Чёрная скала

«Can't Catch Me — SATV Music»       Ледяные капли бились о стекло, издавая глухой шум. Город, погруженный в серые облака тумана, дышал влагой и холодом. Машины гулом проезжали по дорогам, мелькая дальним светом, вызывая вспышки в белой дымке. Люди спешили под шум дождя, завершая свои рутинные будни в толпе таких же, как они промокших до нитки пассажиров этого утра. Большая часть улиц значительно опустела, прячась от ураганного ветра за толстыми стеклами окон своих домов, согреваясь горячим чаем. Если что-то в этом мире подсчётов и планирования могло оставаться непредсказуемым, то погода в Лондоне самозабвенно принимала эту почётную роль на себя. Последние дни уходящего года преподносили испытание в виде пробирающего до самых костей ледяного ветра с дождем всем тем, чья работа до сих пор не осталась за бортом их жизней.       Приманивая запахом терпких напитков, жжёного сахара и корицы, дверь кафе распахнулась, впуская порывы стихии внутрь разогретого помещения. Подхватывая взлетевшие с этим листы со стола, Гарри выругался себе под нос и пригвоздил потрепанный пергамент к столу. Пробежавшись уже по знакомым тёмным строчкам, он снял очки, потирая руками уставшие глаза. «Подписано и подтверждено. Гермиона Джин Грейнжер», — идеальные, точёные буквы, такие же, как и на доброй сотне похожих экземпляров. Каждое дело, в котором значилась её подпись было буквально вылизано, придраться было не к чему. Всё было действительно неоспоримо, каждый из клиентов, судя по архивным записям Визенгамота, был оправдан на законных основаниях того же министерства, которое и выдвигало эти обвинения. В списке упущенных достижений значились хищения, контрабанда, незаконная торговля, нарушение земельных прав и непредумышленные убийства. Если всё это сложить в одну стопку, то Азкабану придётся поискать место значительно большее того, что было сейчас. Мужчина еще раз осмотрел свой заваленный обеденный стол и с выдохом облокотился на стену позади себя.       Если подумать, то имена клиентов «Скалы» и правда не особо удивили бы, попади они на первую полосу чрезвычайных новостей Пророка. Всем известные владельцы компаний, организаторы приемов, меценаты не сильно скрывали своей деятельности. Обычно с ними и связываться бы никто не стал, пуская всё на волю судьбы и решения суда. Если бы не это имя и подпись. Ни один человек в здравом уме, имея хоть какие-то моральные ценности не подписался бы защищать тех же поставщиков опаснейших ядов под эгидой целительства. А тут умнейшая девушка магической Британии самолично подавала все исковые заявления, защищая этих ублюдков. Гарри открыл её личное дело, составленное его же рукой, продолжая сверять все данные и факты.       «Гермиона Джин Грейнджер, родилась в семье магглов, Лондон, Великобритания. Участница второй магической войны. С отличием окончила Школу волшебства Хогвартс. Зачислена на службу Британским министерством магии на должность старшего сотрудника отдела регулирования и контроля над магическими существами. Проходила свидетелем по делу Драко Люциуса Малфоя в 1999 году. По заявлению переведена в отдел магического правопорядка на должность младшего защитника. Выступала в качестве стороны защиты на слушаниях о несоблюдении правил исполнения наказания в сторону заключенных Азкабана. В списке подозреваемых по открытым не делам не числится. Замужем. Детей нет».       Рядом с сухим изложением жизни известной ныне укротительницы закона прикреплена колдография, с которой на уставшего от пересмотра повторяющейся информации Гарри, смотрит его школьная подруга. Вздёрнутый нос, легкая усмешка и ворох беспорядочных кудрей, который он никогда бы ни с кем не спутал. Перевернув страницу, он смотрит на второе колдо. Всё те же черты лица, та же серьёзность, изменился лишь взгляд, от которого даже сквозь плотную бумагу чувствуется холод, и её волосы. Тёмные, прямые, обрамляющие лицо, в котором читался вызов. Гарри крепко сжал челюсть от злости. Зачем это всё ей? Прошло практически два года, с тех пор, как он впервые получил в свои руки всю эту информацию, прикрепил её заявление об уходе над непрерывными номерами дел, в которых она выступала в защиту сомнительных ценностей. Он не то, чтобы был удивлён, скорее, пребывал в состоянии прострации от осознания того, что не замечал все эти годы. Будто он смотрел сквозь неё, теряя истинную суть происходящего в тумане послевоенного времени.       