самом деле появились в стране Волн. Кисаме и Сасори говорили, что они чертовски хороши. Но они вряд ли смогли узнать в ней медика из книги Бинго. В любом случае, стоило поторопиться. По-хозяйски она присела за рабочий стол, в беспорядке выудила пергамент и перо с чернилами. Напишет, что необходимо, и уберется отсюда поскорее. Буквы ложились ровно и размашисто. Даже пальцы не дрожали. Так вот, как чувствуют себя Каге, когда издают новые указы. Завещание ей составлять еще не приходилось. Как хорошо, что таким, как она, подобные формальности ни к чему. Пережил очередной день — и ладно. Жизнь шиноби слишком непредсказуема. Никогда не знаешь, в какой канаве оставишь свои душу и тело. — Хм, здесь бы подписать для убедительности. Она вернулась к Дайме — тот был еще жив. Его тело билось будто в истерике, выламывая позвоночник, почти невидящие глаза пялились в потолок, а скрюченные пальцы впивались в сухой тростник татами. Тащить его тушу к столу — не дело. Нести завещание, над которым она так усердно корпела — значит помять пергамент и размазать невысохшие чернила. — Я одолжу ваш драгоценный пальчик? — В полумраке покоев сверкнул кунай. — Не волнуйтесь, я обязательно верну его обратно. Он даже закричать не смог. Лишь глухо промычал, когда большой палец с легкостью отошел от его ладони. Пришлось, правда, подлечить рану сразу, чтобы кровь не запачкала татами. Так наследить было бы непрофессионально. Обмакнув подушечку чужого пальца в кровь, Сакура поставила отпечаток в нижнем углу пергамента. Недовольно хмыкнула. Растрачивают же Дайме кровь просто так. Зачем подписывать документы именно таким способом? Странные они, политики. Ладно, шиноби. Свою кровь они исключительно для призывов используют. Она аккуратно скрутила завещание в трубочку. Легкий озноб прокатился от затылка к позвоночнику, окатив внутренности липким чувством опасности. Тишина надавила на барабанные перепонки. Сакура слышала только собственное рваное дыхание в то время, как шелест волн, дуновение ветра и хрип умирающего Дайме, казалось, совсем стихли. Перехватила кунай крепче. Ватным шагом отошла к окну, спрятавшись в тени занавески. Прислушалась. Тяжело сглотнув, Сакура слегка выглянула. За окном бушевал только порывистый ветер, вихрем влетающий в просторные покои. Возможно, показалось. Дело сделано. Нужно срочно уходить. Она спешно возвращается к столу, пытаясь замести следы и оставить завещание среди груды остальных бумаг. Гулко хлопает дверь, заставив пальцы Харуно дрогнуть, а саму ее едва ли не подпрыгнуть. Мир сжимается до человека в форме АНБУ, замершего в широких дверях, ведущих в огромные покои. Это был он — Учиха Итачи! Первая мысль — бежать. Она ринулась к открытому окну, не позволив себе допустить и секунды промедления. Если она успеет встретиться с Кисаме, то им удастся незаметно скрыться или дать Учихам бой. Мысль о напарнике Итачи пришла с запозданием. Она не успевает сделать и десятка шагов, как Шисуи преграждает ей путь, появившись на подоконнике и отрезав отступнице запасной путь к отступлению. Во мраке лунной ночи шаринган обоих Учиха светится рубиновым и заставляет внутренности сжиматься и холодеть. Хочется пробить себе выход через крышу, стены, пол. Наделать шума, ведь для ее техник взрывная сила — это нечто родное. Опешив от западни, в которую ее загнали, Сакура не успевает сконцентрировать чакру в кулаке, ведь Итачи оказывается за спиной гораздо быстрее. Первый удар приходится по ее ногам, дабы лишить противницу равновесия. Подножка, и Учиха прижимает девушку животом к полу, выкручивая руки до острой рези в лопатках, заставляет ее разжать пальцы и выронить кунай. Сакура шипит от боли, сковывающей движения. — Кай! — Лишаясь хенге, розовые волосы рассыпаются по спине, прикрытой лишь шелковой тканью, являя Итачи истинную личность куноичи. Это она! Та, что почти отправила его к Ками. Поисковики Конохи потратили уйму времени и сил, стараясь найти хотя бы след ее чакры. А она здесь. Лежит под ним, растрепанная и злая, не имеющая возможности даже пошевелиться. — Живой все-таки, да? — Рычит Сакура. — Понятия не имею, как тебе удалось выжить, но… — Осознание накатывает на нее внезапно, набатом ухнув в мыслях. Лишь один человек способен остановить