Порок

Последующая неделя проходит очень даже неплохо. Большую часть времени я сижу в своей комнате, изредка отвечая на разъяренные сообщения отца и выключая телефон на следующие несколько часов. В эти великолепные дни отстранения я трачу на что угодно, только не учёбу. И плевать мне на то, что отстранили меня лишь от одного предмета, а остальные яростно машут мне ручкой. Пусть к чёрту катятся. Пару раз ко мне приходили Джеф и Хэнк, но я весьма натурально делал вид, что стараюсь учиться и их присутствие в этом мне ничуть не помогает. Как только двое покидали комнату, я не без удовольствия продолжал заниматься своими делами. Читал книги, например. Все те, что откладывал последние пару лет. Выбор в здешней скудной библиотеке был невелик, но чем богаты тому и рады. Но время его условного отпуска приходило к концу. Осознание того, что мимолётная отвлечённость прошла и теперь мне снова придётся куда-то идти и что-то делать, вызывало лишь глубокое уныние. От одного вида цифр и формул тошнило едва-ли не физически. Раздражение овладевало мной каждый раз, стоило кому-то попытаться объяснить мне мою ошибку. Ненавижу это. Это место и тот факт, что не могу справиться самостоятельно. Признавать это я не собирался, но в те пару раз, что я таки пытался вникнуть в написанное на доске, я видел лишь неясные мне символы. Словно написанные на другом языке, сложном и неподвластном моему разуму. Глупым я себя не считал от слова совсем, но когда оказался здесь — понял, насколько ничтожны мои знания в технических направлениях. Это не сильно печалило, и всё же…небольшой, но глубокий страх быть бесполезным поглощал меня с каждым днём. В этом месте, к слову, был гуманитарный факультет. Проходя мимо студентов с него, обсуждающих только что поглощённую информацию, я злился сильнее. Иногда они жаловались на сложность того или иного сочинения и мне хотелось кричать. Раз им сложно, почему бы не поменяться со мной местами? Я люблю сложности, люблю писать и подковырнутые словечки, но меня окружают одни идиоты, у которых словарный запас заканчивается на словах «площадь» и «объём». Зависть — отвратительное чувство. Но сделать что-то с этим на грани невозможного. По крайней мере, в моём случае. Когда люди вокруг недовольны твоей мечтой, а ты довольствуешься базовой литературой раз в две недели. Тихо вздохнув, я растрёпываю свои волосы. Устало смотрю на себя в зеркало и хочу умереть от вида собственного отражения. И когда местная икона стиля превратилась в это? Синяки под глазами от постоянной нехватки сна, гнездо на голове и какая-то поношенная толстовка. Ни то чтобы мне не плевать на то, как посмотрят на меня эти мамкины гении, но исключительно для себя хотелось выглядеть красиво. Именно поэтому первое занятие я решаю пропустить, вместо этого отправляясь в ванную комнату. Набираю полную и несколько минут выбираю уходовые средства, прежде чем наконец погрузится в тёплую воду. Не фанат парней с макияжем, вот честно. Но когда у тебя синяки больше, чем глаза, вариантов немного. Так что, выходя из ванной, первое, что я делаю — замазываю это. К сожалению, опыта у меня достаточно. Раньше приходилось часто скрывать синяки после драк с отцом, так что я справляюсь с этим на ура. Переодеваюсь в водолазку, брюки и накидываю сверху серую куртку. На шее застёгиваю золотую цепочку с янтарным камнем в виде подвески. И, конечно же, ярко-оранжевые очки. В принципе, мой привычный аутфит, но выгляжу я в нём более чем хорошо. Стоит подумать насчёт того, что носить в дальнейшем, конечно…появляться в одном и том же слишком часто не хотелось. Пускай сейчас я не в самом своём лучшем состоянии, но это совершенно не отменяет факта яркости моей личности. Её я хочу сохранить. Вместе с чувством уверенности в себе каждый раз, когда взгляды людей прикованы к тебе. Я не клоун, чтобы привлекать внимание тупыми шутками и не долбоёб, чтобы унижениями. Вот и решаю вывозить природной харизмой и внешним очарованием. Когда последняя прядь волнистых волос касается шеи, я с уже более довольным выражением лица смотрю на себя в большое зеркало. Стало в разы лучше. Теперь и в обществе показываться ни то что не стыдно, а даже хочется. Моё желание пропадает через несколько минут. Здесь все также уныло и до ужаса скучно. Ну вот блять. В обычной школе был хотя бы какой-то интерес: там идиотов больше, чем нормальных людей раз в двадцать. Поэтому что не день, то приключение. Это заёбывает рано или поздно, но ещё больше давит эта невыносимая духота со стороны юных гениев здесь. «В смысле ты не понимаешь тригонометрические функции? Ты что, в первом классе?» Так и хотелось ответить, что у меня хотя бы функция общения работает. Но он такой формулировки не поймёт, не на математическом языке сказано, поэтому проще всего — послать нахуй и пойти дальше. Интерес к происходящему появляется в середине дня. Посреди школьной столовой происходит какой-то сюр. Как я понял, кто-то чем-то не угодил местной свите. Я в таковую, к сожалению или к счастью, не входил. Плавал сам по себе со своими недо-товарищами, стараясь не лезть в тонкости интернатской иерархии. Однако парни, зажимающие какую-то придурковатую двоицу, выглядели весьма грозно. По их выражению лица и состоящей в основном из матов речи было ясно одно: драка неизбежна. И мне, порицающему насилие, стало как-то даже интересно на это посмотреть. Это немного пугает. Не хотелось превращаться в кого-то из окружившей парней толпы зевак, но когда в жизни кроме драки в школьной столовке за какую-то булку, наверное, ничего интересного не происходит — приходится принять даже это. Парни кричат на всю столовую, но охране абсолютно плевать. Видать, привычное дело. Оно и не удивительно, эти ребята могут предложить им три их месячные зарплаты за бездействие. В местах сбора богатых детей всегда происходит полная анархия и хаос, а происходящее было лишь очередным того подтверждением. Несмотря на громкость их голосов, я совершенно ничего не слышу. У них или с дикцией проблемы, или сижу я слишком далеко… в общем, проблема точно есть. Однако в чём — вопрос другой. Решаю не задумываться и продолжить скромно наблюдать. За себя я могу постоять, но вмешиваться в драку из-за фриковатой двоицы мне не хотелось. Пусть сами из говна вылезают, это же явно не просто так. — Ублюдок! — Внезапно понимаю хоть что-то я, а затем слышу глухой стук удара. Одному из парней интернатской свиты неплохо въебывает рыжий. У него на голове — подобие ирокеза, но не имеющего как таковой цельной формы. Немного растрёпанный и выглядящий жалко, он определённо готов бороться до конца. Приглядываясь, я смотрю на широкую спину и выделяющиеся рельефы рук, мысленно подмечая, что драться с ним я бы не стал. Возможно, мой взгляд задерживается на нём слишком долго, потому что я внезапно ловлю ответный. Мимолётный и быстрый, он заставляет моё сердце застыть на мгновенье. Холодный и глубокий, горящий яростью он выражает больше эмоций, чем заслуживает это пропащее место. Что-то внутри меня сжимается в тугой комок и я проигрываю эту двухсекундную борьбу, переводя взгляд на его напарника. Ненавижу быть на втором месте, так что нам определённо нужен будет реванш. Не уверен, насколько долго я могу быть заинтересован где-то здесь. Возможно до момента, пока он откроет рот. Но буду надеяться, что этот человек разбавит мои сырые будни новыми эмоциями. Второй парень привлекает меня в разы меньше: на его лице какие-то…чёрные штуки. Не могу разглядеть. Или он патчи снять забыл, или нарисовал. Но больше склоняюсь ко второму. В отличие от своего друга, одетого во все оттенки радуги, он, похоже, отдаёт предпочтение классике. Чёрный с фиолетовым. Неплохо, но объективно скучно. Даже длинные волосы, заплетённые в хвост, не спасают его внешность. Нет ничего, за что можно зацепится, а может это просто моё сердечко уже сделало свой выбор в сторону первого парня. Моя бисексуальность и ветренность всегда приносили слишком много проблем. Хорошо хоть, что не полиаморность. Я скорее был из тех людей, у которых симпатии меняются также быстро как трусы. Но здесь ситуация скорее немного иная: мне просто скучно. Я ищу чем себя занять, вот и маюсь фигнёй. Найти себе кого-то будет тупой затеей, но чувствовать трепетное волнение рядом с кем-то в течение последующей недели будет не так уж и плохо. Отставив свои мысли, я всё же возвращаюсь в реальный мир. Парни теперь не просто орут на друг-друга, они начинают чуть-ли не кидаться друг на друга. Удар парнишки, почему-то, не послужил сигналом для своры зазнавшихся подростков. Видать кидаться оскорблениями им больше нравится. Но вот, ситуация накаляется до предела, и с секунды на секунду должно что-то произойти, когда всё резко обламывает уже знакомый мне человек. Тот самый дылда из коридора. Запыхавшись, словно он очень торопился, парень начинает явно быстро сбивчиво и быстро что-то говорить. Это вводит обе стороны в замешательство, однако конфликт с каждой секундой все больше сходит на нет. Становится даже немного интересно, что он такое говорит, раз обе стороны весьма быстро затухают и мало по малу начинают расходиться. «Всю малину обосрал» — подмечаю я, даже слегка раздражённо вздыхая. Этот парень мне не знаком, но он меня уже бесит. Жаль, что он общается с тем красавчиком, от инициативы находится с ним в одном круге общения становится тошно. И, словно надеясь на ещё одну порцию внимания от интересной мне персоны, я показательно отвожу взгляд, уставившись в тарелку. Пусть этот разноцветный сам понимает, что надо подойти без своей