Змей и Ворон

      Вечер. В каюте сумрачно и довольно уютно, она освещается лишь несколькими керосиновыми лампами. На прикроватной тумбочке стоит ром, две рюмки, рядом — миска с виноградом, а на соседней койке полулежа расположился судья, закинув ногу на ногу и читая книгу. Верхние пуговицы его рубашки расстегнуты, а парик он так и не снял из соображений предосторожности. Вот он медленно поворачивает голову и улыбается уголком рта. — Как спалось? — тихий, бархатный голос. — Чудесно. — ответил цирюльник, садясь на кровати. — Я смотрю, ты тут уже позаботился о досуге? — он кивнул на тумбочку с ромом и виноградом. — Да. Без тебя не начинал! — судья закрыл книгу, положил рядом и тоже принял сидячее положение. — Что ж…Тогда приступим. — рот Суини медленно расплылся в озорной усмешке. Эдвин открыл бутылку и разлил содержимое по рюмкам. — За свободу! — произнес он, подняв руку с напитком. Тодд кивнул и осушил рюмку в одно мгновение. Судья же пил маленькими глотками. Глаза его скользили по фигуре цирюльника совершенно наглым образом. Заметив это, Бенджамин почувствовал себя неловко. Быстро налил себе еще рома и засунул в рот несколько виноградинок.       Некоторое время они сидели молча. В каюте раздавалось только поскрипывание дерева и звук жевания. — Ты прекратишь на меня пялиться или как? — наконец не выдержал Тодд. Судья молча поставил свою рюмку на тумбочку, поднялся с койки и подошел к Баркеру, глядя на него сверху вниз. Суини поднял на него недоумевающий взгляд. В голове уже помутилось, по телу разошлось приятное расслабление, поэтому он не сдвинулся с места. Внезапно Терпин встал на колени перед ним, положил руки ему на затылок и, притянув к себе, впился в его губы пылким поцелуем. Баркер вздрогнул, но не отстранился и не попытался оттолкнуть от себя судью.       Терпкий привкус рома, ловкий, умелый язык, властные движения…Суини не отвечал на поцелуй, он совершенно оцепенел, позволяя Эдвину делать все, что взбредет в голову. Руки судьи принялись расстегивать пуговицы на рубашке цирюльника, пальцы пробежались по груди и животу, отчего спина покрылась мурашками. Затем Эдвин принялся за штаны, и Бенджамин слегка приподнялся, помогая ему стянуть их с себя. Член был явно заинтересован происходящим.       Терпин похабно улыбнулся, заметив реакцию брюнета, и поднял на него сверкающие в полумраке глаза. — Я хочу тебя, Тодд. Я, черт подери, хочу тебя уже так долго! — голос его слегка охрип. Дыхание Суини участилось, он сполз с кровати на пол к судье и принялся лихорадочно расстегивать его одежду, за чем Эдвин наблюдал со снисходительной ухмылочкой. — Ты тоже меня хочешь, да, Баркер? — сказал он таким тоном, что цирюльника буквально захлестнула волна возбуждения. — Я…Я.. — Ладно, ладно, я и так все вижу.       Терпин помог Тодду избавить себя от ненужных шмоток, после чего брюнет резко повалил его на пол и принялся яростно целовать ему лицо, шею, ключицы, грудь, спускаясь все ниже и ниже. Он вцепился ногтями в тело судьи, такое напряженное, с красиво очерченными мышцами… — Ты сожрать меня решил? — рвано выдохнул Эдвин, когда Суини, как змея, сползал все ниже по его телу. Но вдруг он остановился и нерешительно посмотрел на стояк Терпина. Видя замешательство на лице цирюльника, судья нежно провел рукой по его волосам, затем по лицу и мягко сказал: — Я не принуждаю тебя. Не хочешь — не нужно.       Суини облизнул губы, стянул с Эдвина трусы и вновь восхитился размером его органа. Нет, пожалуй, для начала он воспользуется рукой…Осторожно, как какая-нибудь девственница, он провел пальцами по яйцам Терпина, отчего тот слегка вздрогнул. Затем медленно прошелся кончиками пальцев вверх вдоль члена и слегка коснулся головки. — Ты издеваешься?! — прошипел судья, морщась от нетерпения. — Да. — шепнул Суини и резко захватил жаждущий внимания орган партнера в ладонь. Вверх-вниз, вверх-вниз, туда-сюда…       Судья уперся затылком в пол, не сводя глаз с сосредоточенного лица Баркера, который уже изнывал от возбуждения, никак не пытаясь удовлетворить самого себя. Тогда Терпин решил взять инициативу в свои руки. — Повернись, Суини. Тодд ненадолго остановился и недоумевающе посмотрел на судью. — Я хочу тебе отсосать. — от этой простой и бесстыжей фразы лицо цирюльника вспыхнуло. — Ты предлагаешь мне сунуть свой зад тебе в лицо? Судья не удержался от смешка. — Ты что-нибудь слышал о позе 69? Цирюльник поджал губы. Конечно слышал. Только вот пробовать не хотел. — Можешь продолжать дрочить мне рукой, только повернись и позволь мне удовлетворить тебя. Баркер неохотно послушался. Как-то стыдно было находиться в такой позе, но когда Эдвин коснулся губами пульсирующего члена…Весь стыд как рукой смело. Бенджамин резко вдохнул, наслаждаясь растекающимся по животу удовольствием, и внезапно сам вобрал в рот член судьи. У него никогда не было такого опыта, а вот Терпин, видимо, тот еще развратник…Наверняка забавлялся с мужиками в публичном доме, судя по тому, как умело он ласкал Суини.       