Внимательность
20 июля 2023 г., 23:38
— Да что же это такое?! — воскликнула Диана Дюмушель, когда Гастон и Селезневы вошли в гостиную. — Это совершенно бесчеловечное отношение к людям! Когда нас отпустят в конце концов? Я не могу здесь больше оставаться!
Соня подняла брови. Вот это перемены. Куда делась спокойная и рассудительная женщина, которая недавно уговаривала остальных постояльцев спокойнее относиться к работе полиции? Сейчас она нервно постукивала носком туфли по полу, машинально поддевая ногтем оплетку на подлокотнике дивана. Клементин, одна из горничных, посмотрела на её состояние и принялась перебирать бутылки в буфете у окна. Найдя кальвадос, она налила рюмку и протянула её Диане. Та с благодарностью посмотрела на неё и залпом проглотила алкоголь, даже не поморщившись.
— Вот это славно! — обрадовался Мартино, который ходил из угла в угол. — Нам сейчас и в самом деле не помешает выпить.
Вторая горничная подошла к буфету и спросила:
— Что вы будете пить?
— Бренди, — осмотрев бутылки, ответил студент.
Девушка налила рюмку и ему. Дворнику и себе с Клементин она налила самого дешевого вина.
— Мы здесь не в бирюльки играем, — сказал Гастон. — Поэтому вам придется делать то, что необходимо в интересах следствия и затратить на это столько времени, сколько потребуется.
— Я больше не желаю здесь оставаться! — взвизгнула Диана. — Что ни день, то ужасы. То трупы, то исчезновения. Что дальше будет?
— Да, — вторил ей Мартино. — Меня тоже дрожь берет, как начинаю думать о том, что тут творится. Не могу тут ночевать.
— Да и нам бы... — пробормотал дворник неуверенно. — Что нам теперь тут?
— Мы решим этот вопрос, — коротко ответил Гастон. — А пока вы сейчас подробно расскажете, как и когда вы выпачкали свою одежду.
— Да что там рассказывать? — фыркнул дворник. — Разбирал я старую поленницу. Давно её хозяйка просила в божеский вид привести, да все руки не доходили. А тут… Хоть чем-то занять себя. Вот и угваздался.
— Вас кто-то видел?
— У поленницы-то? Да вот, Санду наша. Аккурат по двору шла.
— А вы как испачкались? — тут же спросил горничную Гастон.
— Да как, как? Вот так же! Привезли из прачечной белье. Они же не знают ничего, не с нашей улицы! Никакого понимания. Пришлось принимать!
— И что же, чистым бельем испачкались?
— Да нет же, со старого дворового въезда принимала, ваши же нормальный перекрыли. Вот и влезла туда, где не убирались сто лет. Да меня наш дворник видел, а я его! Я оттуда шла, вот вам крест.
— Так и было, — закивал старик.
— Мы проверим там все, — сказал Гастон. — На предмет выхода в подземелья.
— Какие еще подземелья? — удивилась Сандрина. — У нас подземелья? Откуда у нас?
— Неважно, — отрезал комендант. — Вы? — обратился он к Мартино.
— Где я испачкался? — переспросил студент. — Я лежал на кровати, услышал в коридоре шум, вышел и вижу, как мадемуазель Дюмушель сундук в коридоре пытается двигать. Я ей и помог. Покуда двигали, испачкались. Он старый.
— Зачем двигали сундук?
— Да потому что вы бездействуете! — воскликнула Диана, поджимая губы. — Полиция никогда ничего не делает! Всё медленно, очень медленно. Только и сделали, что констеблей своих везде поставили. А результат где?
— Ваше возмущение мне понятно, — мило улыбнулся девушке Гастон. — Только оно никак не дает ответа на мой вопрос о сундуке.
— Да всё просто, — пожала плечами Диана. — Я видела, как дочь хозяйки гостиницы долго что-то искала то ли в сундуке, то ли около него перед тем, как пропасть. Думала, что, может быть, найду что-то важное для её обнаружения!
Гастон поднял бровь, молча смотря на девушку, которая не отводила от него взгляд. Все сказанное следовало проверить, верить кому-то на слово он не собирался.
— Ты? — спросил он наконец, обращаясь к Клементин.
— Да я в кухне была, — развела руками горничная. — А испачкалась в погребе. Лазила за сахаром.
— Сейчас можете быть свободны, — сказал Гастон, закрывая записную книжку. — Вопрос вашего размещения будет решен в течение нескольких часов.
Все разошлись, а Соня, которая все это время внимательно наблюдала за тем, кто как себя вёл во время допроса, повернулась к брату и мужу и сказала:
— Я знаю, чью биографию нужно будет тщательно проверить. Не знаю, можно ли считать то, что я заметила, уликой, но это всё же ниточка. Всё не так, как кажется.
