Змей и Ворон

      Судья Терпин скинул с себя верхнюю одежду, бросив ее на первый попавшийся под руку пуфик, вышагнул из обуви, зажег свет и, как во сне, прошел к себе в комнату. Особо не задумываясь над тем, что делает, он стал готовиться ко сну. «Как я от него вообще живым ушел...Теперь понятно, почему его глаза пылали такой злобой. Он хотел убить меня. Но я помешал. И зачем только? Ради кого мне жить сейчас?» Терпин, как бы это ни было странно, после потери Джоанны перестал гоняться за женщинами. Каждая его попытка построить счастье с женщиной заканчивалась плохо. «Либо они дуры, либо я проклят» – думал он тогда. «Что ж...Раз уж мне теперь нечего терять, я вполне могу снова заявиться к Баркеру, когда снова обрасту. Тогда он со мной разделается. И никому от этого не будет грустно. Разве что Бэмфорду...» С этими печальными мыслями судья лег в постель, повернулся к окну и, засыпая, наблюдал за полной луной. Перед глазами мелькали непонятные картинки, как обычно бывает, когда засыпаешь. И последней из них был грустный, измученный взгляд красивых темно-карих глаз...       Всю ночь он спал беспокойно. Его мучили кошмары с участием Люси, Джоанны, но больше всего Баркера, который то и дело набрасывался на него с бритвой. Однако судья во сне ничуть ему не сопротивлялся, подставляя шею под острое лезвие и просыпаясь на моментах, когда Тодд с забрызганным кровью лицом и пустотой в глазах наблюдал за тем, как он умирает. Судья встал рано, не в силах больше выдерживать этих кошмаров и сварил себе кофе. На улице лил дождь и на работу идти совсем не хотелось, но это хотя бы отвлечет его от неприятных мыслей. Через три дня Терпин твердо решил навестить Бенджамина. Наверняка он будет рад.       Ночь Суини тоже была не идеальна. Мужчину не мучили кошмары, видимо он так устал, что сон ему снился лишь под утро, в котором, конечно же, участвовал Терпин. Терпин, черт возьми, нависал над ним, валявшимся на полу в полуобморочном состоянии и беспокойно ощупывал его голову. Когда цирюльник проснулся, этот сон его мало удивил, так как его злило и стесняло (но больше злило, разумеется) вчерашнее происшествие, ведь судье пришлось тащить его, беспомощного, на руках. От мысли об этом становилось мерзко. Как ни странно, но Тодда внезапно перестала так сильно волновать и воодушевлять идея убить Терпина. И это пугало...Будто смысл жизни потерял. Настроение у него ухудшилось, а вот чувствовал он себя гораздо лучше, чем вчера, и был готов принимать посетителей. Они вместе с миссис Ловетт, которая, почему-то, вся сияла от радости, позавтракали яичницей с тостами и принялись за работу. Суини подметил, что Нелли в присутствии Калипсо становится какой-то чересчур веселой, а девушка слишком часто задерживает на ней взгляд. Причем на довольно интимных местах...Цирюльник усмехнулся краем губ, заметив это. Все ясно с их невинной брюнеточкой. «Везет им двум. Радуются, улыбаются. В их жизнь не врывался никакой Тер...Кхм. Ладно.» Мужчина попытался перенаправить свои мысли в другое русло и сосредоточился на работе, начиная мычать разные мелодии себе под нос.       Рабочий день Эдвина Терпина мало отличался от всех предыдущих, разве что он сажал всех за решетку с меньшим энтузиазмом. Он чувствовал, как медленно, но верно погружается в какую-то депрессию. «Наверное, это все из-за одиночества» — думал он и решил сегодня вечером пригласить Бэмфорда с ним выпить. По окончании рабочего дня он подошел к приставу, надевающему пальто и готовящемуся идти домой, и остановил его. — Бидл! — Да? — Ты на сегодня свободен? Они встали у выхода из суда. — Свободен, а что? — Я хотел предложить пойти ко мне и немного выпить. Ты не против? Глаза Бэмфорда засияли. — Конечно нет! К таким делам я всегда готов. — Отлично. — Терпин улыбнулся краем рта. Они не спеша отправились к его дому. — Что-то ты сегодня не в духе. И в суде был какой-то вялый. Что-то случилось? — спросил Бидл, беспокойно поглядывая на хмурого, задумчивого судью. — Да, случилось...