Краски нашей любви

Тишину комнаты время от времени нарушает скрежет грифеля, сопровождающий методичные движения руки. Дверь с тихим скрипом приоткрывается. «Надо бы смазать петли» оставляет пометку на будущее секретарь, а пока, придерживает её ногой и аккуратно проскальзывает в комнату архитектора с двумя кружками чая в руках. Первое, что предстаёт перед его взором — это склонившийся над кульманом Кавех. Опустив одну из кружек на тумбочку рядом с рабочим местом архитектора, а другую рядом с его кроватью, он ложится на последнюю. Книга в руках открывается аккурат на нужной странице с вложенной в нее закладкой, а с губ срывается сухое: — Как успехи? Ответа не последовало, но Хайтам и не ждет, что увлеченный новым проектом сожитель, выдаст незамедлительную реакцию на его вопрос. И только после нескольких идеально ровных линий архитектор, выпрямившись, смотрит на свое творение и кивает. — Ты что-то говорил? — взгляд изумрудных глаз встречается с горящим алым. От этого мимолетного действия по всему телу будто пробегает ток, несмотря на то, что оба сожителя обладатели элемента дендро. — Что чертишь спрашиваю, — вновь невозмутимо озвучивает свой вопрос секретарь и после чего опускает свой взор обратно в книгу. Даже не глядя на говорящего Хайтам знает, что после этого вопроса в глазах напротив загорелись огоньки, а уголки губ приподнялись в намеке на улыбку. Кавех, поворачиваясь к чертежам, воодушевленно начал свой рассказ, размахивая руками. Взгляд изумрудов невольно скользнул к архитектору вновь, плавно перемещаясь от золотистых, словно шелковых на ощупь, прядок волос, которые еле заметно колыхались от теплого ветра, проникающего в комнату через приоткрытое окно, к сильным рукам, скрывающимся за тонкой тканью рубашки. Этот человек невольно вызывал у Хайтама восхищение, тем насколько сильно он горел своим делом, вкладывая всю душу в свои творения, даже если это могло повлечь за собой неприятные последствия. Хотя если бы не парочка таких, они бы сейчас не сидели в этом доме, в этой комнате с чашками чая, а главное вместе. Созданные им чертежи давали жизнь великим произведениям архитектуры, что не мог не признать даже сам секретарь, несмотря на свою некомпетентность в данном вопросе. Кавех повернулся в сторону секретаря, уже догадываясь о том, что его перестали слушать. Хайтам, отложив книгу, задумчиво смотрел в распахнутое окно. В изумрудных глазах, резонируя с ними, отражался весь спектр зеленых оттенков города мудрости — источника жизни, гармонии и начала всего нового. Архитектору невольно вспомнилось, как во времена академии этот взгляд сводил его с ума, после чего улыбка украсила его лицо, а в глазах заплясали искорки счастья.

***

Солнечные лучи беспощадно напекали головы редким прохожим, которым не посчастливилось оказаться на улице в это время дня. Мелкие насекомые прятались в тени густой зелени. На просторной площади толпилась кучка студентов-выпускников. Сегодня наступил самый важный день в их обучении, а именно защита своих индивидуальных проектов, над которыми они трудились не покладая рук весь год. Эта работа была важной поскольку, гостями на данном мероприятии являлись известные личности со всего Сумеру. Чуть поодаль стояли их наставники, оказывая своим подопечным необходимую поддержку, а также даря оптимистичный настрой и уверенность в своих силах. Осталось три человека. Три человека до его очереди. Пальцы мелко подрагивают, цепляют друг друга в надежде хоть немного успокоиться. Полы одежд академии неудобно путаются, шляпа то и дело норовит съехать набок. По виску медленно скатывается капелька пота. Судорожный вздох выдаёт волнение студента с головой. Несколько бессонных ночей не могут пропасть зря, ему необходимо сосредоточиться. Два звонких хлопка по щекам — последняя надежда взять себя в руки. Один. Паника накрывает слишком стремительно, словно кто-то без предупреждения вылил целое ведро ледяной воды на светлую голову. Юноша хватается одной рукой за край стола с целью удержать равновесие на трясущихся ногах, другой же ещё крепче прижимает чертежи к своей груди. Выглядывая за штору скрывающую закулисье, Кавех испуганно бегает взглядом по людям сидящим рядом со сценой до момента пока не сталкивается с омутом зелёных глаз. Взгляд Хайтама уверенный и сосредоточенный — полная противоположность его собственного. Они пристально смотрят в глаза друг друга, будто пытаются заглянуть ещё глубже, в саму душу. Тревога и волнение постепенно отступают на задний план, сдаваясь под теплыми волнами спокойствия, разливающегося по телу. Пепельные брови сходятся к переносице, образуя небольшую складку, а губы раскрываются произнося замысловатый набор слов. Юного архитектора тянут за рукав, оповещая о приближении его очереди. Смотря на своего сокурсника, заканчивающего свою речь, Кавех одними губами повторяет движение чужих губ минутой ранее. После минутной заминки на его лице расплывается широкая улыбка, сопровождаемая тихим смешком. «Не упади со сцены» Остатки страха рассеиваются мгновенно, словно зона увядания под действием дендро, уступая место уверенности и сосредоточенности. Студент делает глубокий вдох и под речь ведущего выходит на сцену.

***

— Ты так на меня смотришь… Эта неожиданная фраза вырывает секретаря из раздумий. — Как так? — скептически изгибает бровь Хайтам, наблюдая за действиями своего сожителя. — Нежно, — почти незаметная улыбка расплывается на лице секретаря вторя той, что украшает солнечного архитектора. Отложив инструменты в сторону, Кавех подходит к Хайтаму, присаживаясь на край кровати. На щеку опускается тёплая ладонь, попутно заправляя мешающуюся серебристую прядку за ухо. Приблизившись вплотную, целует совсем невесомо в уголок губ.