Восемь лет назад они вдвоём так же, как и он сейчас, смотрели в окно, провожая уходящие дни лета. А затем она исчезла. То ли тяжелая болезнь, то ли что-то личное, он упустил, пока проводил дни и ночи в стенах центра подготовки молодых авроров. Рон тоже не шибко много говорил о ней после разрыва, пока она не вернулась в середине осени, стоя вместе с ним на пороге Норы. Затем всё быстро перешло в свадебные хлопоты. Времени поговорить у неё практически не было, когда щедрый инвестор вложился в её маленькое дело. Семья всё реже получала одобрение приглашения на званые ужины, пока Гермиона растила свою империю. После долгих вечеров за разговорами Джинни о том, что она скучает по прежней подруге, он решил сам прийти к ней в офис, где она чуть ли не жила. Тогда впервые он увидел её другой. Она стояла возле окна в только что отстроенном верхнем этаже и курила, на вопросы отвечала скупо и в финале их диалога сообщила, что не может сейчас отвлекаться от подготовки к очередному суду. Больше наедине они не оставались. По праздникам они отправляли ей конверт с приглашением, в ответ приходили красивые извинения в форме цветов, фруктов, подарочных корзин и прочей ерунды с её ровной подписью на открытках.       Теперь же её имя не выходило из головы, появлялось на каждой чёртовой бумажке. Он чувствовал, что еще немного и нестыкующиеся факты в его расследовании встанут на свои места, стоит ему определить кто на самом деле руководит Гермионой и как. Из последних сил, он цеплялся за улики, исчезающие прямо перед ним, как с картиной. Гарри лично, своими глазами видел, что показала проверка, чтобы потом перед министром и оперативной группой авроров выставить себя идиотом, не сумевшим отличить обычное охранное заклинание от тёмной магии. В остатке он получил запрет на приближение к объекту наблюдения до появления подтверждённой информации. Ему не оставалось ничего, кроме как написать её, успевшему так быстро стать бывшим, мужу.       Рыжая голова друга показалась на пороге, дрожа от холода. Мужчина крикнул что-то про горячий чай и корзину печенья через стойку официантке, подмигнув, и направился прямо к Гарри. Рон не слишком церемонился на выражания, выдавая вместо дружеского приветствия: — Какая же дерьмовая погода! Мерлин, клянусь, как только разгребусь с этой лавкой Джорджа — тут же умотаю в Румынию, — его мокрое пальто рухнуло на стул, бросая крупные капли воды на всё вокруг. — Ты поаккуратнее, мне это еще потом в архив сдавать, — Гарри собрал в одну кучу папки, листы и промокшие пергаменты, пряча от лишних глаз. — Ну как жизнь? Джинни сказала, что ты пока переехал в Дырявый котёл? — перед глазами Гарри скользнула тонкая рука официантки, которая явно наклонялась перед Роном так низко не просто так.       Мужчина напротив сладко улыбнулся, слегка кивая в ответ на её откровенное выступление, и ответил: — Сойдёт, — он явно напрягся, глотая горячий чай, — Это временно, пока не найду чего получше в этом проклятом городе. Как сам? — Ничего нового, вторые сутки не выхожу из министерства дальше этой кофейни. Пора уже здесь открыть свой кабинет, — брюнет приподнял брови в ироничном комментарии. — Получал сову от Молли? — Гарри осторожно подбирал слова, чтобы не спугнуть друга. — Ещё утром, сразу после почты. Догадываюсь, она и тебя подговорила? — Рон оторвал взгляд от трескающегося в руках печенья.       Гарри допил остатки холодного кофе, поерзав на месте, ответил: — Ну мы с тобой договорились увидеться еще вчера, так что нет. И потом, давай-ка ты сам будешь это всё объяснять Миссис Уизли, я под горячую руку не хочу попасть, — получалось достаточно складно, да и в целом было правдой. — Вот скажи мне, как друг, стоит вообще этих нервов какое-то мелкое недопонимание? Почему бы Гермионе, блядь, не читать все эти письма, не думать как это всем объяснить? Почему я должен этим заниматься? А? — он перестал жевать, допивая горячий чай одним громким глотком. — Эта сука решила со мной развестись, так пусть и сама разгребает всё это дерьмо. Я тут при чем, ты скажи мне? — Рон достаточно искренне и громогласно злился, так что Гарри пришлось кивнуть в сторону сидящих рядом как бы указывая на то, что они не одни. — Ты потише, а то на твои слова слетятся мухи Скиттер, — попытка Гарри разрядить диалог не стала успешной, но он продолжил, — Я же не говорю, что тут вообще чья-то вина. Просто мы не ожидали и потом, слухи слухами, а вы прожили почти восемь лет и тут всё это, — брюнет достал из-под папок, лежащих рядом с ним на стуле потрепанную дождём газету и словно невзначай положил на стол.       На слегка потёртой колдографии была Гермиона в идеально прилегающем платье, входящая в стеклянные двери «Скалы», наверху крупными буквами отпечатано: «КРАСИВО ВОШЛА В НОВУЮ ЖИЗНЬ БЕЗ КОЛЬЦА», а затем анонс главной сенсационной статьи:

«Покорительница новых вершин адвокатуры Гермиона Джин Грейнджер подала на развод со своим довольно приметным мужем и другом Роном Уизли, желая начать этот год без него и лишних проблем. Из личного интервью с ней, наш корреспондент узнал шокирующие подробности. В то время, как она, заботливая жена и талантливая предпринимательница, создавала их совместное будущее, он всё больше поддавался искушениям. Читайте продолжение на стр.3».

      С появлением первых строчек перед ним Рон, опустил сверху, чашку, чтобы закрыть отвратительный текст «Пророка» прямо на её имени. Ему не нужно было в который раз видеть то, что он уже успел зачитать до дыр за прошедшие часов шесть с момента появления газеты в его руках. Он тщательно просматривал каждое слово статьи, успокаивая себя, что могло бы быть, не подпиши он бумаги в офисе днём ранее. К нему лезли подвыпившие волшебники с расспросами, пока он выходил из Кабаньей Головы, это буквально преследовало его даже здесь в компании лучшего друга. Пока Гарри всматривался в его нервные подергивания сцепленных вокруг рта рук, он заговорил: — Что ты хочешь услышать, Гарри? Мерлин… — он тяжело выдохнул, опуская сжатые руки на стол, — Да, Скиттер в этот раз не так, чтобы врёт. Ты же уже и сам всё видел, — он не стал лишний раз открывать статью со своей фотографией в обнимку с тощей блондинкой, — Я облажался, но, клянусь, у меня с этой девкой ничего не было, — он говорил сквозь зубы, замалчивая ту часть истории, в которой он представал в «исключительном» свете. — А с кем было? — Гарри не хотел напирать, но сейчас было самое время, — Прости, но если верить слухам, то она не первая? Я не прав? — от последнего Рон попытался закрыть ладонью лицо, а затем с неприкрытым раздражением ответил. — Да какая уже к чёрту разница, Гарри? Она и раньше знала, а теперь выставила меня перед всеми каким-то оборванцем и изменщиком, — на последнем, сидящие за ним девушки переглянулись между собой и бросили презрительные взгляды ему в спину. — Знала? — Гарри не мог поверить услышанному, — Как вообще… Зачем? Я может не правильно… — брюнет не успел договорить, как лицо Рона в снисхождении вернуло взгляд к нему. — Всё ты правильно понял. Она сама и отправила эту статью им, вместе с фото. Видите ли наша «Святая Гермиона Грейнджер» как настоящая гриффиндорка с высоко поднятым носом решила подала на развод после «стольких лет мучительного брака» со мной. Чушь это всё. Мы с ней жили, как соседи. Вытирала об меня ноги, пока её клиенты, пожимали ей руку. Эта сука день за днём игнорировала меня, заставляя унижаться перед всеми этими упырями и улыбаться на камеру.       Совсем близко, Гарри ощущал, что осталось немного, и он всё расскажет. — Что ты конкретно имеешь в виду под «унижаться»? — совсем откровенная ложь, все и так вокруг видели, как Рон, будто её секретарша, подбирал за ней вещи, бумаги и всё, что летело в него. — А ты сам подумай! Одному письмо отправь, другому счёт, третьему найди какого-то спившегося маггла. Не жизнь, а дурдом. Вот я и пытался иногда отвлечься, — он подлил себе горячий напиток в чашку и проглотил в один заход, — А потом, ты знаешь, мне хотелось, чтобы меня кто-то ценил и любил что-ли. И потом…       «Отлично. Вот оно», — Гарри уже готов был схватит блокнот и записать. Маггл. Где-то это было… Точно, дело №279, превышение самообороны волшебника, покушение на убийство. Тогда в суде были представлены заочные воспоминания некого бездомного, который точно видел, что рядом с ним была именно белая, а не зелёная вспышка. По итогам следствия, подсудимый освобожден из-под стражи и, насколько он следил за последними новостями, тот самый человек на месте бывшего дома потерпевшего открыл еще одну лавку со своими медикаментами. Хозяин же дома по следственным данным, переехал за пределы Британии. Всё сходилось, если воспоминания были изменены внушением, то это вполне тянуло на официальное разрешение для аврората на прямой допрос и получение архивов дел их компании. А там и как раз недалеко до истины, возможно, он еще мог разобраться с тем, кто отдавал Грейджер приказы. Не могла же она…       Его размышления прервали щелчки перед лицом под недоумение в глазах Рона. — Гарри! Ты слышишь меня? Так ты что-то выяснил?       «Чёрт» — выругался про себя брюнет, он похоже понял, зачем были все эти вопросы. Нужно сделать вид, будто ничего не произошло. — Что? Не понимаю о чём ты, — он отвернулся в сторону окна, будто высматривая что-то вдалеке. — Ты вообще слушаешь меня? — Рон явно был разражён еще больше, плохой знак. — Я спросил тебя, проверил ли ты зачем Малфой вернулся в страну? От этого хорька одни проблемы, я просил Джинни с тобой поговорить об этом, — он продолжал вопросительно смотреть на Гарри, который пытался подобрать более внятный ответ для оправдания. — Я… Ээ… — в голове брюнета всё смешалось, пока он формулировал, — Нет, Джинни ничего не говорила мне об этом. А, собственно, что с ним не так? На приёме он был более чем вежлив и его речь вполне… — он не успел договорить, как его перебили. — Давай только без этого! Не верю я во всю эту чушь с «искуплением». Он как был ублюдком так им и остался. А теперь я еще и вижу его фотографию со своей женой, — Рон откашлялся, — бывшей женой. Стоило мне уйти она тут же нашла мне замену, да еще и прикрывается работой, — его ноздри раздувались от злости. — Притормози, а то я вообще ничего не понимаю, — Гарри жестом попросил официантку подлить ему горячий кофе и вернулся к разговору с большим вниманием, — Она вроде как работала с Ноттом, да и на приёме была с ним. Почему ты думаешь, что у них с Малфоем интрижка? — Они всё время с его возращения общаются. И если сначала, я мог списать всё на совпадения, то после того, как увидел его в списке новеньких клиентов, сомнений не осталось. Ещё и этот приём, неужели я настолько был пьян, что теперь не могу вспомнить как она там развлекалась, — мужчина зажевал остатки печения, пока глаза, сидевшего напротив Гарри, округлились от потока невнятной путаницы. — Рон, тебя не было, — он следил за реакцией друга, который в смешке выплюнул часть крошек на стол. — Харри, — он закашлялся, — Ты фто ифдефаешься, — он пытался прожевать, запивая всё чаем из рук официантки. — Пока вы развлекались, я вообще-то готовил этот праздник аристократии. Спроси кого угодно, меня видел весь персонал. А потом, видимо я чутка перебрал с тамошней горничной, ну а дальше ты сам всё понял, — он многозначительно приподнял брови, опуская чашку на стол. — Таак, — протянул Гарри, доставая пустой пергамент и перо, протягивая их Рону, — Напиши в подробностях, что ты помнишь, скажем, за последнюю неделю, а я разберусь что и к чему, — происходящее было не просто вообразить, не то, что представить в реальности. Пока Гарри ждал прямых «показаний» Рона, кофе отдавался горечью в его горле, он смотрел в окно на ливень, стирающий границу невозврата к прошлому, открывая новые горизонты туманного будущего. «You Were the One- Nicholas Hill, Nuala Bennett-Wilford, Glenn Herweijer, Ben Sumner, FFM»       Пока по серому мокрому асфальту стекала вода, проносящаяся в мерном потоке между машин и череды шагов, в конце улицы оставалось возвышаться высокое здание, мерцая чёрными бликами в каплях дождя. Порывы ветра врезались в него, огибая со свистом, когда прямо перед его главным входом остановился автомобиль, выпуская мужчину с платиновыми волосами, поодаль от которого шагал неприметной внешности старик, отстукивая тростью каждый шаг. Гермиона смотрела вниз на входящие в здание фигуры, когда рядом с ней Нотт произнёс слегка тревожно: — Ты уверена, что нам стоит согласиться? — он говорил очень осторожно, боясь последствий от такого напора в этой сделке, ведь в случае провала — он будет первым в очереди на расстрел, стоя перед ней.       Девушка не отрывая взгляда от окна, зажгла, зажатую в губах сигарету и выпуская клубы горького дыма, сказала: — Да, — она возвращала в памяти его глаза, такие честные, такие глубокие, будто в них была надежда всего мира, — Я доверяю ему, а значит можешь доверять и ты. Следуем установленному плану, — она ненадолго затихла, сбрасывая пепел на белый мрамор пола, затем повернулась и положила руку на плечо Нотта. — Сделку я возьму на себя, все остальные дела переходят к тебе. И да, Тео, — она провела по его скулам холодной рукой, от которой будто волнами, лился дым, — Спасибо за всё то, что делаешь для меня. Я это ценю. Со следующего года основные активы компании будут записаны на тебя, — она видела, как он удивленно приподнял брови и не меняя сдержанного выражения лица ответил: — Притормози! Салазар, ты что снова собралась замуж или уже очередной развод? — от абсурда он воспринял сказанные ею слова, как шутку, — Так ты только скажи, у меня тут есть неплохой юрист на примете, — он игриво подмигнул, притягивая её к себе.       