shorts

Лиля любит своего брата, который на самом деле сестра. и его сумку, в которой наркотики, любит тоже. она бы уже давно не умерла, если бы не брат с сумкой с наркотиками. — Лиля, не спи. ты замёрзнешь и умрёшь. Лиля не спит. она сонно трёт свои огромные щенячьи глаза и шмыгает, стараясь игнорировать мельтешащую впереди полутень. — Лиля, не шмыгай. у тебя опять кровь идёт. — где? она по-лисьи приоткрывает глаза. наверное, если Лиля их откроет по-совиному (ну, то есть, в полную силу), то увидит даже то, что у неё за спиной. поэтому она так не делает. она только подбирает в кулак рукав и вытирает им то самое, про что сказал ей брат. — Лиля, не надо так. ты испачкаешься. — зато меня никто такую не тронет. сестра молчит, как-то по-особенному скрежеча зубами. Лиля видит это через дыру в щеке. — ты что-нибудь мне принесла? Лиля замечает какое-то движение вроде кивка. ей сразу становится лучшее. когда брат что-то приносит, ей всегда становится лучшее, даже когда он ещё ничего ей не дал. но тут же почему-то становится нетерпеливее! Лиля ёрзает попой по грязному матрасу и провожает взглядом усатого и крылатого Георгия. брат говорит, что он вредитель и ест их еду, но ночью он щекочет Лиле пятки и заплетает косички, и наутро они блестят, но сестра всегда велит идти к колонке и поливаться водой, даже зимой, когда холодно, и можно заболеть... но Лиля всегда болеет - каждый день. пока брат не принесёт ей наркотики. — Лиля? о чём ты? уже две недели льёт дождь, мы не ходим к колонке. — извини... у меня опять букашки-болтушки под кожей. — уже началось? я принесла стразы, потерпи немного. — а мультики? — ты хочешь посмотреть мультики? у меня есть одна марка, но от неё тебе не станет легче. может быть даже хуже. — я замёрзла... Лиля роняет голову на бугорчатую подушку, а за ней падает тело. или сначала упало тело, а потом голова? сейчас лето, но дрожится всё равно. — мне всё дрожится и дрожится. на плечи Лили ложится рваная куртка. — съешь стразу. и правда - вот она, страза, прямо у её лица. Лиля просто не увидела её с закрытыми глазами, а только нащупала языком и сразу же спрятала во рту. откуда-то спересзади послышался шелест полиэтилена. смешное слово, поэтому запомнилось. — я уйду ненадолго. если что - прячься в сундук. — я не могу, я болею. — посчитай до ста, и ты сразу выздоровеешь. — я до ста не умею. только до тридцати. — мы с тобой учили вчера цифры, ты уже забыла? — извини... — тогда посчитай до тридцати три раза. а три раза до тридцати - это как? надо загибать пальчики, как брат учил. надо загнуть ровно три пальчика. сестрёнка так сказала, значит, так надо. но только что делать, если пальчики не гнутся? — у меня пальчики не гнутся. а в ответ деревянно-дверной скрип. ушёл. брат говорит, что у него какая-то особая работа, и Лиле нравится представлять, что он полицейский для животных. когда он приходит, от неё всегда пахнет собаками, и немножко чем-то сладким. жалко только, что она сладенькое домой не приносит. Лиле так хочется узнать, какое на вкус пирожное.