недо-компании. — Эй, привет. — Навыки манипуляции у меня на высоте. А может это просто везение. Понятия не имею, но чувствую моральное удовлетворение оттого, что он всё же подошёл. — Классные очки. — помолчав пару секунд, добавляет он. — Ага. Спасибо. — С фальшивой незаинтересованностью киваю я, прежде чем перевести взгляд и оценивающе пройтись по фигуре парня. Сильный. Красивый. Идеально. — Ты смело поступил с тем парнем. Одобряю. — Усмехаюсь я, поправляя очки и слегка улыбаясь. — Да они ебанутые просто. — фыркает мой собеседник, садясь рядом. — прицепились из-за херни и получили то, чего заслуживали. Меня, кстати, Радан зовут. А ты? — Кавински. Можно просто Винс. — Я задумчиво отрезаю кусок мяса и отправляю его в рот. Интересный он, конечно…но какой-то грубоватый. Да и плевать. Главное, чтобы меру знал. А остальное не так уж и важно. Наплевательского отношения к себе я не прощу, но и слащавости — тоже. Золотая середина была бы чем-то идеальным, только вот такого человека мне ни разу не встречалось. — А ты классный парень, Винс. По тебе сразу видно. — Радан как-то слегка глуповато улыбается, а я слегка саркастично смотрю на него в ответ. Подлизывание с первых секунд общения? Здорово. Только вот общение как-то не особо клеилось. Так что я решаю взять инициативу в свои руки. — Именно. Расскажешь что-нибудь о себе? Ты отличаешься от серой массы, дружок. Так что постарайся не упустить моё мимолётное внимание. — Я подпираю щеку рукой, полу оборачиваясь к нему и смотрю в глаза снова. В карих глазах нет и намека на злость, плясавшую в них буквально пару минут назад. Он смотрит скорее с интересом и даже немного детским простодушием. Так, будто готов открыть мне свою душу уже сейчас, будучи знакомым со мной пару минут. — Ох…блин, даже не знаю что сказать. — Радан слегка склоняет голову в бок и задумывается. — Я учусь здесь второй год. Рядом со мной во время стычки ты видел двух моих лучших друзей. Со мной стоял Калеб, а позже пришёл Лололошка. У него странное имя, но парень он хороший. — «уебанское у него имя» — проносится в моей голове, но вслух мысль я решаю не озвучивать. — Я с архитектурного факультета, но вообще очень люблю животных и хотел бы в будущем как-то связать свою жизнь с этим. Люблю оранжевый цвет и выращивать цветы. — О боже. От этих слов у меня складывается весьма странное впечатление. Не выглядит он как человек, который любит за растениями ухаживать. Или это у меня впечатление неверное сложилось…в общем, что-то определённо было не так. Не то. Но отступать уже было поздновато, да и тело у него всё ещё вполне себе. Так что я решаю забить на свои слегка стереотипные предубеждения и кивнуть. — Ого. Это весьма интересно, но мне не слишком нравится садоводство. Хотя каждому своё. — Я прикидываю в голове, что могу ему сказать. — но мне нравится, как пахнут цветы. — Я заметил. От тебя пахнет чем-то таким. Ну-ка… — парень слегка наклоняется ко мне и моё сердце снова сжимается. Не могу понять, от волнения или страха.Судя по тому, как в горле пересыхает, а плечи слегка напрягаются, скорее от второго. Не люблю я физический контакт с ходу. Особенно внезапный. Однако Радан не делает ничего плохого — лишь шумно вдыхает воздух у моих волос. — Шампунь? — Что у тебя за прикол людей нюхать? — без агрессии, но с явным недовольством спрашиваю я, прежде чем пожать плечами. — Ага. — Ой, извини, не хотел. — Парень с явным смятением отстраняется, а я сдерживаю язвительный комментарий. Терпи, Винс, терпи. Ты наконец нашёл хоть что-то относительно стоящее в этой дыре. Просто прогни его под себя. — И не хоти. — Я тихо хмыкаю и, видя его смущение, потрёпываю по слегка жестковатым, но приятным волосам. — А ты что…панк типа? — Да нет, так просто…получилось. — Как-то слегка неуверенно отвечает Радан, прежде чем вдруг оживится. — Мы тут планируем большой компанией выпить сегодня вечером. Не хочешь заглянуть? Познакомлю тебя с кем-нибудь. — Вот это предложение. Набухаться с компашкой неизвестных мне людей звучит как отвратительный план, но меня устраивает. Даже настроение улучшается. Как в воду глядел, когда обратил на него внимание! Скрасит мой вечер, а там, может, и я благосклонен буду. Веская причина прогулять занятия из-за похмелья в придачу. — Да, давай. Запиши мой номер, напишешь ближе к нужному времени. — Радан кивает, а я диктую заученные цифры. — Отлично! До встречи тогда, Винс! — дурашливо вскинув руку в прощальном жесте, снова ярко улыбается мой собеседник, а после — спешно уходит к ожидающим его друзьям. Оставшись один, я задумчиво смотрю на недоеденное мясо. Разговор оставил после себя смешанные чувства, но приятных в них явно было мало. Даже жаль, но придётся отшить парнишку не через неделю, а дня через два. Если он не наскучит мне ещё быстрее.