Гермиона вдохнула от такого резкого движения, но нисколько не смутившись, обвила руки, вокруг его шеи и прошептала: — Запомни то, что я тебе сказала и не проеби свой шанс. Не отдавай эту компанию никому, не позволяй им забрать её у нас, — она слегка коснулась своими губами с терпким вкусом табака его щеки, оставляя немой шок в глазах, вошедшей только что Стэйси.       Нотт продолжал смотреть на неё, не отрывая ни на секунду взгляда от Гермионы, которая лишь медленно повернула голову в сторону движения в начале конференц-зала и громко произнесла: — Пригласи Мистера Малфоя и Мистера Спаркса в переговорную, — привет-ведьма стояла, замерев от картины происходящего, пока холодный голос не обратился к ней напрямую, — Стэйси. Прямо сейчас. — Конечно, Мисс Грейнджер, — залепетала девушка, поправляя очки и в спешке закрывая за собой дверь. «Crazy in Love — L'Orchestra Cinematique»       В сопровождении своего партнёра Гермиона отточенной походкой, в которой читалась абсолютная уверенность, шла в сторону небольшой комнаты. Она ощущала каждое свое движение, слышала каждый звон каблуков по мрамору и видела, как в отражении тёмных окон мелькает её отражение. Она словно прощалась с тем, что её окружало. В ней не было страха, осталась только пустота, в которой она уже давно потеряла себя. После бессонной ночи в поместье, она была готова сложить оружие, уйти в пустоту одна и сдаться в сражении со своей судьбой, впуская в этот мир, то, что могло уничтожить его. Но теперь ей предстояло сделать свой самый решительный шаг навстречу единственному спасению, которое могло либо освободить её, либо навсегда похоронить память о ней. Самым тяжёлым было чувство медленного прощания.       Пока Тео приветственно пожимал руки вошедшим мужчинам, в голове будто звучал её собственный голос: «Ты сделала всё правильно. Он справится». Мужчина, который находился всегда рядом, был её правой рукой — стал тем, кто мог сохранить их дело и пронести его с честью. В случае, если их план с Драко пойдёт по наклонной, Тео станет единственным владельцем Скалы. Это решение, к которому она шла всё время, было тщательно спланированно, документ за документом, сделка за сделкой, он всё больше принимал на себя роль главного партнёра, сам того не понимая. Финальной точкой в этой истории стала подпись на завещании, которое она убрала в сейф за своей спиной этим утром.       Для Гермионы её компания, её детище стало не только источником прибыли, но и возможностью противостоять. Это было её личное оружие в противостоянии на поприще справедливости. В то время, как Министерство вслепую разрушало жизни людей, то она действовала с максимальной точностью, просчитывая каждый шаг. В каждом деле, за которое она бралась, Гермиона играла на их же поле, оперируя их же упущениями. Чем больше они закрывали глаза на ошибки системы, тем больше она выстреливала в их спину на суде, стоя под взглядами верхушки правительства во главе с Кингсли Брутсвером. Человек, допустивший однажды оплошность, единственный, кто мог тогда отправить то проклятое ожерелье, был наказан тысячи раз, когда озвучивали приговоры её клиентов. Пока Министерство Магии обманными путями сажало и убивало невинных людей, она обманывала их. Это была её просчитанная месть за жизнь Нарциссы, за свою жизнь. Сейчас же на столе перед ней лежало последнее дело, в котором она завершит свою яркую карьеру тем, с чего начинала.       