Во-первых, я не выспался. А вот из-за чего я не выспался я расскажу тебе уже дома. — ответил Терпин, оглянувшись по сторонам и окинув улицу своим фирменным опасно-презрительным взглядом. — Ооо, видимо что-то серьезное... — пролепетал пристав и засеменил за ускорившим шаг Эдвином.       До дома они дошли молча и заговорили только когда пересекли порог гостиной. — Будешь виски? — Терпин подошел к стеклянному шкафчику, в котором стояли различные сорта алкоголя. Бэмфорд не был привередливым и, не спросив, какое конкретно виски, охотно изъявил желание его глотнуть. Он приземлился в кресло у камина, который Эдвин как раз собирался разжечь, и блаженно выдохнул. Терпин налил янтарный виски в рюмочки и подал одну своему гостю, а сам принялся разжигать камин. Бэмфорд молча наблюдал за ним, с наслаждением потягивая божественный напиток. Наконец, хозяин дома расслабленно уселся в соседнее кресло и закинул ногу на ногу. — Так...Что ты хотел мне рассказать? — не удержался пристав, осушив рюмку виски. Терпин вздохнул и отставил свой напиток. — Баркер вернулся. Если бы Бидл сейчас пил, он бы подавился. Наступило минутное молчание. — Он...Сбежал? — наконец пискнул пришедший в себя Бэмфорд. — Да. — Но как ты узнал? — Я был у него. Снова повисла тишина, во время которой Бидл искал свою челюсть на полу. — И ты остался жив?...После встречи с..Баркером? — Дело в том, что я случайно вырубил его. — с серьезным видом сказал Терпин, потянувшись за рюмкой. Пристав хрюкнул, пытаясь сдержать нервный смешок. Судья недоумевающе приподнял бровь. — Кхм..Как? — Мне показалось, что он сейчас набросится на меня с бритвой, я схватил его за руку, а он схватил меня и дернул на себя. Ну я и грохнулся на него, а он головой об пол. Бэмфорд застыл с немного туповатым выражением на лице. — С бритвой?... — Ах, да. Баркер скрывается под именем Суини Тодд. Бэмфорд помолчал, вспоминая, каким приятным и вежливым был Тодд, когда он к нему приходил. — Мистер Тодд..Ты брился у него? — Именно. — Ты же был как беззащитное животное в его руках! — Был. — Терпин сидел с невозмутимым видом. — Это очень странно. Очень очень странно. — Что именно? — Что ты жив. — Я полагаю, он намеревался растянуть удовольствие, предвкушая, как будет меня убивать. — Во дурак. — усмехнулся Бидл, подливая себе еще виски. — И что теперь нам с ним делать? — Ничего. Пока. — Но...Ты понимаешь, что ты — его главная добыча, он разделается с тобой при первом же случае. — Ну и что? — Эдвин спокойно посмотрел на приятеля. — Как что... — Бидл зашевелил ртом, пытаясь сказать еще что-нибудь, но так и не нашел слов. — Я буду осторожен. — сказал судья и, наконец, принялся за свой напиток. — То есть..Ты планируешь просто оставить его в покое? — Пока да. — конечно, он не собирался оставлять в покое Баркера. В его жизни было слишком мало приключений. Бэмфорд подозрительно прищурился, понимая, что Эдвин что-то недоговаривает, но ничего не сказал. «Так и быть, понаблюдаем за поведением Тодда и решим, что с ним делать.» Остаток вечера они провели гораздо веселее, болтая на отвлеченные темы, подшучивая друг над другом и над Бенджамином, и смеялись, так что Бидл отправился домой только в половине первого ночи.