На мгновение судья замер от неожиданного ощущения своего члена в чужом рту. Цирюльник старался как мог, и от этих неумелых ласк на душе Эдвина даже стало как-то теплее. Он продолжил искусно играть языком с органом своего партнера, вызывая у него сладкие стоны. Бенджамин перестал сдерживаться и начал понемногу двигать бедрами, одновременно все смелее обращаясь с членом судьи. Тяжелое дыхание, хриплые стоны, ощущение влажного тепла и ловкого языка сводили с ума… — Тодд…Суини… — доносился до ушей брюнета тихий голос. — Баркер, черт возьми! ПРОСНИСЬ!       Суини вздрогнул от неожиданно громкого оклика и открыл глаза. Рядом с его кроватью на полу, нахмурившись, сидел Терпин, глядя на него с недоумением и беспокойством. За окном светило солнце. Не понимая, что происходит, Бенджамин приподнялся на локте, притянул к себе Эдвина за затылок и нежно поцеловал в губы, не углубляя поцелуй. Когда он отстранился, лицо судьи было максимально опешившим, и он метнул быстрый взгляд на штаны цирюльника.       И тут до Тодда дошло. Мгновенно на его лице сменилось несколько эмоций: осознание, удивление, стыд и раздражение. Это был не сон…А их страстный секс на полу каюты — вот это сон! Ну надо же было так облажаться! Цирюльнику захотелось провалиться в море сквозь днище корабля, пробить морское дно и сгореть в ядре Земли. — Так вот что тебе снилось… — сказал судья, поднимая брови. "Ну нет, если он сейчас начнет надо мной смеяться, я этого точно не вынесу." — подумал Суини. Но Терпин не смеялся. Тодд смотрел на него с таким видом, будто он — подросток, которого застала за мастурбацией родная мама. В голове Эдвина крутилась лишь одна мысль: "Он поцеловал меня. Поцеловал, поцеловал, поцеловал…"       Вдруг в дверь раздался стук. Оба вздрогнули. Терпин поднялся, не сводя удивленного взгляда с цирюльника, и открыл дверь. На пороге стояла улыбающаяся миссис Ловетт. — Выспались? Там уже обед накрывают! — она оглядела растерянные лица обоих мужчин, и улыбка медленно сползла с ее лица. — Что у вас случилось? — Ничего! — резко вскрикнул Суини с постели и принялся грызть ногти, глядя на Нелли. Его щеки горели непривычным румянцем. — Хм. Ну лааадно… — недоверчиво протянула женщина, прищурившись. — Ждем вас на обеде. — она развернулась и пошла прочь, а судья закрыл за ней дверь. Когда он повернулся к Тодду, его лицо внезапно изменило выражение, и он рассмеялся.       Тодд нахмурился и покраснел еще больше. Так он и знал, что гребаный судьишка будет над ним ржать. Но Эдвин ржал вовсе не над ним, он лишь представил, что бы было, зайди сюда миссис Ловетт минутой ранее…И без стука, как она любит. — Не дуйся, Суини. — отсмеявшись, сказал Терпин бархатным голосом. — Все в порядке. — Что в порядке, дьявол тебя раздери?! — рявкнул Баркер, резко встав с постели и оказавшись с судьей нос к носу. На мгновение повисла пауза. Мужчины смотрели друг на друга. Суини — со злобой, стыдом и обидой, судья — со спокойным интересом. И вдруг Терпин притянул косматого цирюльника к себе. Одной рукой он зарылся в волосы Суини, а другой прижал его к себе за талию, упираясь ему в бедро нехилым стояком. Бенджамин не успел даже понять, что произошло, когда Эдвин уже во всю орудовал умелым языком в его рту. Брюнет впился ногтями в плечи судьи, но не пытался ни оттолкнуть его, ни притянуть ближе. На поцелуй он не отвечал, не понимая, как теперь ему себя вести. Член, однако, все прекрасно понимал и проявлял неподдельный интерес.       Оторвавшись от губ Тодда, Терпин взял его за плечи, и они снова уставились друг на друга, тяжело дыша. — Что…Что это сейчас…Было? — хрипло спросил Суини. — Ты же этого хотел. Разве нет? — судья казался совершенно невозмутимым, а его идиотская бровь снова изящно изогнулась, вызывая в Баркере бурю неприятных и приятных одновременно эмоций. Этот гад опять выставляет его на посмешище! "Ты же этого хотел!" Как будто Суини только и мечтал об этом грязном извращенце днями и ночами! Несмотря на внешнее спокойствие, внутри у Эдвина все бурлило от радости и возбуждения. Ошибки быть не может: Баркер хочет его!       Бенджамин яростно оттолкнул от себя судью с такой силой, что тот едва удержал равновесие. — Да иди ты. — буркнул он и вышел из каюты, хлопнув дверью. Так и вышел, в помятой, наполовину расстегнутой рубашке. Эдвин пару секунд стоял в недоумении, затем усмехнулся и принялся приводить себя в порядок.       Тодд тем временем умывался в туалете и старался также привести себя в более или менее приличный вид. В голове у него крутилось все только что произошедшее. Какого хрена судья его поцеловал? Он был возбужден. Да, Суини не показалось, он тоже хотел его…А эта реплика: "Ты же этого хотел", была сказана лишь для того, чтобы снять с себя подозрения. Додумавшись до этого, Бенджамин взглянул на себя в зеркало и расплылся в кривой ухмылке. Этот хитрожопый змей к нему неровно дышит, это точно! Надо этим воспользоваться…Но сначала разобраться в собственных чувствах. Цирюльника совсем не радовало то, что его возбуждают такие личности, как…Даже подумать страшно! И этого гада он совсем недавно хотел прикончить…