Дело Драко Малфоя, человека, подарившего ей чувство свободы, которое она хранила в воспоминаниях его проницательным взглядом серых глаз. Человека, который сейчас смотрел на неё, сидя напротив и давал ей призрачный шанс на спасение, как она когда-то дала ему возможность начать новую жизнь. Пусть даже не веря самой себе, Гермиона ощущала где-то глубоко внутри отголоски памяти. То, что она прятала столько лет, всегда было с ней, и она всё еще боялась потерять его навсегда. Поймав на себе пристальный взгляд второго участника сделки, она слегка улыбнулась и пожала руку тому, кто спешил представиться, склоняясь перед ней: — Приветствую вас, Мисс Грейнджер! Для меня большая неожиданность видеть вас здесь, — он обеспокоенно подхватил платок, убирая капли, стекающие с его волос, — Как настоящий джентльмен, не могу не сказать, что вы очаровательны, — он прятал своё волнение за небрежной улыбкой, опускаясь на стул. — Благодарю, Мистер Спаркс. Не будем уходить далеко от сути, — она будто спешила, переходя напрямую к главной теме, избегая пустой траты времени, — В качестве представителя вашей стороны буду выступать лично я, — увидев неприкрытое удивление и легкую тревогу на лице немолодого мужчины, она добавила. — Надеюсь, вы не разочарованы. Мистер Нотт будет присутствовать и по мере необходимости, консультировать вас на протяжении всего дела, — улыбка, появившаяся на её лице, раздалась мышечной болью.       Сидевший напротив неё блондин едва заметно одобрительно кивнул, не отводя взгляда от неё, когда Мистер Спаркс, словно от удара током заёрзал от её слов. — Что вы! Это прекрасные новости! — он слегка фальшивил, — Слава бежит впереди Вас, Мисс Грейджер. — Вот и прекрасно, — её холодный голос оборвал лишние благодарственные слова, — Тогда и мы не будем долго стоять на месте, — мужчины выжидающе посмотрели, когда она произнесла свой вердикт, — Документы о продаже могут быть заверены прямо сегодня. Если предметы готовы к проверке, то прошение на транспортировку можно подать сразу после того, как вы поставите здесь, — она указала на две черты с их фамилиями на бумаге, — свои подписи. — Подождите, — пожилой мужчина, всмотрелся в буквы со своей фамилией, — Но это отличается от того, о чём мы говорили с Мистером Ноттом.       Брюнет переглянулся сначала с девушкой с невозмутимым лицом, переводя взгляд на блондина, затем ответил на обвинение со стороны Мистера Спаркса: — Документ был изменён, так как вы тоже получаете прибыть от совершённой вами сделки. Это гарантия выплаты для Вас в первую очередь и гарантия Ваших честных намерений, в сторону Мистера Малфоя, — Тео позволил себе едва заметную улыбку в сторону Драко. — Мистер Спаркс, — блондин повернулся к своему поставщику, нервно перебирающему платок в руке, — Вам не о чем волноваться. Я подготовил весь товар к отправке, проверил и даже нашёл нам покупателей. — Я не могу допустить, чтобы моё имя стояло на этой бумажке, — мужчина потряс в воздухе документом перед лицом у блондина, — Вы подведёте под заключение не только себя, но и меня, — он резко замолчал, понимая, что взболтнул лишнего.       Такое признание нисколько не смутило Драко, когда он лишь ухмыльнулся на эти слова, отвечая: — А не вы ли предложили мне эту сделку? — он медленно наступал, — Помнится, у нас с вами был договор, в котором вы так легко и беспрекословно отказались от своих прав на товар, давая мне полный карт-бланш. Считайте, что я оказываю Вам сейчас услугу, предлагая выступить на равных. — Что ты о себе возомнил, мальчишка? Ты должен быть благодарен, что я вообще позволил тебе прикоснуться к ним, — мужчина грозно смотрел в сторону Драко, который лишь повернулся в сторону Гермионы, словно благодаря её за происходящее.       Проводив её утром, он подготовил все описания объектов и готов был выезжать, как увидел её сообщение: «Спаркс готовит подставу. Его имени нет в документах». Тогда всё встало на свои места. Галерея не хотела получить прибыль, они хотели избавиться от картин, подводя Драко под финансовые обязательства. Никто бы не одобрил вывоз объектов искусства бывшему осуждённому без подтверждения о добровольной передаче и участия третьей стороны в сделке. Договор, подписанный им неделей ранее был лишь фикцией, отводом глаз для простого меценатства. А попытка транспортировки — стала бы прямым хищением у галереи. Выход был один — включить его в дело напрямую так, чтобы у Министерства не оставалось вопросов. И эти карты сыграли сейчас как нельзя лучше. Получая удовольствие от установления истины, Драко продолжил с той же улыбкой: — О, я действительно благодарен. Они чудесны, что уж говорить об их стоимости, — Драко приманивал добычу, — И именно поэтому, я готов предоставить вам выбор, — он увидел одобрение лице Гермионы, которая продолжила за него. — Мистер Малфой предлагает вам получить свою часть