Планы на будущее
22 июня 2023 г., 00:43
Позавтракав, Павел и Соня решили, что пора возвращаться домой. У них был свободен целый день впереди, но они оба согласились, что вдвоем они теперь будут постоянно, а вот родные уезжают завтра вечером, поэтому стоит провести время с ними. Пётр Иванович был счастлив, что он наконец может встретиться лицом к лицу с представителями Герлен. У него накопилось идей на два новых аромата, которые он хотел поскорее начать выпускать. Он привез пробные вытяжки с собой, чтобы, так сказать, показать товар лицом, и сегодня будет встречаться с французскими партнерами. Завтра вечером он с семьей уедет обратно в Швейцарию, потому что дела там не терпели отлагательств. Слишком многое требовало их с Ирмой личного присутствия. К тому же Ване следовало сдать до Рождества все положенные семестровые экзамены, ведь его отпустили до начала рождественских каникул только с этим условием. Анна, Яков и Лидочка тоже уедут завтра вечером. Анины родители четыре года не были в Бордо и теперь страшились возвращаться в поместье, им следовало оказать всяческую поддержку, чем старшие Штольманы с младшей дочерью и собирались заняться. Алекс по состоянию здоровья не мог с ними поехать, поэтому оставался дома, чему втайне очень радовалась Таис. Молодожёнов тоже не брали в поездку, потому что им следовало обустроиться в их новом качестве и подумать над тем, как они будут жить дальше.
— Яков Платонович, — проговорил Павел, входя в кабинет к тестю, когда все положенные радостные возгласы и каверзные шуточки по их возвращении стихли и Анна с Лидочкой утащили Соню на второй этаж. Марию Тимофеевну взяла на себя Ирма, потому как понимала, что присутствуй там Анина мама, задушевного общения не выйдет. — Я бы хотел с вами поговорить.
— Проходи, — радушно ответил Штольман, указывая на кресло перед своим столом. Он видел сверкающие и радостные глаза дочери и сам вспомнил, как они с Аней только-только приехали в Париж, считай что в роли молодоженов. Всё было внове, но приносило только радость, потому как они были вдвоем и любили друг друга. Воспоминания нахлынули на него, и он вдруг подумал, что после того, как они разберутся с виноградником в Бордо, нужно взять Аню и денька на три рвануть куда-нибудь недалеко от Подансака только вдвоем. Отдохнуть от тягот и просто сделать передышку. Свежий воздух, природа и спокойствие ей не повредят.
— Яков Платонович, — снова начал Павел. — Мы с вами говорили о том, что нам необходимо определять наше с Соней будущее. То подобие посольства, которое пытается делать добрую мину при плохой игре, не имеет реальной власти и я склоняюсь к тому, что вряд ли когда-то что-то изменит. Новая власть сейчас не показывает заинтересованности в налаживании связей с заграницей, о чём, я с вами согласен, они вскоре пожалеют, поэтому я, в сущности, остаюсь без каких-либо перспектив в службе на государственном поприще. Мы с Соней думали над тем, что нам делать дальше, и решили, что тоже откроем своё агентство. Она жаждет заниматься сыском, а я не вижу причин ей мешать. За безопасность её я буду нести ответственность, а в умении логически мыслить, делать выводы и решать загадки с ней мало кто может сравниться.
— Я предвидел подобный шаг, — помолчав, проговорил Яков. Он с самого Сониного детства слышал о том, что его дочь обязательно станет сыщиком сама, и будет помогать людям, и будет ловить преступников, и будет самые сложные случаи брать, и так далее, и тому подобное, поэтому за двадцать лет сумел примирить себя с подобным развитием событий. — Это разумное решение, как мне кажется.
— Вы так думаете? — обрадовался Селезнев. Он втайне ждал негативной реакции, если честно, памятуя о том, как Штольман выходил из себя, когда Софья слишком усердствовала в делах агентства.
— Да, именно так я и думаю, — кивнул Яков. — Вы уже работали вместе над расследованиями, ваш тандем сложился и сложился, кажется, неплохо, поэтому стоит это использовать на благо людям и вам самим. Только не давай Соне выходить за берега. Ты же знаешь, что она может влезть в такое мероприятие, что расхлебывать ситуацию вам придется долго.
— Разумеется, — ответил Павел, думая о том, что остановить его жену, если она что-то наметила своей целью, может только паровоз, и то не факт. В этой области им придется туго. Тут, похоже, придется расставлять точки над "i". — Мы пока думали об этом лишь в теории, а теперь, пока у нас есть время, мы начнем планировать всё более конкретно. Мои сбережения позволяют сделать некоторую паузу.
— Вот и хорошо, — одобрил и это Штольман. Сонино благосостояние, которое до недавнего времени было его заботой, сейчас поддерживалось весьма крупной суммой, которая лежала на счету в банке. Такие же вклады имел каждый их с Аней ребенок. В случае чего у них будет уверенный старт.
— Я тогда найду Соню и скажу ей, что всё в порядке, — сказал Павел и встал с кресла.
У двери он помедлил и, повернувшись к Якову, спросил:
— Яков Платонович, это ведь вы сделали так, что после предательства родителей, часть денег, полагающихся мне, было возвращено на мои счета? Никто бы не стал финансово поддерживать сына сбежавшего дипломата.
Штольман поднял бровь. Этого вопроса спустя столько лет он не ожидал.
— У меня нет такого влияния, — ответил он, думая о том, что его зять замечает гораздо больше, чем говорит. — Кто бы послушал человека с довольно запятнанной репутацией?
Павел некоторое время внимательно смотрел на него, а потом кивнул.
— Я понял, — сказал он и вышел из кабинета.