ее. Всего лишь один медик во всех Пяти Великих странах, в теории, превосходит ее способности в ирьениндзюцу. Она тихо засмеялась. — Я всегда восхищалась шишоу. Сакура, не сдержавшись, вздрагивает, посылая в конечности новую волну боли, когда холодные мужские пальцы задевают внутреннюю сторону бедра. — Пожалуй, избавимся от этого заранее. — Оповещает Итачи, шепча ей почти в самое ухо. Кобуру на девичьей ноге сложно игнорировать, зная способности преступницы «S» класса. Он грубо дергает за кожаные ремни, оставляя на нежной коже красные полосы. Сумка отлетает к дальней стене, жалобно звякнув склянками. — Каким ядом ты его накачала? — Шисуи почти шипит. Пульс Дайме кажется совсем слабым. Неровные толчки грозятся вот-вот оборваться. — Шисуи, посмотри бумаги. Она что-то прятала в верхнем ящике стола. — Одной рукой Итачи удерживает ее запястья, другой приставляет к горлу кунай, практически прижав острие к рвано бьющейся жилке. — Говори, Сакура, что это за яд! Наверняка у тебя есть противоядие. — Нет. Нет противоядия. Он умрет, как и должен! — С одной стороны, ей хочется смеяться от невезения. С другой, от опаляющего горячего дыхания над ухом почему-то мурашки врезаются в затылок. Когда он сжимает руки сильнее, с ее губ срывается стон. Возможно, болезненный. Она кидает взгляд из-за плеча, почувствовав, как напрягается и ее пленитель. — Не подозревала, что ты любишь пожестче, Итачи-кун. Он готов придушить ее. Сейчас. Поглубже вогнать… кунай в артерию, отбивающую грохочущий пульс. Провернуть с хрустом пару раз. Только ведь знает, что любой участник Акацуки — это кладезь полезной информации для Конохи, АНБУ и кого-нибудь из Яманака. Его, конечно, под трибунал не отправят за случайную смерть Харуно, но и не похвалят за упущение возможности узнать побольше о преступниках, терроризирующих Пять Великих стран уже несколько лет. Сакура продолжает ерзать под ним, причиняя себе боль и выбиваясь из сил. Предпринимает жалкие попытки выбраться. И трется, трется, трется… Сбивая халат-кимоно в районе поясницы. — Итачи, погоди. Кажется, противоядие нам не потребуется… — Глаза Шисуи спешно скачут по строчкам завещания, оценивая ситуацию. — Передача власти пройдет, как мы на то и рассчитывали в случае невозможности договориться с Дайме. С наследником мы точно сможем заключить необходимый для Конохи договор. Переговоры ведутся с ним на протяжении пары месяцев, и он готов заключить сделку при условии, что мы поможем ему. Нас, в целом, устраивает такое развитие событий. Смерть Дайме для страны Огня так же выгодна, как и для них. Итачи кивнул, принимая новые условия миссии. Они, в первую очередь, АНБУ, и всегда имеют запасной план. Успешное завершение миссии — их долг, а способ ее выполнения не так уж и важен. Равнодушно оглядев не имеющего никакой ценности Дайме, в чьих глазах медленно тухла надежда на спасение, Шисуи приложил два пальца к шее одной из девушек. — Без сознания. Большая оплошность, Сакура-сан, оставить девушек в живых. Они ведь вспомнили бы еще одну шатенку, неожиданно пропавшую после смерти Дайме. Вас бы искали, а в естественной смерти своего правителя народ бы засомневался. К тому же, отрезанный палец… как жестоко с вашей стороны, тоже является уликой. Он что, пытается учить ее быть шиноби и работать чисто? Сакура дергается под весом своего пленителя снова, проехавшись еле прикрытыми ягодицами по штанам Итачи. Тот сжимает челюсти покрепче. — Я бы избавилась от них, не появись вы здесь так не вовремя. — Я зачищу покои. — План Шисуи прост, ведь основная работа уже практически выполнена. — Затем под нашим конвоем вы, Сакура-сан, проследуете в Коноху, где вас будут судить за предательство родной деревни. Вычеркнем ваше имя из книги Бинго вместе, м? Холодный меч ложится на плечо Шисуи, вынужденно замершего под огромными волнами чакры весьма парализующей силы. — Я так не думаю. Над капитаном АНБУ черной опасной тенью навис Кисаме. Самехада в его руках нетерпеливо урчала, желая поскорее попробовать на вкус необычную чакру Учиха. Пространство будто схлопнулось до размеров покоев Дайме, где Кисаме мог снести голову Шисуи, а Итачи — перерезать горло Сакуре. Малейшее неверное движение принесет кому-нибудь из них смерть. Круг замкнулся.