прибыли, выступая третьей стороной официально во всех документах для транспортировки, — пожилой мужчина лишь больше злился от услышанного, качая отрицательно головой. — Или же покинуть сделку и получать регулярные пожертвования в виде одного галлеона, — она сверлила его непроницаемым взглядом, пока он что-то невнятно мямлил. — Вы вообще на чьей стороне, Мисс Грейнджер? Помнится, это я нанял Вас, как юриста, а не этот, — мужчина бросил пренебрежительный взгляд в сторону блондина. — Я как раз на своей стороне, Мистер Спаркс. Меня никто не нанимал, как и Мистера Нотта. Мы не заключали с вами контракта, поэтому все ваши слова ничем не подтверждены, — она протянула бумаги Тео, который передал их раздраженному мужчине. — А Мистер Малфой напротив является нашим клиентом, поэтому, если вы внимательно прочитаете свои же документы, то поймёте, что не указали минимальную сумму пожертвования. А мы рекомендуем нашему клиенту — один галлеон, — она попровила волосы лёгким движением, торжествуя.       Мужчина молча просмотрел бумаги, протирая пот, выступающий на лбу, сжимая бумагу в руках так, что листы дрожали. Глаза быстро бежали по строчкам, губы поджимались. Он свернул глазами в сторону всех присутствующих, тяжело вздохнул и бросил бумаги, проговаривая сквозь зубы: — Ручку, — подхватывая бережно протянутый предмет из рук блондина рядом, под сверлящими взглядами, он черкнул на бумаги свои инициалы, — Я еще посмотрю, как ты, сосунок будешь стоять на коленях в Визенгамоте и молить пощадить тебя, — он подорвался со своего места и хлопнул дверью за собой. — Это мы еще увидим, кто будет стоять на коленях, — ответил в пустоту Малфой и подмигнул Гермионе. — А ты меня удивила, Грейнджер. Ваш план сработал, — он достал из кармана пачку, протягивая Тео. — Откажусь, — он отрицательно махнул рукой, — Я лучше прослежу, чтобы наша «золотая рыбка» не разнесла тут всё. Салазар, ну и подкинул ты нам дельце, — он поднялся, кивая в сторону подписанных бумаг. — Всегда рад удивить тебя, мой друг, — брюнет усмехнулся на последних словах, оставляя их с Гермионой наедине. — А ты так и будешь молчать? Или тоже обвинишь меня во всей этой подставе? — он закурил, смотря, как девушка, подцепляет сигарету, прикуривая от его древка. — Мне тебя винить не в чем, как и Спаркса. Его подвела его же жадность и страх. Не самые лучшие черты для мужчины, к счастью, ты к ним не относишься, — она выпускала клубы дыма, когда сменила официальный тон и продолжила. — Приятно оказаться в числе тех, кто ещё не успел тебя разочаровать, — он с благодарностью кивнул, прикрываясь едкой ухмылкой, — Сделка прошла успешно, не скрою своего восхищения. Ты была великолепна. — Всего лишь работа, выполненная качественно. Ты знаешь, что у меня здесь есть свой интерес, — Гермиона отвела взгляд. Пока дым кольцами выходил, скрывая её нервные метания взгляда, она могла дать себе немного времени собраться с мыслями, скрывая тревогу и произнести, — Когда мы сможем начать со второй частью? — звуки, вылетающие из неё звучали очень тихо и слишком неуверенно. «High By The Beach- Lana Del Rey»       Драко молча придвинул к себе пепельницу, затушив сигарету, поднялся с места и направился в её сторону. Внутри всё ликовало от долгожданной победы, заключенная сделка не просто ставила жирную точку прямо перед Министерством в деле самого-молодого-пожирателя, но и давала ему безграничные возможности. В его руках помимо подписанного соглашения были натурально все возможности этого мира — он мог открыть еще сотни таких же аукционов по всему миру. Сделать себе имя в высшей элите искусства и получить всё, чего желал благодаря такой исключительной женщине, как Гермиона. Единственное, чем он так хотел обладать среди всего, чем владел. Сейчас от произнесенных им слов зависело будет ли вообще будущее или она исчезнет из его жизни навсегда. Пряча руку в карман, он достал смятый листок пергамента беспорядочно исписанного сложными названиями и протянул его Гермионе, стараясь не смотреть в её глубокие карие глаза. — Здесь список необходимых ингредиентов для зелья. Я раньше такого не делал, но мы можем попробовать ввести тебя в стазис и провести извлечение. У нас есть не так много времени, если ты продолжишь прием своего ингибитора, то самое малое — месяц, — девушка забрала листок из его рук, задержав на секунду взгляд на его лице, повернутом в сторону окна.       Такого длинного списка она не видела со времён Хогвартса. Похоже на неудачную шутку, список ингредиентов не то, чтобы было сложно достать, половина из них была большой редкостью даже для чёрного рынка. Кровь единорога, слеза дракона, если у тебя нет в запасе парочки таких существ, то ты явно проигрываешь. А тут это нужно получить ещё в такой короткий срок, неизвестно у каких поставщиков. Известный ей Федерик ещё утром успел выкрикнуть пару проклятий в её сторону, стоило ей попросить изменить формулу пыли. Сейчас, если она придёт к нему с этим списком — он скорее отправит сову в Министерство, чем станет ей помогать, тут одна строчка тянет на пожизненное в Азкабане. Никто не станет так рисковать ради неё. Получается, что Драко ей отдал буквально подписанный смертный приговор. Её последние надежды рушились, она собрала остатки мужества и затушила сигарету о край стола, произнося с иронией: — Смешная шутка, — ни тени улыбки на её лице, — Что ты предлагаешь мне сделать с этим? Купить драконью ферму? Как я вообще должна достать те же самые цветы лунной лилии в Лондоне, зимой? — звуки голоса слились в едином крике отчаяния.       Ощущение уходящей жизни прямо у неё из рук было больнее всего отбивалось сердцем, которое бешено разрывалось в груди. Она могла подготовиться ко всему. Нарцисса научила её сдержанно вести формальную беседу, Пэнси одела так, что любой клиент, лишь увидев её был готов заключить сделку. За восемь лет жизни в собственной тюрьме он смогла переступить через себя, сбивая всех, кто стоял на её пути. Почему сейчас, в одном шаге от свободы? Пробираясь болью под кожу, эмоции забирали у неё шанс, которого она так долго ждала. Ей придётся отступить, сдаться, закончить начатое кем-то убийство и исчезнуть, растворившись во тьме, забирая её с собой в небытие. Словно чувствуя поток мыслей, проносящийся в её голове, Драко повернулся к ней, замечая, как Гермиона не моргая смотрит в стену. — Откуда столько трагичности? — она повернулась на звук его голоса, ненароком бросая взгляд на сейф позади себя.       Быстрым движением руки она стёрла слезу, скользящую по щеке, призвала сумку с края стола и вдохнула новую дозу. Комната расплылась перед ней, расходясь крошечными искрами. Мягкое тепло спокойствия придало уверенности, когда она встала прямо перед Драко и непроницаемо протянула руку в прощальном жесте. — Сбегаешь? — он продолжал смеяться над ней, — Грейнджер, сколько можно продолжать устраивать все эти сцены? — он сделал шаг вперёд, когда она внезапно развернулась и попыталась обойти его.       Драко протянул руку, хватая её крепко за локоть, останавливая движение. Гермиона бросила предупредительный взгляд, когда он произнёс: — Успокойся, — прежде, чем его ладонь обожгло пламя он продолжил, — Всё уже готово, останется только найти последнее — кровь вампира, полученная добровольно, — продолжить он не успел, отдёргивая руку в адской боли. Переговорная наполнялась ругательствами, он дёргал конечностью в воздухе. Мужчина выдохнул и заморозил боль в руке под блики стихающего огня. Поднимая голову, Драко почувствовал, как её мягкие тёплые губы коснулись его.       Внезапно для себя Гермиона ощутила сильное тяготение к нему, которое годами скрывалось глубоко в душе каждого из них. Она не осознавала происходящего, растворялась в моменте. Настолько реально, чувствовать его сейчас, ощущать вкус ментола на губах, касаться волос. Её пальцы крепко сжимали его плечи, пока она пересекала границу возможного — отдавала себя без остатка только ему.       На секунду отстранившись, она увидела океан, бушующий в глазах Драко, услышала его тяжелое дыхание. Они смотрели друг на друга, словно пытаясь понять, что происходит сейчас. Но страсть победила разум, и они продолжили свой поцелуй, не обращая внимание на временные рамки и прочие ограничения. Гермиона ощущала, что весь мир вокруг исчез, и существует только он и она. Их слияние было таким же сильным, как их страсть друг к другу. Даже если бы мир сгорел дотла — она бы отдала всё за эти минуты рядом с ним.       Охваченный эмоциями, поглощенный моментом, Драко разорвал поцелуй и прошептал хриплым голосом: — Можем начать первые приготовления в Мэноре прямо сейчас, — он видел перед собой два глубоких карих глаза, всё вокруг расплывалось. — Тогда забери меня отсюда, — Гермиона прижалась к нему, растворяясь в хлопке аппарации вместе с Драко.